Короткая легенда о байкале

Содержание

Легенды Байкала » Страшные истории

«Славное море — священный Байкал!..» — эти слова из известной народной песни как нельзя лучше характеризуют отношение коренных и пришлых народов Сибири к крупнейшему на планете пресноводному озеру.
С Байкалом связано множество легенд, накопленных коренными народами за тысячелетия их соседства с уникальным озером. В частности, бытует предание о том, что Байкал связан неким сакральным тоннелем с Охотским морем, отстоящем от Байкала почти на полторы тысячи километров. Народности, проживающие по берегам озера, верят в то, что души их умерших сородичей живут в его водах. И если уплыть далеко от берега, то иногда их бестелесные лики можно наблюдать парящими над водной гладью. С этим преданием тесно связано поверье о том, что ни в коем случае нельзя тревожить гнезда байкальских чаек, ибо считается, что эти сильные птицы могут выклевать глаза у умершей души, чьи живые родственники нанесли им вред.
Еще одна легенда имеет отношение к знаменитому Вороньему камню — огромной гранитной глыбе, свисающей с каменистого утеса над прозрачными водами озера. Считается, что когда наступит конец времен, Вороний камень упадет в озеро, и его воды неудержимыми потоками начнут затоплять землю.
После сильного землетрясения 1926 года старейшины опасались того, что гранитная глыба скатится в Байкал, и тогда неминуемо наступит конец света. К счастью, в тот раз Вороний камень устоял. Однако туристы и исследователи, занимающиеся изучением природы Байкала, уже в конце 80-х годов прошлого века заметили у основания Вороньего камня трещины и разломы, что свидетельствовало о начале разрушения его подножия. Вполне возможно, что если в тех краях произойдет очередное землетрясение, гранитный монолит все же упадет в озеро. Вот только наступит ли после этого конец света — неизвестно.
Огненный дракон
Одной из древнейших легенд, связанных с Байкалом, является предание об огненном драконе. Согласно ему, глубоко в водах озера обитает огнедышащее божество в облике сказочного дракона. Это божество управляет всеми тварями, живущими в Байкале, и от его расположения зависит благополучие и даже жизнь народов, обитающих по берегам озера. Древняя легенда гласит, что едва только на небосводе зажглись первые звезды, а затем великое Солнце впервые взошло над землей, с неба спустилась золотая колесница, из которой вышел огненный дракон. От первого удара его могучего хвоста расступились скалистые горы, и образовалась глубокая расщелина. От второго удара растаял лед на вершинах, и животворящие воды хлынули в каменистую котловину, образовав великое озеро. От третьего удара окрестности покрылись богатой растительностью и населились живыми существами. После этого всесильный дракон ушел в озеро, ставшее ему новым земным домом. Дальше в этом предании говорится о том, что огненный дракон один раз в сто двадцать лет выходил на сушу, и тогда люди, называвшие себя «сынами огненного дракона», устраивали празднества в его честь и приносили обильные жертвы своему божеству.
Однако постепенно народы стали забывать о своем благодетеле, и однажды, в очередной раз выйдя из вод Байкала, огненный дракон увидел, что от его почитания у людей не осталось и следа. И тогда разгневалось божество. От гнева дракона сотряслась земная твердь, затем ее затопили воды священного озера, губя все живое окрест до самого Великого океана. И исчезли неблагодарные «сыновья огненного дракона» с лица земли. На смену им пришли другие племена, которые уже не имели прежнего величия и былых священных знаний…
Отголоски этой легенды находили свое отражение в ритуальных обрядах бурят, монголов, агинцев вплоть до первой четверти XX века. Известно, что монгольские армии, двигавшиеся с юга на северо-запад в XII-XIV веках, приносили кровавые жертвы байкальскому божеству, вырезая окрестные селения и сбрасывая трупы их жителей в воды озера. Тем самым монгольские военачальники пытались привлечь на свою сторону ратную удачу. Эвенкийские, ненецкие и якутские царьки до времени окончательного освоения Зауралья Россией в XVII веке отправляли послов с богатыми дарами к берегам Байкала, которые, соорудив ладью и поместив на нее жертвенных животных, меха и самоцветы, отправляли ее в плавание по озеру.
Уже в XX веке некоторые ученые выдвинули гипотезу о том, что легенда об огненном драконе имеет под собой реальную основу. В частности, сохранилось немало свидетельств рыбаков и исследователей-энтузиастов, якобы встречавшихся с необычным крупным существом, обитающем в Байкале. Проведенные в конце 80-х годов эхолокационные обследования дна озера зафиксировали некий крупный движущийся объект, длина которого составляла более тридцати метров. Однако до настоящего времени документально подтвердить существование легендарного огненного дракона так и не удалось.
Хан Будак
Более пяти столетий назад вместе с традиционными языческими верованиями в байкальской местности начал распространяться буддизм. Во многом этому способствовали кочевые племена маньчжуров, монголов и других народностей Центральной Азии. Именно в это время Байкал становится одним из древних центров буддийской религии. На его многочисленных островах
возводились храмы-дацаны, особая энергетика священного озера притягивала к себе монахов и отшельников, искавших просветления среди суровой и одновременно неповторимой природы Байкала. С некоторыми из них связан ряд поздних легенд и преданий. Так, на рубеже XIX-XX веков большую известность приобрел буддийский отшельник Хан Будак, живший на Байкале на острове Ольхон.
Случайно обнаруженный рыбаками-староверами, этот человек на долгие пятнадцать лет стал объектом поклонения людей разных вероисповеданий. Хан Будак обитал в пещере, и его никто и никогда не видел. Лишь только его необычно высокий гортанный голос, вещавший из-за каменной перегородки с узким отверстием, указывал на его существование. Согласно многочисленным слухам и преданиям, возникшим вокруг Хана Будака, этот отшельник имел не то бурятские, не то эвенкийские корни и говорил на очень древнем наречии, на котором когда-то общались все азиатские народы. Местное население приносило в пещеру к невидимому отшельнику дары — рыбу, пушнину, дичь. Однако, по свидетельству паломников, все принесенные продукты оставались нетронутыми, и потому употреблялись в пищу приезжавшими за помощью к Хану Будаку людьми. Само же общение паломников с таинственным отшельником строилось по следующему принципу: если гость задавал вопрос о каком-либо действии или поступке и не слышал в ответ никакого звука, то этого делать не следовало. Если же на заданный вопрос отшельник начинал что-то бормотать — вопрошавший находился на правильном пути.
В рождественскую ночь 1914 года отшельник вдруг замолчал. Как оказалось, навсегда. Старики стали утверждать, что исчезновение Хана Будака — есть предвестие страшных бедствий. Была вскрыта каменная перегородка, из-за которой вещал отшельник. В небольшом каменном гроте, не имевшем никаких ходов, исследователи наткнулись на деревянные башмаки очень маленького размера. Более ничего не указывало на недавнее присутствие в этой мрачной камере таинственного предсказателя…
Призрачная конница
Уже в наши дни, отплыв далеко от берега, многие туристы и путешественники становятся свидетелями необычного явления, когда в тумане вдруг появляются очертания скачущей конницы. Местные жители связывают с этим явлением еще одну легенду. Согласно ей, несколько столетий назад, когда зима выдалась настолько холодной, что все озеро покрылось толстым слоем льда, грозный и жестокий бурятский правитель Хасан Чосон, собрав несметную армию, двинулся покорять эвенкийские племена. Чтобы сократить путь, конница правителя направилась по льду Байкала к противоположному берегу. Но, видимо, боги разгневались на жестокого бурятского царя. Когда армия Чосона оказалась уже на самом центре озера, лед треснул, и тысячи его воинов пошли ко дну. С тех пор будто бы неупокоенные души воинов этого безрассудного правителя пытаются сделать то, чего им не удалось сделать при жизни — перейти озеро.
Сегодня, как и столетия назад, Байкал прекрасен в любое время года. Его кристально чистые воды завораживают, а воздух опьяняет, притягивая к себе толпы туристов, путешественников и исследователей, жаждущих постичь тысячелетние тайны великого озера.
Новость отредактировал LAKRIMOzzzA — 30-03-2011, 22:38

Озеро Байкал — легенды, природные явления, аномалии, интересные факты

Есть красивая легенда. Жил — был Байкал, было у него 336 сыновей и одна дочь — Ангара. Девушка была очень красивая, с большими голубыми глазами. Даже великолепные бусы, подаренные ей отцом, не могли украсить девушку больше и блекли на фоне ее красоты. Но особенно Ангару любили за ее добрый нрав и бескорыстие. Девушка помогала всем, кто просил ее о помощи. Байкалу это не нравилось, но он никак не мог повлиять на дочь. Ангара выросла и, что неудивительно, влюбилась. Ее избранником стал Енисей. Чувства молодых были взаимными, но их не разделял Байкал. Он подобрал дочери другого жениха — Иркута. Узнала об этом Ангара и решила убежать к любимому, чтобы без благословения отца выйти замуж. Байкал следил за девушкой, и, как только она побежала к Енисею, бросился за ней. Но Ангару несли вперед молодость и любовь, поэтому старый Байкал не успевал за ней. Поняв, что догнать дочь не сможет, он схватил огромный камень и бросил его вслед девушке.
Шаман-Камень на Байкале
По сей день он возвышается из воды, люди зовут его — Шаман-камень. А Ангара вышла замуж за Енисея, от радости сняла с шеи свои роскошные бусы и разбросала их по сторонам. Сейчас там, куда упали бусинки, стоят красивые и благополучные города, в которых живут счастливые люди.
Район Байкала — зона с высокой сейсмической активностью. В год здесь происходит несколько сотен слабых землетрясений (1 — 2 балла), но иной раз случаются и мощные.
Неудивительно, что байкальское дно весьма неровное, покрытое изломами и горными хребтами. Протяженность самого большого хребта — более 100 км, а высота его над байкальским дном — 1848 м.
Вода в Байкале настолько чистая, что можно разглядеть камушки, лежащие на сорокаметровой глубине. В воде небольшое содержание минералов, поэтому по составу ее считают близкой к дистилированной воде.
Вода в Байкале очень холодная, даже летом ее температура составляет максимум 10°С.
Очень красив Байкал зимой. Поверхность озера начинает замерзать в декабре, а полностью покрывается льдом в январе. Толщина его превышает 1 м.
Становые трещины на Байкале зимой
Зимой, при сильных морозах, на байкальском льду появляются гигантские трещины (становые трещины), длина которых может превышать 30 км, а ширина — нескольких метров. Эти трещины позволяют воде насытиться кислородом, что необходимо для живущей в глубине рыбы.
Вот еще один великолепный зимний байкальский пейзаж, автором которого стали вода и мороз.
На Байкале временами образуется лед разных видов, причину их формирования объяснить никто не может.
Байкал — место обитания огромного числа растений и животных (2600 видов), многие из которых можно увидеть только здесь (около тысячи видов). Неподалеку от озера растут 700-летние хвойные деревья, а в воде обитают 60-летние осетры. Есть в этих водах омуль, хариус, налим, щука и сиг.
Очень интересна обитающая в Байкале рыбка голомянка. Это живородящая рыба, на треть состоящая из жира, способная ежедневно мигрировать из глубины на мелководье.
Голомянка
Несомненно, самый главный обитатель Байкала, поддерживающий чистоту воды, — крошечный рачок эпишура, фильтрующий воду сквозь себя.
На большой глубине здесь растут губки.
Над Байкалом периодически появляются миражи, хотя ученые не могут объяснить причину этого явления.
Случаются на Байкале различные аномальные явления. Дурную славу имеет байкальский мыс Рытый. Издревле люди стараются не приближаться к нему. Говорят, что ни один человек не вернулся с него обратно, а на лодках, проплывающих вблизи этого мыса, моторы глохнут.
Чертова воронка Байкала
Еще одним явлением, которое никто не может объяснить, является так называемая «чертова воронка», появляющаяся на абсолютно спокойной поверхности воды. Причем это явление происходит лишь в одном месте озера. Местные жители верят, что воронка — периодически открывающийся путь в загробный мир, через который уходят души умерших. При этом, по словам свидетелей, отчетливо слышны голоса и плач.
Изрезанное байкальское дно хранит немало сокровищ, некоторые из которых огромны.
Самый первый из крупных кладов принадлежал китайцам, которые подошли с караваном к Байкалу во время шторма. Ждать улучшения погоды они не рискнули и решили спрятать сокровища, которые везли, в пещере утеса Саган-Заба. Вход в пещеру они тщательно замуровали. По легенде, золото и по сей день хранится в глубинах утеса, что побуждает любителей наживы отправляться на его поиски.
В 19 веке, декабрьским днем, к озеру подошел обоз с серебром. Возницам не хотелось ехать в обход, и они решили рискнуть, поехав через Байкал. Неокрепший лед треснул, телега наклонилась — и тяжелый груз свалился в глубину. А повозка так и осталась торчать из воды, словно показывая место, где надо искать утонувшее серебро. Оно, как вы понимаете, тоже не найдено.

Легенды озера Байкал

Одна из них – немного грустная – рассказывает о том, что когда-то давно, когда земля еще была не до конца населена людьми, появился страшный огонь, который стал сжигать все вокруг. Этот огонь невозможно было остановиться без помощи богов. Именно потому люди стали молить их о помощи. Но боги оставались молчаливы к этим крикам о помощи. Тогда сплотившись вместе, люди стали кричать: «Огонь, остановись!». Эти люди были бурятской национальности. Потому, на их языке это звучит как – «Бай гал!». Тогда на том мечте, откуда происходил огонь, появились прекрасные, чистые и просто ледяные воды, которые потушили огонь. На том месте появилось озеро, которое так и нарекли.

Легенда Байкал и Ангара

Вторая версия происхождения озера отличается особой романтикой и грустью. Когда жил старый человек – Бакал. Была у него красавица дочь, по имени Ангара. Старик, волновавшись о ней, прятал ее. Но однажды, девушка узнала от чаек о красивом юноше Енисее, которого полюбила. Отец запер ее за семидесятью замками решив выдать за другого. Но она пропала, отец же заплакал горькими слезами. И тогда образовалось озеро Байкал.

Озеро Байкал

Байкал – это великолепное озеро, которое поражает своими размерами и красотой величия. Это озеро не только целебно в проведении оздоровления людей, но и очень чистое и красивое. Недаром об этом озере существует множество красивых и таинственных легенд, которые вызывают интерес у всех, кто приезжает на его воды. Легенды, мифы и другие красивые истории уже давно складывались нашими предками.
Именно потому никого, знающего о легендах озера, не удивляет то, что на воды этого прекрасного и чистого озера приезжают паломники, шаманы и монахи. Это место, где можно думать чистыми мыслями, не греша, и не думая о земном насущном. Многие люди, ученые и астрологи, стали замечать, что все, кто возвращается оттуда, как бы становиться возрожденным заново, и с новым приливом энергии начинает жить как бы с чистого листа.

Легенды и мифы об озере Байкал

Оглавление:
Легенды
Как остров Ольхон образовался
Как появилась Ангара
Почему Баргузин в другую сторону потек
Красавица Ангара
Никула охотник
Откуда взялось название «Байкал»
Ушканьи острова
Куйтун — холодное место
О происхождении названия реки Ангары
Как две реки получили название «Ангара»
Откуда Селенга взяла свое название
Как появилось название озера Котокель

Легенды.

Легенды испокон веков пользуются огромной популярностью, их любят взрослые и дети. Любовь народа к своим легендам вполне естественна, они являются сгустком народной мудрости, в них выражено представление простых людей о явлениях природы, взгляды на жизнь, отношение к добру и злу.
Жизнь легенды очень сложная. Возникнув, она живет веками, переходит из уст в уста, из поколения в поколение. В процессе живого бытования она подвергается изменениям. Каждый рассказчик легенды привносит в нее что-то свое. На нее оказывают влияние эпоха, социальный строй, быт, уровень развития культуры. Все это, вместе взятое приводит к тому, что каждая легенда имеет по несколько, версий, хотя сюжет ее может оставаться неизменным.
Легенда — жанр устного народного творчества, в котором так чудесно переплетаются фантазия с явью. Легенды и сказания очаровывают человека тем, что их образы воплощают в себе мысли и чувства народа, его надежды на лучшее будущее. Легенды помогают людям узнать и объяснить свое прошлое, настоящее и будущее.

Как остров Ольхон образовался.

Не все правда, что в сказаниях молвится. Ходили раньше разговоры, что, мол, все создано богом, как в писании сказано. Кто верил тому, а кто и не верил. Больше всего народ не верил тем сказкам. Попы на это сердились, анафемой проклинали, а что толку: проклятие не дым, — глаза не выест. Вот возьмем наш Ольхон, он островом зовется. Откуда он взялся? У бога столько бы сил не хватило, чтобы с неба его опустить. Значит, не с неба он свалился, а от самой природы взялся.
Когда Байкал появился, то все места здесь были залиты водой и ни одного островка не было. Прошло с миллион лет, вода установилась, в Байкале рыба начала водиться, кругом леса зашумели — словом, настоящая жизнь здесь началась. После этого на Байкале начали дуть сильные ветры, да такие сильные, что от них весь Байкал, как в котле, закипал. Волны до самого дна доходили, откуда весь камень и песок гнали к берегу. Но до самого берега камни волной не догонялись, они зацеплялись за подводную скалу. Волны работали много лет, все гнали и гнали к сакле камень и песок. И так у той скалы намыло целую гору, большую, широкую и длинную. Другие волны ту гору размывали и помаленьку делали ее ровной. От этого и остров Ольхон взялся. Старики говорят, что Ольхон годами выше, а годами ниже бывает. Это от того, что на скале стоит. Когда скалы размываются, остров немного садится, а когда под скалами много воды подопрет, он малость подымается. Сначала они думали, что тут какая-то нечистая сила работает, а потом сами уверились, что это все от ветра зависело. Вот и поверь попам, что остров богом создан. Почему же он тогда посередь Байкала его не сотворил, где скалы нет? На то попы молчат, и в святом писании про то не сказано. Что все за неделю богом создано, про это говорят те, кто думать не хочет, или тот дурман им выгоден.
Записано от Георгия Максимовича Шелковникова, о. Ольхон Иркутской области, 1936 г.

Как появилась Ангара.

Было это очень давно, так давно, что тех древних людей, которые тогда жили, сейчас и в помине нету. Вся Сибирь была покрыта льдом, и те люди бродили только по маленьким островкам и кое-где находили себе пропитание. Потом льды стали таять, островков появилось больше, постепенно они начали соединяться, и получилась большая земля.
Год от года в Сибири становилось теплее, холода все дальше к Ледовитому океану отступали, и люди почувствовали большое облегчение. Раньше они ели только одну рыбу, которая водилась в озерах между островками, а теперь после ухода льда размножились звери и птицы, и человек стал привыкать к мясу.
Посреди Сибири в большой котловине появилось море, прозванное Байкалом, и это море стояло в своих берегах. Никуда оно своей воды не девало, и к нему не подходила ни одна речка.
Скучно стало ему, тоска его начала грызть: ни днем, ни ночью словом перемолвиться не с кем. Какая же это жизнь, одинокому, скалы и те рядышком растут, им и то веселее. Тосковал, тосковал Байкал, начал силы свои терять и сохнуть. А в это время в горах покоилось много воды. Много лет таяли льды и снег, и вода никуда не уходила. И воде тоже надоело стоять на одном месте. Но вот случилось землетрясение, вода с гор и гольцов прорвалась к Байкалу и подняла его высоко-высоко. Вода размыла горы и наделала много падей, и с тех пор потекли по ним ручьи и реки в море.
Ожил Байкал, веселее ему стало, в погоду гребни заулыбались, вздохнуло море полной грудью. Жить бы ему так да жить, но, видно, не привык он к спокойствию. Разбушуется ни с того ни с чего, разойдется, как богатырь, и всем тошно приходится. Скалы подмоет — они в воду рушатся, деревья с корнем выворачивает — к себе берет, берега смывает — и себе мягкое дно стелет. Хотели его маленькие речки и ручейки уговорить, чтобы он вреда никому не чинил, но не слушался грозный седой старик, не унимался. Тогда речки и ручейки принатужились, собрали по капле всю воду с гор и всей слой навалились на старика, чтобы не держал он их воду в плену и дал ей выход к другим морям и океанам.
Сила в тех ручьях и речках было большая, чем в самом Байкале. Сколько он ни держал их у себя в берегах, которые он обнес скалами и высокой стеной леса, но удержать не мог. От тяжести воды, которая пришла от ручьев и речек, дно Байкала около Саян начало опускаться. Вода просочилась глубоко под дно, до самых белых камней. Камни эти, как известка, закипели и прорвали берег, разломали скалы, и повалила вода вниз по долине, сделала себе широкую дорогу.
Увидел старик Байкал, что богатство его уходит, рассердился и бросил в провал большой камень. Провал тот камень проглотил. Старик больше прежнего бросил камень, и тот ушел под воду. Тогда он бросил последний камень, который теперь видно, но обессилел и затих. Подумал старик, что ничего ему теперь не сделать, и смирился. А вода тем временем шла и шла по провалу и прорвалась до самого океана.
Видят речки и ручьи, что старик запечалился, сказали ему: «Не горю, наш отец, пока мы живы и ты будешь сильным». С тех пор прошло много лет. На берегу Байкала поселились буряты. Они идут от людей, при которых случился провал. Провал буряты называют ангарой, потому и реку, которая идет от провала. они до теперешнего времени зовут Ангара.
Записано от Георгия Максимовича Шелковникова, о. Ольхон Иркутской области, 1938 г.

Почему Баргузин в другую сторону потек.

Мой дед первым поселился в деревне Толстихино, когда в самом Баргузине всего три домика стояло. Дед тут прожил лет восемьдесят, отец жил лет около сотни, да я вот живу девяносто четвертый год. Словом, вся наша родовая здесь давно живет. Все мы умели по-бурятски и по-тунгусски разговаривать. Это от дедушки к отцу перешло, а от него ко мне. От бурят и тунгусов они слыхали, как раньше наша река Баргузин текла, от них сызмальства и я перенял и, что запомнил, вам расскажу.
Раньше, шибко давно это было, река Баргузин текла не к Байкалу, а из Байкала в Ледовитый океан, а потом она повернула назад и начала бежать туда, откуда она выходила. Не богом то было сделано, на то воля земли была. Случилось это так: стоял Байкал, стоял, кругом него горы превысокие, нигде на Земле выше них нету, и между этими горами вода все копилась и копилась. В горах лед со снегом таял, дожди шли, все это стекало в Байкал. Воды в нем поднялось много, покрыла она половину гор, и дальше ей деваться некуда было, а горные реки все сливали и сливали свою воду в море. И вот в один день одна гора не выдержала, лопнула. Прорвалась вода и потекла через нее в Байкал. Всю тайгу она смыла, от горы до горы ровное место сделала и дошла до самого Ледовитого океана. Тогда в Байкале много воды держалось, река текла широкой и глубокой, а когда ее поменьше стало, она начала собираться в узкое русло. Текла, текла вода по реке и затопила весь берег у океана, там холода стояли большие, и начали от той воды расти ледяные горы. Сначала вода их прорывала, потому что в Байкале ее много было, а поизбавившись, вода силу потеряла. По прошествии многих лет ледяные горы не дали воде из Байкала идти прямо в океан. Намерзший лед все ближе и ближе начал подходить к Байкалу. Река с каждым годом становилась короче и замывала свою вершину. Под конец она до того замыла свою долину, по которой текла в первые годы, что долина поднялась выше Байкала. Вода перестала бежать из Байкала в нее, а в старое русло в это время начали другие речки из гор и гольцов бежать. Деваться той воде некуда было, повернула река назад и пошла к Байкалу. Когда вода шла к океану, в долину нанесло много ила, лес весь на дне реки погнил. Река стала узкой, берега стали широкими. Теперь, где река Баргузин идет, все место долиной зовется, и нет богаче края, чем эта долина. Когда тунгусы с баргутами в долину пришли, река уже бежала в Байкал, вместо прежней широкой реки текла узкая, по ней охотники спустились к мору. Долина успела зарасти тайгой, расплодились звери и птицы, и стала она красивее, чем до появления реки. потому потом в эти места буряты и русские пришли, и деде мой здесь поселился.
Жили тут и баре, к примеру, Карлыч (М.К. Кюхельбекер) шибко любил такие рассказы, он и у меня их себе на бумагу брал. Только не знаю, пошли ли они в книги. Он тут много писал и при Муравьеве все деревни обходил. Жалко, что я неграмотным жизнь прожил, а то я его книги хоть перед смертью почитал. В бога-то он не шибко верил и на царя не надеялся, он тут больше с нашими мужиками водился, и за то ему спасибо — от хворобы лечил. Ему такие рассказы о старине сподобно было рассказывать, и нам он не говорил, что мы перед богом грешны.
Записано от Ивана Николаевича Щеглова, с. Толстихино Баргузинского аймака БурАССР, 1937 г.

Красавица Ангара.

Давным-давно жил в этом крае один могучий седой богатырь Байкал. Не было во все стране равного ему по силе и богатству. Суровый он был старик. Как рассердится, так и пойдут горами волны , так и затрещат скалы. Много рек и речушек было у него на посылках.
Была у старика Байкала единственная дочь — Ангара. Первой красавицей она слыла во всем свете. Очень любил ее отец-старик. Но строг был отец к ней и держал ее взаперти, в недоступных глубинах. Не давал ей старик даже наверх показаться. Часто-часто тосковала красавица Ангара, думая о воле…
Прилетела раз на берег Байкала чайка с Енисея: села на один из утесов и стала рассказывать о житье-бытье в привольных енисейский степях. Рассказывала она и о самом красавце Енисее, славном потомке Саяна. Случайно подслушала этот разговор Ангара и загрустила… Услыхала она о Енисее и от горных ручьев и еще более заскучала.
Решила наконец Ангара сама повидаться с Енисеем, но как вырваться из темницы, из крепких высоких стен дворца?
Взмолилась Ангара:
Ой вы, тэнгэринские боги,
Сжальтесь над пленной душой,
Не будьте суровы и строги
Ко мне, окруженной скалой
Поймите, что юность в могилу
Толкает запретом Байкал…
О, дайте мне смелость и силу
Раскрыть эти стены из скал.
Узнал о мыслях любимой дочери Байкал, запер ее еще крепче и стал искать жениха из соседей: не хотелось ему отдавать дочь далеко. Выбор старика остановился на богатом и смелом красавце Иркуте. Послал Байкал за Иркутом. Узнала об этом Ангара и горько-горько заплакала. Умоляла старика отца, просила не отдавать за Иркута: не нравился он ей. Но Байкал и слушать не хотел, еще глубже спрятал Ангару, а сверху закрыл хрустальными запорами.
Пуще прежнего взывала Ангара о помощи. И решили ручейки и речки помочь ей. Стали они подмывать прибрежные скалы
Близилась свадебная ночь. Крепко спал в эту ночь старик Байкал. Ангара взломала запоры и вышла из темницы. А ручейки все рыли и рыли. И вот проход готов. Ангара с шумом вырвалась из каменных стен и помчалась к своему желанному Енисею.
Вдруг проснулся старик Байкал: что-то недоброе увидел он во сне. Соскочил — и испугался. Кругом шум, треск. Понял он, что случилось. Рассвирепел. Выбежал из дворца, схватил с берега целый утес и с проклятием бросил его в беглянку дочь.
Но поздно… Не попал. Ангара была уже далеко.
А камень так и лежит до сих пор на том месте, где прорвала утесы Ангара. Это и есть Шаманский камень.
Старик Байкал мечтает до сих пор догнать беглянку, и если Шаманский камень сдвинуть с места, то Байкал выпрыгнет из берегов и настигнет свою дочь, затопив все на пути своими водами.

Никула охотник.

В том месте, где Ангара берет свое начало из Байкала, где и теперь торчит из воды Шаманский камень, там раньше была цветущая долина, отгороженная от моря огромной-преогромной скалой. Во всю долину тянулся богатый город, а кругом него были поля с вечнозелеными цветами, густая тайга, реки и озера. Чего только не водилось в тайге, всякая живность сама в город заходила.
Жили люди и горя не знали. Байкал всех рыбой вдосталь кормил, в степях стада коров паслись, табуны коней гуляли, из тайги охотники ворачивались с богатой добычей.
Славились байкальские люди своей добротой, хлебосольством, красивыми дочерями, выносливыми скакунами и самым ценным в мире баргузинским соболем. Все женщины ходили в дорогих шубах, которым бы завидовали жены королей и царей. Но здесь никто никому не завидовал, все могли носить, что хотели, и есть, что душа желала.
Долго так жили байкальские люди, ни нужды, ни горя не знали, плохого слова друг другу не говорили. Когда хорошо живется, то и ссора не к душе. Кто знает, может, они так бы жили и жили много лет, до скончания жизни на земле.
Но тут на их горе завелся на острове Ольхоне Змей, который понавадился каждый день прилетать к байкальцам и уносить добычу. То корову скрадет, то коня стащит, то крышу с дома сорвет, то каменную стену повалит, а то и богатый дом разорит и хозяина с сумой пустит.
Наглел Змей с каждым днем, много магазинов он разграбил, много добра к себе перенес, а еще больше всяких ценностей попортил. До того жадный был Змей, что просто сказать трудно.
Загоревали горожане, запечалились все от мала до велика. Никакого спасения от лютого змея не стало. Созвали сход, и пришли мужи города высказать свое решение. Порешили так: собраться всем, кто может что в руках держать, и пойти против лютого Змея войной, поймать его, сжечь и пепел по ветру пустить. Сказано — сделано.
Начали кузнецы пики ковать, наконечники делать, луки гнуть, стрелы точить. Несметное количество всего понаделали. Ну, думают, не устоит против них Змей. Пришло время открыть войну против Змея лютого.
В городе всем управлял князь, имени его никто не помнит, но был он мудр и постоянно заботился о своих людях. Снова собрал он всех и сказал такое слово:
«Вот, люди добрые, мое вам наказание перед тем как со Змеем сразиться: за город свой стойте так, как за дом родной, побьем Змея, тогда каждому из вас почет и уважение, не побьем — горе горькое нам мыкать из века в век. Благословение примите от жен ваших, матерей и дочерей, за честь их силы своей не жалейте».
Зазвонили колокола, забили барабаны, князь снова сказал:
«Не будем ждать ворога у своего порога, возьмем его на Ольхоне, в его же палатах».
Только он промолвил такие слова, страшный ветер поднялся, все кругом зашумело, тайга заговорила. Байкал забушевал, тучи начали над головами низко проплывать. Словом, жутко стало, хуже, чем на войне. Там ведь знаешь, что перед тобой человек драться будет, а тут черт не черт. змей не змей, а какое-то чудовище, но только звали его Змеем.
Не успели еще горожане в руки оружие взять, как стали валиться на землю, оглохшие от шума, который поднял Змей. Через день байкальцы очнулись, и князь их снова призвал на площадь.
«Нет сильнее силы человека, поборем мы Змея лютого».
Всем горожанам он дал срок, чтобы лучше снарядиться на войну со Змеем. Собирались долго и вот порешили выступить.
Змей не стал ждать встречи у себя в палатах, как только он узнал, что князь свои войска подготовил против него, он сам первым выступил. Прилетел он к байкальцам и начал валить дома, закидывать улицы камнями, убивать всех, кто попадался ему на глаза.
На этот раз горожане не испугались, они с оружием в руках выступили против лютого Змея. Долго бились городские люди со Змеем, по одолеть не могли. Много лучших мужей тут полегло, а Змей с перебитыми костями все же улетел к себе на Ольхон.
Не прошло и месяца, Змей поправился и снова прилетел к байкальцам за добычей. Видит князь, что не одолеть им Змея, решил он встретить его с разными почестями. Встретил и говорит ему:
«Не зори ты нас, а лучше скажи, что тебе надо, и мы все сами будем давать.
«Коли так, — ответил Змей, — то вот вам мой сказ: каждый месяц будете мне давать по девушке, а ежели не будете, то сам буду брать по две».
Князь согласился, что же ему оставалось делать. Выбрали они на первый раз девушку, что славилась по городу своей красотой, и отдали ее Змею поганому. Змей получил девушку и месяц не появлялся в городе, сдержал свое слово, в долине стало тихо, зажили горожане спокойно и подумали, что на этом дело и кончится.
Вот как-то князь сзывает всех горожан на площадь и говорит:
«Послушайте меня, люди добрые, тишина наша жизнью куплена. Обещал я Змею каждый месяц по девушке отдавать. Коли не сдержим это слово, то порухи больше будет, не дождаться нам Змея лютого погибели».
Запечалился народ, кому же охота отдавать родное дите на поругание. Но делать нечего, со Змеем шутки плохи.
Вот настала очередь до дочки князя. Плакали князь с княгиней три дня и три ночи. Прилетел Змей, увидел ее и удивился. Такой красавицы он еще никогда не видел. Не стал он глотать княжну, взял ее себе в жены, посадил на крылья и полетел на Ольхон.
Не отходит от нее Змей ни днем, ни ночью, все ласкает ее и любуется. Уж больно по душе она ему пришлась. Вот как-то она сидит со Змеем и спрашивает его:
«Есть ли кто сильнее и храбрее тебя, есть ли такой человек, чтобы одолеть тебя мог?»
Не хотел Змей выдавать свою тайну, но выдал.
«Есть такой человек, он живет почти рядом с твоим отцом и боюсь я с ним поединка, не одолеть мне его».
«Кто он такой?» —  допытывалась княжна. Долго таился Змей, но признался:
«Тот человек — Никула охотник. Вот уже несколько лет он ходит по тайге, никак у него времени нет зайти в город. Если бы он жил дома, то не видать бы мне тебя, не владеть бы мне другими красавицами».
«Откуда ты знаешь о его силе?»
«Не раз сам видел, как он деревья с корнями валит, как от его свиста скалы разламываются, как на его крик звери к нему сбегаются. Все его слушаются, все тут ему подвластно».
«Почему же он в городе не живет?»
«Князь его обидел, вот он и покинул родной дом, оставил только в нем мать-старушку и отца-старика». Княжна долго не думала, стала проситься у Змея сходить в гости к отцу, поклониться матери родной, поцеловать сестру малую.
«Не пущу тебя одну, обманешь меня», — заупрямился Змей. «Вот если хочешь, то я сам тебя к отцу доставлю и буду караулить около дверей. Коли задумаешь скрыться, то зло всему городу учиню и семью твою изведу».
«Хорошо, Змей, согласна я на все».
Мигом доставил он ее в родной город и опустился прямо к отцовскому крыльцу. Княжна не мешкала, к отцу упала в ноги и говорит:
«Идол поганый Змей не самый сильный, боится он как огня Никулу охотника. Попроси у Никулы за обиды прощения, пусть вернется в город, встретится со Змеем и расправится с ним раз и навсегда».
Князь от радости не знал, что и делать. Княжну он не стал задерживать, отпустил, а сам тем временем раздумывал о том, как бы ему уговорить Никулу охотника, чтобы он побил Змея лютого.
Пошли в тайгу на поиски Никулы охотника самые бедные мужики. Нашли его и сказали, чтобы сердца на город он не имел, а народ просит сослужить ему добрую службу.
Как услыхал Никула, что город его в беду попал, он сразу же вернулся к отцу с матерью и разузнал подробно, кто такой завелся, что покоя городу не дает. Ему все подробно рассказали. Никуда никому ничего не сказал, только сжал кулаки покрепче, крякнул и лег спать.
Спит Никула-охотник богатырским сном. Спит день, другой, а на третий встал, поел вдоволь и пошел к Байкалу, караулить, когда Змей лютый за добычей придет.
Прошел месяц. Никула глаз с неба не сводит, землю всю кругом осматривает. Вот видит он однажды: летит Змей над Байкалом, от взмахов крыльев волны, как горы, поднимаются, скалы звенят, лес разбушевался, будто кто его под корень рубит. Увидел Змей Никулу и сразу пыл приуменьшил, задумал с ним в сговор вступить.
«Садись тут! — крикнул ему Никула, — хватит тебе разбоем заниматься».
От этих слов Змей чуть не оглох. Куда уж ему перечить. Сразу спустился к Никуле.
«Не шибко ори! — закричал на Никулу Змей — Ты мне не перечь, давай будем братьями, вся добыча в дележе на нас двоих пойдет».
«Как смеешь мне ты говорить! — крикнул ему Никула — Разбой кончай! Если по честному жить не хочешь, то убирайся куда глаза глядят, но добрым людям на глаза не показывайся».
Змей зашипел, выпустил когти и набросился на Никулу охотника. Три дня и три ночи боролся Никула охотник с лютым Змеем, трое суток дрожала под ними земля, валились камни и деревья, бушевал Байкал, кричали птицы и звери. Схватка шла не на жизнь, а на смерть. Кровь рекой текла между скалами, вода в Байкале начала от нее краснеть.
Видит Никула, что придется ему нелегко. Змей силен и хитер, и послал он свою вещую птицу, чтобы она всех в городе предупредила, что скоро будет потоп. Когда Никула увидел, что люди покинули город, собрал он все силы, поднял скалу, что охраняла долину от байкальской воды и бросил прямо на Змея. Змей испустил дух.
В это время Байкал кинулся в долину и пробил себе выход к океану. И теперь на месте той долины бежит Ангара, а затопленный город возродился на ее берегах. Только один Шаманский камень, что откололся от брошенной Никулой скалы, остался свидетелем тех далеких-далеких лет.
Записано от Корнея Кирилловича Ласкутова, 1971 г. рожд., малограмотного., п. Нижнеангарск Северо-Байкальского аймака БурАССР, 1939 г.

Откуда взялось название «Байкал».

Русские давно слыхали, что где-то посреди Сибири есть огромное озеро. Но как оно называется, никто про то не знал. Когда русские купцы, а потом казаки за Урал перевалили и стали к большим рекам Оби и Енисею подходить, они узнали, что вокруг озера, которое денно и нощно кипит, люди живут. Узнали те русские, что то озеро богато рыбой, а по берегам разные звери ходят, да такие дорогие, которых в свете больше нигде нету. Стали казаки и купцы торопиться к тому морю-озеру, шли, не спали, коней не кормили, не знали, когда день кончается и когда ночь начинается. Каждому охота было первому к озеру попасть и посмотреть, какое оно есть и почему оно кипит без отдыху.
Шли те купцы и казаки к морю долго, несколько лет, много их дорогой поумерло, но живые все-таки дошли и увидели перед собой Шаманский камень. Он им дорогу перегородил, свет закрыл. Ни вправо, ни влево от него отвернуть нельзя, кругом такие горы, что закинешь голову шапка слетает, а верхушки не видно. Покрутились казаки с купцами около Шамана-камня и подумали, что не пробраться им к морю, а сами слышат, как оно шумит, вздымается и о скалы бьется.
Загоревали купцы, опечалились казаки, видать, вся их длинная дорога пропала ни за понюшку табаку. Отъехали они назад, шатер разбили и стали тяжкую думу думать, как же им Шаман-камень перевалить или горы объехать. Горы им не объехать — море проглотит. Так остановились казаки с купцами и стали жить недалеко от моря-озера, а на берег никак не попадут.
Долго им тут пришлось жить, может быть, и кости там их сгнили бы, но тут на их счастье подошел к ним неведомый человек и назвался бурятом. Русские начали его просить, чтобы он их провел на берег, обвел кругом моря и показал им дорогу на землю, где они еще не были. Ничего бурят им не сказал, он сложил свои ладони в трубочку, потом поднес их к лицу и пошел в лес. Русские не стали его задерживать, отпустили с богом. Снова опечалились купцы и казаки, как же дальше быть, не миновать, видно, смерти им. Так жили они долго ли, мало ли, никто ни дни, ни месяцы не считал. Отощали и осунулись купцы с казаками, хуже прежнего горе их обуяло. Хотели они уже с последними силами собраться и назад идти, но тут снова пришел тот бурят и сына своего привел, сказал:
«Не обойти мне с вами Байгала — стар я стал, не обогнуть мне Камень-шаман — года давно ушли, берите сына, у него глаза светлые, а ноги оленьи».
Ушел старик в тайгу, а сын повел русских новой дорогой, вывел их на берег моря и сказал:
«Байгал».
Русские спросили его, что это такое, он им ответил:
«По-нашему значит огненное место, здесь раньше сплошной огонь был, потом земля провалилась и стало море. С тех пор мы зовем наше море Байгалом».
Русским это название понравилось, и они тоже стали называть это море Байкалом.
Записано от Е.И.Сороковикова-Магая, 1946 г.

Ушканьи острова.

Кто может знать, когда это было? Да никто, пожалуй, не помнит. Много годов с той поры утекло, на равнинах за это время горы выросли, на низинах глубокие озера разлились, на камнях лес вырос. Стоял в ту пору Байкал спокойно, так тихо, что вода не шелохнется, как зеркало, от берега и до берега гладь блестела. Иногда только утром рано, на зорьке, рыба плескалась. Но Байкал на то не сердится, любит он разную живность и, как отец, дает ей пищу.
Долго ли в тиши и неге жил Байкал, о том только он один знает. И вот нежданно-негаданно навалилась на Байкал страшная буря. Такой бури еще Байкал не видывал. Покрылась вода Байкала страшными пузырями, стал, кажется, он выше прежнего и норовит разлиться по прибрежным падям и низинам. Осердился старик Байкал на бурю и сказал:
«Не зли меня, не одолеть тебе старика, не разогнать тебе по сторонам мою светлую водицу, не осушить тебе мой дом родной».
А буря и слушать старика не хотела. Знай, гуляет себе и гуляет по гребням волн, которые поднялись уже с высоту скал.
«Не справиться тебе, старик, с моей силой», — говорит буря, — «я моря и океаны вздымаю, тайгу валю, вековечный лес корчую, скалы рушу, а тебя расплескаю, как лужу, осушу, как каплю».
После таких дерзких слов Байкал пришел в ярость. Зло силы придает. Расправил свои могучие плечи Байкал, вспомнил он про своих сыновей и дочерей, набрал силу в свою богатырскую грудь и давай бороться с бурей. Скалу за скалой начал воздвигать вокруг себя, за скалами стали горы подниматься. Видит буря, что со стариком шутки плохи, и так просто его не одолеть, призвала она себе на подмогу ветры Култук и Баргузин. Силы у бури сразу прибавилось. Тогда Байкал на хитрость пошел и начал путь буре преграждать подальше от берега. Со дна, стали подниматься скалы, их столько поверх воды поднялось, что солнце заслонять они начали. Ударится со всей силой буря о скалы и назад откатывается, на берег уже она слабая приходит.
Вот так и появились в Байкале скалы назло бурям, на радость берегам, которые они охраняют. Ну, а раз скалы появились, то потом их позаносило песком и илом. Из года в год скалы обрастали и так разрослись, что превратились в острова. Вот такой один остров и прозвался Ушканьим. Почему его так назвали? Про это я вам сейчас расскажу. Остров этот удался больше других, на нем скоро появился лес: сосняк, березняк, листвянка, осинник, а кустарнику и названия нету. Ягод тут родится столько, что хватит на всю байкальскую воду кисель ягодный сварить. А еще богат остров багульником и цветами. Под осень на острове от аромата дыхание захватывает.
На острове свой климат, своя погода стоит, и нигде такой вокруг Байкала нету. Когда кругом осень, везде все вянет и замерзает, на острове все цветет, куда только глаз хватает, везде зелено: ягоды дозревают, багульник второй раз цветет, распускается. Узрели о таком острове ушканы — значит, по-сибирски, зайцы — и повалили они гуртом на остров. На что уж ушканы трусишки и то, когда надо, так вплавь пускаются и на остров попадают. Столько там ушканов расплодилось, что некуда было ступить.
Но ведь и человек не дремлет, он тоже хитер. Разузнал, что на острове природа богатая, и пробрался на него. Люди диву давались, как много ушканов здесь живет. Так и прозвали остров Ушканьим. Потом ушканы развелись и на маленьких островках, что рядом с Большим стоят. Теперь и эти маленькие острова тоже Ушканьими называют.
Много лет тому назад наши деды и прадеды хотели обжить эти Ушканьи острова, но не подошли они для бытья: зима с летом тут не в ту пору подходят, как вокруг Байкала. Хотели мужики хозяйство развести, да мочи не хватило, да и нужды в том не было.
Ушканьи острова народ испокон веков бережет, и живность там сохраняется самими охотниками. Рассказывали старики, как давным-давно несколько воров наповадились на остров ушканов изводить. Охотники промеж собой условились старика нанять, чтобы он на острове все живое хранил. Больше ста лет жил старик на острове, воров всех поизвел, детям своим, внукам и правнукам наказал: «Как лисица около своей норы не охотится, так и вы берегите вокруг себя все живое. Без природы человек голый, а голышом долго не проживешь».
Записано от промыслового сибирского охотника Якова Мироновича Сокольникова, 1871 г. рожд., малограмотного, пос. Нижнеангарск Северо-Байкальского аймака БурАССР, 1939 г.

Куйтун — хлодное место.

Когда еще буряты не жили на одном месте, а кочевали из края в край по всей сибирской земле, им часто приходилось встречаться с такими холодами, которых они не могли выносить. Но как бы ни было холодно, они все же находили себе укрытия, делали из шкур зверей или из потников юрты и пережидали морозы.
Случился как-то в одном году сильный снегопад. Было это лет тысячу назад. Вывалил такой снег, что всю тайгу завалило до самых макушек деревьев. Многие буряты оказались почти под снегом. Они выбрались из него, но ходить по тайге на охоту уже не могли. Куда пойдешь, когда кругом все завалило так, что и звери по лесу бегать не могли и птицы стали падать от голода. Бедственно было в то время бурятам, не знали они, что осталось им делать. Тут выручил их батор Хонгодор. Он собрал всех бурят около своей юрты и сказал: «Идите все за мной, мы выйдем в широкую степь, где ветер уже унес весь снег, и там заживем новой жизнью. Там мы расплодим скот, как то делал мой отец, когда мы жили в Монголии, тогда мы не будем знать ни печали, ни горя».
Послушались буряты своего Хонгодора и пошли за ним. Батор шел впереди всех, проминал дорогу, показывал путь, куда они должны идти. С большим трудом они проходили в день версту, потом зарывались в снег, а утром шли дальше. Так шли они до тех пор, пока не перешли Ангару и Оку и не остановились на чистом ровном месте, на правой стороне небольшой речки Алки. Здесь хонгодоровцы поставили целый улус, хотели обосноваться навсегда. Прожили они тут несколько лет, но обосноваться никак не могли. Зимой и весной дули такие холодные ветра, что не было сил показываться на дворе.
Такого холода буряты еще никогда не испытывали, так как до этого они все больше жили в тайге, а там было намного теплее, чем здесь. Скот у них никак не разводился, он все больше гиб на морозе, и начали буряты бедствовать хуже, чем в тайге от глубокого снега. Тут-то буряты стали уговаривать своего батора Хонгодора, чтобы он увел их на другое место, где можно было пасти скот, где нет таких морозов и такого сильного ветра, от которого падают люди и все живое.
Хонгодору и самому не нравилось это место, он проклинал себя за то, что привел сюда своих людей на погибель, что он, перенесший в жизни всякие морозы, сам их не может выдержать. Прожив так около Алки несколько лет и потеряв от сильных холодов много людей, Хонгодор решил перекочевать на новое жительство к речке Икей. А свое прежнее место около Алки буряты прозвали Куйтуном.
Русские долго не селились у Алки, боялись, что на свете нет, по рассказам бурят, холоднее земли, чем вокруг этой речки. И на самом деле, то место в первые годы жизни русских оказалось морозным. Потом русские свыклись, настроили себе бревенчатые дома, распахали землю, обжили все кругом и не стали замечать морозов. А название места так и осталось. По правде сказать, буряты были правы.
Записано от Ильи Харитоновича Александрова, с. Бутаково Куйтунского района Иркутской области, 1936 г.

О происхождении названия реки Ангары.

На том месте, где сейчас Байкал, раньше были одни большие ледяные горы. Они уходили своей вершиной до самых облаков. Все лучи солнца падали на эти горы, они-то растопили льды. Воде некуда было деваться, она пошла под землю, разъела ее и сделала громадную котловину. Котловина заполнилась водой. Так образовался Байкал, как говорят старики.
В это же время начали таять горы льда и снега в горах. Сначала вода спружилась в отдельных горных логотинах, а потом прорвалась к Байкалу. Потому-то сейчас в него впадает много разных рек, речушек и ключей.
Когда в Байкале воды набралось очень много, он ее сдержать не мог, она стала искать себе выход. Вот и нашла. В одном месте она протекла под землю, а там камни были, из которых известку жгут. Те камни вскипели. выбросили все наружу, и образовался сильный провал. Вода хлынула в этот провал и потекла вниз. Было это дело много тысяч лет тому назад. В то время здесь жили разные люди, от которых буряты пошли. Они по названию провала и прозвали новую реку Ангарой. Раз по-бурятски провал называется ангарой, а река потекла по провалу, то ей дали имя Ангара, и ничего тут мудреного нету.
Записано от Д.С. Асламова, 1936 г.

Как две реки получили название «Ангара».

В незапамятное давнее время, когда еще солнце не так грело, как теперь, когда рыбы были малявками, а лес походил на корешковые кусты, вся нынешняя Сибирь была покрыта почти одним чистым льдом. Озер здесь было мало, а рек не было совсем. Прошло с тех пор много миллионов годов. Лед и снег растаяли под солнцем, когда оно начало сильнее греть; лес вытянулся к небу и стал тайгой, появились звери и птицы, рыба выросла большой, а солнце спустилось поближе к земле, чтобы давать всему земному жизнь. В то время откуда солнце восходит в Сибирь пришли разные люди. Первыми из них были тунгусы. При них Байкал стал морем, а Ангара рекой.
Как это было, о том старики знали, нам велели рассказывать, а в книгах об этом нету даже строчки. И вот про это тут от тунгусов слыхала моя мать и рассказывала. Она много знала, и память у ней такая богатая была, что раз услышит, потом всю жизнь помнит.
Байкал сначала небольшим озером был, потом к нему потекли маленькие речки. Но от них он не рос, все оставался таким же. Но вот в крупных горах пробился из-под земли ключ, и валом повалила вода. Дошла она до Байкала, а там ей громадные скалы дорогу перегородили. Катилась та вода, катилась, и набралось ее столько, что скалы не удержались и развалились.
Хлынула вода в Байкал, смыла все скалы и камни и соединилась с Байкалом. В проходе в Байкал, где раньше были скалы, появилась дыра, похожая на разинутую пасть зверя. Тунгусы закричали: «Ангара, ангара!» По-тунгусски такая пасть зовется «ангарой», отсюда и за рекой имя это пошло. Удивились тунгусы, куда же теперь озеро всю эту воду денет, и пошли по берегу. Наконец, тунгусы дошли до громадной скалы. Дальше идти некуда, и остановились они тут на житье. Пожили немного и вдруг услыхали, как скалы разваливаются, земля вся дрожит, светопреставление началось. Потом все стихло, туман ушел, и в скале громадной появилась такая же дыра, как та, похожая на пасть зверя. Тунгусы закричали: «Ангара, ангара!» В нее повалила вода и потекла вниз. Тунгусы и эту дыру прозвали Ангарой. Только первую они прозвали Верхней Ангарой, а вторую просто Ангарой.
Пожили тунгусы у второй Ангары и разбрелись по разным местам. Другим людям они рассказывали, как Ангары появились и почему им такое имя дали. С тех пор оно так и идет, про то каждый старик знает.
Записано от Ивана Илича Ефремова, рабочего прииска Троицк Баунтовского аймака БурАССР, 1937 г.

Откуда Селенга взяла свое название.

Было это очень давно. Так давно, что с того времени ничего не сохранилось, только одна молва передается от дедов к внукам, от отцов к сыновьям. В то далекое время самый большой тунгусский род бродил по берегу Байкала, где Ангара берет свое начало, значит недалеко от теперешнего Иркутска. Бродили, бродили по таежной глухомани и набрели они на незнакомое племя. Человек с человеком всегда язык найдут, а тут тем более, племя оказалось родственным. То были тоже тунгусы из рода Чильчигир, которые кочевали по самым северным берегам Байкала, где ныне Нижнеангарск стоит, эти тунгусы.
Байкальские тунгусы познакомились с чильчигирцами, и чильчигирский князек рассказал им:
«Может, деды, а может, и прадеды наши жили вот здесь, где вы теперь, байкальские тунгусы, живете. Но вот случилась беда. Поехали наши предки на Байкал нерпу промышлять, лед плохой был, оторвало их льдину и стало носить по морю. Носило их носило, а потом обломки прибило к противоположному берегу. Назад они никак выбраться не могли, и пришлось им остаться жить на новом месте. На новом месте несладко живется, но жить пришлось, и опять стали охотиться. Чем же больше тунгусу заниматься? И вот однажды во время охоты они набрели на большую реку. Поднялись они по ней вверх и наткнулись на другую реку, которая в нее впадает. Долго бродили наши предки по этим рекам, но ни одной живой души не встретили. Необитаемы в то время были те места, верно, богатства в тех долинах были несметны, зверя водилось видимо-невидимо, а птицы и того больше.
Как бы хорошо ни было в чужих краях, домой тянет, дом-то наш вот на этом месте, и камень Шаманский нашим покровителем испокон веков считается. Убери его, этот камень, и вся земля охотников, поля и луга — все водой покроется».
Слушали байкальские тунгусы рассказ своего родича и потом спросили:
«Как же та большая река зовется?»
«Наберитесь терпения», — ответил чильчигирский князек, — «тогда все поймете».
Князек посмотрел на всех, увидел, что его слушают, стал рассказывать дальше:
«Жили мы на той стороне долго-долго, привыкли к той большой реке, но с нами тоже беда случилась, как с нашими дедами. Вышли мы на Байкал рыбу ловить, и вдруг страшная буря началась. Берестянки все разбило, а сами кое-как выбрались на этот берег, о котором нам отцы и деды говорили».
Байкальские тунгусы шибко любопытными были и снова спрашивают князька о названии той большой реки. Князек ответил, что у той реки нет имени, потому что люди до нее еще не дошли, а рекам названия дают люди.
«А куда она впадает?»
«В Байкал», — ответил князек.
И поняли байкальские тунгусы, что течет та река выше Байкала, а такие реки по-тунгусски называются солингой, а буряты и русские потом переиначили это слово и прозвали реку Селенгой.
И по сей день она так зовется. То, что я здесь рассказал, это сущая правда, со мной про то не один раз тунгусы ночами делились, д я сам хорошо знаю, что и теперь они верховье рек и все реки, которые текут выше другой, Селенгой называют.
Вот откуда взяла свое название река Селенга. Мудреного тут ничего нет. И по теперешнее время многим безымянным речушкам названия дают по разным предметам. Каждому свое.
Один из вариантов, записанный от Магая в феврале 1948 года. Подобные предания имеются у эвенков и бурят. Данный вариант является наиболее полным, содержание излагается последовательно. Впервые Магай его услышал от потомственного забайкальского казака Ивана Несторовича Засадина в период гражданской войны.

Как появилось название озера Котокель.

В древнее время на том месте, где появилось озеро, стояли высокие скалы. Кроме скал, а вдали крутых гор, на той земле ничего не было. Не водились там ни звери, ни птицы, на сотни верст не росло ни одного дерева. Когда образовался Байкал, то однажды поднялась сильная буря и вода из озера была ветром загнана на те скалы. От нахлынувшей воды скалы медленно начали разрушаться, волны унесли камни в Байкал, и постепенно там, где были скалы, появилась впадина. Земля под впадиной стала опускаться и заполняться байкальской водой. Вместе с водой в озеро пришла рыба.
Прошло много лет, Байкал замыл берег, и вода теперь уже не могла попасть во впадину, озеро осталось замкнутым в горах. Вокруг него сразу жизнь изменилась, далеко в горах стал расти лес, начала шуметь тайга, а по самому берегу на несколько верст к горам появилась ольха. Она так стала быстро расти, что вскоре берега стали непроходимыми, все переплели ее ветки.
Много лет вокруг озера никто из людей не жил. Но вот где-то на востоке, за хребтами, началась война. Она шла много лет, люди воевали между собой до того, что их осталось совсем мало. Чтобы не извести себя совсем, одно племя убежало к Байкалу и встретилось с другими народами. Войны здесь между ними не было, но новое племя скрылось на острове этого озера. На том озере сохранился остров со скалами, видно, вода его не могла смыть, только все скалы проточила, глубокие дыры в них сделала.
Поселилось прибежавшее племя в скалах, в готовых пещерах, и никто к нему не мог ни пройти, ни проехать. Жило оно там долго, многие поумерли, не увидев другого света. Когда их осталось мало, все-таки к острову пробрались тунгусы или орочоны, разные люди про то разное говорят. Но только пробирались они долго не то что до острова, а даже до самого берега озера, ольха тут все так переплела, что мошке в ней и то трудно было проскочить. Когда тунгусы все же пробрались через ольху, то на острове попали в незнакомое им племя. Тут они ужились вместе с тем племенем.
Когда тунгусы выходили на большой берег, то все время плутали в ольхе и говорили: «котокель, котокель», что значит «непроходимая ольха». Потом они ездили к своим родичам и оттуда всегда торопились, чтобы засветло попасть на остров, и тоже говорили: «котокель, котокель», то есть им надо пробраться через ольху. Так и получилось, что и само озеро по-тунгусски назвали Котокелем.
Русские пришли к Байкалу и узнали, что недалеко от него есть озеро Котокель, но ольхи той большой и густой уже в то время и в помине не было. А название, как видите, осталось.
Записано от Гурьяна Степановича Лейкина, с. Гремячинск Прибайкальского аймака БурАССР, 1937 г.

Легенда о богатыре Байкале — миф, история, сказка, полный авторский текст

Легенда гласит, что в давнее время, богатырь Байкал был добродушным и веселым. А все потому, что жила с ним его единственная и самая красивая на свете дочка Ангара. Красоту ее признавали все вокруг, и многие красоте такой поклонялись. Например, перелетные птицы боялись садиться на воды Ангары, чтобы не испортить ее красоты. Они просто пролетали мимо и любовались.
Но вот однажды красавице Ангаре надоело жить под отцовской опекой. Встретила она прекрасного принца Енисея, влюбилась в него и решила сбежать от своего отца, пока тот спал. Проснулся Байкал, сильно разозлился, узнав о побеге. Все вокруг испугались гнева богатыря. Ведь поднялась на озере такая буря, какой еще никто не видал. Небо стало черным, деревья в лесах наклонились все к земле, звере бросились бежать, куда глаза глядят, рыбы залегли на самое дно, птицы скорее улетели.
Не знал Байкал, как остановить беглянку. С горя отколол он кусок от самой высокой скалы и бросил ее вслед красавице Ангаре. Упал этот огромный камень прямо на горло его дочке, не могла она вздохнуть и стала просить отца о пощаде, чтобы разрешить глотнуть воды немного. Но Байкал был непреклонен, разбила сердце ему его неверная дочка.
И вот уже много-много лет вытекает Ангара из Байкала в Енисей водой-слезой. Байкал же с разбитым сердцем стал злым, хмурым и никогда больше не веселился он. А тот камень, что бросил Байкал на горло Ангаре, назвали местные жители Шаманским. Место это стало священным – жители приносили туда жертвы, прося пощады у Байкала. ведь существовала такая легенда, что если Байкал разозлится, то сорвется камень этот и тогда затопит вода всю землю.
Так и течет слезой Ангара в Енисей уже не одну сотню лет. А Байкал сильно изменился с тех пор, больше никогда он не радуется, ходит хмурым. Скалу, которую он бросил вслед дочери, местные жители прозвали Шаманским камнем. И чтобы Байкал не гневался на них, и случайно не сорвал камень и не затопил все вокруг, стали приносить к камню жертвы.
Поделиться c друзьями:

Легенды озера Байкал — Бурятия — третий регион России

Нет в Бурятии места овеянного легендами больше, чем Байкал. С самых древних времен люди покланялись великому озеру и слагали о нем легенды. Основанные на древних сказаниях легенды разделились на две линии, на исторические и фольклорные, сказочные.
Сказочные эпосы про седого старца Байкал и его красавицу дочь, непокорную Ангару с ее могучим женихом Енисеем знает каждый. А вот Исторические легенды, о возникновении Байкала, о его названии и открытии казаками описаны в книге «Байкальские легенды и предания». Книга интересная и редкая, поэтому некоторые легенды мы вам перескажем.

Первая легенда о Байкале

Как появился Байкал

Об этом событии в книге есть две легенды, между собой они почти не перекликаются. Первая гласит, что Байкал произошел от попадения в недрах земли воды на породу, которая начинает кипеть от попадения воды.
«В глубине земли сошлись вода и камень. Когда они сошлись, то закипели. Куда пару деваться? Он полез в разные стороны и сдвинул землю с места, и пошла она волной и пуще того заколебала всю землю. Так бурлила земля в глубине, бурлила, а потом вода и пар вырвались наверх, и покрыла вода низкие места. Дальше она идти не могла, кругом были горы, вот и получился Байкал»
Воды Байкала дружат с водами ледовитого океана, бывало разобьет лодку на Байкале, а доски в Ледовитом находили или наоборот.
Другая легенда так описывает эти события: «Свалился на землю прегромадный камень. Пока он падал на землю, раскалился, а когда упал, то пошел проливной дождь. В воронку на горячий камень потекла вода. Земля, камень и вода — все вскипело. Кругом начали растопляться снега и льды. Воды стало много и она попала в щель, идущую от воронки. По щели той просочилась вода под землю, там она вскипела и прорвалась обратно вверх, здесь затопила та вода все вокруг и получилось море»
Хотя деды рассказывают, что Байкал появился в том месте, куда большая молния ударила. Прорезала та молния землю до самой подземной воды, вырвалась та вода, затопила много падей и гор, так и стало море.

Вторая легенда о Байкале

Откуда взялось название «Байкал»

Про название нашего озера-моря тоже есть два варианта легенды. Оба связаны с казаками — первооткрывателями.
По первой версии шли казаки шли к морю и дошли до Шамана-камня. Ни в право и ни в лево обойти тот камень не получалось и ввысь уходили горы на такую высоту, что закинешь голову, шапка спадает, а верхушки не видно. И поняли тогда казаки, что не пройти им к морю.
«Вышел однажды к казакам человек и назвался бурятом. Повел бурят казаков новой тропой и вывел на берег моря и сказал:
-Байгал.
Спросили его казаки, что это такое, он им и ответил:
— По нашему значит огненное место, здесь раньше сплошной огонь был, потом земля провалилась и стало море. С тех пор мы зовем наше море Байгалом.»
Вторая версия гласит, что раньше на берегах озера Байкал жили якуты, но позже они откачевали на край тайги и тундры. А когда казаки дошли до них, рассказали якуты казакам, что за лучшей жизнью на юг и восток идти надо:
— А что там такое, что нам туда ехать советуете?
-Там Бый-гал, около него все богатства таятся: золото, серебро, соболь, да всего не перечислить.
-Что это такое Бый-гал? — спросили русские казаки
-Великое богатое море — ответили якуты.

Статьи про современный Байкал

Зимняя рыбалка на Байкале
Палаточный отдых на Байкале
«Байкальский прибой» — жемчужина Байкала
Фотоальбом «Природа Бурятии»

Источник: http://www.03bur.ru/?p=1493

Мифы и легенды Байкала | ИРКИПЕДИЯ — портал Иркутской области: знания и новости

Древний человек, проникший из Центральной Азии к Байкалу около 100 тысяч лет тому назад, из поколения в поколение учился жить в суровой природной среде сибирского водоема. По мере осушения акватории Байкала через слив образовавшейся Ангары люди спускались с возвышенных участков, не покидая меняющейся береговой полосы. К эпохе неолита поселения первых поморов Байкала, исчисляемые сотнями, преимущественно группировались в районах разведанных поколениями людей важнейших промысловых угодий: Приольхонье, Чивыркуйский залив, долины Баргузина и Иркута, озеро Котокельское, устья всех речных притоков Байкала, особенно Селенги.
За эти годы первые поморы Байкала пережили немало самых великих природных катаклизмов: оледенение, затопление суши, селевые паводки, действия вулканов, разрушительные землетрясения, подвижки горных хребтов, гигантские оползни… Рассказы о них передавались в поколениях и запечатлелись в генетической памяти, став основой шаманской концепции о мироздании.
Страх перед грозными природными стихиями Байкала породил у первых поморов культ сибирского водоема. Все современные шаманские святые места байкальского региона объединены общей религиозно-мифологической концепцией об окружающем мире, в основе которой лежит учение о единстве человека с природой, о преемственности поколений. Именно в эпоху каменного века, как полагают многие исследователи ранних форм религии, возникли отдельные «байкальские» культы этой концепции, которые в бурятском шаманизме подразделяются на культы охотничье рыболовные (таежные) и генеалогические (с участием тотемов животных «водного», или «байкальского», происхождения). Особо почитались: озеро Байкал как единая природная святыня – центр хозяйственно-культурной и политической консолидации таежных племен Восточной Сибири; горные системы вокруг Байкала (Тункинские Альпы, Хамар-Дабан, Приморский и Баргузинский хребты); крупные географические объекты прибрежной зоны, особенно остров Ольхон, реки Иркут и Ангара, Малое Море, пролив Ольхонские ворота, устья Селенги, Сармы, Анги, Куртуна, Голоустной, Бугульдейки; промысловые (охотничье-рыболовные угодья); следы крупных геологических катастроф; термальные источники и озера; горные перевалы с кочевыми тропами через них; пещеры и гроты; скалы и камни необычных форм; шаманские похоронные места (рощи, боры, некоторые водные источники, острова и горы) и т.п.
Культы эвенков в отношении Байкала утрачены по причине вымирания и оттеснения их этноса пришлыми степными кочевниками. Однако по фрагментарным данным устанавливается факт почитания эвенками духа-хозяина Ламу (Байкала) и отдельных горно-таежных уголков его побережья: островов Ушканьих, полуострова Святой Нос, озер Фролиха, Ченча, Иркана, Лысой горы, мысов Хаман-Кит, Томпуды, Кудалды, Шаманского, верховьев Баргузина, отдельных горных вершин Баргузинского и Икатского хребтов, долин рек Куртун, Голоустной, Турки, Алдан и др., то есть преимущественно в северной половине Байкальской экологической ниши. Совпадения ряда святых шаманских мест бурят и эвенков объясняется общностью происхождения отдельных родо-племенных групп, ведущих начало с эпохи бронзы и неолита (рис. 1.1.). Стойкость культовой традиции у бурят и эвенков, живущих непосредственно на берегах Байкала и занимающихся преимущественно охотничье-рыболовным хозяйством, подтверждается сохранившейся культовой практикой, иконографикой и обрядовыми действиями, словно «снизошедшими» с наскальных рисунков Байкала многотысячелетней давности.
Отдельные элементы ритуальных предметов каменного века «дожили» в неизменном виде до наших дней, особенно у эвенков, этнографический комплекс которых сложился уже на поздних этапах неолита.
Страх перед суровой природой Байкала породил у предков бурят целый комплекс представлений о неких духах, якобы обитающих в черной пучине. Помимо страшного дракона Лусуд-хана, здесь «водилось» великое множество как злых существ, так и добрых. Среди них Уhaнай-бохолдой – водяной черт, хватающий утопленников.
Не менее коварным считался Уhан-эжин – злое существо, имевшее способность выходить на сушу и перевоплощаться в облики людей или животных. Им «помогали» некие водяные духи более мелкого ранга, которые заставляли рыбаков и путешественников блуждать в тумане до тех пор, пока они не утонут. Страшная рыба Абарга загаhан (или Мажин) считалась прародительницей и царицей всех рыб, ей устраивали даже обряд жертвоприношения.
Почитались также духи, имена которых олицетворяли физические свойства священного сибирского водоема: Гумгэ-нойон (Гульмэ-нойон) и его жена Гульбэрэ-хатун – глубины вод Байкала; Гэрэл-нойон и Туяхатун – блеск водной глади; Дошхон-нойон и Дольон-хатун – шторм; Дошхин-нойон и Долье-хатун – игривая волна… Отдельные духи «управляли» лодками, веслами, сетями – словом, всем, чем пользовались буряты-рыболовы (рис. 1.2.). Многие из этих шаманских воззрений о природе Байкала возникли в каменном веке. Вероятно, оттуда же идут истоки веры в бездонность Байкала (позднее сюда добавилось представление о подземном «соединении» Байкала с Северным Ледовитым океаном и забайкальскими озерами); в старину, как гласят предания, даже пытались установить местонахождение страшной пучины и каким-то образом определили ее в ныне известной самой глубокой точке озера близ острова Ольхон.
Потомками динлинов считаются курыкане – общие предки якутов и западных бурят, у которых Байкал был священным геополитическим центром.
Расцвет курыканского государства приходится на VI–VIII века, но распад его происходит в XIII–XIV столетиях под натиском кыргызских (с запада) и монгольских с (юга) племен. На их место на историческую арену выходят хори, туматы и баргуты, а на новой родине ушедших курыканов появляются саха-якуты, у которых озеро Байкал и его главнейшие географические объекты до сих пор сохраняют важное значение в культах и истории этноса. И именно в якутских «законсервированных» географических познаниях о Байкале мы обнаруживаем многое из того общего мировоззрения курыканов, которое частично видоизменилось у бурят.
Например, очень образно рассказывается о Байкале как о «море мертвых», и даже называется страшное место, где пребывают тела умерших людей, – залив Лэбийэ где-то вблизи дельты Селенги: Там выбрасывает прибой/ Убитых богатырей./ Там на отмель выносит волна/ Растерзанных женщин тела./ Там качает зыбь, как шугу,/ Мертвых девушек молодых./Там на глыбах валяются ледяных/ Трупы юношей удалых.
В соответствии с этим Байкал у якутов именуется Муус Кудулу-Байгалом («Ледяным Байкалом»).
Если следовать якутским олонхо, то Муус Кудулу-Байгал хотя и представляется морем, но оно вытянуто и даже узко, так что через него могли перескакивать на конях мифические герои. И в бурятском фольклоре о Байкале всегда говорится как о «море-реке», которое перескакивали древние герои, либо от острова к острову, либо по спине лежащей поперек от берега к берегу чудовищной китообразной рыбы.
Эта помощница-рыба бога-дракона Байкала в якутском олонхо называется «гибельдракон-рыбой с чешуею назад, с плавниками наоборот», или «гибель-ерш-рыбой с жабрами назад, с чешуею навыворот». У бурят она имеет 13 плавников, с большим ртом, способна проглатывать людей и стада животных, даже вредоносных мангатхаев.
На Байкал проникли и среднеазиатские купцы за пушниной, основавшие две колонии-фактории по реке Унге в Прибайкалье и в устье реки Темник. Побывав на побережье таинственного сибирского озера-моря, они также были поражены его мощью. В малоизученной арабской космографии XII столетия «Диковинки сотворенного» Байкал назван Бахр-ал-Баха, что в переводе означает «Море, рождающее много слез» или «Море ужаса»: «Бахр-ал-Баха. Это море с удивительно прозрачной и приятной на вкус водой. Оно расположено за морем Алмазов. Всевышний создал его в форме двух рогов, соединенных вместе. Оно возникло из подземной расщелины.
И стонало оно всегда, и будет стонать вплоть до судного дня. И море это находится в постоянном волнении и реве».
Источник: Байкал: природа и люди : энциклопедический справочник / Байкальский институт природопользования СО РАН ; [отв. ред. чл.-корр. А. К. Тулохонов] – Улан-Удэ : ЭКОС : Издательство БНЦ СО РАН, 2009. – 608 с.: цв. ил. с 10-12

О происхождении названия «Байкал» и динлинах

Начнем с самого слова. Откуда взялось и что означает «Байкал»? На эту тему существует множество мнений, в разной степени обоснованных. Великий путешественник и этнограф Г.Е. Грумм-Гржимайло в двадцатых годах ХХ века выдвинул теорию о таинственной расе «динлинов» европеоидной, похожей по внешнему виду и укладу жизни на древних кельтов или германцев. Раса «характеризуется следующими признаками: рост средний, часто высокий, плотное и крепкое телосложение, продолговатое лицо, цвет кожи белый с румянцем на щеках, белокурые волосы, нос выдающийся вперед, прямой, часто орлиный, светлые глаза».1
Динлины населяли огромную территорию Центральной Азии начиная с третьего тысячелетия до н.э., но были постепенно вытеснены на Крайний Север, истреблены и поглощены монголоидными народами, чьи потомки населяют теперь Китай. Процесс растворения динлинов завершился лишь к десятому веку н.э. Их корни теперь можно проследить в ряде малочисленных народов, живущих в долине Енисея, в Якутии и Эвенкии, и даже в Северной Америке. Исследователь языка енисейских остяков (кетов) В.И. Сосновский выводит название «Байкал» из словосочетания «пай-огол» или «пека-ул», что означает «много воды». 2
Образ белокурого европеоида, в течение трех тысяч лет властвовавшего над всей Центральной Азией, успешно вписался в общественно-политический контекст конца двадцатых годов прошлого века. Идеи о превосходстве белой расы в те времена еще не ассоциировались с преступлениями нацистов, а в грядущий триумф мультикультурности не верили даже самые передовые мыслители.
Спустя несколько десятилетий, во второй половине ХХ века теория динлинов была раскритикована.3
Настали времена политкорректного отношения к национальному вопросу. Название озера стали приписывать тюркоязычным якутам и курыканам, по созвучию с тюркским «бай-куль» (богатая вода). Правда, так уже назывался Енисей в своем нижнем течении, и вообще любой широко разлившийся водоем…
Монголоязычные буряты нашли созвучие в «байгаал» стоящий огонь, и даже опубликовали легенды, согласно которым предки бурят были свидетелями геологической катастрофы при образовании Байкальского провала. Правда, это произходило около десяти миллионов лет назад…4
Происхождение имени приписывали тибетцам, китайцам, называвшим озеро Бэй-хай (Северное море), и даже в арабском языке нашлось созвучное «море ал-Бака» (Страшное море) и соответствующие намеки в средневековых атласах по географии.5 И все-таки, у кого позаимствовали слово самые первые обитатели байкальских берегов – в конечном итоге неизвестно.6
 Автор: Константин Лидин.  Источник: Байкал как миф и представление // Проект байкал. 2013. № 37-38. С. 112-115.

  Экология как первая вера

Отношение человека к природе — и это проявлялось даже в самых обыденных действиях — испокон веков базировалось на определенном мировоззрении. Историчес­ки первым таким мировоззрением на земле Байкала был шаманизм.
Шаманизм вобрал в себя древние веро­вания сибирских народов, которые иногда определяют общим понятием «культа при­роды». У бурят-шаманистов боги или духи практически всегда олицетворяли природу или явления природы. Например, панте­он богов возглавляло верховное божество Хухэ Мунхэ-Тэнгри (Вечное Синее Небо), божество Хухэрдэй было хозяином грома и молнии. У эвенков высшим божеством хозяином тайги, зверей и рода человеческого является Энэкан Буга, который обитает в святынях родового культа — скалах Бугады, — и ассоциируется с образом лося или дикого оленя. Энэкан Буга постоянно обходит свои владения и наблюдает за охраной устоев вселенной.
Наиболее ярко свидетельствует о глубинном экологическом сознании бурят культ «эжинов» (эзэнов) — хозяев местности. «Эжины» были покровителями гор, рек, озер, лесов и т.д. Главным «эжином» у шаманистов-бурят была «эжин Замли» — символ плодородия и богатства. У аларских бурят «эжином Земли» была Этуген. Представлялась она в виде старухи, живущей внутри Земли. У эхиритских и булагатских бурят «эжином Земли» была Ульген, которой жертвовали сивую козу. Все «хозяйства» подразделялись по своему иерархическому положению на ряд категорий: «хозяйка всей вселенной» (дэлхэй эжин), местные «эжины» (улусно-родовые, территориально-общинные), «хозяева» отдельных водоемов, гор, лесов и т.д. Внизу иерархии находились духи, населяющие лесные чащобы, ямы, пещеры и т.д. Поэтому грехом считалось «резать хозяина дерева», «копать хозяина земли, горных склонов». Ущерб, наносимый духам в ходе хозяйственной деятельности, символически возмещался жертвоприношениями.
Обряды умилостивления божеств и духов расценивались как общественное дело. Примером тому может послужить новогодний праздник молебствование на обоо, относящийся к календарным обрядам бурят. Он передавал ту особую красоту и величие окружающей природы, которой проникались участники праздника. Например, образец славословия в честь священной горы Бархан-ундэр: «Вершина горы устремлена в сияющую сферу неба, ее основание покоится на сверкающей тверди драгоценной земли, сверху над ней – балдахин плотных облаков в ожерельях золотых вспышек молний, раскаты грома разносят ее славу на сто сторон. В средней части горы тихо моросит благостный дождь, подножие окружено деревьями с нектарными плодами, реками, вода которых обладает восемью качествами совершенства. Ее недра таят сокровища всевозможных драгоценностей, растительности и минеральных лекарств. Ее поверхность, обильная стадами красивых горных коз всех видов, оглашаема эхом клёкота медленно парящих птиц, облачена прекрасными разноцветными покровами цветов, опоясана шарфом чарующей ра­достной радуги, украшена красотой, преис­полненной всех признаков совершенства. Внутри горы ? огромный дворец царства драгоценностей, сияющий мириадами лучей, как солнечный день; это огромное пространство охраняют могущественный царь тэнгэриев, царица, принцы, все духи горной тайги, горных ущелий, перевалов, скалистых гор, лесистых холмов, ручьёв, род­никовых озёр, травянистых склонов и долин, пастбищ для скота и священных мест».

  Природа — партнер буддиста

Последователи буддизма Махаяны, по­лучившего распространение в Бурятии начиная с 18-го века, избегали крайностей и придерживались принципа «срединного пути»: по мере возможности старались ща­дить природу, в то же время вынужденно признавая тот факт, что человек не может прожить не убивая и не поедая «живые существа». Природа рассматривалась буд­дистами как равноправный партнер, а это означало, что и она должна в случае необ­ходимости жертвовать собой ради челове­ка. А человек, обладая развитым чувством ответственности за все живое и осознани­ем своей взаимосвязанности с природным целым, должен был понимать, что, нанося урон природе, он ранит самого себя. И если он все-таки наносил ей какой-то ущерб, то только исходя из общих интересов косми­ческой эволюции всего сущего к более со­вершенным формам.
Буддизм вобрал в себя многие шаман­ские традиции и культы. Первоначально шаманских «хозяев местности» буддийская церковь не признавала, ламы преследовали шаманов с помощью царской полиции. Однако в дальнейшем, включив культ «хо­зяев местности» в свою систему обряднос­ти, буддизм переработал форму ритуала, не меняя сути житейской мотивации обряда ? культовое обеспечение благополучия социального коллектива, зависящего от состояния природной среды обитания. Та­ким образом, бурятский буддизм приобрел дополнительную экологическую окраску.

   Охотники и скотоводы на защите родной природы

Буряты и эвенки традиционно с поч­тением относились к животному миру, в этом видится отзвук первобытного тоте­мизма. Так, согласно легендам, хори-буря­ты произошли от небесной девушки-лебе­дя, первым бурятским шаманом был орёл, а предками всех монгольских народов — Бу­рый волк и Сивая лань.
Охотничьи обряды, правила, запреты, выработанные на протяжении веков в усло­виях суровой таёжной жизни, являлись из­начально элементами промысловой этики и технологии, удачно сочетаемыми с требо­ваниями природы. Благодаря шаманам эта этика превратилась в свод таёжных зако­нов, норм обычного права. Эвенк-охотник обязан был уважительно относиться к уби­тому зверю, свежевать его по определён­ным правилам, нельзя было надругаться или насмехаться над добычей. Легенда гла­сит: «Однажды во время осенней охоты два эвенка побили столько лосей, что не смогли их ободрать и привести в надлежащий по­рядок. Часть зверей пришлось бросить. Хо­зяин тайги наказал за это охотников. Оба скоро заболели и умерли».
Путешественник и этнограф К.М. Рычков в своих путевых заметках приводит легенду, иллюстрирующую, насколько эвенки чувс­твовали свое родство с обитателями леса. «В жилище одного тунгуса забрел медведь. Он заинтересовался ножом, взял его в лапы и начал рассматривать. В это время вернулся хозяин. Тот и другой сильно перепутались. Медведь осторожно подал нож хозяину. Последний взял нож, отрезал ломоть хле­ба и, в свою очередь, подал хлеб медведю. Медведь съел хлеб и ушёл».
Буряты считали, что в стремлении к получению богатой добычи нельзя пре­ступать меру дозволенного: убивать зверей понапрасну, оставлять подранков. За всю свою жизнь бурят-охотник не должен был убить свыше 99 медведей. Считалось, что у жадных охотников могут погибать дети, как бы взамен убитых сверх меры зверей. Когда приходил сезон охоты, буряты одева­лись в нарядные шубы и проводили обряд очищения, потому что считалось, что они едут не бить зверей, а в гости к хозяину тай­ги Хангаю. Хозяина тайги чаще всего пред­ставляли огромным седобородым старцем, разъезжающим на лошади, добрым, но не терпящим грязи и беспорядка в лесу. Что­бы не прогневать его, надлежало соблюдать чистоту и тишину в тайге, особенно на таборе, запрещалось лить воду на тропы, валить деревья возле табора, нельзя было разводить беспорядок, бросать в огонь шерсть, войлок или все, что издает при го­рении зловоние. Запрещалось петь песни и громко кричать, особенно в период гнездо­вания птиц, когда шум может спугивать их с мест гнездовий;
Для бурят-скотоводов основным усло­вием хозяйствования было недопущение «перевыпаса». Кочевники знали, какие виды трав пригодны для разных живот­ных, умели определить их качество. Трава считалась питательной, если отрывалась у самого корня, имела красноватый оттенок, сладковатый вкус. Верный признак опреде­ления качества травы — характер конского помета, оставшегося на пастбище. Подоб­ные знания о природе, наряду с владением техникой выпаса скота, передавались из поколения в поколение и обеспечивали со­хранность пастбищ — основы благосостоя­ния скотовода.

   Возрождение традиций — воспитание и практика

В современный период развития бурят­ского народа можно отметить живучесть многих традиционных верований и куль­тов. Такие коллективные молебствия, как тайлаганы, обоо тахилга, обращенные, как и прежде, к «владыкам земли и воды», практикуются в неблагополучные годы. Ус­траиваются шаманистские тайлаганы и шаманистско-ламаистские моления на обоо с целью «испрошения» у божеств — покро­вителей дождя, влаги и благополучия в хо­зяйстве. Как видим, древний культ «земли и воды» оказался чрезвычайно живучим, впрочем, как и культ «Хангая» ? «хозяина тайги», аршанов ? целебных источников, а также некоторые поведенческие нормы по отношению к природе.
По данным опросов, среди бурят осве­домленность об экологических традициях своего этноса выше у людей старшего по­коления и тех, кто непосредственно связан с природой по роду своей деятельности. Оптимистично настроены в отношении возрождения утраченных традиций подоб­ного рода представители наиболее адаптиро­ванных в новой ситуации групп (фермеры, промысловики), а пессимистично — старшие возрастные группы.   Подавляющая часть опрошенных полагает, что следует сочетать возрождение экологических традиций с индустриальным развитием региона.
Изучение народных природоохранных традиций может стать наиболее емкой и продуктивной формой экологического образования. В тоже время нельзя сбрасывать со счетов и их практический потенциал. Так в наше время ещё сохранились различные «священные» рощи, одинокие охраняемые старые деревья и т.п. В некоторых частях Бурятии, в частности, в Тункинском районе, и сейчас можно обнаружить бывшее шаманские табуированные похоронные рощи по особой густоте и высоте деревьев. Традиции запрета рубки и других изменений ландшафта сохраняются в них до сих пор, так как считается, что шаман стережет свои кости 1000 лет. Такие территории, став объектами страха, мистики, церемоний, уже имеют некоторый уровень защиты и сохранности. Если взять эти уникальные природно-исторические объекты под охрану государства, их защита могла бы быть наиболее эффективной, ибо здесь охрана обеспечивалась бы не только юридическими актами, но и моральными нормами.
В промысловой среде существовало стойкое убеждение, что звери и рыбы понимают человеческую речь. Предписание культа промысловых животных воспрещали говорить неодобрительно даже о самой незначительной добычи, а тем более оскорблять ее. Чтобы не спугнуть зверя раньше времени, охотники употребляли различные иносказания (эвфемизмы).
В честь ценной добычи устраивался праздничный ужин, снятая с куницы или соболя вывешивалась на видном месте. Разговоры охотников были посвящены исключительно эпизодам прошедшей охоты, причем о добытом звере говорили очень доброжелательно; подчеркивалось, что этот ужин варится в честь «почетного гостя», а перед началом трапезы «почетного гостя» приглашают к котлу.
Так же уважительно полагалось относится к пойманный рыбе. Ее нельзя было оскорблять, мять руками, отдавать собакам, позволять играть с нею детям, а тем более выбросить ее на улицу. Первую пойманную рыбу слегка оглушали обухом топора, клали ее в воду и просили звать к себе всю ее родню или же бросали ее обратно в воду с тем же призывом. Из первой крупной пойманной рыбы готовили ритуальный праздничный обед. Добычу мог оскорбить кто-нибудь из посторонних, поэтому охотники скрывали ее от посторонних, а шкурки снимали ночью. Существовало убеждение, что убитый зверь возродиться хотя бы в виде другой особи, поэтому его останки тщательно собирали и зарывали или оставляли в укромном месте. Строго воспрещалось упускать подранка, а тем более приносить еще живую добычу в охотничью избушку или домой. Особенно строго регламентировалось охота на медведя.
Рассказ пожилого эвенка Александра Эрдынеевича Степанова о медвежьей охоте: «Медведя поймаешь, надо извиниться. Извини, мол, надо было жиру взять или еще что. Жир-то ведь лечебный. Они же раньше на медведя шли ради жира, мяса так шибко не кушали, жир да желчь там брали. Конечно, перед тем как убить, молились, брызгами. Брызгали водкой или молоком. Разрешение бурхана (духа) брали, говорили: «Нандикан, разреши, мол, взять медведя, не хозяина, а того, кто просто медведь». Ну а потом делали все дальше. После того как убьешь, когда обдираешь, надо говорить, что, мол, тебя это не я обдираю, а муравьи тебя щекочут. Полностью ободрал, все, что надо забрал, мясо закопал, потом голову берешь, в рот ветку положишь да завязываешь и на дерево, чтоб дух его за тобой не ходил». Оставление головы у животного в традициях эвенкийского народа символизировало возрождение зверя, душа убитого животного таким образом могла вновь вернуться в родную тайгу, поселившись в новом медведе.
Менее ярко сохранились следы культа огня. Ему, особенно «живому» огню, полученному с помощью трения. Придавалась очистительная сила. Перед приемом пищи охотники обязательно совершали обряд кормления огня, бросая в него крошки хлеба. В огонь воспрещалось плевать, а тем более мочится; у ослушников на губах или половом члене появлялись короста. Огонь нельзя было затаптывать ногами, а полагалось завивать водой.
Ко многим деревьям наблюдалось особое отношение, так, вербе, рябине, ольхе и можжевельнику приписывалась способность отпугивать злых духов. Береза и пихта обладали женской символикой, а сосна и ель – мужской. Жизнь человека идентифицировалась с жизнью деревьев. Так, например, считалось, что буря, повалившая в лесу много деревьев, предвещала войну. Очень тщательно отбирались деревья, для строительства дома – бревно из «несчастливого» дерева могло принести несчастье всем его обитателям. У промысловиков, устраивающихся на ночлег в лесу под деревом, обязательно полагалось спросить у него разрешения. Существовало убеждение, что деревья не только понимают человеческую речь, но и сами разговаривают между собой.
Источник: Красовский О. Культ природы в традициях народов Бурятии // Мир Байкала. 2008. № 3(19) С. 62-65.

Для кого священен Байкал?

Рассмотрев некоторые особенности байкальских этносов попыта­емся дополнить их анализом религиозных взглядов, традиций и ри­туалов разных народов. Данный материал можно было бы включить в канву рассказа предыдущего раздела, но все же религия зачастую не знает национальных границ: христианами были и русские, и буря­ты, и эвенки, точно так же, как и буддизм предпочитали представи­тели разных этносов. Эти нюансы и побудили нас рассмотреть связи человека, религии и природы отдельно.
Интересный факт, отражающий взгляды людей, которые виде­ли и чтили Байкал, на его «святость» связан с известной песней на слова Д.Давыдова «Славное море». В конкретном варианте зачин стихотворения «Думы беглеца на Байкале» звучит так:   «славное море — привольный Байкал». Но слово «привольный» не прижи­лось, когда песня (кстати, составленная пятью четверостишиями из 11 имеющихся) вышла на российские просторы и стала народной. Зачин песни   зазвучал более ёмким,   нравственно-духовным тези­сом: «Славное море — священный Байкал». Слово, неизвестно кем введённое, созвучное с отношением к Байкалу у аборигенных наро­дов и принятое всеми, обожествляло Байкал, делало его не только венцом природы, но и великим творцом духовности.
Данный и другие приведенные выше факты позволяют прини­мать значение конфессиональных взглядов в экологических и иных традициях региона. О том, насколько религиозные «мотивы» рас­пространены на Байкале, говорят уже названия некоторых мест на разных языках:
• на эвенкийском: Каман Кит — шаманское место — мыс на юге от бухты «Хакусы» (северо — восточное побережье озера) и др.;
• на бурятском — мыс Бурхан на Ольхоне, зубец Будда на горе Зубчатой в бухте Песчаной, мыс Айха — Шулуун (Шаманский) близ Култука;
• на русском — Чертовая гора близ Слюдянки, пос. Никола не­далеко от истока Ангары, где выстроена одноименная церковь, мысы Малая и Большая колокольня в бухте Песчаной, полуостров Святой нос, Монастырский остров на озере Котокель близ Байкала, где раньше был монастырь и т.д.
Взаимосвязь религии с экологическими установками людей, по­зиции религиозных деятелей по влиянию Байкала на нравственное состояние человека, наличие на берегах священного моря большого числа мест, имеющих в чем-то религиозные названия — всё это ставит религиозные темы при анализе байкальских проблем на достаточную высоту. Более того, на наш взгляд, были бы весьма востребованными специальные туры с условным названием: «По религиозным местам Байкала».
Религия в XX веке (до ее воинственно — атеистического ниспро­вержения) на окружающих Байкал территориях была также много­плановой. Только в существовавшей тогда Бурят-Монгольской АССР в начале периода «церковных гонений» (1932 год) было зафиксиро­вано свыше 400 религиозных объединений, около 350 из которых были православного толка, свыше 40 — буддийско-ламаистского, 14 — других религиозных конфессий. Религиозная мозаика верующих в Прибайкалье была представлена христианами разных направлений (православные, старообрядцы, евангелисты, католики), буддистами, иудеями, магометанами. Количество верующих составляло не менее 70% взрослого населения. Естественно, у многих из них проявлялись и религиозные взгляды по отношению к природе.
Мозаичная мировоззренческая картина окружающего мира была бы хаотичной и сумбурной, если бы человек не системати­зировал её с помощью различных средств религии и мистицизма. «Дорисовать» целостный образ природы в местах, где что-то было неизвестным или непонятным, помогали мифы, сказания, суеве­рия. Их особенностью было также то, что религиозные знания дополнялись глубокими чувствами и реализовывались в соответс­твующих действиях, культах. Вкупе всё это становилось мощными средствами сохранения объектов материальной среды, флоры и фауны в случаях, когда какому-то из них приписывалось сверхъ­естественное влияние. Так что обойти вниманием дорелигиозные и религиозные верования в отношении экологии природы неразумно и невозможно.
Обращаясь к вопросу о сути основного вопроса связи религии с природой, надо прежде всего сказать об отношениях в триаде: При­рода — Бог — Человек, что особенно актуально для современной гуманистической мысли. Смысл несоответствия и даже разрыва в данной «триаде» хорошо показал в эссе «Природа» американский писатель XIX века Р.Эмерсон: «И религия и мораль ставят природу ниже самих себя. Первый и конечный урок, преподаваемый рели­гией, состоит в том, что «видимое временно, а невидимое вечно». Религия попирает природу… Верующему не нужна природа»7. Развитие современных экологических взглядов показало, что истинная мысль стремится уйти от этой человеческой и конфессио­нальной слабости. Чтобы не быть голословными, обратимся к пози­ции литературного критика Стопфорда Брука, который, рассуждая о творчестве Вордсворта, писал: «Тот же, кто через страстную любовь к Природе отстранится от самого себя, заглянет в душу Природы и увидит её такой, как она есть, узрит Бога не только как личное, но и как безличное, не только как очеловеченного Бога, но и как выходя­щего далеко за пределы человеческого; и он поймёт, что существует бесконечная величественность, вечное спокойствие, великолепие по­рядка, красоты и разнообразия, чему он не осмелится дать имени или наделить человеческими качествами, но он воистину поймёт, что это — действующая и любящая, мудрая и невыносимая сила. Наша сов­ременная теология остро нуждается в такой теории. Она бы смогла отказаться от бесконечного и болезненного акцентирования только на человеческом и позволила бы нам немного освободиться от самих себя» 8.
Сопоставление двух во многом альтернативных суждений на­водит на весьма интересную мысль. Видимо, правильным будет утверждение о том, что потенциалы религии в формировании эколо­гического сознания верующих, в утверждении благодатного единства в триаде «Природа — Бог — Человек» раскрыты далеко не полно­стью, вернее, истина только приоткрыта. По крайней мере любая религия только выиграет, если найдёт формы и методы, с помощью которых можно утверждать в человеке божественное отношение к природе. При этом вряд ли всегда рационально возводить личность конкретного бога: Будды, Христоса, Магомета и т.д. в ранг «самого- самого». Суть единства Природы и Бога точнее отражает мысль, когда — то высказанная мудрецом: «Все религии есть отдельные тропинки, которые ведут к одной общей вершине — к Богу». Такой Бог и есть квинтэссенция Природы, «выходящая далеко за пределы человеческого». Видеть и понимать божественное в природе, значит находить основы отношения к ней не только и не столько в этических и эстетических нормах общества, сколько в предначертаниях «свы­ше», в предписаниях, которые подготовлены и утверждены не людь­ми,   а сверхъестественными силами,   пекущимися о вечном бытии всего живого, включая человека, и такие предписания не могут не быть гуманными, экологичными, вечными. «Не нами это замыслено, не нам и его отменять».
Хорошую современную иллюстрацию к вопросу об отношениях природы, Бога и человека я встретил недавно в книге дальневос­точного строителя БАМа, главы издательского дома «Приамурские новости» В.Смирнова «По Байкалу на Северной короне».
«Байкал, Байкал… Огромный мир. Познать Байкал невозможно ни за одну поездку, ни за две, ни за три. Но почувствовать Байкал —   можно. Почувствовать и поверить в него, как в Бога. И тогда исчезает всякий страх перед ним, перед его мощью, перед его глубинами и ветрами. Потому что раствориться в Байкале — это значит растворится в Боге. Есть ли большая честь и большее благо?
Байкал — это Божья милость и Божья кара. Все зависит от того, с какими намерениями и с какими мыслями ты пришел к его бере­гам и вошел в его воды. Все зависит от того, что ты за человек, к чему ты стремишься в этой жизни. Если к добру, добро от Байкала и получишь, ежели ко злу — пеняй на себя …»9. Очень справедливые и святые слова.
Автор: Карнышев А. Д. Источник: Байкал таинственный, многоликий и разноязыкий. — Иркутск, 2007. — С. 206-251

Культовые места Байкала

Культовые места, связанные с «эжинами» разных мест вокруг Байкала, можно и сегодня узнать по сохранившейся традиции привязывать ленточки на ветки деревьев или к специальным столбам для коновязи — «сэргэ». Считалось, что когда ветер колышет ленточку с написанными на них старомонгольским вертикальным письмом молитвами, тот, кто повесил ленту, посылает свои молитвы небесам, даже если он в это время занят другими делами. Истинное значение этого обряда с годами утрачено, и сегодня в таких местах чаще останавливаются, чтобы просто брызнуть спиртным в честь безымянного духа местности. Этот обычай возник из обряда «сасли бариха», согласно которому при любом молебне всегда делается возлияние местным эжинам молочным алкогольным продуктом — тарасуном, после этого — сам молебен, иначе молитва может не дойти. Нойон — небесный повелитель, спустившийся с неба. Название 13 северных повелителей в различных источниках не совпадает, однако некоторые из этих имен повторяются большинстве из них. Это хозяин острова Ольхон Хаан Хутэ баабай — по-бурятски. Обо — дословно «куча», «груда». Каменные туры широко распространены в Монголии и Бурятии, как правило, на вершинах гор и на перевалах у троп и дорог. Каждое обо имеет своего хозяина, ему преподносятся дары: пища, вино, хадак — лоскутки материи, ленты, платки. Считается необходимым регулярно класть еду, так как духам, хоть они и бестелесные существа, постоянно требуется пища. Каждый проходящий обязательно останавливался в таком месте и выполнял обряд жертвоприношения духу местности, в честь которого и складывался постепенно каменный тур. Вместо еды иногда оставляли щепотку табака, монету, пуговицу. Ценность вещи не имеет значения — важен сам факт приношения. Сейчас обо стало синонимом бурятского слова бариса. Этим словом стали называть все места, где производится приношение духам. Обряд жертвоприношения предкам с мясом и вином известен со времен Чингисхана. Со временем культ предков слился с вошедшим в практику культом обо. Многие обо расположены возле древних или поздних погребений потомков. Погребенные на горе шаманы, выдающиеся правители почитались уже как эжины.
Эжины — хозяева местностей, гор, долин, хребтов, рек и озер. Земля, согласно шаманистским представлениям, является срединным миром, одухотворенным как в целом, так и во всех его частях. Поэтому каждая местность, гора, река, озеро, дорога, скала имеет своего эжина.Онгоны — специально изготовленные статуэтки из дерева, металла, камня или изображения на ткани. Онгонов делали для вселения в них духов с целью установления между ними и людьми таких отношений, при которых духи становились покровителями семьи, рода, ремесла. Появление онгонов относится к глубокой древности. По свидетельству Марко Поло у монголоязычных народов они были еще в XIII в.
Аршан — название всех минеральных источников. У каждого аршана имеется место для жертвоприношений. Как правило обряды (угощение эжина аршана вином, привязывание ленточек) совершались дважды: по случаю приезда — с просьбой дать здоровье, и по случаю отъезда — в знак благодарности.
Бурхан — восточно-монгольский топоним. Получил широкое распространение в языках жителей Центральной Азии и обозначает понятие «Бог», «Будда».
Бариса — место, где производится приношение духам. Обычно на бариса устанавливается сэргэ — деревянные или каменные столбы. Сейчас возле столбов большое количество пустых бутылок. Это характерно для всех священных мест. Ни один шаманский обряд не проходил без использования наркотических или алкогольных средств, которые, как считалось, помогали шаману в его путешествии к духам. В Прибайкалье среди местного населения широко распространен обычай останавливаться у такого места, чтобы «капнуть», «брызнуть» спиртным в знак уважения к духу местности.
Сэргэ — столб для коновязи. Установление сэргэ имело символическое значение: это моя земля, это место имеет хозяина. Сэргэ сооружалось два раза в жизни человека — в связи со свадьбой и со смертью. В прошлом у каждой юрты стояло сэргэ, «ибо пока стоит сэргэ — жива семья». Нельзя было разрушать сэргэ, пока оно само не придет в негодность. Сэргэ символизировал «древо жизни», «мировое дерево», объединяющее три мира. На столбе наносились три кольцевых канавки. Верхняя предназначалась для привязывания лошадей верховных небожителей, средняя — для лошадей обычных земных людей, нижняя — для лошадей представителей подземного мира. Сэргэ часто встречаются на барисе вблизи дорог и у юрт.
«Задолго до этого здесь не было Байкала-моря, а была земля. Потом огнедышащая гора, провалившись, превратилась в воду, образовав большое море. Имя «Бай Гал» значит «Стоящий Огонь», — гласит бурятская легенда.
Источник: Сайт Иркутского государственного университета baikal.ru

Читайте в Иркипедии

Энциклопедические термины

Мифы и легенды Байкала
Исторические летописи и Байкал
Первые землепроходцы на Байкале
Исследования Русского географического общества на Байкале (XIX в.)
Исследования поляков на Байкале (конец XIX в.)
Военные моряки-ученые на Байкале (ХIХ–ХХ вв.
Комплексные академические исследования
Научные исследования Байкала (XX-XXI вв.)
Байкальская проблема (история решений)

Другие ресурсы

Мифы, легенды и предания бурят (Буряты. Серия: Народы и культуры. М. Наука. 2004)
Личность шамана у бурят (Буряты. Серия: Народы и культуры. М. Наука. 2004)
Пантеон шаманской мифологии бурятского народа (Буряты. Серия: Народы и культуры. М. Наука. 2004)
Представления бурят о душе смерти и загробной жизни (Буряты. Серия: Народы и культуры. М. Наука. 2004)
Шаманская практика у бурят (Буряты. Серия: Народы и культуры. М. Наука. 2004)
Шаманский фольклор у бурят (Буряты. Серия: Народы и культуры. М. Наука. 2004)
Байкальский шаманизм (глава из книги профессора Карнышева А Д.)
Культ сумасшествия в урало-алтайском шаманизме // Г. В. Ксенофонтов
Легенды о шаманах, собранные Гавриилом Ксенофотовым
Древние культуры Монголии и Байкальской Сибири (Конференция в Улан-Баторе)
Этнокультурные процессы в юго-восточной Сибири (эпоха средневековья)
Древние культуры Монголии и Байкальской Сибири (Конференция в Иркутске)
Этническая история Байкальского перекрестья

Литература

Байкала — озера сказки. Сборник. Кн. 1/Сост. Н. И. Есипенок. — Ирк.: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1989. — 287 с.
Мифы и легенды Байкала. Брошюра. — Ирк.: ОАО НПО «Облмашинформ», 2008.
Асеев И.В. Прибайкалье в средние века: Новосибирск, Наука, 1980 г.
Дашибалов Б.Б. Курыканы (Курумчинская культура Прибайкалья и юга Средней Сибири) АН СССР Ин-т археологии. 1991 г. (СР НИР Сер.2 1991 — N2 — 127 c.)
Дашибалов Б.Б. Курумчинская культура Байкальской Сибири (материалы к этногенезу бурят и якутов). Объем 12 п.л.
Основной целью монографии является всестороннее изучение археологических памятников курумчинской культуры и использование археологического материала с привлечением письменных источников, этнографии и фольклора для реконструкции этногенеза бурятского и якутского народов. Впервые дается характеристика и типология всего предметного набора курумчинской культуры.  Монография рассчитана на археологов, этнографов, историков и всех читателей, интересующихся древней историей народов Южной и Центральной Азии.
Жамцарано Ц.Ж. Путевые дневники по Забайкалью, Иркутской губернии и Монголии (1903-1909 гг.). Объем 20 п.л.
Монография представляет собой публикацию ранее не издававшихся уникальных материалов по истории, этнографии, фольклору и верованиям бурят и монголов, содержащихся в полевых дневниках, которые Ц.Ж. Жамцарано вел во время экспедиции по Иркутской губернии, Забайкалью и Монголии в 1903-1909 гг.  Монография представляет интерес как первоклассный источник для исследователей истории и культуры бурят и монголов описываемого периода, преподавателей и студентов гуманитарных факультетов и для широкого круга читателей.
Новик Е.С. Обряд и фольклор в сибирском шаманизме (в частности, иркутском). Опыт сопоставления структур. Главная редакция восточной литературы, 1984 г.
Сонопацкий А.К. Древние культуры Байкала (о. Ольхон) Новосибирск: Наука, Сиб. отделение, 1982 г.
Тиваненко А. В. Древние боги Байкала. Объем 10 п.л.
Монография посвящена шаманским религиозно-мифологическим представлениям бурят и эвенков Восточной Сибири, и рассчитана на широкий круг читателей.
Тиваненко A. B. Исторический опыт освоения природной среды озера Байкал человеком. (Летопись событий с древнейших времен до наших дней). Объем 15 п.л.
В монографии впервые обобщен и проанализирован исторический опыт природной среды озера Байкал человеком. Собранный материал изложен в виде хроники происхо- дивших событий с древнейших времен до наших дней. Он отражает геологические явления и природные катастрофы при жизни человека, воссоздает историю хозяйственно-культурных и социальных событий окружающего населения, освоения природных богатств края, познания наукой уникальной экосистемы сибирского водоема.  Монография рассчитана на широкий круг читателей.
Тиваненко А.В. Шаманские святые места озера Байкал. Объем 18 п.л.
Впервые в мировой практике автор рассматривает шаманские святые места как историко-культурные и природные памятники и заповедные территории применительно к крупнейшему географическому объекту Земли — озеру Байкал. На основе собранного материала обоснованы типология культовых объектов, датировка их функционирования, этническая принадлежность памятников, генезис религиозно-мифологических представлений и обрядовой практики через призму палеоэкологического аспекта эволюции шаманской культовой системы от эпохи неолита до нашей современности. В конечном итоге автором поставлена проблема существования особой духовной культуры местного аборигенного населения как следствие долгой жизни в условиях Байкальской природной среды обитания человека на стыке тайги Восточной Сибири и степей Центральной Азии. Монография расчитана на широкий круг читателей.
Урбанаева И.С. Человек у Байкала и мир Центральной Азии: философия истории. Сиб. изд. фирма ВО «Наука», 1993 г.
Хороших П.П. Из шаманских воззрений иркутских бурят. — Этнограф. сборник (Бурятский институт общественных наук), 1969 г.

Ссылки

Примечания

Грумм-Гржимайло Г.Е. Западная Монголия и Урянхайский край. – Л.: РГО, 1926. – Т. II.– С. 34-35.
Сосновский Вас. И. Сяньбийцы-эвенки: Этюд по туземной этнонимике Сибири // Сибирская живая старина. – Иркутск. – 1928. – С. 187-192
Гумилёв Л.Н. Динлинская проблема. Пересмотр гипотезы Г.Е. Грумм-Гржимайло в свете новых исторических и археологических материалов // Известия Всесоюзного Географического общества СССР. – 1959. – № 1. – С. 17-26
Байкал: Атлас / гл. ред. Галазий. Г. И. М.: Фед. служба геод. и карт. России. – 1993. – 160 c.
Мальцев Ю. Загадки названия оз. Байкал // За науку в Сибири. – 1973. 17 октября. – С.8
Гурулев С.А. Что в имени твоем, Байкал? 3-е изд., доп. – Иркутск: Оттиск. – 2010. — 184 с.
Суходолов А.П. Быть ли городу на Байкале. Новоси­бирск: Наука, 1996. — 248с.
История ледокола Ангара / автор составитель В.В.Вертянкин. — Иркутск, 1991. — 22 с
Планета Земля: будущее. — СПб.: Амформа, 2008. — С.101

Легенды о Байкале — О Байкале

Затонувший паром-ледокол «Байкал», как « Титаник» до сих пор покоится в байкальских пучинах. Легендарный паром-ледокол «Байкал» во время постройки в 1890 г. по размерам и грузоподъемности считался вторым в мире среди ледокольных судов. 16 августа 1918 г. у ст. Мысовой он был расстрелян из пушек чехословаками и полностью выгорел. Противоречивые рассказы о судьбе ледокола после его гибели породили слухи, что судно затонуло. На самом деле, выгоревший остов паром-ледокола «Байкал» был прибуксован в порт Байкал ледоколом «Ангара» в октябре 1920 г. Долгие годы металлический корпус гиганта простоял в порту Байкал, прежде чем его начали резать на металлолом. Сколько можно было – обрезали в порту Байкал, потом перевели работы в Лиственничное. Подтаскивали на берег и резали в утиль. Закончили резку в 1930 г.
Глубоководные аппараты «Миры» в 2009 г. нашли золото Колчака или скоро его найдут. О поиске золота глубоководными аппаратами «Мир» на дне Байкала в 2009 г. сообщали все ведущие российские СМИ. Однако никаких «местных» легенд о затонувшем золоте в Байкале до начала работы «Миров» на сибирском озере не существовало. В действительности все золото, из прибывших в Иркутск 28 двухосных пульмановских вагонов золотого эшелона Колчака было пересчитано и перегружено в 13 более вместительных четырехосных американских вагонов и без потерь в мае 1920г. возвращено в Казань. Факт этой перегрузки и ревизии, зафиксирован протоколом от 1 марта 1920 г., вероятно, неизвестен всем историкам, что со временем породило неверное утверждение о пропаже десятков вагонов золота в пути. На самом деле «золотой эшелон» восточнее Иркутска не перемещался и больших недостач золота не существует в природе, поэтому никакого колчаковского золота из него попасть в Байкал не могло. Похоже, что подлинную историю перепутали с вымыслом английского писателя Брайна Гарфилда., опубликовавшего в 1974 г. роман «Золото Колчака», в котором рассказана вымышленная история о пропавшем в годы Гражданской войны золотом эшелоне по пути его следования во Владивосток и последующем противоборстве уже в наше время спецслужб ЦРУ и КГБ, пытающихся найти на необъятных просторах Сибири потерянные вагоны с золотом. Как иначе назвать озвученную в российских СМИ историю поиска аппаратами «Мир» несуществующего утраченного колчаковского золота и якобы упавшего «золотого эшелона» с моста через Березовскую бухту в 1920 г. на кругобайкальской железной дороге (99-100 км), если этот мост на самом деле к упоминаемому времени уже не существовал – в 1914-1915 гг. он был перенесен на р. Выдрино? Обнаруженные 30 августа 2009 г. на глубине 1350 м. при погружении «Мира» на 132 км Кругобайкальской железной дороги обломки вагонов могут быть не времен Гражданской войны, а относиться к одному из 15-ти известных крушений поездов, происшедших за период с 1930 года до 1962 года. Нет никаких веских доказательств о принадлежности найденных на дне ржавых обломков железнодорожных вагонов не только к колчаковскому золоту, но и к годам Гражданской войны. Исторически реального колчаковского золота на дне Байкала быть просто не может.
В ущелье мыса Рытого залетают все НЛО, посещающие Байкал. Каменные туры на мысе—это древняя палеообсерватория горизонтального типа. Оперяющий разлом ущелья реки Риты, хорошо выраженный в рельефе, проходит практически перпендикулярно байкальскому рифтовому разлому, возможно именно с ним связаны появления аномальных светящихся объектов, иногда наблюдаемых в этой местности. Что касается древней палеообсерватории, подобной Стоунхенджу, якобы обнаруженной на мысе, эта выдумка принадлежит московскому журналисту А. Полякову, побывавшему в этих местах в 2005 г. На самом деле камни были сложены в кучи не столь давно, внутри некоторых пирамид хорошо сохранились основания несгнивших деревянных столбов, с северной стороны каменные валуны ещё не покрылись мхами и лишайниками и не вросли в землю, как это бывает с древними пирамидами камней. Всего вероятнее, их складывали не так давно местные жители в местах сенокоса, точно так же как на равнине в местности Зама, где есть подобные каменные туры. Относительно пропажи скота, заходящего в проклятое ущелье и похищаемого сердитыми божествами братьями Азме и Алме, на самом деле, просто здесь много голодных медведей, которые съедают всех кто приходит к ним на завтрак.
На Байкале в годы Великой Отечественной войны использовались миниподлодки для защиты тоннелей Кругобайкальской железной дороги от иностранных диверсантов и одна из них затонула. Миф придуман во время застолья для продажи туров туристам-подводникам капитаном т/х « Секрет» А. Пятаковым в 1995 г. Оказался на удивление востребованным и живучим, якобы таинственная субмарина была привезена на Байкал в 1941 г., а затонула в 1943 г. Достоверных подтверждений об испытании минисубмарин в озере Байкал нет ни в одном официальном документе, однако в годы Великой Отечественной войны в Танхое дислоцировался отряд подводного плавания Черноморского флота, а охрану тоннелей Кругобайкальской железной дороги несли воинские части, укомплектованные зенитными батареями. Были ли в действительности испытания военных миниподлодок в истории Байкала—остаётся загадкой, но слухи о затонувшей в годы войны миниподлодки живы и в наше время. В 2004 г был опубликован роман В. Зверева «Морской дозор» с фантастическим литературным вымыслом об испытаниях одноместной минисубмарины «Нерпа» в пресной воде Байкала и подводниках, сражающихся с китайскими водолазами, которые сбили над Байкалом русский вертолёт Ми-26, перевозящий контейнеры с дорогостоящей чистой ртутью. Возможно, эта фантастика оживила миф о затонувшей подлодке на Байкале. В основе легенды о миниподлодках, лежат исторические факты о перевозке на пароме через Байкал подводных лодок. В конце 1904 г., когда началась война с Японией, возник вопрос о срочной переброске с Балтики на Тихий океан миноносцев и миноносок различных типов. Всего в 1904-1905г.г. на Дальний Восток по железной дороге доставили 12 подводных лодок трёх типов на специальных железнодорожных транспортёрах, кроме того, на обычных платформах перевезли четыре маленькие подводные лодки. В 30-е годы 20 века советские моряки перебрасывали на железнодорожных транспортёрах с Балтики и Чёрного моря на возрождающийся Тихоокеанский флот корпуса малых подводных лодок типа М и секции средних лодок других серий. В годы Великой Отечественной войны эти лодки перевезли по Транссибу в обратном направлении. Достоверно известно местонахождение только одной байкальской миниподлодки—металлический макет «Наутилуса» установлен на берегу Ангары на вечную стоянку в гостиничном комплексе «Анастасия» в 2008 г.
Правда об Ангаре (в стиле «Новой хронологии»). В широко известной легенде об Ангаре, рассказывается об её бегстве к Енисею и попытке догнать её суженным—р. Иркут: «Седой Байкал, чтобы не отпускать в дальние края красавицу Ангару, спрятанную от чужих глаз в своих водах, выбрал ей в женихи знатного соседа, степенного Иркута. Однако суженный был неповоротлив, лениво протекая по Тункинской долине. Своенравная Ангара, устав ждать жениха, из рассказов чайки узнала о могучем богатыре Енисее, и вопреки воле отца ночью сбежала из родительского дома. Проснулся Байкал, да поздно было. В ярости швырнул вдогонку Ангаре огромный утёс, чтобы задержать беглянку. Но успела Ангара грудью рассечь береговые скалы. Там, где вырвалась Ангара из тисков Байкала, до сих пор высится Шаман-камень, брошенный отцом вслед красавице. Рассерженный Иркут, узнав о бегстве своей невесты, изменил направление своего течения, прорезал хребет Быстринская Грива и бросился вдогонку за беглянкой Ангарой» На географической карте видно, что не доходя 18 км до Байкала, река Иркут резко меняет направление течения и образует большую петлю с глубоким скалистым Зырказунским ущельем. Однако на самом деле этот поворот реки произошёл задолго до бегства Ангары к Енисею. Всё было иначе, и это было так: «Неторопливо протекал по Тункинской долине Иркут, пока однажды из рассказов чайки не услышал о красавице Большой Речке, тогда, изменив направление течения, он устремился к ней. Чтобы встретиться со своей возлюбленной, спокойный и рассудительный Иркут долго пробивал Зыркузанское ущелье, и наконец полноводным богатырём предстал перед Большой Речкой. Однако не долго молодые наслаждались своим супружеским счастьем. Позавидовав их любви, расчётливая и холодная Ангара, не стерпев, прорвалась из Байкала в долину Большой Речки и вытеснила её из их супружеского ложа, обманув под покровом ночи Иркута, так и течёт она до сих пор холодная—нет у неё настоящей любви с Иркутом» Второй вариант легенды, в отличие от первого, имеет доказательную научную базу. Разлом в Приморском хребте, приведший к образованию ангарского проёма, произошёл совсем недавно—от 15 до 60 тыс. лет назад. Геологи предполагают, что до этого момента уровень воды в котловине Байкала был выше и древний сток из озера происходил через Култучно-Зырказанскую расщелину по долине современного Иркута. Байкал прорвался в долину Большой Речки, которая раньше впадала в Иркут, и образовал полноводную реку Ангару, Меньший по размерам Иркут стал её притоком, а Большая Речка сохранилась только в своих верховьях, превратившись в один из небольших притоков Ангары. Получается, что на самом деле Ангара сбежала не к Енисею, а к Иркуту, коварно разрушив законный брак Иркута с Большой Речкой.
Информация взята из книги Волкова С. В67 Легенды и предания острова Ольхон. Иркутск, 2014 г. — 168 с.

Интересные факты

Если всю воду, содержащуюся в Байкале, разделить на всех граждан России, то на каждого придется ~2700 железнодорожных цистерн по 60 т каждая.
Если бы все реки земли стали впадать в Байкал, они заполняли бы его в течении целого года.

Цитаты о Байкале из различных источников

«Мать-Природа мудра. Она спрятала подальше от своих неразумных детей, в самый центр Сибири, этот последний живой колодец планеты. Несколько миллионов лет создавала природа это чудо — уникальную фабрику чистой воды… Одетые в кристаллические породы берега, склоны и дно озера хранят воду в чистоте. Стремительными водотоками, шумными водопадами, прорезая гранитные утёсы, несутся в Байкал реки, речки и ручьи».
«Байкал поражает красотой, богатством фауны, своей уникальностью и неповторимостью. Подсчитано, что 60 % из 2630 видов животных и растений, встречающихся в озере, не встретишь больше нигде в мире».
«Коренные жители считают Байкал священным, и многие относятся к нему не как к озеру, а как к живому, разумному и мудрому существу. С ним связано очень много легенд и поверий. Коренной бурят не позволит себе без нужды даже камень прибрежный швырнуть в озеро: „Байкал его волной положил в это место, значит, здесь он и должен лежать!“ Священность озера-моря безоговорочно признали (а может, почувствовали) и русские первопроходцы».
«Байкал уникален и неповторим. Словно в гигантской лаборатории, природа поставила здесь свои, понятные только ей, опыты. Она создала мир гармоничный и удивительный. Здесь рядом соседствуют тайга и полупустыня, тундра и каменная степь. И все это, деревья и цветы, животные и птицы, мир солнца и глубины — все это охраняет живую воду Байкала. Воду для нас и наших детей».

Славное море – священный Байкал (песня)

Славное море — священный Байкал,
Славный корабль — омулёвая бочка,
Эй, баргузин, пошевеливай вал,
Молодцу плыть недалечко.
Долго я тяжкие цепи влачил,
Долго бродил я в горах Акатуя.
Старый товарищ бежать пособил,
Ожил я, волю почуя.
Шилка и Нерчинск не страшны теперь —
Горная стража меня не поймала,
В дебрях не тронул прожорливый зверь,
Пуля стрелка миновала.
Шел я и в ночь, и средь белого дня,
Близ городов озирался я зорко,
Хлебом кормили крестьянки меня,
Парни снабжали махоркой.
Славное море — священный Байкал,
Славный мой парус — кафтан дыроватый.
Эй, баргузин, пошевеливай вал,
Слышатся грома раскаты.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *