Легенда о балахне нижегородской области

Страшные легенды Балахны | Аномальные зоны

Журнал: Тайны 20-го века №25, август 2018 года
Рубрика: Мистика
Автор: Ирина Шлионская

Соляной промысел Плесянычей

Издавна основным занятием балахнинцев была добыча соли. По преданию, основали Балахну братья Плесянычи (это не фамилия, а кличка жителей другого города — Плёса, расположенного под Костромой).
Братья занимались судовым промыслом. Однажды они отправились в низовья Волги, и по пути их судно сломалось. Пришлось им пристать к берегу. Младший из Плесянычей пошёл поискать дерево, годное для починки судна, и наткнулся на яму с водой. Края ямы были белыми и искрились на солнце. Попробовав воду на вкус, мужик обнаружил, что она солёная. Он налил воды в котелок, вскипятил её и выпарил соль.
Братья смекнули, что на этом можно сделать, говоря современным языком, неплохой бизнес. Тем же летом они вместе с семьями перебрались в то место, где была найдена соль, построили дома… Так было положено начало «Балахнинскому усолью».
Но прославилась Балахна в первую очередь тем, что её уроженцем был знаменитый Кузьма (Козьма) Минин, в 1612 году вместе с князем Дмитрием Пожарским организовавший Земское ополчение для помощи Москве против польских и шведских войск. За это царь Михаил Фёдорович пожаловал его титулом думного дворянина и вотчинами. На территории Балахны есть музей Козьмы Минина и несколько памятников, посвящённых ему.

Озеро, засасывающее людей

Как и во многих городах, в Балахне существует легенда о подземных ходах, связывающих между собой многочисленные здешние церкви и монастыри, а также и некоторые жилые дома. Проложили их, видимо, в Смутную эпоху, а может, и раньше, чтобы можно было скрыться от неприятеля. Об этом одному из авторов статьи поведал местный чудаковатый старожил, представившийся Сергеем и утверждавший, что служит звонарем в храме.
Один из тоннелей якобы ведёт от бывшего дома купца Латухина, в XVIII веке занимавшего пост бургомистра Балахны (сейчас это коррекционная школа на проспекте Дзержинского), к берегу Волги, где располагались принадлежавшие Латухину соляные колодцы. Рассказывают, что как-то во время прокладки асфальта у входа в школу провалился грунт и открылось подземелье. Но провал быстро заасфальтировали. Сейчас над предполагаемым подземным тоннелем проложена дорога и построены многоэтажные дома.
Ещё один тоннель будто бы начинался у церкви Богородицы и шёл куда-то под Волгу. Поблизости расположено Николино озеро, которое служит местом для купания. Видимо, со временем кое-где произошло обрушение стен тоннеля и в отверстия стала попадать вода. И вот, когда давление воды в Волге растёт, то вода выталкивается из подземелья наружу, а когда падает, то засасывается обратно.
По словам Сергея, бывали случаи, когда купальщиков засасывало в эти дыры. Некоторые трупы потом всплывали, а кого-то так и не удавалось найти.
Находились смельчаки, пытавшиеся проникнуть в подземный ход с аквалангами. Но те, кому посчастливилось вернуться (а возвращались не все), ничего не могли толком рассказать, у них мутился рассудок… Возможно, оттого, что они видели множество трупов, застрявших в затопленных ходах.

Местная Клеопатра и монстр-людоед

Одно из подземных ответвлений подземного хода, как уверяет Сергей, ведёт к зданию на улице Дзержинского, где когда-то располагалась Городская дума. Ещё раньше на этом месте стоял дом некой купчихи. Её фамилию сейчас уже никто не помнит. Но легенда гласит, что купчиха, подобно знаменитой египетской царице Клеопатре, имела привычку убивать своих любовников после бурно проведённой ночи. Трупы несчастных она расчленяла и скармливала страшному зверю. Это чудовище никто никогда не видел, люди только слышали его страшный рык… Говорили, что при свете дня чудовище пряталось в подземный ход, а на поверхность выходило только ночами.
Впоследствии особняк балахнинской Клеопатры был снесён, и незадолго до революции на этом месте построили здание Городской думы. В 1920-е годы его передали в распоряжение сотрудников ЧК. Предание утверждает, что в здании расстреливали людей, а трупы сбрасывали с балкона. Однако человеческие останки таинственным образом исчезали — вероятно, становились пищей монстра.
Это чудище-людоед якобы так никуда и не делось. Время от времени горожанам возле здания бывшей думы на улице Дзержинского видится тёмный силуэт таинственного существа. К счастью, монстр ни на кого не бросается: не находя себе пищи в виде останков, он жалобно завывает и вновь исчезает где-то в подземельях под Балахной…

Легенды Балахны

16 мая в музее «Дом Плотникова» состоялась очередная встреча в Дамском клубе. По просьбам гостей она была посвящена легендам Балахны. К огромной радости всех собравшихся, после долго перерыва Балахну посетил сам царь-батюшка Петр I, который заприметил талантливого плотника-судостроителя. Очень уж понравился тот Петру, что решил он наградить его 12 золотыми монетами.

С того «Петрова поданья» и пошло благосостояние рода Плотниковых. Говорят, что 1 рубль Плотников оставил себе, а 11 пустил в дело. Этот золотой рубль бережно передавался из поколения в поколение, а последний хозяин дома, Александр Алексеевич, замуровал его в стену. Но это лишь легенда, хотя кто его знает…
Много чего открыли для себя нового в тот вечер собравшиеся: и про двух разбойниц – Ульяшку и Парашку, и про козу, которая спасла Нижегородский Кремль, и про братьев Плесянычах – основателях Балахны, и про лекаря Преображенского полка Ерофея Ерофеича. Самые смелые даже отважились попробовать его знаменитую настойку «Ерофеевку». А потом команды соревновались в остроумии, придумывая новые легенды родного Балахнинского района. Лучшие знатоки получили на память небольшие сувениры с видами Балахны.
Гостем праздника была региональный председатель федерации северной ходьбы Людмила Логинова. Она рассказала, что данный вид спорта намного эффективнее фитнеса и пригласила всех присоединиться к спортсменам.
Украшением вечера стала выставка мензурок, ступок, кораблей и много-много чего другого, что так или иначе напоминало нам историю древнего славного города Балахны. Экспозиция была создана благодаря выдумке и находчивости главного хранителя фондов музея С.В.Пуховой.
Расходиться не хотелось, ведь нет ничего душевнее чая из русского самовара, добрых друзей и уютного зала музея «Дома Плотниковых».
Р.S. По большинству голосов следующая встреча в Дамском клубе состоится 13 июня, в 17.30. Ждем всех желающих!

Предание о Балахне — Интересные факты — Нижегородская область

Балахну основали братья Плесянычи, жители заштатного города Костромской губернии Плеса. В очень давние времена жили в этом городе два брата. Плесянычи занимались судовым промыслом, плавали на своих судах в низовья Волги. Так, раз они плыли на своем судне, и судно у них полома­лось. Это обстоятельство и заставило их пристать к правому берегу Волги, около устья реки Железницы, или Истечи. Меньшой брат из Плесянычей пошел отыскивать для срубки дерево, годное для починки судна, и увидел яму с водой, окраины которой побелели и искрились на солнце. Это заин­тересовало младшего из Плесянычей, и он попро­бовал воду. Она оказалась соленою. Тогда он от­правился на судно, взял котелок, зачерпнул из загадочной для него ямы воды и стал кипятить ее. Вода, выпариваясь, становилась все солонее и со­лонее. — Эй, смотри, братец, лиха какого бы не было, живота бы тебе не положить здесь, — говорил старший брат младшему. Но младший брат не обращал внимания на сло­ва старшего, продолжал кипятить воду и пробо­вать ее, пока она не превратилась в соль. Обрадовались братья, старший и трусить пере­стал— принялись думу думать: что им теперь де­лать? Наконец порешили: держать свое открытие в секрете, а после путины перебраться из Плеса к соли. Так они и сделали, перебрались сюда тем же летом с женами и домочадцами, построили себе дома и варницы и таким образом положили ос­нование «Балахнинскому усолью». И разбогатели они, говорит легенда, и разбогатели бы еще боль­ше, но их поселение не могло укрыться от окрест­ных жителей, для которых и самый промысел Плесянычей стал не тайной. Народ начал стекаться в эти места со всех сторон. Братья Плесянычи сперва встречали было новых пришельцев дубьем, но потом должны были наконец уступить числен­ности пришельцев, войти с ними в переговоры и из единственных владельцев соли сделаться пайщи­ками. Балахнинское усолье стало и людно и шумно, как торговое место.
Балахна. Текст предания перепечатан из книги Н. Андре­ева «Иллюстрированный путеводитель по Волге и ее прито­кам Оке и Каме». М., стр 98—99.
Туристический портал Нижегородской области / http://nnwelcome.ru

Предание о Балахне — Интересные факты — Нижегородская область

Балахну основали братья Плесянычи, жители заштатного города Костромской губернии Плеса. В очень давние времена жили в этом городе два брата. Плесянычи занимались судовым промыслом, плавали на своих судах в низовья Волги. Так, раз они плыли на своем судне, и судно у них полома­лось. Это обстоятельство и заставило их пристать к правому берегу Волги, около устья реки Железницы, или Истечи. Меньшой брат из Плесянычей пошел отыскивать для срубки дерево, годное для починки судна, и увидел яму с водой, окраины которой побелели и искрились на солнце. Это заин­тересовало младшего из Плесянычей, и он попро­бовал воду. Она оказалась соленою. Тогда он от­правился на судно, взял котелок, зачерпнул из загадочной для него ямы воды и стал кипятить ее. Вода, выпариваясь, становилась все солонее и со­лонее. — Эй, смотри, братец, лиха какого бы не было, живота бы тебе не положить здесь, — говорил старший брат младшему. Но младший брат не обращал внимания на сло­ва старшего, продолжал кипятить воду и пробо­вать ее, пока она не превратилась в соль. Обрадовались братья, старший и трусить пере­стал— принялись думу думать: что им теперь де­лать? Наконец порешили: держать свое открытие в секрете, а после путины перебраться из Плеса к соли. Так они и сделали, перебрались сюда тем же летом с женами и домочадцами, построили себе дома и варницы и таким образом положили ос­нование «Балахнинскому усолью». И разбогатели они, говорит легенда, и разбогатели бы еще боль­ше, но их поселение не могло укрыться от окрест­ных жителей, для которых и самый промысел Плесянычей стал не тайной. Народ начал стекаться в эти места со всех сторон. Братья Плесянычи сперва встречали было новых пришельцев дубьем, но потом должны были наконец уступить числен­ности пришельцев, войти с ними в переговоры и из единственных владельцев соли сделаться пайщи­ками. Балахнинское усолье стало и людно и шумно, как торговое место.
Балахна. Текст предания перепечатан из книги Н. Андре­ева «Иллюстрированный путеводитель по Волге и ее прито­кам Оке и Каме». М., стр 98—99.
Туристический портал Нижегородской области / http://nnwelcome.ru

Г. Балахна

Месторасположение (фактический полный адрес: район, населенный пункт, улица).
Г. Балахна, Нижегородская обл, 37 км от Нижнего Новгорода, 56°28?51? ; 43°32?25?
3Описание (краткая характеристика)
Балахна — старинный русский город. Год основания — 1474-й. Поселение на этом месте существовало за три-четыре тысячелетия до объявления его городом. Под собственным именем Балахна впервые упоминается в русских летописях с момента постройки в ней крепости в 1536 г. В этом году казанский хан Сафа-Гирей практически уничтожил город. После этого мать Ивана Грозного Елена Глинская велела построить здесь крепость, которая сгорела в 1730 г.
Отличительной особенностью экономико-исторического развития Балахны от других районных центров Нижегородской области является то, что Балахна, начиная со второй половины XV в. и до наших дней, имела три «золотых века» и играла большую роль в экономике древней Руси, дореволюционной России и Советской России. Эти три «золотых века» Балахны были связаны не с кустарными промыслами, не с военными походами и битвами царей, а с определенным промышленным производством: добычей соли, кораблестроением, производством бумаги и электроэнергии для всей страны.
Балахна в древней Руси была единственным значительным центром соляной промышленности.
Достопримечательности:
• Николаевская церковь 1552г. Покровская церковь XVIIв. Памятник Федерального значения.
• Спасская церковь 1668-1703гг. Памятник Федерального значения.
• Церковь рождества Христова 1675г. Памятник Федерального значения.
• Троицкая церковь 1757-1784гг. Памятник Федерального значения.
• Сретенская церковь в Кубинцеве 1807г. Памятник Федерального значения.
• Каменные жилые дома начало и первая половина XIXв.
• Ансамбль общественных зданий 1930 (Правдинск)
• Дом Н.Я.Канатова 1858г. (с.Лукино, ул.Кооперативная,23). Памятник Федерального значения.
• Балахнинский Краеведческий музей
• Памятник К.Минину Базовая легенда/миф
Легенда 1:
Балахну основали братья Плесянычи, жители заштатного города Костромской губернии Плеса.
В очень давние времена жили в этом городе два брата. Плесянычи занимались судовым промыслом, плавали на своих судах в низовья Волги. Так, раз они плыли на своем судне, и судно у них поломалось. Это обстоятельство и заставило их пристать к правому берегу Волги, около устья реки Железницы, или Истечи. Меньшой брат из Плесянычей пошел отыскивать для срубки дерево, годное для починки судна, и увидел яму с водой, окраины которой побелели и искрились на солнце. Это заинтересовало младшего из Плесянычей, и он попробовал воду. Она оказалась соленою. Тогда он отправился на судно, взял котелок, зачерпнул из загадочной для него ямы воды и стал кипятить ее. Вода, выпариваясь, становилась все солонее и солонее.
— Эй, смотри, братец, лиха какого бы не было, живота бы тебе не положить здесь, — говорил старший брат младшему.
Но младший брат не обращал внимания на слова старшего, продолжал кипятить воду и пробовать ее, пока она не превратилась в соль.
Обрадовались братья, старший и трусить перестал— принялись думу думать: что им теперь делать? Наконец порешили: держать свое открытие в секрете, а после путины перебраться из Плеса к соли.
Так они и сделали, перебрались сюда тем же летом с женами и домочадцами, построили себе дома и варницы и таким образом положили основание «Балахнинскому усолью». И разбогатели они, говорит легенда, и разбогатели бы еще больше, но их поселение не могло укрыться от окрестных жителей, для которых и самый промысел Плесянычей стал не тайной. Народ начал стекаться в эти места со всех сторон. Братья Плесянычи сперва встречали было новых пришельцев дубьем, но потом должны были наконец уступить численности пришельцев, войти с ними в переговоры и из единственных владельцев соли сделаться пайщиками. Балахнинское усолье стало и людно и шумно, как торговое место.
Легенда 2:
Развивалось в Балахне и судостроение. Строить корабли толком не умели ни русские, ни татары. Не обошлось поэтому и тут без иностранного влияния, на этот раз — западного. В 1633, 1636 и 1639 годах Россию посещало так называемое Голштинское посольство, организованное герцогом Шлезвиг-Голштинским Фридрихом III. Это было грандиозное дипломатическое предприятие — посольству выделили даже особый каменный дом в Москве, правда, конфискованный у впавшего в немилость архиепископа Суздальского, сосланного незадолго до этого в Сибирь. Это здание располагалось в Китай-Городе, на углу Варварки и Рыбного переулка (на старинной гравюре, как ориентир, видно уцелевшее до наших дней здание Старого Английского двора; рисунок 3). Посольский двор на тот момент был занят дипломатами персидского шаха, и это не случайное совпадение. Иностранцы хотели прорваться через Россию на Каспий и Иран. Собственно, они туда и поплыли, и об этом путешествии секретарь посольства Адам Олеарий оставил бесценные для нашей истории записки и рисунки.
Уже во время первого посольства стороны договорились о том, что для плавания по Волге и для торговли шелком с Персией Россия построит 10 кораблей. Решили строить в Балахне, прислав туда иностранных специалистов. Почему именно там? Вероятно, в Балахне на высоком уровне стояло плотницкое ремесло, и в Москве это знали. Условие у московского царя было одно — чтобы иностранцы не скрывали от русских своего мастерства. В 1636 году первое судно из ели сошло на воду, на нем подняли голштинский флаг, а назвали в честь монарха — Это был современный по тем временам корабль, в длину 38,6 метров, в ширину — 12,2, в высоту — 4, имевший три мачты и двенадцать пар весел, он мог брать на борт до 125 человек. Несколько пушек стреляли при необходимости каменными и чугунными ядрами. Однако, первое плавание корабля оказалось и последним — 14 ноября того же 1636 года он в бурю разбился о камни около города Низибата в современном Дагестане. Поняв, что русские плотники уже всему научились, правительство не санкционировало постройку остальных судов.
А ведь действительно научились. С тех пор в Балахне постоянно строили парусные суда, главным образом военные. В 1695 году, когда Петр стал готовиться к Азовскому походу, он именно тут заказал большую партию военных парусников, а для гарантий качества — присылает в Балахну в 1699 иностранных специалистов. С их помощью местные стали делать и речные суда, и шхуны для Каспийского моря. В 1722 году они получают от царя заказ на строительство кораблей для Балтики. С 1845 года в Балахне начали производство пароходов и барж. Было время, когда в год строили сто барж. Кокоры — детали кораблей — попали даже в герб города (рисунок 5).Побочным продуктом кораблестроения было столярное ремесло. Балахна в 18-м столетии стала центром распространения деревянной культовой скульптуры, вообще-то для России не характерной. До сих пор самые впечатляющие коллекции этого вида искусства — в Балахне, и в городах неподалеку от нее, например, в Юрьеве Польском. Не была чужда Балахне и «городецкая» глухая резьба, хотя из-за того, что подъем Городца в 19-м столетии пришелся уже на упадок Балахны, это искусство считается сугубо городецким. В балахнинском музее, однако, есть несколько достойных образцов местного производства.
Легенда3 :
Пониже Балахны, где в Волгу впадают две речки, некогда стоял стан разбойниц Уляшки и Парашки. Предания говорят, что по этим рекам много кладов с награбленным добром зарыто.
Отличительные признаки, степень уникальности.
Балахна — родина Козьмы Минина (конец XVI — 1616 г.) — организатора Нижегородского ополчения 1611-1612 годов. Минин происходил из семьи солепромышленника Балахны Мины Анкудинова и Домники, женился на посад. Татьяне Семенов., переехал на жительство в Нижний Новгород. В 1611 году избран земским старостой, неоднократно призывал к борьбе с польско-литовскими захватчиками (известны 3 его речи), к созданию народного ополчения во главе с князем Д.М.Пожарским, ведал в нем хозяйством, проявил дипломатическую предусмотрительность, военный дар, красноречие. Был тверд в решениях, умел добиваться согласия различных социальных групп. Снабженное всем необходимым ополчение 22-26 октября 1612 года освободило от интервентов Москву.
Минин участвовал в Земском соборе 1613 года, поставил подпись под грамотой о избрании царем Михаила Федоровича Романова. 12 июня 1613 года провозглашен думным дворянином, пожалован в Нижегородском уезде поместьем (с. Богородским и Ворсмой с дер.), ставшие указом от 20 января 1615 года его вотчиной. Оставлен в Москве. В 1614 году собирал по стране I- ю пятину, 25 декабря 1615 года Боярской Думой послан в Казань устанавливать мир и согласие между нерусскими народностями. Выполнив миссию, скончался весной 1616 года, привезен в Нижний Новгород, погребен на погосте приходской Похвалинской церкви. В 1672 году его прах был перенесен к кремлевскому Спасо-Преображенскому собору первым нижегородским митрополитом Филаретом, позднее несколько раз перезахоронялся. В 1962 году положен в кремлевском Михайло- Архангельском соборе — храме-памятнике ополчению начала XVII века.
Род Минина по прямой линии пресекся со смертью сына Нефида в 1632 году, вотчина отписана на государя.
В Балахне Нижегородской области есть памятник женщинам. Всем женщинам — «за то, что нам, мужикам, не дают заплутаться в этой жизни, как в лесу, и всегда готов встретить и понять нас у родного очага». Так написано на мраморной доске. И подпись внизу — «мужики». Для жителей Балахны это место стало культовым. Сюда приезжают влюбленные и новобрачные, молодые и старые, счастливые и не очень. Возле памятника женщинам всегда цветы. И еще появилась традиция — класть на камень мелочь. «Чтобы бедный человек, бомж или просто пенсионер, мог прийти и взять — хотя бы на хлеб…»

Легенды

Другая легенда о Куме более драматического характера.
Кума была не просто бой-баба, а ведьма-чаро­дейка. Чарами да заговорами приманивала она к себе честной народ. Чарами заставила она при­ехать к себе и воеводу. Побыв у Кумы, князь (воевода князь был) нашел, что ее водка вейновая слаще романеи погребов его, а поцелуи вдовы сла­ще поцелуев его княгини. Вот он и стал частенько ездить за Оку, уже без дьяков и старост, а с од­ним только верным холопом.
Узнала про то княгиня, и пошли слезы да уп­реки.
Но воевода не обращал внимания на упреки и слезы жены и продолжал ездить за Оку.
Княгиня хоть и говорила, что не из-за себя жу­рит мужа, а будто бы боялась за судьбу сына, но в действительности она хлопотала более о себе, чем о сыне; княгиня была женщина далеко не старая…
Скоро заметил и сын, что между родителями что-то дело неладно, пристал к матери с расспросами, о чем она кручинится, отчего не осушает очей своих с утра до вечера. Сначала княгиня не хотела открыть сыну причины своего горя, а по­том призналась, что кручинит ее змея-разлучница, чарами да присухами овладевшая князем.
Княжич, горячо любивший свою мать, вскипел гневом на Куму и задумал дело недоброе — спро­вадить змею-разлучницу с белого света. Выбрал он ночь темную, взял с собою «кинжал турецкий да пистолеты немецкие», да двух верных холо­пов, ребят, как и сам, молодых, и тайком от отца и матери отправился за Оку.
Тайком добрались ребята до жилья вдовы. Ку­ма уже спала или, вернее, притворялась спящей— она благодаря нечистой силе знала, что княжич едет и хочет убить ее, но не струсила.
Молодцам небольшого труда стоило дверь со­рвать с петель в ее доме, и вот мигом они добрались и до кровати, где лежала Кума. Казалось, жизнь ее висела на волоске — кинжал княжича блестел уже у самой груди ее.
В это время княжичу вздумалось поглядеть, какова колдунья, отнявшая отца у матери. И ве­лел княжич зажечь огонь. Как глянул он на Куму, так и обмер. Эдакой красавицы он отродясь не ви­дел, и холопы его, увидев Куму, рты поразинули.
Отнял княжич кинжал от груди Кумы да и за­думался. А тут еще один из холопов — сорви­голова, любимец княжича, сказал:
— Княжич, недаром князь-боярин полюбил водку вейновую этой бабенки. Не худо бы и тебе перед смертью Кумы попробовать, сколь сладко ее угощение…
Княжич будто проснулся от сна, вложил кинжал в ножны и повелительно махнул рукой холопам — те поспешно вышли из избы.
Около первых петухов княжич свистнул, холо­пы опять вошли в избу. Там княжич сидел рядом с Кумой, обнимал и целовал ее да распивал с ней водку вейновую из той же чары, из которой Кума угощала прежде самого князя-боярина.
С той поры и княжич стал частенько наезжать за Оку.
Холопы молчали, но, видно, шила в мешке не утаишь, княгиня как-то проведала, что колдунья и сына присушила к себе. Тут богобоязливая бо­ярыня забыла все и задумала извести Куму. Вот стала она искать колдунов, которые бы в чарах были сильнее змеи-разлучницы, как всегда она звала Куму. Искала долго и наконец нашла кол­дуна, старика столетнего, жившего где-то на бе­регу реки Кудьмы. Тот и дал ей зелье, да такое лихое, что оно так и кипело в склянице.
Переоделась княгиня старицей, взяла с собой отраву и отправилась за Оку. Пришла она к Ку­ме, выпросилась у нее ночевать, рассказала ей, что она — черница суздальская, ходила-де на бого­молье в Иерусалим и Царьград. Кума не могла узнать ее, потому что столетний колдун запретил лукавым передавать Куме намерения княгини. Княгиня и подлила в питье ли, в кушанье ли Куме лихого зелья. Лишь только проглотила Кума от­раву, почувствовала, что приходит ее конец и вме­сте с этим кончилось и очарование: она узнала княгиню и узнала, что та отравила ее.
— Ты извела меня, — сказала умирающая, — но лихо купила и себе: меня и тебя похоронят вме­сте, а в могилу не зароют.
Только что проговорила Кума эти слова, как дверь избы растворилась — явился как снег на голову сам князь. Княгиня, которую воевода не узнал, было хотела убежать.
— Это княгиня твоя, — сказала Кума. —Она извела меня зельем лихим. — С этими словами Кума умерла, испустив страшный крик.
Вскрикнул и князь и прянул к княгине, как дикий зверь, ухватил ее за горло. Княгиня и крик­нуть не успела.
Но тут опять отворилась дверь избы, в кото­рую вбежал княжич. Увидя, что отец душит мать, он кинулся отнимать ее. Началась страшная борь­ба— и через минуту около трупа Кумы лежали мертвые княгиня и княжич; князь обоих убил сво­им мечом и не задумываясь велел своим холопам все три трупа бросить в воду. Понесла Ока в Вол­гу-матушку трупы матери, сына и Кумы-чаро­дейки. Над первыми засветились огоньки, точно радуга, над трупом Кумы загорелось яркое кро­вавое пламя — настоящий адский огонь.
Ужаснулись холопы княжеские, ужаснулся и сам князь и, вскочив на коня, поскакал по бере­гу следом за трупами: его влекла за ними какая-то неведомая сила.
Выплыли трупы на Волгу, но не понесла их вода книзу, а пошли они вверх, против течения. На кня­зя страх напал, хочет он сотворить молитву—язык не ворочается, хочет перекреститься — рука не поднимается, хочет повернуть коня — конь не слу­шается, храпит, вздымается на дыбы и скачет все следом за трупами.
В 15 верстах от Нижнего Новгорода, между нынешними селами Копосовом и Большим Козином, трупы остановились, остановился и конь князя. Тут огни, вспыхнув ярче, погасли, а трупы пошли ко дну.
— Женоубийца! Сыноубийца! — раздался не­ведомый голос. — Твой час близок!
Поднялась буря, заходили по Волге седые ва­лы, засверкала молния, загудел гром. Князь упал без памяти с коня. Холопы, которые в страхе сле­довали издали за князем, подняли его и привезли домой без чувств.
Темная ночь покрыла страшное дело. Но ис­чезновение Кумы, княгини и княжича не могло быть тайной; в народе пошли разные толки, — конечно, говорили втихомолку, боясь гнева воево­ды. Толки эти дошли и до Москвы, а там и до царя.
— Где твоя княгиня? Где твой сын? — спросил царь воеводу через посланного нарочного гонца.
— Царь-государь, — отвечал воевода также через гонца, — княгиня обет на себя наложила, пошла пешком молиться богу по святым обителям да и пропала без вести. Сын же пошел охотить­ся на медведя, сломал его зверь лютый.
Тем, казалось, и дело кончилось, царь будто поверил сказке этой.
Князь же со времени убийства жены и сына со­вершенно изменился. Разлюбил шумные беседы, попойки и охоту.
Двор воеводский похож был на монастырь, в нем беспрестанно толпились попы, чернецы, стран­ники, юродивые, нищие. Беспрестанно пелись мо­лебны да панихиды, шла трапеза для духовенства и раздача милостыни…
Прошла зима. В одно воскресенье князь был у заутрени в Архангельском соборе и молился со слезами, лежа распростертый на полу церкви, как вдруг с криком и шумом подлетела к паперти толпа всадников. Все бывшие в церкви, не исклю­чая и духовенства, обмерли от страха и хотели бе­жать, только князь не ворохнулся и лежал на полу, творя молитву.
Всадники спешились и вошли в церковь.
— Княже, — сказал начальник, подойдя к воеводе, — пойман есть ныне повелением государя царя и великого князя.
— Несу вину и голову к ногам государя-царя и князя великого, а душу мою предаю в руци бо­жии.
Кинулись всадники на князя и, лая его всякими лаями неподобными, сорвали с него дорогие одеж­ды, сорвали даже рубашку, разули его, «оставили яко от матери родися» и повлекли из церкви, осы­пая ударами…
По выходе из церкви обнаженного князя броси­ли на дровни и прикрутили его веревками. Два всадника заарканили дровни, и вся толпа, вскочив на коней, с гиком и криками поскакала.
Миновала она Преображенский собор, миновала и монастырь Семионовский и через Тверскую баш­ню, или Ивановскую стрельницу, выехала из крем­ля в большой острог.
Проехав мост Ивановский, всадники пустились по Большой Мостовой улице и выехали через Ост­рожные ворота на Никольское подгорье, а оттуда спустились на Оку и, переехав ее по льду, помча­лись берегом Волги.
Гнали они коней час времени и потом останови­лись.
— Чего ради сташа? — спросил воевода.
— Коней пойти хошем, — отвечал начальник всадников, у которого при всей его свирепости не­достало духу сказать воеводе правду.
В это время на Волге загорелись надо льдом два радужных огонька и третий—кровавый. Эти огоньки были невидимы для всадников, видел их только воевода.
— Не коням тоя воды пити, а мне, — пре­рвал князь начальника, — место мне знаемо. Конец мой прииде. Молю тя, не мучь, не истезуй боль­ше, возмерь ми меру, юже возмерил аз, окаян­ный.
Это были последние слова воеводы: начальник всадников отсек ему голову мечом и бросил в про­рубь обезглавленное его тело. Лишь только труп попал в воду, как появился четвертый огонь, точ­но такой же, как и над трупом Кумы, — кровавый. Огни кровавые слились вместе, и огни радуж­ные— тоже, и стали те и другие кружиться, как бы борясь между собой, причем свет их усиливал­ся более и более и наконец сделался так силен, что осветил всю окружность. Тут и всадники уви­дели его, увидели и борьбу четырех огненных столбов, двух радужных и двух кровавых, восхо­дивших до неба. Ужаснулись всадники, подхватили голову князя и поскакали прочь. Голову всадники доставили царю, который сперва приказал во­ткнуть ее на копье и носить по Москве, а бирючам выкликать, идя перед нею:
— Князья, бояре, дворяне, стольники, стряпчие, дьяки, люди житные, дети боярские, стрельцы и все люди служилые, гости торговые, сотни су­конные, сотни черные и все люди не тяглые и тяг­лые, смотрите, как государь-царь и великий князь правит суд свой над своими изменниками, престу­пающими заповеди господни.
Потом голову сожгли на костре, а прах ее раз­веяли.

Город Балахна | Сайт посвященный туризму и путешествиям. Фотографии, описание местности, отчеты о походах, легенды, прошлое и настоящее.


Недалеко от легендарного Городца – на Волге стоит ещё один примечательный город – Балахна!
Балахна — старинный русский город. Год основания — 1474-й.
Поселение на этом месте существовало за три-четыре тысячелетия до объявления его городом.
Под собственным именем Балахна впервые упоминается в русских летописях с момента постройки в ней крепости в 1536 г. В этом году казанский хан Сафа-Гирей практически уничтожил город. После этого мать Ивана Грозного Елена Глинская велела построить здесь крепость, которая сгорела в 1730 г.
Город Балахна

Отличительной особенностью экономико-исторического развития Балахны от других районных центров Нижегородской области является то, что Балахна, начиная со второй половины XV в. и до наших дней, имела три «золотых века» и играла большую роль в экономике древней Руси, дореволюционной России и Советской России.
Эти три «золотых века» Балахны были связаны не с кустарными промыслами, не с военными походами и битвами царей, а с определенным промышленным производством: добычей соли, кораблестроением, производством бумаги и электроэнергии для всей страны.
Балахна в древней Руси была единственным значительным центром соляной промышленности. По народным преданиям, разработка соляных источников началась здесь ссыльными новгородцами после покорения Великого Новгорода Иваном III в 1478 г. церкви Балахны Историк С.И. Архангельский пишет, что Балахна в ХVI-XVII вв. «носила определенные промышленные черты, начиная от многочисленных церквей, построенных солепромышленниками, и кончая убогой келью бобыля, который работал на тех же промыслах». В 70-х гг. XVII в., а именно в 1674-1676 гг. в Балахне насчитывалось 33 рассольных трубы почти с 25 тысячами бадьями рассола, который выпаривался на 86 варницах, в результате чего получалась соль. Соль продавалась на месте, но большую ее часть вывозили в стругах по Волге, Оке и Клязьме. Город Балахна
Козьма Минин
Балахна — родина Козьмы Минина (конец XVI — 1616 г.) — организатора Нижегородского ополчения 1611-1612 годов. Минин происходил из семьи солепромышленника Балахны Мины Анкудинова и Домники, женился на посад. Татьяне Семенов., переехал на жительство в Нижний Новгород. В 1611 году избран земским старостой, неоднократно призывал к борьбе с польско-литовскими захватчиками (известны 3 его речи), к созданию народного ополчения во главе с князем Д.М.Пожарским, ведал в нем хозяйством, проявил дипломатическую предусмотрительность, военный дар, красноречие. Был тверд в решениях, умел добиваться согласия различных социальных групп. Снабженное всем необходимым ополчение 22-26 октября 1612 года освободило от интервентов Москву.
центральная площадь Балахны, справа памятник Минину
Минин участвовал в Земском соборе 1613 года, поставил подпись под грамотой о избрании царем Михаила Федоровича Романова. 12 июня 1613 года провозглашен думным дворянином, пожалован в Нижегородском уезде поместьем (с. Богородским и Ворсмой с дер.), ставшие указом от 20 января 1615 года его вотчиной. Оставлен в Москве. В 1614 году собирал по стране I- ю пятину, 25 декабря 1615 года Боярской Думой послан в Казань устанавливать мир и согласие между нерусскими народностями.
Выполнив миссию, скончался весной 1616 года, привезен в Нижний Новгород, погребен на погосте приходской Похвалинской церкви. В 1672 году его прах был перенесен к кремлевскому Спасо-Преображенскому собору первым нижегородским митрополитом Филаретом, позднее несколько раз перезахоронялся. В 1962 году положен в кремлевском Михайло-Архангельском соборе — храме-памятнике ополчению начала XVII века.
Род Минина по прямой линии пресекся со смертью сына Нефида в 1632 году, вотчина отписана на государя.
балахна — вид с Волги, Спасская церковь
ОБЩАЯ ИНФОРМАЦИЯ ПРО БАЛАХНУ
Балахна? — город (с 1536) в Нижегородской области России, административный центр Балахнинского муниципального района.
Население — 50 107 чел. (2014).
Город расположен на правом берегу реки Волги, в 34 км от Нижнего Новгорода.
История
В III—II тысячелетии до нашей эры на территории нынешней Нижегородской области жили племена балахнинской неолитической культуры, получившей название по наиболее типичной стоянке, раскопанной близ Балахны. В окрестностях Балахны такие стоянки найдены у посёлков Большого Козино и Малого Козино. Селились балахнинцы небольшими посёлками по 25—30 взрослых человек, причём селения располагались компактными группами. Балахнинцы были охотниками и рыболовами. Судя по найденным орудиям, они умели шлифовать, полировать, долбить и пилить камень, изготовлять глиняную посуду. Им было известно плетение из растительных волокон. Во второй половине II тысячелетия до нашей эры они научились выплавлять металл, знали мотыжное земледелие, занимались животноводством.
пасхальный крестный ход в Балахне
Основание города
С IX века в междуречье Волги и Оки начинает распространяться влияние Руси. Во второй половине XII века появляется Городец, ставший центром Городецкого княжества. В начале XIII века основывается Нижний Новгород, будущий центр Нижегородско-Суздальского великого княжества. Можно предполагать, что ко времени присоединения нижегородских владений к Московскому государству (середина XV века) побережье Волги между Городцом и Нижним Новгородом было в достаточной мере освоено, хотя и подвергалось периодическому разорению со стороны Казанского ханства.
В 1401—1402 году великий князь московский Василий Дмитриевич в обмен на Волок передаёт часть бывшего Городецкого удельного княжества серпуховскому князю Владимиру Андреевичу. В духовной того времени, оставленной Владимиром Андреевичем детям, упоминается: «А Соль на Городце дети мои князь Семён, князь Ярослав ведают с единого, а делят себе наполы, оприснь федоровские варницы, а иной не вступается никто в Городецкие варницы без повеленьиа детей моих».[6] На основании данных фактов современные историки делают вывод, что уже в то время вблизи Городца существовал соляный промысел, отождествляя Соль-на-Городце с Балахной.
Однако название Балахна встречается в документах лишь в 1536 году. Этот год считается официально годом её основания. Город упоминается уже достаточно богатым и многолюдным, когда он пострадал от войск казанского хана Сафа-Гирея. Вскоре после этого была сооружена первая деревянная крепость для защиты от татарских набегов.
В средние века город являлся значительным центром соляной промышленности, административным центром Балахнинского уезда.
При Иване Грозном город в числе других был назначен царём себе в опричнину.
река Волга около Балахны
Смутное время
Во время Смуты балахнинский воевода поддержал Лжедмитрия II и совместно с арзамасским воеводой попытался взять остававшийся верным царю Василию Шуйскому Нижний Новгород. В ответ 2 декабря 1608 года нижегородское войско взяло Балахну штурмом, принудив жителей целовать крест Шуйскому.
В 1610 году Балахна пострадала от казаков, многие храмы были разрушены.
Балахна — предполагаемая родина Кузьмы Минина, организатора Нижегородского ополчения 1611—1612 годов. По пути из Нижнего Новгорода в Ярославль ополчение прошло через Балахну, собрав с жителей средства на организацию ополчения.
паводок в городе Балахна
Уездный город
В 1714 году Балахна вошла в состав Нижегородской губернии на правах уездного города Балахнинского уезда.
В XVIII—XIX веках город являлся важным центром судостроения.
Советский период
В 1925 вступила в строй Нижегородская ГРЭС, работающая на торфе, в 1928 выдали первую продукцию целлюлозно-бумажный комбинат и картонная фабрика.
1 февраля 1932 года ВЦИК постановил селение Кубинцево Балахнинского района, включить в городскую черту Балахны.
Современность
В 1993 году в состав Балахны вошёл рабочий поселок Правдинск.
До 1998 года в городе находились станции Балахна-Сортировочная и Балахна-Пассажирская Балахнинско-шуйской сети узкоколейных железных дорог.
ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТИ БАЛАХНЫ
Памятники градостроительства и архитектуры
Спасская церковь Город Балахна
Покровский мужской монастырь — основан в первой половине XVI века, пр. Революции, 17.
Покровская церковь (XVII в.);
Никольская шатровая церковь — сооружена в 1552 году по приказу Ивана Грозного в честь взятия Казани, старейшее сохранившееся религиозное сооружение в Нижегородской области.
Спасская (Никитская) церковь (1668), ул. Туполева, 3.
Храм Рождества Христова, пер. Ленина, 9 — построен в 1674 году на месте деревянного. Являлся частью упразднённого в 1764 году Рождественского женского монастыря.
Воскресенская церковь (конец XVIII в.), ул. Демьяна Бедного, 26.
Знаменская (II пол. XVIII в.) и Крестовоздвиженская (I-я пол. XVIII в.) церкви, ул. Дзержинского, 9.
Троицкая церковь (1784), ул. Рязанова (кладбище).
Сретенская церковь. Построена в 1807 году, на месте древней церкви, сооруженной по завещанию князя Дмитрия Пожарского. Одна из пяти церквей Нижегородской области, которые не закрывались в советские годы..
Здание присутственных мест (конец XVIII в.), ул. Энгельса, 1а.
Городская усадьба (конец XVIII — нач. XIX в.), ул. Дзержинского, 41.
Дом Н. Я. Латухина (XVIII — нач. XIX в.), ул. Дзержинского, 17.
Жилые дома (I пол. XIX в.), ул. Карла Маркса, 6а, 22.
Особняк Чарышникова (I пол. XIX — начало XX в.), ул. Целлюлозно-картонного комбината, 15а.
Дом Серебрянникова (середина XIX в.), ул. Энгельса, 15а. Город Балахна
Усадьба А. А. Худякова (II пол. XIX в.), ул. Карла Маркса, 30.
Будка управления механизмом шандор, на объездной дороге.
Особняк (конец XIX в.), ул. Карла Маркса, 4а.
Доходный дом (детский сад НИГРЭС)(1907 г.), ул. Дзержинского, 33.
Школа в поселке НИГРЭС (1920-е гг.), ул. Свердлова, 24а.
Жилые дома картонной фабрики (1929 г.), ул. Целлюлозно-картонного комбината, 1а, 2а.
Ансамбль Центральной площади: дом культуры ЦБК, здание пожарного депо, здание школы (1930-е гг.)
ПОКРОВСКИЙ МОНАСТЫРЬ
Покровский монастырь — упразднённый мужской монастырь в городе Балахна. Был основан в первой половине XVI века иеромонахом Пафнутием. В 1552 году Иван Грозный дал монастырю жалованную грамоту, в этом же году была построена каменная шатровая Никольская церковь. В середине XVII века вместо деревянной была построена каменная Покровская церковь.
В XVIII веке из-за упадка соляного промысла монастырь оскудел. В 1783 году монастырь был упразднен. Передача монастыря епархии и его восстановление планируется к 2012 году, к 400-летию народного ополчения.
слева — Покровская церковь, а справа — Никольская церковь
Никольская церковь
Церковь в честь святого Николая Чудотворца — самый древний каменный храм Нижегородской епархии. Построена в 1552 году по приказу Иоанна VI Грозного в честь взятия русскими войсками Казани.[] До закрытия церкви в 1917 году в ней находилась чудотворная Богородичная икона «Одигитрия».[] В советское время в здании церкви находились цеха молокозавода, затем жилые помещения. Последние несколько лет в храме располагались запасники Балахнинского краеведческого музея. Возвращена верующим, 19 декабря 2008 года состоялась первая Божественная литургия.
Покровская церковь
Построена в середине XVII века. Закрыта В 1937 году. В Покровской церкви с 1950 года располагался краеведческий музей. 14 октября 2009 года был отслужен первый за многие десятилетия молебен. Его совершил настоятель Никольского храма иеромонах Александр Ионов.
В августе 2010 года передана Нижегородской епархии. 14 октября 2010 года в праздник Покрова Пресвятой Богородицы была совершена первая со времени закрытия храма Божественная литургия. Благочинному Балахнинского округа протоиерею Виктор Софронов сослужил настоятель Покровской церкви протоиерей Роман Сосинович.
В феврале 2011 года группа архитекторов из Владимира выполнила обмеры внутренних помещений Покровского храма, а в мае провели внешние обмеры здания и осмотрели конструкции церкви. При осмотре выяснилось, что своды основного четверика храма не обрушились во время пожара 1690 года, как считалось ранее, а остались целыми, но имеют множественные сквозные трещины.
ФОРМИРОВАНИЕ ИСТОРИЧЕСКОЙ ТЕРРИТОРИИ БАЛАХНЫ В XVI — XVII вв.
Любой древний город имеет свой неповторимый облик. Каждая эпоха оставляет следы и в планировке, и в застройке городской территории. По сути, градостроительная деятельность является производной от социально-экономического развития поселения. Формирование территории поселения неразрывно связано с его исторической судьбой, объяснить которую можно только при комплексном исследовании всех виде источников, включая топографический и картографический материалы.
Высказанное в полной мере относится к старинному русскому городу Нижегородского Поволжья, средневековому центру солеварения-Балахне.
Будучи солепромысловым городом, Балахна отличалась от традиционных типов древнерусских поселений. Она располагалась в 30 км от Нижнего Новгорода вверх по Волге на ее низменном, частично заболоченном берегу, крайне неудобном дл селитьбы. Такое расположение могло быть обусловлено только производственной необходимостью.
Время возникновения Балахны нельзя считать установленным. Отождествление рядом исследователей (И. А. Кирьянов О. И. Брайцева, Н. Ф. Филатов) Балахны с Солью на Городце, упоминаемой в начале XV в., слабо аргументировано. Находка на исторической территории города в ходе археологических исследований в 2006 г шиферного пряслица XIII в. — лишь факт, подтверждающий нахождение древнерусского поселения на месте Балахны. Связь этого поселения с Солью на Городце, и с самой Балахной пряслицем не подтверждается. При этом уместно напомнить, что научная система доказательств требует бесспорных фактов [].
Не выявлены и документы, подтверждающие предание об основании Балахны ссыльными новгородцами после покорения Великого Новгорода Иваном III в 1478 году.
Вместе с тем обращает на себя внимание древнее название Нетечи-Железница, сохранившееся в памяти балахонов еще в XVII веке.
Именно это название может служить косвенным признаком сравнительно раннего появления русских на правом берегу Волги. Для получения окончательного ответа на вопрос необходимы комплексные археологические и геологические изыскания. Город Балахна
На сегодняшний день можно считать бесспорным лишь существование поселения до появления крепости в 1536 году и связь поселения с соледобывающим промыслом. В пользу чего свидетельствует замечание С. Герберштейна начала XVI века: «В двух милях от Нижнего Новгорода было очень много домов, наподобие города или поселка, где вываривалась соль».
Об этом однозначно сказано в Патриаршьей летописи, в которой впервые упоминается Балахна. Известие о ней относится к 1536 году и связано с нападением на нее казанского хана Сафа-Гирея. Выступившие на защиту «черные люди балахонцы… не умеючи воинского дела» были жестоко разбиты.
Представление о Балахне в период до построения крепости можно составить лишь на основании косвенных данных. Несмотря на плотную современную застройку, хорошо просматривается естественный природный рельеф, с которым не могли не считаться первые поселенцы.
Край первой надпойменной террасы в виде совокупности холмов-грив достаточно четко просматривается вдоль современных улиц К. Маркса и Лесопильной. Только в северной части он снивелирован и плохо заметен.
Река Нетеча (бывш. Железница) образовывала с Волгой единую пойму. Скорее всего, она имела проточное происхождение. Ее русло шло параллельно волжскому. Устье располагалось в 400 м южнее современной пристани, что подтверждается картографическим материалом XVIII века.
Петровское озеро, вытянутое с юго-запада на северо-запад, соединялось с Нетечей протоком выше современной пристани.
Вдоль Нетечи и Петровского озера тянулись невысокие песчано-суглинистые гривы. Пространство между гривами было малопригодным дл жиль. Заболоченные, затапливаемые во время весенних разливов участки в большинстве своем оставались не заселенными в XVIII веке, что отчетливо видно на планах этого времени. Более удобными для селитьбы могли служить лишь цепочка суглинистых грив, разделяющая русла Нетечи и Волги (в районе современных улиц Кузнецкой и Туполева), припойменные участки первой волжской террасы (современные улицы Дзержинского, Лесопильная и К. Маркса), гривообразные всхолмления вдоль берегов Петровского озера (улицы К. Либкнехта и Колесная).
На схематических планах Балахны XVIII века четко выделяется северный район с соляными промыслами и жилой застройкой, занимавший гриву между Волгой и Нетечей. Этот район можно бесспорно считать первоначальным ядром поселка. По писцовой книге 1674-1676 гг., именно здесь находился «старый» посад. Рядом, в районе впадения в Нетечу протока из Петровского озера, располагался «старый» торг. Здесь же при обследовании береговых обнажений был обнаружен археологический материал XVI века.
Планировочная структура поселка солеваров имела линейный характер. Такой она оставалась и в последующие века, подчиняясь интересам соляного промысла и естественному рельефу.
Новый период в истории Балахны связан со строительством в 1536 году крепости. По указу Елены Глинской «20 июня… был почат град делати у Соли на Балахне того ради что посад велики людей много».
Крепость, стоявшая на расстоянии около 500 м от промыслов, заняла стратегически выгодное место, перекрыв старинную дорогу из Нижнего Новгорода в Кострому. Она расположилась на правом берегу Нетечи при слиянии с нею протока из Петровского озера, получив с северной и восточной сторон естественную защиту. С южной и западной сторон крепость была ограждена рвом с ослонным тыном на дне. Окруженная со всех сторон водными преградами крепость в плане имела близкую к квадрату форму. Судя по описанию XVII века, на земляных валах — «осыпах» были поставлены рубленые двойные стены, по углам — башни, получившие название Наугольных. Одна из них называлась Петух. Посередине каждой из четырех крепостных стен стояли башни с проезжими воротами. В XVII веке они носили название находившихся близ них храмов. Самой крупной была Воскресенская башня, обращенная к реке Волге и торгу. В тексте писцовой книги она названа «Большой». Про западную, Рождественскую, башню сказано, что она «рублена в две стены… крыта тесом четвероугольным шатром».
Вряд ли крепость основательно перестраивалась после ее возведения. Поэтому, думается, описание XVII века вполне соответствует первоначальному облику.
Одной из первых в крепости была выстроена соборная Вознесенская церковь, известна уже в 1541 году. В документах середины XVI века в городе упоминается двор крупнейшего на Руси Троице-Сергиева монастыря. По всей видимости, так же как и в XVII веке, на территории крепости находились воеводский двор, приказная изба, тюрьмы, осадные дворы.
К настоящему времени крепость практически не сохранилась. Остатки земляных укреплений (останцы вала) читаются в начале пр. Революции, остатки рва — вдоль юго-восточной ограды городского парка. Сопоставление рельефа местности и современной городской планировки с картографическим материалом XVIII века, сохранившим контур крепости, позволяет очертить ее границы на плане города, разместив центр в 200 м к юго-востоку от современной автостанции на пл. Советской и совместив проезды с началом улиц Энгельса, Дзержинского, пер. Пионерским. Это территория городского парка, рынка, пл. Советской, школы N 6, квартала между пл. Советской, пр. Революции и ул. Энгельса.
Крепость становится надежным прикрытием для «старого» посада с соляными промыслами и для торга на волжском берегу. По данным писцовой книги в 1628 году на посаде было 5 церквей. Эта цифра служит бесспорным свидетельством бурного развития посадской жизни в XVI веке. Расположение Церковных строений не вызывает сомнений в том, что посад разрастался в западном направлении, вдоль правого берега р. Нетечи. Не исключено, что в это же время застраивался участок к северу от Петровского озера.
С большой долей уверенности можно говорить, что современные улицы Туполева и Кузнецка сформировались в XVI веке и на протяжении столетий не имели своего направления, возможно, что к XVI веку относятся и отдельные конструкции соледобывающего комплекса, сохранившегося на берегу Волги рядом с территорией мебельной фабрики.
Под прикрытием крепости становится возможным освоение новых, ранее не застроенных участков к югу и западу от нее, на которых появляются соответственно Покровский мужской и Христорождественский женский монастыри. Находившиеся в них храмы, по мнению О. И. Брайцевой, ставились с учетом зрительного восприятия при выходе из крепости. От этого времени сохранилась самая древняя постройка Балахны — Никольская церковь. Строительством этого храма в 1352 году в Балахне была отмечена победа русских войск над Казанью. Храм был возведен на территории Покровского монастыря. Каменное строение отражало положение монастыря в социальной структуре Балахны и его экономические возможности. Писцовая книга упоминает записи 1628 года, в которых значилась за Покровским монастырем слободка, «что был Монастырский рыбной двор ниже посаду на Бабье озере» (район ул. Калинина). Также в прошедшем времени говорится о монастырской слободке, что «от огорода от Никольских ворот идучи к монастырю по правой стороне»[] (участок между совр. пер. Пионерским, ул. Ленина и пр. Революции), о «пустом Щоколжинском дворище» на монастырской земле[]. Видимо, монастырские владения в окрестностях крепости в XVI веке были значительными.
Социально-экономическая характеристика Балахны XVII века в значительной мере затруднена из-за отсутствия подробного ее описания и разрозненности отдельных упоминаний. Косвенным свидетельством интенсивного развития соледобычи может служить включение Балахны в опричнину нарду с важнейшими центрами соляной промышленности страны, такими как Соль-Вычегодская, Солигалич, Ст. Русса и др. Развитие торга сформированием таможенных служб подтверждается следующим фактом. В 1548 году Троицкий Данилов монастырь в Переславле-Залесском получил тарханно-проезжую грамоту, дающую право его представителям безмытно проезжать в некоторые города и производить там торговые операции без уплаты тамги, весчего и других торговым пошлин. В числе городов названы Нижний Новгород и Балахна.
О налаженных связях с Нижним Новгородом говорится в документе начала XVII века. В 1608 году нижегородцы уговаривали балахнинцев не поддерживать тушинцев: «…ездили бы Балахонцы в Нижний со всем, что у кого есть, по прежнему, а нижегородцы бы ездили к вам на Балахну:»
Участвовали балахнинцы и в военных операциях. В 1576 году они упоминаются в составе судовой рати в большом полку вместе с гороховчанами, юрьевчанами, галичанами и др.
Трудно сказать, как отразился экономический кризис 70- 90-х годов в России на состоянии Балахны. Бесспорно одно: несмотря на то, что город сильно пострадал во время Смуты, в XVII веке Балахна продолжала интенсивно развиваться.
Подробную картину Балахны второй половины XVII века дают материалы писцовой книги 1674-1676 гг. По ним достаточно четко прослеживается развитие трех районов:
— самой крепости («города»);
— северного («старого») посада с соляными промыслами и торгом;
— Покровского и Христорождественского монастырей.
К этому времени необходимость в крепости для организации обороны отпала. Это не замедлило сказаться на состоянии ее укреплений. Ров вокруг крепости обвалился, а ослонный тын сгнил. Тем не менее крепость продолжала выполнять функцию общественно-административного центра.
Центральное место занимала Соборная церковь Вознесения Господня «древяна клетцки с папертью, верх шатром» с трем приделами и стоящая рядом с ней другая теплая деревянная церковь Богородицы Печерской с двум приделами, «с трапезою», с ветхой, рубленой в восьмерик колокольней, на которой были устроены «часы железные боевыя без четвертей, приведены боем к колоколам».
В городе находились воеводский двор, приказная и губная избы, тюрьмы. Среди частных построек выделены осадный двор Покровского монастыря с церковью во имя Леонтия епископа Ростовского Чудотворца, двор Троице-Сергиева монастыря, двор Патриарший «десятилнечей, где приезжают десятилники». В перечень построек включен погреб с боеприпасами и колодезь. Всего в крепости вместе с пустыми описано 27 дворов и 48 человек в них.
Ядром посада по-прежнему служила застройка вдоль гривы между Волгой и Нетечей. Главными были две улицы, как отмечалось выше, сформировавшиеся еще в XVI веке. На «Никитцкой улице» стола церковь Нерукотворного Спаса, которая была единственной каменной постройкой посада, весьма показательно, что Соборная церковь в крепости продолжала оставаться деревянной. Параллельно Никитской к западу от нее проходила Выползова улица — от западных дверей Спасской церкви «да через улицу… огородами до дворов улицы Выползова 15 сажен». Судя по описанию, она заканчивалась в районе торга у Рыбного и Мясного рядов неподалеку от Воскресенской церкви. На ней находилась церковь Св. Пророка Ильи. Сопоставляя материалы писцовых книг с картографическими данными, можно с уверенностью сказать, что это древнейшие названия современных улиц Туполева и Кузнецкой. Они сложились еще до того, как улицы стали именоваться по названиям приходских церквей.
На существование жилой застройки «в верхнем конце» посада рядом с соляными варницами указывают две церкви: Преображения Господня — «на Волге реке… подле протока Нетечи» и Николы Чудотворца — «на посаде за варницами на старом церковном месте, что была церковь Богоявленья Господня»[39]. Рядом проходила в сторону варниц «большая дорога».
Посад заканчивался под восточной стеной крепости торгом, который значился на посадской земле; Церковь Бориса и Глеба, расположенная около юго-восточного угла крепости, значится уже «ниже посаду».
Обращает на себя внимание последовательность описания приходских церквей. Сначала описываются церкви старой части посада от «верхнего» (северного) конца к торгу, затем церкви на торгу. За ними следует описание церквей по правому берегу Нетечи «нa бору», около Петровского озера, у реки Нетечи[43]. Такой порядок не случаен. Скорее всего, последовательность описания отражает последовательность заселения территории. Появление церквей и улиц к западу от старого посада за рекой Нетечей говорит об интенсивном формировании здесь жилой застройки. Подчиняясь рельефу местности, она носила линейный характер. Направление застройки было в основном обусловлено развитием соляного промысла. Писцовая книга называет «…на бору у Рождества Пресвятые Богородицы… у Благовещенья Пресвятые Богородицы» значительное число варниц[].
Всего на посаде перечислены 28 церквей, из них действующих — 27, в том числе 17-на старом посаде и на торгу, 4 — на; правом берегу Нетечи «на бору», 2 — около Петровского озера, 2 — у реки Нетечи. За исключением церкви Николы Чудотворца и церкви Козьмы и Демьяна все храмовые постройки располагались попарно (холодная и теплая). Следовательно, на посаде и на торгу было 9 приходов, «на бору»2 и по одному около Петровского озера и у Нетечи. Приведенные подсчеты подтверждают высокую концентрацию застройки к северу от крепости. Подавляющую часть описываемых церквей можно достаточно точно локализовать. На месте многих из них в XVIII веке были построены одноименные каменные храмы, что нашло отражение в картографическом материале.
К сожалению, до настоящего времени дошло лишь здание Спасской церкви на ул. Туполева. На месте Воздвиженской церкви в начале XVIII века был построен одноименный каменный храм, который в полуразрушенном виде сохранился на ул. Дзержинского.
На Петровской улице на левом берегу Петровского озера стояли дворы «лутчих» людей Соколовых и Горлухиных. Рядом находилось подворье Дудина монастыря. Петровскую улицу XVII века можно локализовать в районе северного участка совр. ул. Ульяновой.
Заселенность правого берега Нетечи нашла отражение в названии улицы Боровская Грива, где находились дворы тяглых «середних» людей. Скорее всего, Боровская Грива соответствует совр. ул. Лесопильной.
Следы естественного рельефа и средневековой застройки между Петровской улицей и Боровской Гривой, как и район соляных варниц на Бору, были уничтожены при прокладке просп. Дзержинского и строительстве вдоль него новых домов. Место кирпичных сараев за посадом, где было сосредоточено производство кирпичей, отмечено совр. ул. Кирпичной. Верхний конец посада на берегу Волги уничтожен постройками мебельной фабрики. На берегу Волги около нее сохранилась лишь часть соледобывающего комплекса.
Торг являлся неотъемлемой частью любого русского города. Расположенный на посаде на берегу Волги под защитой крепости, он состоял из нескольких рядов, в том числе Рыбного, Мясного, Щепетинного, Крашенинного, Большого, в которых было 134 лавки, 17 мест лавочных и 13 полков. На торгу располагались приходские церкви, позади рядов стояли «харчевенные избы». На площади под городом размещались избы таможенные, земская изба, в которой «площадные дьяки пишут всякие площадные дела».
Под посадом на Волге находился перевоз, «что ездят за реку Волгу в Заузольскую волость». Упоминается также «извоз Нижегородской, что возят с Балахны с берегу в звоз в Нижней Новгород, и на Городец, и на Василев Балахонцов и уездных иногородних торговых всяких людей с весны до осеннего леду».
В современной застройке города каких-либо следов от торга, перевоза и извоза не осталось. Торг может быть локализован в районе современной пристани. Наверное, поблизости находился и перевоз.
Таким образом, застройка посада прослеживается во всем своем многообразии и динамике, что отражает интенсивную торгово-промышленную деятельность его населения.
Иначе выглядит территория к югу от крепости. Писцовая книга описывает там территорию двух монастырей: Покровского и Христорождественского. В этой части Балахны не известны ни приходские церкви, ни уличная застройка. Это позволяет говорить о совершенно ином процессе формирования селитебной территории, в котором ведущую роль играл Покровский монастырь. До середины XVII века вокруг него концентрировались монастырские земли. В 1628 году на месте Монастырского рыбного двора значилась слободка. Другая слободка находилась между монастырем и крепостью. Только после того, как в середине XVII века монастырские слободы были приписаны к посаду, началось их постепенное планировочное развитие. Планы XVIII века уже четко фиксируют уличную застройку, что служит отражением экономических изменений, произошедших в жизни этого района.
Несмотря на стихийные бедствия, такие как наводнения и пожары, Балахна в XVII веке продолжала непрерывно развиваться. По подсчетам А. Садовского, в 70-е гг. в Балахне насчитывалось 606 дворов с 2240 жителями, не считая черного духовенства. Достаточно высокий экономический потенциал, в первую очередь солеварения, а также начавшегося в 80-е гг. XVII века судостроения и кирпичного производства, создавал перспективу для развития посада и его расширения. Природный ландшафт, малопригодный для селитьбы, сдерживал это развитие. Дальнейшее формирование территории Балахны в XVIII и XIX вв. может быть объяснено только с учетом этих факторов, которые определили облик различных районов города в предшествующую эпоху и оказались решающими в последующую.
Покаяние балахнинских мужиков
В Иркутске есть памятник корове — за то, что дает молоко; в Париже — лягушке, за мученичество во имя науки; в Ижевске — пельменю, видимо, за вкусовые качества; в Питере — чижику-пыжику, непонятно за что…
И только в городке Балахне Нижегородской области есть памятник женщинам. Всем женщинам — «за то, что нам, мужикам, не дают заплутаться в этой жизни, как в лесу, и всегда готов встретить и понять нас у родного очага». Так написано на мраморной доске. И подпись внизу — «мужики».
Кто поставил этот знак? Так мы, мужики, и поставили, — объяснил мне бывший балахнинский милиционер Владимир Лапин. Именно ему и его другу, водителю-дальнобойщику Григорию Кузнецову, пришла мысль установить такой памятник.
— Сидели мы как-то, выпивали, жизнь свою вспоминали… Сколько ж, говорю, нашим женщинам от нас терпеть приходится! Мотаемся где-то, дома не бываем, кто работает с утра до ночи, кто пьет, кто гуляет… А они ждут и все прощают. Да им памятник поставить надо! Мужики согласились…
— Долго камень искали подходящий, — рассказывает Володя, — в карьерах, в поле, по всем командировкам, когда куда ездили. А тут как-то за грибами пошли. Всего метров 50 прошли, гляжу — он! Огромный такой валун из земли торчит. Кричу ребятам: «Тормозите при посадке, на фиг ваши грибы!» Сгоняли за местными трактористами, привезли их. Двумя тракторами вытаскивать из земли пришлось, он глубоко сидел… Потом пригнали «КамАЗ», кран, загрузили, на место привезли…
Место для будущего памятника выбрали на въезде в Балахну, так, чтобы все, и местные, и проезжие, его видеть могли. На чьи средства ставили? Все понемногу участие приняли, человек 15-20 в общей сложности, но в первую очередь помогали Игорь Цветков, Владимир Жильцов, Вадим Марунин… Один с транспортировкой помог, другой на заводе по поводу мраморной плиты договорился, третий — насчет земли, четвертый занялся обустройством территории вокруг…

Старинную гравюру для рисунка Лапин нашел в Библии — возвращение блудного сына. Хоть это и не о мужьях, а все равно подходящий сюжет… Кстати, придорожное кафе, возле которого находится памятник, называется «Вечный зов». Тоже в тему…
Перед открытием мужчины позвали батюшку из церкви — освятить памятный знак, чтобы все было по уму. Тот сперва засомневался:
— Надо еще посмотреть, что вы там наваяли! Может, в честь проституток каких-нибудь камень установить надумали?
Но, когда увидел, одобрил, освятил памятник…
Вот только администрация Балахнинского района не пришла в восторг от новой достопримечательности города.
— Тогдашний глава, Волков, вообще, потребовал снести памятник, — говорит Григорий, — Почему, мол, с ним не согласовали, разрешения не получили! Ему это как кость в горле было: какие-то недоумки деревенские додумались, а он — нет!!!
— Помню, приехал я в Белый дом (так наша администрация называется, у нас же в каждой деревне есть свой Белый дом!),- вспоминает Владимир, — вижу: главный архитектор женщину, подчиненную свою, отчитывает из-за нашего памятника. Это, мол, антигосударственная политика. Во, думаю, ни фига себе словечко-то ввернул! Говорю ему: ты, брат, не шуми. А сотрудницу его спрашиваю: вам этот знак нравится? Она кивнула… Я поворачиваюсь к архитектору — видишь, женщине нравится. Чего же тебе еще? Почему я должен к главе на прием записываться и спрашивать: можно мы, мужики, женщинам спасибо скажем? Да он пять лет думать будет, можно или нет… Правда, потом памятник оставили в покое…
А вы поддержали идею мужа? — спрашиваю я жену Владимира Лапина, Татьяну.
Я поначалу не поняла: что за памятник еще? Кому, мне? Ты меня похоронить надумал? Когда объяснил, что да как, я подумала: других забот, что ли, нет? Но ничего ему не сказала. А теперь приятно, конечно…
Для жителей Балахны это место стало культовым. Сюда приезжают влюбленные и новобрачные, молодые и старые, счастливые и не очень. Возле памятника женщинам всегда цветы. И еще появилась традиция — класть на камень мелочь. «Чтобы бедный человек, бомж или просто пенсионер, мог прийти и взять — хотя бы на хлеб…» — объяснил мне Володя.
дом мастера, улица Туполева
Известные балахнинские и нижегородские источники и родники
Источник Тихона Амафунтского
Где находится: деревня Ясенево Балахнинский район
Как добраться: С автостанции «Канавинская» доехать до Балахны. Далее пересеть на автобус N102 или 104 и доехать до села Гриденино. По асфальтированной дороге пройти через село и дойти до деревни Ясенево.
История:
Источник находится рядом с озером, купаться в котором раньше разрешалось только два раза в год: на Крещение и 29 июня — в день престольного праздника. И сейчас это поверье действует: чтобы исцелиться, нужно набрать водичку именно в эти два дня, в остальное время вода просто чистая, родниковая. До 1917 года около источника стоял храм во имя Тихона Амафунтского, в 30-е годы он был взорван. Два года назад принято решение поставить часовню на месте разрушенного храма во имя святителя Тихона Амафунтского. Сруб с куполом сейчас высится над родником.
Ключик преподобного Пафнутия Балахнинского
Где находится: Большое Козино, Балахнинский район.
Как добраться: на автостанции «Московский вокзал» сесть на маршрутное такси N 319 и доехать до конечной остановки «Большое Козино». Дальше идти пешком вдоль железной дороги в сторону Балахны примерно два километра. В леске на берегу пруда и бьет целебный ключик.
История: Говорят, этот ключ бьет на берегу пруда с незапамятных времен. Рядом много икон. Вода, как утверждают местные жители, богата серебром, полезна при простудных заболеваниях и очень вкусная. В ближайшее время здесь собираются обустраивать территорию.
Владимирский источник
Где находится: Городецкий район, село Николо-Погост.
Как добраться: на автобусе «Н.Новгород — Городец через Зиняки». Выйти на остановке «санаторий Городецкий». От этой остановки, отходит рейсовый автобус до села Никола-Погост.
История: Источник находится рядом с белокаменным храмом XVII века во имя иконы Владимирской Божьей Матери. Храм стоит на высоком берегу Никольского озера.
Еще один родник можно найти, пройдя один километр, он находится в овражке между деревнями Николо-Погост и Суздалево. Его также называют Владимирским. На сегодняшний день это одни из известных и почитаемых родников области. Настоятель храма отец Георгий с прихожанами планирует поставить у источника купальню и часовню. Вода источника помогает при желудочно-кишечных заболеваниях и болезнях сердечно-сосудистой системы.
Ключ у деревни Бледны
Где находится: деревня Бледны, Городецкий район.
Как добраться: на автостанции «Московский вокзал» сесть на автобус, следующий на Ковернино, выйти на остановке «Село Богомолово». Далее по асфальтированной дороге 500 метров идти до деревни Бледны.
История: Источник бьет в самой деревне у озера. Вода в колодчике серебряная, целебная, месяцами не портится. Над колодчиком построен навес. Издавна местные жители лечились этой водой. Помогает при болезнях щитовидной железы, простудах.
ТРАДИЦИИ БАЛАХНЫ
Кружевная Балахна
История возникновения искусства создания кружева уводит нас в Западную Европу XVI столетия. Право называться родиной кружевоплетения оспаривают Италия, Бельгия и Франция.
Русское кружевоплетение появилось в XVII веке. Оно не только сохранило и развило лучшие традиции мастериц европейских стран, но и стало подлинным национальным художественным явлением, самостоятельность которого выражается в богатстве колорита, разнообразии технических приёмов и изобразительном характере орнамента. К началу XX века в 17 губерниях России занимались кружевоплетением более ста тысяч профессиональных кружевниц.
Одним из известных центров кружевоплетения в XVIII–XIX веках был древний город на Волге – Балахна.
С незапамятных времён славилась Балахна своими самобытными промыслами: солеварением, судостроением, изготовлением кирпичей и изразцов, кузнечным и гончарным промыслами, колокололитейным производством… Промыслово-торговой деятельностью занималось мужское население города, а у женщин-мещанок было время, свободное от домашних занятий. Поэтому кружевоплетение нашло здесь благоприятную почву для развития, и вместе с тем принесло городу поистине мировую известность.

Промысел охватывал 225 сёл Балахнинского уезда Нижегородской губернии, где плели кружева более двух тысяч мастериц. В дело шёл преимущественно белый, кремовый и чёрный шёлк. Также использовались хлопчатобумажные и льняные нити.
Особенностью балахнинского кружева стала многопарная техника плетения – самая сложная и трудоёмкая. В ней применяется большое количество коклюшек, доходящих при выплетении до 300 пар и более. Ценность кружева зависела от чистоты плетения, веса, количества используемых коклюшек.
Балахнинские плетеи создали особый «балахонский манер». Своеобразие его заключается в лёгкости тюлевых решёток, на которых располагаются густые букеты цветов и гроздья винограда. Гордостью балахнинских мастериц всегда были кружевные шёлковые «виноградные» косынки. По мнению современников, эти косынки соперничали в тот период с бельгийскими кружевами из Брабанта.
Хороши также известные мотивы «балахонская роза» и «огурец». «Балахонская роза» стала своеобразной визитной карточкой местного растительного орнамента кружев. Существует предание, что блонды с алыми розочками, обведёнными белой шёлковой сканью, на золотисто-бежевом фоне были заказаны балахонским мастерицам самой Екатериной II.
В начале XX в. кружевной промысел в Балахне постепенно начал угасать. Заработок балахнинских кружевниц был меньше, чем в других центрах. Основными причинами такого положения были более трудоёмкая технология плетения и дороговизна исходного сырья – тонкого шёлка. Несмотря на хороший вкус на кружева, на Нижегородской ярмарке цены держались невысокие.
В 1912 г. Земская управа предприняла попытку возродить самый красивый промысел Балахны. На Большой Христорождественской улице была открыта школа кружевниц. Сначала в ней обучались 23 ученицы, затем с каждым годом число учащихся уменьшалось, а в 1915 году школа была закрыта.
В настоящее время богатая коллекция балахнинского кружева, насчитывающая более 500 экспонатов, хранится в городском краеведческом музее.
_________________________________________________________________________________________________________
ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ И ФОТО:
Команда Кочующие
http://balakhna.ru/
Кирьянов И. А. Старинные крепости Нижегородского Поволжья. Горький, 1961. С. 85; Брайцева О. И. Пространственная композиция Балахны в XVI1-XVIII вв. // Архитектурное наследство. М., 1979. N 27. С 132; Филатов Н. Ф. Города и посады Нижегородского Поволжья в XVII веке. Горький, 1989. С. 81.
Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей. М.; Л., 1952. N 16, 17. С. 43-45.
Гусева Т. В. Отчет об археологическом исследовании территории г. Балахны в 1993 г. Рукопись. 1994 г. Архив Института археологии РАН.
http://photo.balakhna.ru/
Энциклопедический словарь / Изд. Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона. СПб., 1891. Т. II. С. 793.
Фото Виктора Осташева
Писцовая книга города Балахны 1674-1676 гг. // Действия Нижегородской Ученой Архивной Комиссии. Н. Новгород, 1913. Т. XV. Вып. 1. С. 12.
Росси XV-XVII вв. глазами иностранцев. Л., 1986. С. 120.
ПСРЛ. СПб., 1904. Т. XIII. Вып. 1. С. 106; СПб., 1903. Т. XIX. С. 66.
РГАДА. Ф. 1356. Оп. 1. Д. 2873-2884. Увеличенный план г. Балахнинска 1784-1787 гг.; РГИА. Ф. 1399. Оп. 1. Д. 519. План г. Балахны 1767-1775 гг.
Гусева Т. В. Отчет об археологическом исследовании территории соледобывающего комплекса в Балахне в 1993 г. Рукопись. 1994 г. Архив Института археологии РАН.
Садовский А. О Балахонской писцовой книге 1674-1676 гг. // Действия Нижегородской Ученой Архивной Комиссии… Т. XV. Вып. 1. С. 2.
Отдел рукописей Государственного Исторического музея. ГИМ. Патр. N 994 (XII-III. N 1-222).
Гусева Т. В. Отчет об археологическом исследовании территории
соледобывающего комплекса в Балахне в 1993 г…
Агафонов С. Л. Горький. Балахна. Макарьев. М., 1987. С. 246, 167.
http://www.photosight.ru/
Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографическою экспедициею имп. Академии наук. СПб., 1836. Т. 1. С. 222.
Акты исторические, собранные и изданные Археографическою комиссией). СПб., 1841-1842. Т. II. N 107. С. 137.
Карамзин Н. М. История государства Российского. Примечания к IX тому. М. 1989. С. 103. Прим. 452.

История города Балахна | Нижний Новгород и Нижегородская область.

Балахна — старинный русский город. Год основания — 1474-й. Поселение на этом месте существовало за три-четыре тысячелетия до объявления его городом. Под собственным именем Балахна впервые упоминается в русских летописях с момента постройки в ней крепости в 1536 г. В этом году казанский хан Сафа-Гирей практически уничтожил город. После этого мать Ивана Грозного Елена Глинская велела построить здесь крепость, которая сгорела в 1730 г. Подборка фотографий.
Отличительной особенностью экономико-исторического развития Балахны от других районных центров Нижегородской области является то, что Балахна, начиная со второй половины XV в. и до наших дней, имела три «золотых века» и играла большую роль в экономике древней Руси, дореволюционной России и Советской России. Эти три «золотых века» Балахны были связаны не с кустарными промыслами, не с военными походами и битвами царей, а с определенным промышленным производством: добычей соли, корабле-строением, производством бумаги и электроэнергии для всей страны.
Балахна в древней Руси была единственным значительным центром соляной промышленности. По народным преданиям, разработка соляных источников началась здесь ссыльными новгородцами после покорения Великого Новгорода Иваном III в 1478 г. Историк С.И. Архангельский пишет, что Балахна в ХVI-XVII вв. «носила определенные промышленные черты, начиная от многочисленных церквей, построенных солепромышленниками, и кончая убогой келью бобыля, который работал на тех же промыслах». В 70-х гг. XVII в., а именно в 1674-1676 гг. в Балахне насчитывалось 33 рассольных трубы почти с 25 тысячами бадьями рассола, который выпаривался на 86 варницах, в результате чего получалась соль. Соль продавалась на месте, но большую ее часть вывозили в стругах по Волге, Оке и Клязьме.
Балахна — родина Козьмы Минина (конец XVI — 1616 г.) — организатора Нижегородского ополчения 1611-1612 годов.Время рождения Кузьмы Минина точно не установлено. Полагают, что он был старше Дмитрия Пожарского и родился около 1570 года. Минин рос в многодетной семье балахнинского соледобытчика Мины Анкундинова. Отец Космы Минина был состоятельным человеком. Косма с детских лет принимал участие в работе отца, как заведено было во всех русских семьях, независимо от материального или сословного положения. Владел топором, косой, управлялся с лошадьми, знаком был с тяжелыми работами соляного промысла. Когда Косме было около двенадцати лет, он с отцом и матерью Доминикой переехали в Нижний Новгород. В дальнейшем, когда Косма Минин имел собственное дело, он поселился на посаде Благовещенской слободы. В мясном ряду на нижегородском торге стояла лавка Космы Минина, владел он и «животинной бойницей», под стенами Кремля. Косма Минин имел жену Татьяну Семеновну и сына Нефеда. Существует версия, которая не подтверждается архивными документами, по которой у Минина был еще сын Леонтий. В зрелые годы Косма Минин был уважаемым человеком, относился к числу зажиточных людей в посадской среде Нижнего Новгорода. В 1611 году избран земским старостой, неоднократно призывал к борьбе с польско-литовскими захватчиками (известны 3 его речи), к созданию народного ополчения во главе с князем Д.М.Пожарским, ведал в нем хозяйством, проявил дипломатическую предусмотрительность, военный дар, красноречие. Был тверд в решениях, умел добиваться согласия различных социальных групп. Снабженное всем необходимым ополчение 22-26 октября 1612 года освободило от интервентов Москву.
Минин участвовал в Земском соборе 1613 года, поставил подпись под грамотой о избрании царем Михаила Федоровича Романова. 12 июня 1613 года провозглашен думным дворянином, пожалован в Нижегородском уезде поместьем (с. Богородским и Ворсмой с дер.), ставшие указом от 20 января 1615 года его вотчиной. Оставлен в Москве. В 1614 году собирал по стране I- ю пятину, 25 декабря 1615 года Боярской Думой послан в Казань устанавливать мир и согласие между нерусскими народностями. Выполнив миссию, скончался весной 1616 года, привезен в Нижний Новгород, погребен на погосте приходской Похвалинской церкви. В 1672 году его прах был перенесен к кремлевскому Спасо-Преображенскому собору первым нижегородским митрополитом Филаретом, позднее несколько раз перезахоронялся. В 1962 году положен в кремлевском Михайло- Архангельском соборе — храме-памятнике ополчению начала XVII века. Род Минина по прямой линии пресекся со смертью сына Нефида в 1632 году, вотчина отписана на государя.
В XVII в. Балахна имела 606 дворов, и из 254 городов Русского государства она стояла на 12-ом месте. Только вдвое по числу дворов уступала она Нижнему Новгороду, имеющему 1006 дворов. Но в конце XVII и в начале XVIII вв. соляной промысел в Балахне начинает падать и концу XVIII в. практически прекратился. Причин упадка солеварения было несколько: — введение пошлины на всю отправляемую из Балахны соль; — дороговизна дров, являющихся единственным видом топлива при выварке соли; — опустошительные пожары в 1680 и 1730 гг., которые основательно разрушали Балахну; — частые (1620, 1678, 1709, 1751, 1829, 1849 гг.) и сильные весенние разливы Волги, приводившие к большим разрушительным последствиям. Кроме этих причин, была еще одна и немаловажная — конкуренция других соледобывающих районов России, таких как Пермский, Эльтонский и Илецкий, где соляной раствор был более насыщенным, а дрова много дешевле. По более значительному количеству вываренной соли последним был 1870 г. К концу XIX в. солеварение прекратилось. Так закончился первый «золотой век» Балахны.
Балахнинцы наряду с солеварением были известны на Руси как первоклассные судостроители, и Балахна исстари славилась своим судостроением. Настоящее свое искусство балахнинские строители показали в 1636 г., построив по заказу Гольштинского посольства один из громаднейших для того времени (первый построенный в России) корабль «Фридрих». С этого времени и начался второй «золотой век» Балахны. Во времена царствования Петра I, начиная с 1699 г., Балахна стала одним из центров строительства парусных военных судов для Азовского похода царя. На строительстве судов работали не только местные жители, но и мастера, пришедшие из Костромской, Владимирской и других губерний. После того как замерло Балахнинское усолье, судостроение стало играть самую видную и важную роль в промышленной жизни Балахны. В 1845 г. балахнинцы начали строить пароходы и баржи. Ежегодно в Балахне строили около 100 барж. Однако баржестроение продолжалось только до конца XIX в. Балахнинское судостроение не выдержало конкуренции со стороны построенного в 1849 г. по соседству Сормовского судостроительного завода. В XVI-XVIII вв. Балахна славилась производством печных и архитектурных изразцов. Изразцы использовались на строительстве церквей, облицовке домов и кладке печей. Переливчатыми изразцами, изготовленными балахнинскими мастерами, выполнены шатры храма Василия Блаженного в Москве. Мастера кирпичной кладки из Балахны принимали участие в сооружении Московского Кремля. В это же время широкое развитие имели кружевные балахнинские промыслы. Кружевоплетение прославило балахнинских кружевниц на всю Россию. Отправлялись кружевные изделия и за границу. Кружевной промысел приносил плетеям (кружевницам) очень небольшой заработок, с конца XIX в. промысел начал сокращаться. В очень небольших размерах он сохранился до настоящего времени. Упадок солеварения, резкое сокращение строительства судов привели к общему замедлению промышленного развития города, и Балахна в конце XIX в. превращается в небольшой захолустный грязный уездный городок со спивающимся, почти полностью безграмотным населением и незначительными ремеслами: сапожным, портным, кузнечным, гончарным. Такой оставалась Балахна до Октябрьской революции 1917.
Новая жизнь началась в Балахне с приходом Советской власти. В плане электрификации России, плане ГОЭЛРО, Балахна была занесена в список первоочередных строек. Район вставал на путь социалистической индустрии, основой которой были большие торфяные болота, примыкавшие к городу. Торфяные залежи с очень большими запасами торфа располагались и к западу от Балахны. По решению Правительства у г. Балахна в 1923 г. началось строительство Нижегородской государственной районной электростанции (НижГРЭС). Первый ток электростанция дала в 1925 г. В 1929 г. ГРЭС имела мощность 42000 кВт, а в 1933 г. — 250000 кВт, являясь в то время самой крупной электростанцией, работающей на торфе, и в СССР, и в мире. Индустриализация Балахны продолжалась — весной 1926 г. началось строительство промышленного гиганта — целлюлозно-бумажного комбината, который должен был стать одной из грандиознейших фабрик в Европе. Решение о сооружении целлюлозно-бумажного комбината рядом с Балахной было обосновано наличием электроэнергии, огромных запасов заволжских еловых лесов Унжеского бассейна, близостью Балахны к Москве — самому крупному потребителю бумаги — и положением Балахны на Волге. В 1928 г. была пущена первая бумагоделательная машина, и балахнинская газетная бумага отправилась в Москву, пока что только для газеты «Правда». Рядом с Балахной вырос поселок бумажников Правдинск. Наряду с бумкомбинатом в первые годы социалистического строительства в Балахне сооружалась картонная фабрика, которая была пущена в эксплуатацию в августе 1928 г. Выбор места под строительство фабрики определялся теми же причинами — близость электростанции — ГОГРЭС, запасы елового леса вдоль реки Унжи, близость потребителя продукции фабрики. В первые годы фабрика занимала по мощности первое место в СССР, выпуская 13500 т картона в год. Одновременно с этими ведущими предприятиями в первые годы Советской власти были построены и введены в действие и другие — мебельная фабрика, предприятия по обслуживанию населения города. Балахнинская электростанция, бумкомбинат, картонная фабрика (несмотря на их новые формы собственности и наименования) определяли и определяют экономическую мощь и лицо района, являясь крупнейшими предприятиями не только своих отраслей, района, области, но и страны. Третий «золотой век» Балахны продолжается и продолжается успешно, выдерживая новые экономические реформы, экономические кризисы, а также конкуренцию других стран и предприятий — производителей аналогичной продукции.

Одна старая фотография или кто основал Балахну? — Балахна.Ру

Балахну основали братья Плесянычи, жители заштатного города Костромской губернии Плеса.
В очень давние времена жили в этом городе два брата. Плесянычи занимались судовым промыслом, плавали на своих судах в низовьях Волги. Раз они плыли на своем судне, и судно у них поломалось.
Это обстоятельство и заставило их пристать к правому берегу Волги, около устья реки Железницы, или Истечи. Меньшой брат из Плесянычей пошел отыскивать для срубки дерево, годное для починки судна, и увидел яму с водой, окраины которой побелели и искрились на солнце. Это заинтересовало младшего из Плесянычей, и он попробовал воду. Она оказалась соленою. Тогда он отправился на судно, взял котелок, зачерпнул из загадочной для него ямы воды и стал кипятить ее. Вода, выпариваясь, становилась все солонее и солонее.
— Эй, смотри, братец, лиха какого бы не было, живота бы тебе не положить здесь, — говорил старший брат младшему.
Но младший брат не обращал внимания на слова старшего, продолжал кипятить воду и пробовать ее, пока она не превратилась в соль.
Обрадовались братья, старший и трусить перестал — принялись думу думать: что им теперь делать? Наконец порешили: держать свое открытие в секрете, а после путины перебраться из Плеса к соли.
Так они и сделали, перебрались сюда тем же летом с женами и домочадцами, построили себе дома и варницы и таким образом положили основание «Балахнинскому усолью». И разбогатели они, говорит легенда, и разбогатели бы еще больше, но их поселение не могло укрыться от окрестных жителей, для которых и самый промысел Плесянычей стал не тайной. Народ начал стекаться в эти места со всех сторон. Братья Плесянычи сперва встречали было новых пришельцев дубьем, но потом должны были наконец уступить численности пришельцев, войти с ними в переговоры и из единственных владельцев соли сделаться пайщиками. Балахнинское усолье стало и людно, и шумно, как торговое место.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *