Легенда о федоре кузьмиче

Царь среди Томичей. Легенда о старце Фёдоре Кузьмиче | Сибирские богатства

В 1884 году в Томске скончался старец – Фёдор Кузьмич, за свою добродетель причисленный к лику Святых.
Многие историки утверждают, что старик без рода и племени, но с огромным сердцем – это ушедший в скитания Император Александр I, выбравший комфорту царских палат помощь простым сибирским людям.
Легенда гласит, что царь Александр I Благословенный всё время своего правления мечтал оставить бремя власти и начать жизнь простого человека.

Исполнил он эту мечту, инициировав свою смерть в 1825 году, после уйдя в послушники к преподобному Серафиму.
Император великой державы, монарх при котором был взят Париж, человек большого ума с великолепным образованием оставил всё, чтобы быть ближе к народу.

Зачем он это сделал? Кто-то из историков утверждает, что поступок стал своего рода искупление – считается, что Александр был причастен к убийству своего отца. Кто-то сулит на характер и идеологию царя, что для него царствование было ненавистным.
Когда ссылка в Сибирь – награда. Первые упоминания о старце
4 сентября 1836 года была остановлена повозка, управлял которой старец. Документов при нём не было, о прошлом своём не рассказывал, представился Фёдор Кузьмич. Был очень приветлив, не смотря на простую одежду, манеры и стиль речи были далеко не присущие простолюдину.

Старца судили за бродяжничество и по решению суда отправили в Сибирь, чему на удивление судей он был очень рад.
Добродетель старца Фёдора Кузьмича
Домом для старца стала Томская область, в разное время он жил в разных поселениях близь Томска, а под конец жизни в самой столице региона.
К Фёдору Кузьмичу народ относился с особым уважением, он был своего рода мудрецом, к которому люди всегда могли прийти за советом.
Икона Святого Фёдора Кузьмича
К тому же отличался он и лекарскими познаниями. С самыми серьёзными человеческими и звериными болезнями со всей Томской губернии приезжали к Фёдору Кузьмичу.
Чистота сердца и сила духа
Не смотря на постоянную помощь нуждающимся старец никогда не брал денег, питался в основном сухарями с водой. Все дары раздавал неимущим.
Фёдор Кузьмич отличался статностью и большой силой – настоящий богатырь.
Его уважали и ценили все: богатые и бедные, приобщённые к церкви и далёкие от неё. Даже те, кто изначально относились к старцу с опаской или презрением, узнав его ближе начинали искренне уважать.
Император или старец?
Многие историки прошлого и современности ломали голову над тайной Фёдора Кузьмича, кто же он на самом деле? Но практически все утверждают, что легенда о царственном происхождении старца имеет все шансы быть правдой.
Те, кто видел Императора Александра при жизни, встретив Фёдора Кузьмича замечали абсолютное сходство. Хоть старец тщательно и скрывал своё происхождение, но нет-нет, а от него слышали истории о жизни в Санкт-Петербурге. Опять же манеры и образованность Фёдора Кузьмича совершенно не соответствовали простолюдину.
Память, сохранившаяся в веках
В Томске расположен памятник святому старцу Фёдору Кузьмичу. Ежегодно он встречает тысячи туристов и паломников, желающих поклониться святому месту и почтить память великого человека, посвятившего жизнь служению Русскому народу.

Использованы материалы с сайтов:
http://www.rodon.org/mv/locabisfk.htm
http://www.nsad.ru/articles/

Загадка Федора Кузьмича / Православие.Ru


140 лет назад в Томской губернии скончался благочестивый старец Федор Кузьмич. По народной легенде, под этим именем провел свои последние годы российский император Александр I. Поговаривали, что будто бы царь не умер, а странствовал с посохом по России. Потом долго жил в Сибири под именем Федора Кузьмича. Невероятная историческая загадка и по сей день будоражит умы.
Как-то раз Вяземский обронил об Александре I: «Сфинкс, не разгаданный до гроба». Добавим, что и после гроба. Но кто только не брался отгадывать!
Мог ли царь бросить все и уйти? Всю жизнь над Александром I тяготел укор совести за участие в заговоре против собственного отца – Павла I. В свое царствование император осуществил в России немало реформ, выиграл войну с Наполеоном, за что и был прозван Благословенным.
Однако грех цареубийства не отпускал даже и четверть века спустя. Александра тяготила и незавершенность реформ по облегчению участи народа, сама невозможность их завершить.
В последние годы жизни он отличался смиренной жизнью. Его все чаще видели стоящим на коленях. Царь подолгу молился. И стоит ли удивляться легенде, что однажды душа его и вся судьба перевернулись – император стал нищим странником?!
…Александр I неожиданно скончался в Таганроге 19 ноября 1825 года от страшной и неизвестной болезни. Спустя несколько дней прошло погребение императора в закрытом гробу в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга. На престол вступил его младший брат Николай I.
В царствование внучатого племянника Александра Благословенного – Александра III – могила была вскрыта, но саркофаг обрели пустым. А в 1919 году подвергавшие все и вся ревизии большевики также вскрывали гроб в поисках сокровищ царской семьи, после чего пустили слух, что тела самодержца нет.
Жизнь Федора Кузьмича более или менее хорошо прослеживается с середины 30-х годов ХIX века. О том, что он делал прежде, имеется несколько весьма смутных намеков. Есть версия, что после своей мнимой смерти государь отправился в Саровскую пустынь, где окормлялся преподобным Серафимом под именем послушника Федора. Сохранился рассказ, как император Николай I не поленился однажды проскакать сотни верст до Сарова, чтобы повидаться с Федором Кузьмичем.
В пользу этой версии можно сказать лишь то, что первые упоминания о Федоре Кузьмиче появляются через какое-то время после смерти святого Серафима. Некоторые изречения старца выдавали его знакомство с преподобным. Обратимся к официальным документам.
Первое свидетельство о Федоре Кузьмиче датируется 4 сентября 1836 года. Старец ехал на лошади, запряженной в телегу через Кленовскую волость Красноуфимского уезда Пермской губернии. Ехал в неизвестном направлении.
Документов при нем не нашли, зато на спине обнаружены были следы ударов кнутом или плетью. 10 сентября дело бродяги было разобрано в суде.
Старик имел величественную наружность, приятное обхождение и манеры. Это очень расположило к нему судей, однако все просьбы открыться, сообщить, какого он звания, были тщетны. В результате бродяга был присужден к 20 ударам плетей. Хотели отдать его в солдаты, но по возрасту он был к этому непригоден. Тогда решено было выслать старика в Сибирь.
И здесь вот что любопытно. Старец приговором остался доволен, но, сославшись на неграмотность, доверил расписаться за себя мещанину Григорию Шпыневу. Между тем нам доподлинно известно, что Федор Кузьмич был не просто грамотен, но хорошо образован. И всю жизнь опасался, что образец его почерка попадет к властям. Не только красноуфимцы дивились манерам Федора Кузьмича. Он был единственным человеком во всей партии заключенных, отправленных в Сибирь, кто не был закован к кандалы.
На ночлегах ему отводили особое помещение. Офицеры, солдаты и сотни каторжников полюбили старика, как отца. Он заботился о слабых и больных, для всякого находил теплое слово. Здесь важно подчеркнуть, что почитание старца началось задолго до появления легенды о его царственном происхождении.
В Томск арестанты прибыли 26 марта 1837 года.
Первые пять лет своей ссылки Федор Кузьмич прожил в селе Зерцалы близ Томска. Заметив желание старца удалиться от людей, казак Семен Сидоров построил ему келью-избушку в станице Белоярской.
На праздники его заваливали дарами – пирогами, шаньгами. Он охотно принимал их, а потом раздавал нищим и странникам. Денег никогда не принимал и не имел.
Никто не видел, как он молился, но после смерти обнаружилось, что колени старца представляют собой сплошные мозоли. Он строго постился, но не требовал, чтобы и другие следовали его примеру.
Ходил по селениям и учил детей грамоте, но поучать, лезть с советами ни к детям, ни ко взрослым не пытался. Быть может, поэтому к нему шли за советами отовсюду, шли тысячами. Огромного роста, большой силы, голубоглазый старик в белой полотняной рубахе не воспринимался как юродивый и не вызывал жалости. Поднимал на вилы целую копну сена и легко ворочал бревнами. Это был добрый и умный богатырь, искупающий старые грехи.
Все понимали, что он птица высокого полета, спрашивали, не тяготит ли его нынешняя жизнь, полная лишений. Старец улыбался в ответ и говорил примерно следующее:
«Почему вы думаете, что мое нынешнее положение хуже прежнего? Я сейчас свободен, независим, покоен. Прежде нужно было заботиться о том, чтобы не вызывать зависти, скорбеть о том, что друзья меня обманывают, и о многом другом. Теперь же мне нечего терять, кроме того, что всегда останется при мне – кроме слова Бога моего и любви к Спасителю и ближним. Вы не понимаете, какое счастье в этой свободе духа».
Императора Александра опознал в старце местный священник отец Иоанн Александровский. Он за какую-то провинность был выслан в Белоярскую из Петербурга. Священник неоднократно и открыто заявлял, что не мог ошибиться, так как видел императора много раз. Все это заставило Федора Кузьмича жить в своей келье почти безвылазно. Наконец он решился покинуть станицу Белоярскую.
Многие зажиточные крестьяне стали его звать к себе, но старец выбрал избушку беднейшего крестьянина Ивана Малых. Тот только что окончил срок каторжных работ, жил с большой семьей, в кругу которой старец провел зиму. Затем ему из старого овечьего хлева крестьяне соорудили новую келью. Здесь Федор Кузьмич прожил десять лет.
В 1849 году старец перебрался в келью, построенную для него крестьянином Иваном Латышевым близ села Краснореченского, рядом с пасекой. Об этом периоде сохранилось воспоминание, как Федора Кузьмича навещал архиерей – Афанасий Иркутский.
Что поразило местных жителей: разговаривали они на иностранном языке – скорее всего, на французском. На этом языке старец общался и с другими знатными посетителями.
Удивительны были рассказы Федора Кузьмича о последних десятилетиях русской истории, которую он знал едва ли не досконально.
Рассказывая о войне 1812 года, он сообщал такие подробности, что его знакомые из образованных ссыльных, священники, казаки, солдаты не переставали удивляться.
Вспоминал об Аракчееве, Суворове, Кутузове. О Кутузове старец обронил, что царь Александр этому полководцу завидовал. И рассказал, как вышло, что Кутузов был назначен главнокомандующим в Отечественную войну:
«Когда французы подходили к Москве, император Александр припал к мощам Сергия Радонежского и долго со слезами молился этому угоднику.
В это время он услышал, как внутренний голос сказал ему: «Иди, Александр, дай полную волю Кутузову, да поможет Бог изгнать из Москвы французов».
Когда пришло известие о смерти Николая Первого, Федор Кузьмич отслужил панихиду и долго, истово, со слезами молился.
Однажды в присутствии старца рабочие запели песню «Ездил Белый русский Царь», в которой рассказывалось о победоносном шествии Александра Благословенного на Париж. Федор Кузьмич слушал, слушал, потом заплакал и сказал:
«Друзья, прошу вас больше не петь этой песни».
Последние годы Федор Кузьмич жил в доме купца Семена Феофантьевича Хромова, который то богател, то разорялся, одно время даже владел золотыми приисками.
«Охота тебе заниматься этим промыслом, – заметил ему старец при первой встрече, – и без него Бог питает тебя». Потом строго наказал не обирать рабочих, пока будет владеть приисками, и не развивать добычу золота. Человек Хромов был, впрочем, хороший, и старец в конце концов согласился переехать к нему.
Перед смертью Федор Кузьмич немного погостил у своего первого благодетеля казака Семена Сидорова. На обратном пути до самого Томска перед повозкой двигались два ослепительно белых столба. Старец не глядел на дорогу, но когда дочка Хромова Аня обратила на столбы внимание Федора Кузьмича, тот промолвил тихо:
«О, Пречистый Боже, благодарю!»
В последние свои дни старец страдал, но терпел, стараясь никого не беспокоить. Это было для него очень характерно. Когда прибыл его исповедовать отец Рафаил из Алексиевского монастыря, то и на смертном одре Федор Кузьмич наотрез отказался раскрыть свою тайну.
«Это Бог знает, – тихо проговорил Федор Кузьмич в ответ на предложение назвать имя своего ангела, для помина души. Имена родителей он также назвать отказался, сказав лишь, что Святая Церковь за них молится.
Симеон Хромов рассказывал, что ему больше посчастливилось. Упав на колени, он спросил у старца, не Алекандр ли Благословенный тот? Федор Кузьмич будто бы ответил:
«Чудны дела твои, Господи… нет тайны, которая не откроется».
Было ли то на самом деле, или Хромов себя в этом убедил, остается неясным.
Умер Федор Кузьмич, сложив пальцы для крестного знамения. В момент его кончины многие увидели, как из дома Семена Хромова трижды поднялись громадные языки пламени. Пожарные, увидев зарево, долго искали место пожара, но так и не нашли.
Похоронили старца, как он и завещал, в томском Алексиевском монастыре. Над могилой был поставлен крест, выкрашенный белой краской, с надписью: «Здесь погребено тело Великого Благословенного старца Феодора Козьмича». Слова: «Великого Благословенного» власти велели скрыть. Но со временем белая краска слиняла, и надпись вновь себя обнаружила.
Вскоре после кончины Федора Кузьмича пошли разговоры о том, кем был на самом деле старец-подвижник. Лев Толстой написал об этом повесть, а историк-архивист Иван Василич – документальную книгу, в которой поместил портрет во весь рост старца Федора Кузьмича, написанный неопытной кистью местного сибирского живописца.
Этот портрет ошеломляет. Огромный, голый, полусферический череп. Над ушами – остатки волос, совершенно белых, наполовину прикрывающих ушные раковины. Чело, на «хладный лоск» которого «рука искусства» наводила когда-то тайный гнев, теперь почти грозно. Губы, отчетливо видные между усами и редкой бородой, сжаты с невыразимой скорбью. В глазах, устремленных на зрителя, – суровая дума и непроницаемая тайна. Горестной мудростью светят эти испепеленные черты – те самые черты, которые видели мы все столько раз на портретах императора, – именно те. Они преобразились именно в той мере и именно так, как могли бы преобразить их года и внутренний огонь подвига. Для того чтобы «подделать» это портрет, чтобы умышленно (да и ради чего?) придать старцу нарочитое сходство с Александром и при этом с такой глубиной психологического проникновения постичь всю логику духовной трагедии этого царя, – для этого безвестный живописец должен был бы обладать прозорливостью гения. Но здесь не может идти речь не только о гении, но даже о скромном таланте: как произведение искусства портрет почти безграмотен.
На месте кельи старца после его смерти забил родник, вода которого с тех самых пор считается целебной. Семен Хромов основал там Федоровский мужской монастырь, позднее вошедший в состав томского Богородице-Алексиевского монастыря. Царь Николай Второй приезжал сюда, хотел на месте кельи начать возведение каменной церкви и детского приюта. Благословение на строительство было получено от отца Иоанна Кронштадтского. Однако первая мировая война и Октябрьский переворот помешали осуществлению этого проекта. Успели, однако, построить часовню на могиле старца.
Возведение ее благословил в 1903 году настоятель Богородице-Алексиевского монастыря архимандрит Иона. Пожертвования собирали в Томске и близлежащих селах – отказа ни от кого не было. А когда начали рыть фундамент под часовню, частично вскрылась могила старца. Как засвидетельствовано настоятелем монастыря в присутствии подрядчика Леднева и архитектора Оржешко, мощи старца остались нетленны…
После Октябрьского переворота могилу Федора Кузьмича разорили. В 1923 году многие горожане стали свидетелями явлений старца в Томске.
Прославление Федора Кузьмича состоялось в 1984 году по благословению Святейшего Патриарха Пимена. Тогда было установлено празднование в честь Собора сибирских святых, в число которых включили, конечно, и старца Федора – небесного покровителя Томска. Тогда же была написана и его икона.
В начале 1990-х годов начались поиски мощей старца. Нашли косточки Федора Кузьмича там, где им и положено было быть – на месте часовни, построенной в его память. Там какие-то местные студенты устроили уборную.
Когда семинаристы стали доставать из зловонной ямы мощи, прибежали представители комитета по защите памятников, заявили, что мэрия, разрешив раскопки, превысила свои полномочия. Семинаристы под эти безумные выкрики продолжали работать. Кости омыли и сложили в специальный сосуд, который был помещен в храме монастыря. 5 июля, когда томские христиане обрели мощи старца, стал еще одним православным праздником.
В 2001 году, в день всех российских святых, в честь старца Федора над его могилой возведена часовня-келья.
Очевидно, по какой-то причине Господь не благословил нам окончательно раскрыть тайну Федора Кузьмича.
Святой Федор Томский, моли Бога о нас!

ЛЕГЕНДА. о старце Федоре Кузьмиче. «Легенда о смерти Александра I» | Бунин П.

Майорша Федорова
Однажды старец позвал к себе Латышова и сказал ему:
— Решил я, Иван Гаврилович, покинуть тебя! И, видя недоумение в лице Латышова, прибавил:
— Народу много ходит ко мне, беспокоят. Хочу отдохнуть, уединиться, побыть с самим собою и Богом. Никому не говори, что я ушел и куда ушел. Найду себе место, извещу тебя.
На просьбы Латышова остаться, старец ответил решительным отказом.
Рано утром, когда чуть забрезжился восток и все еще спали, Федор Кузьмич тихонько собрался и ушел. Некоторое время он бродил одинокий по тайге, скрываясь от людей, и наконец решил основаться около деревни Коробейниковой, находящейся в десяти верстах от Краснореченска. Выбрав удобное уединенное место для жилья, старец попросил Латышова перенести сюда свою келью.
Однако трудно было Федору Кузьмичу остаться в неизвестности. Скоро молва разнеслась по округе, что любимый народом старец живет около деревни Коробейниковой, и опять толпы народа стали приходить к старцу со своими нуждами и заботами. Стар стал Федор Кузьмич, трудно ему было беседовать с народом, утомляли его многочисленные посетители. Он стал отказывать большинству в приеме и только с некоторыми избранными беседовал. Иногда он на целый день запирался в келье, никого к себе не впускал: читал и молился.
Новое место, однако, старцу не понравилось. Только три года прожил он здесь, а потом задумал опять вернуться к своему почитателю Латышову. Латышов был очень рад возвращению старца и построил ему новую келью в стороне от дороги, на горе, в густом кустарнике. Здесь Федор Кузьмич стал вести жизнь еще более затворническую. По слабости здоровья он уже не мог совершать отдаленных прогулок по деревням, пришлось бросить занятие физическим трудом. Приобретенная им популярность становилась ему в тягость. Он перестал совсем почти принимать к себе посторонних людей. Только некоторые близкие люди имели к нему постоянный доступ. В числе друзей его в это время был и преосвященный Афанасий Иркутский, который иногда приезжал навестить старца и оставался у него иногда в келье по нескольку дней сразу. Часто бывал и духовник Федора Кузьмича, отец Петр.
Но скоро наиболее преданным человеком и лучшим другом старца стала молодая девушка, дочь одного бедного краснореченского крестьянина, Александра Никифоровна, известная впоследствии под именем «майорши» Федоровой.
Александра Никифоровна рано лишилась родителей — и ее, круглую сироту, взял к себе местный священник отец Поликарп. Она была девушка впечатлительная и замкнутая. Раннее сиротство и жизнь в чужой семье сделали ее не по летам серьезной. Она всех как-то дичилась, держалась особняком. Всегда бывая в церкви вместе с отцом Поликарпом, она скоро стала глубоко религиозной. Любимым чтением ее было жития святых отшельников, и их жизнь сделалась для нее идеалом. Умная от природы, добрая и отзывчивая, она скоро вся отдалась служению на пользу ближнего.
Александре Никифоровне было всего двенадцать лет, когда она в первый раз увидела Федора Кузьмича. Эта встреча имела решающее значение в ее жизни. Кругом говорили о нем, об этом необыкновенном человеке, и она уже заранее его полюбила, заранее перед ним преклонялась. Когда она увидала его впервые, задумчиво и величественно прошедшего по деревне, она вся застыла, замерла и долго, едва сдерживая дыхание, шла за ним и не могла оторвать от него своих глаз.
С тех пор, как только старец появлялся в селе, она старалась найти его и где-нибудь, незаметно притаившись, из-за угла смотрела на него, слушала его беседы и старалась не проронить ни одного слова. В нем так живо воплотился идеал того отшельника, который рисовало ей ее воображение.
Священнику не нравилось, что девочка слушает беседы старца, и он ей запретил ходить на эти беседы. Тогда она стала ходить тайно.
Часто она бродила вокруг кельи старца и ждала, когда он выйдет, чтобы издали посмотреть на него. Он никогда не говорил с ней и, наверное, не замечал ее.
Иногда она видела «дедушку», работавшего вместе с крестьянскими девушками в огороде и с завистью смотрела на них: как бы хорошо поработать вместе со старцем!..
Быть около «дедушки», помогать ему, слушать его, наконец, всю жизнь отдать ему — стало ее мечтой. Ей хотелось хоть только поговорить с ним, приласкаться к нему. Не раз она высказывала эту мысль окружающим.
— Нечего тебе беспокоить его, он с тобой и говорить-то не захочет, — говорили ей.
И ей было страшно подойти и заговорить с ним самой.
Бродила однажды она по лесу и собирала ягоды. В поле было жарко, а в лесу так прохладно. Тишина кругом, только птички перекликаются. Радостно так было, хорошо на душе.
— Вот в таких лесах, — думала она, — только еще более дремучих, живут угодники Божии.
И так хорошо, казалось ей, построить где-нибудь келийку и жить одной, далеко от людей…
Так раздумывая и мечтая, шла она и не заметила, как подошла к келье старца. Старец в огороде копал картофель. Она долго, притаившись, смотрела на него, и лицо его показалось ей таким тихим и добрым. Не удержалась, перепрыгнула через заплот и, вся волнуясь, протянула старцу корзинку с брусникой.
— Не хочешь ли, дедушка, ягодок, — сказала она срывающимся голосом.
Федор Кузьмич поднял голову. Вид стоящей перед ним девочки, в глазах которой так много было наивной детской любви, растрогал старца. Со слезами на глазах, он подошел к ней, наклонился, взял ее голову в руки и, поцеловав в лоб, сказал ей:
— Спасибо, миленькая, разве ты не боишься подходить ко мне, ведь тебя за это бранить будут?..
— Пускай, дедушка, бранят, пускай… Я вас полюбила, ягодок принесла, — говорила, вся зардевшись от счастья, девочка, — я давно хотела убежать к вам, да все боялась.
Старца тронула эта любовь к нему девочки, он посадил ее около себя, стал расспрашивать, как она живет, ходит ли в церковь, молится ли Богу. Александра Никифоровна своим простым детским языком рассказала ему о своей жизни, о своих мечтах, о своих планах. Как она давно хотела поговорить с «дедушкой» и как его боялась…
— Ты хорошая девочка, — сказал ей на прощанье старец. — Захочешь со мной поговорить, приходи к старушкам Анне и Марфе, живут они на заводе, знаешь их?
— Как не знать, дедушка, вы к ним всегда по праздникам заходите.
Не помня себя от радости, Александра Никифоровна возвратилась домой. Что-то новое билось, трепетало в груди. Целый вихрь новых мыслей. Мечта исполнилась, она теперь будет всегда видеть и говорить со старцем.
— Пусть бранят меня, — думала она, — пусть! Надо перетерпеть. Пойду к старцу и буду ему помогать, не прогонит он меня.
В первый же праздник Александра Никифоровна после обедни пошла к старушкам. Те приняли ее ласково. Скоро пришел и Федор Кузьмич. Старушки, по. обыкновению, захлопотали, забегали, а старец, увидав Александру Никифоровну, подошел к ней и ласково поздоровался.
— И ты пришла, а как же отец-то Поликарп?
— Ничего, дедушка, я не боюсь теперь никого.
За самоваром старец разговорился. Стал вспоминать о России, о монастырях, рассказывал о жизни подвижников. Казалось, что Федор Кузьмич побывал во всех крупных монастырях, ибо все он их знал и обо всех рассказывал. Рассказывал старец увлекательно, картинно, и в воображении Александры Никифоровны рисовались эти волшебные богатые лавры, древние святыни, и так захотелось ей везде побывать и посмотреть на все самой.
— Какой ты, дедушка, счастливый, везде был и все видел, а вот меня Бог, должно быть, не сподобит!
— Как знать, — сказал старец, — может быть, и ты увидишь, ты еще молода…
Скоро Александра Никифоровна вся отдалась старцу. Целые дни она была или в его келье, или около, исполняла все его поручения, везде ходила за ним, чинила платье, готовила пищу. Когда же старец из села Краснореченского переехал в деревню Зерцалы, то и там навещала его ежедневно, иногда даже ночевала где-нибудь около кельи.
Так шли годы. Из девочки подростка Александра Никифоровна превратилась во взрослую девушку. Но чувства ее к старцу не изменились, наоборот, они окрепли, получили более сознательный характер. По-прежнему она исключительно следовала советам старца и во всем ему подчинялась.
Давно у ней зародилась мысль посетить те места, о которых так хорошо, так увлекательно рассказывал старец, и вот теперь она задумала эту мысль осуществить.
Мысль об ее отъезде взволновала всю ее семью. Братья ни за что не хотели ее отпускать, им не нравились ее религиозные увлечения, и они стали уговаривать ее выйти замуж.
— Как мне быть? — спрашивала она старца, — я не хочу замуж и никогда не выйду.
— Ну зачем никогда, — ответил ей старец. — Выйдешь, когда придет время. А эти женихи тебе не годятся: ты непременно выйдешь за какого-нибудь офицера.
Девушка ответила братьям, что замуж не пойдет и чтобы они об этом не хлопотали.
Однажды она пришла к старцу и сказала:
— Ну, дедушка, я решилась, хочу идти на богомолье, укажи мне путь, куда пойти.
Федор Кузьмич составил ей подробнейший план путешествия, указал все монастыри, куда, по его мнению, ей следовало зайти, дал ей адреса разных лиц, которые могли ей помочь в далеком и трудном путешествии.
— Как бы мне увидать в России царя? — спрашивала Александра Никифоровна старца.
— А разве тебе хочется видеть царя?
— Как же, батюшка, не хочется, все говорят царь, царь, а какой он из себя — и не знаешь.
— Погоди, — сказал ей многозначительно старец, — может быть, и не одного царя на своем веку увидать придется; Бог даст и разговаривать еще с ним будешь и увидишь тогда, какие цари бывают.
Простившись со старцем, Александра Никифоровна отправилась в путь. Бодро шла она по сибирским дорогам, терпеливо преодолевая встречающиеся на пути препятствия. Наконец кое-как добралась до Почаевского монастыря. Федор Кузьмич указал ей, что здесь живет одна добрая и простая графиня, которую следует ей отыскать.
Жутко было сначала Александре Никифоровне среди чужих людей, в чужом городе. Но скоро она освоилась и попривыкла. Расспросив кое-кого из местных жителей об адресе графини, она отправилась на розыски. Искать пришлось недолго. Разыскиваемая оказалась графиней Остен-Сакен. Узнав, что девушка пришла из Сибири от старца Федора Кузьмича, графиня очень приветливо обошлась с ней.
— Такая молодая (Александре Никифоровне тогда было двадцать лет) и одна решилась на такое путешествие! — удивлялась графиня.
— Ну, а где же вы остановились? — спрашивала она ее.
— Да пока на постоялом дворе, — ответила Александра Никифоровна, — а потом где — еще не знаю.
— Нет, этого нельзя, — ответила графиня. — Переселяйтесь ко мне, у меня места достаточно, поживем вместе, потом поедемте к нам в Кременчуг.
Александра Никифоровна переехала к графине. Несколько дней пробыли они с графиней в Почаеве, а потом уехали в Кременчуг. В Кременчуге у графини был свой дом, здесь же жил и сам граф Остен-Сакен, человек очень богомольный. Он здесь лечился от полученной им на войне раны.
Александра Никифоровна всем очень понравилась и скоро стала в доме своим человеком. Открытый ее характер, любовное, мягкое отношение к людям и глубокая, непоказная религиозность — все это невольно располагало к ней. Она много рассказывала о своей жизни в Сибири, о своем путешествии, и собиравшееся у графа общество с интересом слушало ее рассказы.
Один случай, имевший место в доме графа, оставил в ней неизгладимое впечатление.
Однажды вместе с графиней Александра Никифоровна вошла в большую залу графского дома, и вдруг остановилась и замерла от удивления. Перед ней на стене висел громадный портрет, на котором во весь рост был изображен военный. Лицо, рост, манера держаться как-то сразу напомнили старца Федора Кузьмича. Она остановилась и с глубоким волнением спросила пришедшую с ней графиню:
— Кто это, графиня?
— Разве ты не знаешь, милая, — ответила та, не заметив ее волнения, — это покойный император, Александр Павлович.
Долго и внимательно всматривалась Александра Никифоровна в черты лица государя и, чем больше смотрела, тем больше находила сходство со старцем. В тяжелом раздумье пришла девушка к себе в комнату, долго не могла заснуть, и какая-то щемящая тоска давила ее сердце.
Осенью, 1849 года в г. Кременчуг приехал император Николай Павлович и остановился у своего давнишнего приятеля графа Остен-Сакен. За несколько дней стали торопливо готовиться к приезду гостя, все волновались, но больше всех была смущена и взволнована Александра Никифоровне. Ей невольно вспомнились слова старца: «Бог даст и разговаривать с царем будешь, увидишь тогда, какие цари бывают». Так скоро исполняются слова «дедушки». Весь день она была в трепетном ожидании. Она никак не могла представить себе, что будет жить с государем в одном доме, постоянно встречаться с ним и разговаривать запросто, как с самым обыкновенным человеком…
Государь приехал, пробыл в доме графа целые сутки, говорил с Александрой Никифоровной запросто, как с давно знакомым человеком, много шутил и смеялся. Долго потом она думала об этом и не могла понять, как это все случилось, не сон ли это?
Государь очень заинтересовался молодой девушкой и охотно с нею беседовал. Из ее простых, немудрых рассказов он знакомился с тем, как живут люди на далекой окраине, которую он, наверное, никогда не увидит.
— Ну, ну, богомолка, рассказывай, сколько у вас за свадьбы берет? — спрашивал ее, шутя, Николай Павлович.
Александра Никифоровна сначала несмело, а потом очень спокойно и охотно рассказывала Государю о жизни сибирских крестьян: чем они занимаются, какие у них промыслы, какие обычаи, что едят, чем торгуют. Много смешного рассказывала из своего путешествия. А Государь с графом слушают да смеются.
— Вот, — говорит Государь Остен-Сакену, — какая у тебя смелая гостья приехала, всю Сибирь прошла и ничего не боится.
— А чего же мне бояться-то, — ответила Александра Никифоровна, — со мною Бог, да со святыми молитвами, великий старец Федор Кузьмич! А вы все, — добавила она, — такие добрые, все меня угощаете!..
Граф засмеялся на слова девушки, а Государь насупился и замолчал. Странно это показалось Александре Никифоровне.
— Почему ему стало неприятно, когда я упомянула о старце, ведь все его так любят?
И опять тяжелые мысли зашевелились у нее в голове, и ушла она в тяжелом раздумье.
Уезжая, Николай Павлович сказал Александре Никифоровне:
— Если будешь в Петербурге, заходи во дворец. Я тебе оставлю записку. Покажешь ее, нигде не задержат. Расскажешь мне о своих странствованиях, а если в чем будешь нуждаться, обратись ко мне, я тебя не забуду.
Впоследствии Александра Никифоровна, действительно, получила от графа Остен-Сакена пропуск, но им не воспользовалась.
Почти три месяца Александра Никифоровна прожила в доме графа Остен-Сакена. Обходила ближние монастыри, но далеко не уходила. Наконец в 1852 году решила вернуться домой.
С нетерпением ждал ее старец. Сильно он скучал по ней. Когда она пришла к нему, он, со слезами на глазах, обнял ее и поцеловал и долго не мог успокоиться. Александра Никифоровна подробно рассказала ему о своих странствованиях, о монастырях, в которых была, о том, как жила у графини. Старца особенно заинтересовал рассказ ее о встрече с Государем.
Старец слушал все со вниманием, от времени до времени вставлял свои замечания, а потом вдруг задумался.
Задумалась и Александра Никифоровна, посмотрела на сидевшего в молчании старца и вдруг вспомнила виденный ею у графа портрет покойного Государя и сказала, обращаясь к старцу.
— Батюшка, Федор Кузьмич. Как вы на императора Александра Павловича похожи!
Федор Кузьмич вздрогнул от неожиданного вопроса, побледнел, нахмурил брови и вдруг гневно заговорил:
— А ты почем знаешь? Кто это тебя научил так сказать мне?
Испугалась Александра Никифоровна гнева старца, не поймет никак, на что он гневается.
— Никто, батюшка, — говорит, — я это так, спроста сказала. Я видела во весь рост портрет императора Александра Павловича у графа Остен-Сакена, мне и пришло на мысль, что вы на него похожи и так же руку держите, как он!»
Ничего не ответил ей на это старец, тихо вышел в другую комнату, и Александра Никифоровна видела, как он рукавами рубахи вытер катившиеся из глаз слезы.
Грустно и тяжело стало на душе у Александры Никифоровны, и, печальная, она в этот раз ушла от старца.
Жизнь Александры Никифоровны потекла по-старому. По-прежнему всю свою любовь, всю энергию она отдавала старцу: жила около него, заботилась о нем, почти что молилась на него. И он ей платил тем же. Из всех окружавших его людей он выделял ее, больше всех и с какой-то особенной теплотой с ней беседовал, внимательно следил за ее жизнью и давал ей нужные советы. Это была трогательная идеальная любовь двух людей, связанных единством мыслей, единством настроений. У старца не было детей, и он всю свою любовь отдавал привязавшейся к нему девушке; она не испытала родительской ласки, и для нее любовь старца была истинным утешением в жизни.
Много женихов сваталось за Александру Никифоровну, всем нравилась эта добрая и тихая девушка. Настаивали на выходе замуж и братья: они боялись, что постаревшая и не вышедшая замуж Александра Никифоровна вернется к ним, и им придется ее кормить. Все эти разговоры волновали и обижали девушку, и не раз она приходила к старцу и спрашивала его в тоске:
— Как же быть, дедушка?..
Старцу не нравились эти разговоры, он не хотел, чтобы она выходила замуж.
— Погоди, успеешь еще! — каждый раз говорил он ей, — за твою доброту Бог тебя не оставит, и царь позаботится наградить тебя за твое обо мне попечение…
И Александра Никифоровна успокаивалась и опять с прежней энергией отказывалась от замужества.
Видя, что братья во что бы то ни стало хотят выдать ее замуж, старец и им говорил:
— Не трогайте ее, она не останется на вашей шее и не будет нуждаться в вашем хлебе: сам царь наградит ее казною.
Под влиянием уговоров старца братья скоро оставили Александру Никифоровну в покое.
Так прожила она около старца еще пять лет.
Скоро у Александры Никифоровны опять явилось желание пойти на богомолье. Старец не только не удерживал ее, но, наоборот, своими беседами скорее вызывал и укреплял в ней это желание. Он опять составил ей план путешествия, подробно наметил места, где она должна побывать, указал лиц, которые ей могут быть полезны.
— В особенности побывай, — говорил он, — в Киево-Печерской Лавре. Есть там так называемые пещеры, и живет в этих пещерах великий подвижник Парфений и еще один старец Афанасий; живут они — один в дальних, а другой в ближних пещерах. Отыщи их ты непременно, попроси их помолиться за тебя, расскажи им о житье своем. В особенности не забудь побывать у Парфения. Если он спросит, зачем ты пришла к нему, скажи, что просить его благословения; ходила по святым местам и пришла из Красной речки; что бы ни спрашивал тебя, говори ему чистую правду, потому что великий это подвижник и угодник Божий.
На прощанье долго они беседовали. Много рассказывал старец о прошлой жизни. Рассказывал о Петербурге, о царе, о разных войнах, свидетелем которых ему пришлось быть.
— Губят эти войны безвинный народ, — закончил свою беседу старец.
Тяжело было расставанье. Оба поплакали, как бы предчувствовали, что больше не увидят друг друга. Потом Федор Кузьмич осенил Александру Никифоровну широким крестом, крепко поцеловал ее и проводил за ворота.
Больше он ее не видал…
Александра Никифоровна в своем путешествии придерживалась указаний старца и везде, куда она приходила, ее встречали тепло и радушно. Всякий старался услужить ей, облегчить ей путь.
Она прибыла в Петербург, а оттуда задумала пробраться на Валаам. Через одного генерала ей удалось устроиться на одном пароходе вместе с императрицей Марией Александровной. Императрица узнала, что на пароходе едет девушка-богомолка из Сибири и заинтересовалась ею. Александра Никифоровна долго беседовала с государыней, много ей рассказывала из своих впечатлений и очень понравилась.
После долгих странствований по различным монастырям Александра Никифоровна наконец попала в Киев.
Пошла прежде всего в Печерскую лавру. Отстояла утреню и вечерню. Торжественное богослужение, богатство лавры, множество богомольцев — все это произвело на нее сильное впечатление. Светло и радостно стало у нее на душе, и невольно вспомнила она «дедушку».
— Как-то он там без меня? — думала она. и так захотелось ей поговорить со старцем, поделиться с ним своей радостью.
Пошла к схимнику Парфению. Встретил ее изможденный седой старец и сурово спросил:
— Зачем ты ко мне пришла, чего тебе от меня надо?
— Я издалека, отец Парфений, из Сибири, — ответила девушка, — принесла тебе поклон от старца.
Узнав, откуда она, старец стал приветлив, обласкал Александру Никифоровну и сказал ей:
— Зачем тебе мое благословенье, когда у вас на Красной речке есть великий подвижник и угодник Божий. Он будет столпом от земли и до неба!
Радостно стало на душе у девушки, когда она услышала такое мнение отца Парфения о старце, близким и дорогим стал ей и сам отец Парфений.
Она стала ему рассказывать о своем путешествии по Сибири, о монастырях, которые она посетила, о своих планах на будущее. Понравилась отцу Парфению та простота, то увлечение, с которым рассказывала девушка, и он спросил ее:
— Что же теперь ты думаешь делать?
— Думаю домой скорее вернуться, к старцу; слаб уж он стал, пожалуй, и не увидишь его, умрет.
Отец Парфений задумался над словами девушки, а потом сказал ей:
— Нечего тебе делать в Сибири, оставайся здесь, поговей у меня, а когда причастишься Святых Тайн, я укажу тебе, куда отправиться.
Как ни хотелось Александре Никифоровне вернуться к старцу, но сильно обрадовалась она, что будет на исповеди и причастится у отца Парфения, и осталась в лавре.
Каждый день она ходила в церковь к обедне и к вечерне, усердно молилась и с трепетом ждала, когда наконец она сподобится пойти к старцу на исповедь. Когда это наконец случилось, она весь день была радостна и весела.
Однажды, когда Александра Никифоровна собралась уходить от отца Парфения, у которого она была на обычной беседе, старец ей сказал:
— Если кто-нибудь будет звать тебя в Почаев, то поезжай туда, приходи тогда ко мне, я тебя благословлю.
Александра Никифоровна удивилась словам отца Парфения; только что недавно она говорила ему, что была там и рассказывала ему о своих впечатлениях. Думая, что старец забыл об этом, она возразила ему:
— Но ведь я уже была там.
— Все равно, поезжай, — ответил отец Парфений.
Странными показались ей слова старца. В большом смятении ушла она от него. Долго бродила по лавре и все старалась понять смысл этих загадочных слов.
— Зачем он это сказал? — спрашивала она себя и не находила ответа.
Хотелось ей уехать домой к Федору Кузьмичу — там все так ясно, спокойно и радостно, — и не могла: боялась ослушаться старца.
Не спала всю ночь и думала о том же.
Наутро встала с тяжелой головой, с какой-то тоской в душе и пошла к обедне, стала подальше от людей, в самый темный угол церкви перед образом Богородицы, упала на колени и долго неустанно молилась. Слезы текли у нее из глаз, но она не обращала на них внимания. Не заметила, как кончилась обедня и разошелся народ, и только наступившая внезапно тишина заставила ее прийти в себя. Она поспешно встала и оглянулась кругом. Гасили свечи, молящихся в церкви почти уже никого не было. Тогда недалеко от себя она заметила какого-то военного, который внимательно смотрел на нее. Александра Никифоровна встала с колен и заторопилась уходить, офицер последовал за ней. Когда они вышли из храма, офицер неожиданно спросил ее:
— О чем вы так горько плакали?
Смутилась Александра Никифоровна. Но офицер спросил так просто, и в голосе его было так много участия и теплоты, что она искренно ответила ему:
— He знаю, куда идти… Хочется вернуться домой, а старец Парфений советует отправиться в Почаев.
— А куда же вы хотите домой вернуться?
— В Сибирь, на Красную речку.
И она рассказала ему, что там в Сибири ждет ее старец Федор Кузьмич, великий подвижник.
Долго они шли и разговаривали, пока Александра Никифоровна не рассказала своему неожиданному знакомцу всю свою жизнь.
С глубоким вниманием прослушал офицер ее рассказ. Когда она кончила, он сказал:
— Старца Парфения нужно послушать. Поезжайте в Почаев. Поедемте кстати имеете, я туда же еду, а теперь я вам предложу отправиться ко мне чай пить.
Смутило Александру Никифоровну предложение офицера — боялась она идти к незнакомому человеку, а с другой стороны, так тоскливо было оставаться одной, и она нерешительно спросила его:
— А вы семейный?
— О, да, у меня большое семейство, — ответил офицер. И, заметив ее замешательство, прибавил:
— Вы не бойтесь, у меня останавливаются разные странницы, меня все здесь знают — я майор Федоров.
Девушка успокоилась и пошла за ним.
Пришли они в большой деревянный дом, наполненный народом: здесь были и мужчины, и женщины.
— Вот мое семейство, — сказал майор Федоров, указывая на своих жильцов.
И Александра Никифоровна увидела, что все жильцы такие же, как она богомольцы-странники. Скоро она познакомилась со всеми и стала в этой родной ей среде своим человеком.
Майор Федоров провел Александру Никифоровну на другую половину дома, которую он занимал сам, и велел накормить ее.
Здесь Александра Никифоровна прожила два дня. Каждый день по нескольку раз виделась она с майором Федоровым, подолгу иногда они сидели и разговаривали. Нравилась ей его доброта, с которою он относился к людям, сердечность и внимание, которые он проявлял по отношению к ней. Какое-то теплое хорошее чувство зашевелилось в ней к нему. Ложась спать, иногда она долго думала о нем, вспоминая различные фразы, слова из их разговора:
— Вот если бы за такого выйти замуж, — мечтала она засыпая, — так и старец бы, наверное, благословил.
На третий день майор Федоров сказал ей, что собирается ехать в Почаев, и спросил ее, не хочет ли она ехать с ним вместе.
Александра Никифоровна обрадовалась предложению.
— Я бы с удовольствием поехала, — ответила она, — да у меня нет паспорта. Старому срок вышел, а новый из дому не присылают; братья хотят, чтобы я вернулась, и нарочно задерживают.
— Это пустяки, — ответил майор, — я ваш паспорт. Со мною можете быть вполне спокойны, вас никто не обидит. Если для вас служит препятствием только это, то поедемте.
Александра Никифоровна поехала. Когда подъезжали к Почаеву, то девушка с тревогой спросила своего спутника:
— Где же я остановлюсь? У меня там никого нет знакомых.
— Не беспокойтесь, — ответил ее спутник. — Я вас направлю к двум очень добрым и богобоязненным старушкам, моим хорошим знакомым. У них вы прекрасно устроитесь.
Александра Никифоровна очень скоро разыскала старушек. Когда они узнали, кто ее послал к ним, то приняли очень радушно. Накормили и напоили ее и вообще выказывали всякое внимание.
Много говорили хорошего про майора Федорова.
— Богобоязненный человек, — говорили они, — много добра делает людям.
Приятно почему-то было ей слышать эти похвалы, и сама она стала рассказывать старушкам то хорошее, что знала о нем.
Долго разговаривали они в этот вечер, и сладким спокойным сном заснула Александра Никифоровна.
Утром только что возвратились от обедни и стали чай пить, вдруг приходит какой-то монах и просит пожаловать Александру Никифоровну к преосвященному Исидору.
Странным показалось Александре Никифоровне это приглашение: никогда преосвященный не видал ее и не мог даже знать о ее существовании. Да и она никогда Исидора не видала. Не поверила она монаху.
— Зачем я к нему пойду? — сказала она, — преосвященный меня не знает. Не обман ли какой-нибудь?
Монах ушел, а старушки стали раздумывать, чтобы могло значить это странное приглашение. Обмана не могло быть, ибо монаха они знали, — это был, действительно, послушник Исидора.
Через несколько минут монах опять пришел и сказал, что преосвященный еще раз просит Александру Никифоровну к себе по важному делу.
Делать нечего, надо было идти.
— Только вы меня проводите, — сказала она старушкам, — а то я боюсь.
Старушки проводили ее до преосвященного.
Исидор принял Александру Никифоровну очень радушно. Усадил около себя, велел подать кофе. Скоро завязалась оживленная беседа.
— Я много об вас слышал, — сказал ей преосвященный, — от кого, говорить не буду, и мне было
интересно поговорить с вами. Расскажите мне, как у вас живут в Сибири, как вы путешествовали.
Александра Никифоровна вновь рассказала то, что уже рассказывала много раз. Подробно остановилась на жизни старца Федора Кузьмича и горячо и много говорила о нем.
— Смотрю я на вас и удивляюсь, как это вы в ваши годы решаетесь так путешествовать? — в раздумье сказал Исидор.
Не поспела Александра Никифоровна ответить, как Исидор встал, прошелся несколько раз по комнате, потом подошел к ней и сказал:
— Я вас пригласил сюда по одному делу. Не удивляйтесь тому, что я вам скажу. Вы вот блуждаете по свету одна-одиношенька, и страшно вам, наверно, иногда становится. Мой вам совет: выходите замуж, а я вам отыщу жениха хорошего.
Слова преосвященного были так неожиданны, что Александра Никифоровна смешалась и не знала, что ответить.
— Я знаю, что вы мне скажете, — продолжал Исидор. — Вы скажете, что дали обет служить Богу. Но ведь этот обет нисколько не препятствует замужеству. Выйдете вы замуж за человека достойного, все помыслы которого так же, как и ваши, направлены к Богу, и вы вместе будете служить одному делу.
Видя ее нерешительность, он спросил ее:
— Ну разве старец Федор Кузьмич, которого вы так почитаете, запретил вам выходить замуж?
— Нет, — еще больше волнуясь, ответила Александра Никифоровна. — Он мне сказал, что я выйду замуж за военного.
— Вот-вот, — обрадовался преосвященный. — старец — великий прозорливец, он. наверное, и думал о том человеке, которого я имею в виду! Вы догадываетесь, конечно, о ком я говорю, — опять более спокойно заговорил Исидор. — Майор Федоров — человек в высшей степени достойный, богобоязненный. Вы ему сразу понравились, и он вас полюбил. Да и вы к нему, кажется, относитесь хорошо. Он просит вашей руки.
— Как же, отец преосвященный, так вдруг, — заговорила Александра Никифоровна, — у меня и метрик-то нет.
— Это ничего, — ответил Исидор, — я немедленно их вытребую и никаких препятствий к браку не будет. Ну, значит, согласны, и прекрасно. — И он позвонил.
Вошел майор Федоров, дожидавшийся у преосвященного в кабинете.
— Она согласна, — сказал ему Исидор и, взяв их за руки, громко и торжественно произнес:
— Благословляю Вас, живите в любви и в вере в Бога, и Бог вас не оставит.
Исидор, действительно, скоро вытребовал с Красной речки метрику для Александры Никифоровны, и она вышла замуж за майора Федорова.
Так Александра Никифоровна стала майоршей Федоровой: предсказание старца исполнилось.
Пять лет прожила Александра Никифоровна замужем. На пятом году майор Федоров скончался. Александра Никифоровна вернулась на родину, но старца в живых уже не застала.

Федор Кузьмич: старец или император? — РИА Новости, 01.02.2018

Сторонники версии, что старец – это император, приводят еще один «убийственный» аргумент. В 1921 году большевики вскрыли гробницы императоров в Петропавловском соборе. И якобы гроб Александра I оказался пустым. А тут еще графологи говорят, что почерки Александра I и старца Федора идентичны. И все же легенда о том, что старец и император один и тот же человек – не более чем легенда, говорят ученые. Медицинское сопоставление их роста, цвета глаз, волос, особых примет свидетельствует о том, что это были совершенно разные люди.
Что касается якобы пустого гроба. Тут следует заметить, что могилу Александра I в те революционные времена вскрывали не ученые, а мародеры, рыскавшие в поисках сокровищ. И потом: императора на смертном одре видели не только близкие и придворные, но и люди совершенно посторонние. Этот факт исключает возможность сговора с целью подлога.
Остается последний вопрос. Если Федор Кузьмич – не император Александр I, то кто же тогда он, этот таинственный старец? Версий множество. Пожалуй, самая правдоподобная и вразумительная: Федор Кузьмич – монах Киево-Печерской лавры, по неведомым причинам ударившийся в бега. В разговорах он часто употреблял малороссийские слова. Александру I такое вряд ли было под силу. Он родился и почти всю жизнь провел в Петербурге.
Существует еще масса версий о Федоре Кузьмиче. Но приводить их нет смысла – они ничего не проясняют.
Впрочем, есть весьма любопытный факт: ученые еще в 1960-х годах обращались в правительство СССР с просьбой обследовать царские гробницы в Петропавловской крепости, но разрешения не получили. Позже они ходатайствовали уже перед правительством России, но тоже безуспешно…
Автор Владимир Бычков, радио Sputnik
Хотите всегда быть в курсе последних событий в стране и мире? Подписывайтесь на наш Twitter и на канал радио Sputnik в Telegram. Обещаем, вам всегда будет что почитать – интересное, актуальное, полезное.
У радио Sputnik также есть паблики ВКонтакте и Facebook. Присоединяйтесь!

Династия Романовых – XIX—XX века / Я познаю мир. История русских царей

Император Александр I – Благословенный Годы жизни 1777—1825 Годы правления 1801—1825
Правление Александра I
Аустерлицкое сражение и Тильзицкий мир
Отечественная война 1812 года
Загадочная смерть
Легенда о Федоре Кузьмиче
Император Николай I Годы жизни 1796—1855 Годы правления 1825—1855
Неразбериха с престолонаследием
Восстание декабристов
Народ и царь едины
Война с Турцией
Император Александр II – Освободитель Годы жизни 1818—1881 Годы правления 1855—1881
Путешествия
Бракосочетание
Отмена крепостного права
Покушения на императора
Убийство Александра II
Император Александр III – Миротворец Годы жизни 1845—1894 Годы правления – 1881—1894
Коронация
Реформы
Миротворец
Николай II – Последний император России Годы жизни 1868—1918 Годы правления 1894—1917
Восшествие на престол
«Кровавое воскресенье» и первая русская революция
Возникновение Государственной Думы
«Друг» семьи – Григорий Распутин
Первая мировая война
Отречение от престола
Убийство царской семьи
Конец Дома Романовых
Династия Романовых – XIX—XX века Император Александр I – (1801—1825)
Император Николай I – (1825—1855)
Император Александр II – (1855—1881)
Император Александр III – (1881—1894)
Император Николай II – (1894—1917)
Император Александр I – Благословенный
Годы жизни 1777—1825
Годы правления 1801—1825 Отец – Павел I Петрович, император Всероссийский.
Мать – в православии Мария Федоровна, до принятия православия – Софья-Доротея, принцесса Вюртемберг-Штутгартская.
Четырнадцатый по счету российский император, Александр I, или, как его называли в народе, Александр Благословенный, – одна из самых загадочных и противоречивых фигур в истории России.
Будущий император Александр I (Александр Павлович Романов) родился 12 декабря 1777 года в семье наследника престола Павла Петровича (Павла I). В честь появления новорожденного в придворной церкви отслужили благодарственный молебен, пушки Петропавловской крепости выстрелили 201 раз. Имя младенцу дали в честь святого Александра Невского.
Младенца сразу отлучили от родителей. Царствующая бабушка, Екатерина II, посчитала, что ее сын Павел не сможет дать мальчику подобающее воспитание, и поместила внука в свои покои.
Императрица Екатерина II возлагала на внука большие надежды и мечтала о том, что во время царствования Александр прославит свое имя. Своего сына Павла императрица терпеть не могла, зато внука обожала. Она звала его не иначе как «господин Александр» и долгие часы проводила в его покоях. Екатерина II сама обучала мальчика чтению, письму и очень гордилась его успехами. В последствии Екатерина II отняла от отца и второго родившегося сына Павла Петровича – Константина. Оба мальчика росли в Царском Селе, а родители жили в своем имении в Гатчине.
Воспитателем мальчиков был поставлен генерал-адъютант Н. И. Салтыков, преданный императрице. Екатерина II своей рукой написала «Азбуку», по которой Салтыков должен был воспитывать великих князей.
Большое влияние на Александра оказал воспитатель Фредерик Сезар Лагарп – швейцарский адвокат. Этот воспитатель сумел передать Александру суть французского Просвещения. Лагарп учил Александра, что правитель должен быть честным, образованным и просвещенным человеком, осознающим ответственность за судьбу миллионов своих подданных.
Подросших сыновей Павел Петрович заставил включиться в военную службу в Гатчине. В Гатчине познакомился будущий император с А. А. Аракчеевым, ставшим впоследствии его «правой рукой». Аракчеев преподавал артиллерийское дело, знакомил великих князей с основами баллистики.
Александр I
Еще при жизни Екатерины II и Павла I у Александра появилась мысль об отказе от будущего престола, и предложенная Екатериной II возможность царствовать вперед своего отца просто шокировала его. Императрица предложила Лагарпу уговорить Александра царствовать, но тот отказался и был удален от двора. Среди придворных поползли слухи, и Павел узнал о предложении Екатерины II. Но в присутствии Аракчеева Александр поклялся отцу, что он не желает принимать престол ранее отца.
Самым главным для себя Александр считал спокойную совесть. Его взгляды на жизнь полностью разделяла и его супруга Елизавета Алексеевна (принцесса Луиза-Мария-Августа Баденская). Их дети – Мария и Елизавета – умерли во младенчестве.
События, предшествующие вступлению Александра на престол, очень повлияли на всю его дальнейшую жизнь. Помимо своей воли, Александр I стал участником страшной трагедии, разыгравшейся в ходе дворцового переворота. Александр дал согласие на свержение императора, окончившееся смертью Павла I. Хотя Александр и не участвовал в заговоре, но он был осуществлен с молчаливого его согласия. Александр не хотел смерти отца. Он собирался заточить его в Михайловском замке. Но в ночь с 11 на 12 марта 1801 года император Павел I был убит заговорщиками.
В ужасе от случившегося, Александр вместе с женой, матерью и братьями заперлись в своих покоях. Ночью к Александру пришел заговорщик Пален и потребовал от него проявления твердости духа. Александр, собрав все силы, вышел на дворцовый балкон и сказал гвардии, что император скончался, а он, принимая власть, будет царствовать так, как учила его Екатерина II. Его слова вызвали в войсках всеобщую радость.
Но мысль о том, что он стал причиной гибели отца, была для Александра чрезвычайно мучительной, всю дальнейшую жизнь его преследовали муки совести.
Правление Александра I К моменту своего восшествия на престол 24-летний Александр I был уже сложившейся личностью. Красивый, подтянутый, он всегда был подчеркнуто скромен и элегантен. Его любовь к порядку и симметрии порой доходила до абсурда и была поводом для шуток в первые годы пребывания его у власти, а также для злословия в последние годы жизни.
Многие современники, с детства знавшие будущего царя, отмечали противоречивость его характера. Он, человек умный и образованный, боялся государственных забот, казавшихся ему непосильными.
15 сентября 1801 года в Москве прошла коронация Александра I. Во время нее он очень мучался и страдал от чуждых ему роскоши и почестей. После вступления на престол новый император даровал свободу заключенным, сосланным его отцом, и издал указ об уничтожении пыток. Александр I приказал вернуть войска, направлявшиеся в Индию, была уничтожена так называемая Тайная экспедиция, занимавшаяся делами, связанными с изменой императору. Все это, а также личное обаяние нового императора сделали его популярным в российском обществе. Были проведены важные преобразования в административной системе Российской империи: в 1802 году были учреждены Министерства и Государственный совет.
Александр I рано вставал, трудился над документами, принимал министров. Он продолжал увлекаться армией и очень любил устраивать парады. Император много путешествовал, его поездки по стране длились по нескольку месяцев. Он побывал на Украине, в Белоруссии, на Урале, в Сибири. Император часто встречался с местными властями и интересовался условиями жизни всех слоев общества. Так что Александр I не понаслышке знал о том, как живет Россия.
В 1801 году Александр I разрешил крестьянам покупать землю. В 1803 году крепостные крестьяне могли выкупаться целыми селениями вместе с землей. Еще через год право владеть землей по договору с крестьянами получили и купцы. Все это были первые шаги к последующим крестьянским и земельным реформам в России.
Однако Александр I не был готов к введению более решительных перемен в обществе. Он боялся того, что в случае проведения коренных реформ в России он может расстаться с жизнью, как его дед и отец. Зато в России стали проводиться реформы в системе образования. Начали открываться новые университеты, гимназии и училища.
Выдающемуся историку Н. М. Карамзину было пожаловано звание историографа и разрешено начать работу над историей государства Российского.
Аустерлицкое сражение и Тильзицкий мир Александр внимательно наблюдал за событиями во Франции. После того как Наполеон стал императором Франции, Россия заключила дружественный союз с Англией и Пруссией.
К 1805 году в Европе сформировалась коалиция против Наполеона, куда входили Россия, Австрия, Англия и Пруссия. Тогда русские войска направились в Европу. Но сражение русско-австрийской армии 2 декабря 1805 года под Аустерлицем закончилось полным поражением союзников. Сам Александр I тогда чудом избежал плена. Этот урок помог ему понять всю серьезность французской угрозы. И с этого момента Александр I начал считать Наполеона своим личным врагом. Со времени Аустерлицкого сражения Александр I стал более подозрителен.
Летом 1807 года был заключен Тильзитский мир: состоялось подписание договоров между Францией и Россией, Францией и Пруссией. В Тильзите состоялись короткие переговоры Наполеона и Александра I. Они напоминали блестящий спектакль, разыгранный двумя талантливыми актерами. При встрече императоры обнялись. Называя друг друга братьями, они клялись в вечной любви и дружбе. Александр I, беседуя с Наполеоном один на один, пустил в ход всю свою хитрость и обаяние, и смог обмануть его. Заключая Тильзитский мир, императоры осуществили раздел Европы, но условия диктовал победитель.
Вторая встреча Александра I и Наполеона произошла в Эрфурте, где со свойственной ему выдержкой, доброжелательностью, спокойствием Александр I сумел добиться согласия Наполеона на многие уступки, в частности, на вывод французских войск из Варшавского герцогства и существенное снижение контрибуций с Пруссии.
Наполеон Бонапарт
Но после окончания переговоров Наполеону было отказано в руке сестры российского императора, Екатерины Павловны. Получить руку другой сестры Александра I Наполеону тоже не удалось. Подобными оскорбительными отказами Наполеон был страшно разозлен. Но в высшем российском обществе были недовольны позорным Тильзитским миром, да и всей внешней политикой императора.
С 1808 года Александр I начал перестраивать русскую армию. Он опасался грядущей войны, и как вскоре оказалось, не напрасно. Реформировать армию императору помогали М. Б. Барклай-де-Толли и А. А. Аракчеев. Численность армии к 1811 году достигла 225 тысяч человек, но Александр I предполагал увеличить ее еще на 100 тысяч.
Отечественная война 1812 года Весной 1812 года Наполеон начал открыто угрожать России. Он передавал провокационные послания российскому императору, чтобы его разозлить, но Александр I проявлял выдержку и не отвечал на провокации. Однако он поклялся ни под каким предлогом не заключать с Наполеоном «постыдного мира».
Наполеон вторгся в пределы России и быстро приближался к Москве. Когда русские войска оставили Москву, нашлись придворные, которые убеждали Александра I пойти на мирные переговоры, но император отверг все эти предложения. И далее, ни в июне, ни в августе 1812 года он не отвечал на просьбы Наполеона о начале мирных переговоров. В противостоянии с Наполеоном Александр I вел себя как дальновидный и сильный правитель.
После знаменитого Бородинского сражения армия Наполеона больше не имела побед, французы отступали. Фельдмаршал М. И. Кутузов не хотел преследовать французов за пределами России, но Александр I думал иначе. Он хотел освободить всю Европу от тирана.
В заграничном походе Александр I постоянно находился вместе с армией. Не раз он принимал верные решения по передислокации войск, отдавал приказы о наступлении. Под Дрезденом император чуть не погиб, когда совсем рядом разорвалось ядро, убившее генерала Миро.
Александр I благополучно довел русскую армию до Парижа. Таким образом русская армия, избавив Россию от захватчиков, завершила и освобождение Европы триумфальным въездом в Париж.
М. И. Кутузов
Александр I продолжал категорически отказываться вести мирные переговоры с Наполеоном. 6 апреля 1814 года Наполеон подписал отречение от престола и был отправлен на остров Эльба. Окончательное крушение Наполеона произошло в битве при Ватерлоо 18 июня 1815 года, после чего Наполеон был сослан на остров Святой Елены.
После падения Наполеона Александр I вынужден был пережить предательство бывших союзников – Англии и Австрии, которые постарались уменьшить влияние России в Европе. Мнение России просто не слушали, когда принимали важные решения в европейских делах, словно не было победного шествия русской армии по Европе.
Александр I предложил идею создания «Священного союза» всех христианских народов Европы. Он сам написал основные положения договора о союзе и направил их правителям европейских стран. Договор о «Священном союзе» подписали Франция, Австрия, Пруссия и Россия. Александр I беззаветно верил в принципы добра, на которых основывался союз, поэтому огромным разочарованием для него был тот факт, что «Священный союз» был использован Австрией для подавления народных волнений.
Во время правления Александра I успешно закончились войны с Турцией (1806—1812) и Швецией (1808—1809). В его царствование к России были присоединены Грузия (в 1801 году), Финляндия (1809), Бессарабия (1812), Азербайджан (1813).
Александр I знал, что в тайных петербургских обществах зреет мысль о цареубийстве. Сведения о заседаниях тайных обществ к нему поступали регулярно и все чаще. До поры до времени император оставлял заговорщиков на свободе, но в 1822 году он запретил существование в России масонских лож и тайных обществ. В начале 1820-х годов Александр I издал ряд указов, усиливающих власть помещиков, ужесточил цензуру и гонения на печать.
С годами император все более увлекался религией. Он часто встречался с разными пророками из народа, стал покровителем Русского Библейского общества и сблизился с архимандритом новгородского Юрьевского монастыря Фотием, которого многие считали религиозным фанатиком. Александр I признавался друзьям, что только с помощью религии он может обрести душевный мир и спокойствие.
Загадочная смерть Император не раз говорил приближенным о своем намерении отречься от престола. Эта идея преследовала его на протяжении всей жизни. Существует версия, что чувство вины за гибель отца привело Александра I к решению оставить трон и удалиться в монастырь под чужим именем. И загадочные обстоятельства смерти Александра дают повод для этой легенды.
В сентябре 1825 года, накануне своего отъезда в Таганрог для инспекции, Александр I ночью, один и без сопровождения, отправился в Александро-Невскую лавру. Там он долго молился, затем беседовал с монахом.
Отъезд Александра I из Петербурга отличался таинственностью. Он выехал ночью, без свиты, и по дороге не было ни смотров, ни парадов.
Через месяц после приезда в Таганрог государь отправился в инспекционную поездку по Крыму в сопровождении графа Воронцова и небольшой свиты из 20 человек. Инспекционная поездка закончилась болезнью императора. Историк А. Валлоттон пишет: «Махнув рукой на лечение и не обращая внимания на дувший со стороны Кавказа ледяной ветер, Александр день и ночь проводил в седле и вернулся в Таганрог в сильной горячке».
Доподлинно неизвестно, какое заболевание привело к смерти Александра I. Одни источники утверждают, что это была холера, другие считают, что это была сильная простуда.
Александр I скончался 19 ноября 1825 года. Императрица Елизавета, которая постоянно находилась у его постели, сама закрыла глаза мужа, перевязала его челюсть платком, разрыдалась и упала в обморок. Внезапная смерть императора поразила всех. Ведь Александр I был здоровым и физически крепким мужчиной, за свои 48 лет он ни разу серьезными заболеваниями не болел.
А незадолго до кончины императора в Таганроге умер унтер-офицер Семеновского полка Струменский, внешне очень похожий на Александра I. От этого и возникла легенда, что император на самом деле не умер, а выздоровел. И вместо Александра I в гроб был положен унтер-офицер Струменский.
Свидетельство о смерти императора подписали трое врачей, лечивших его, врачи Джеймс, Виллис и Штофреген, а также барон Дибич и князь Волконский. Причиною смерти была объявлена холера.
Лейб-медик Тарасов вскрыл тело подлинного (или мнимого) императора, вынул внутренности и произвел бальзамирование. Он обильно напитал тело специальным составом, так что пожелтели даже белые перчатки, натянутые на руки покойного. Одет был покойный в мундир армейского генерала с орденами и наградами. Перевозка тела в Санкт-Петербург длилась два месяца. По пути в столицу гроб открывали несколько раз, но только ночью и в присутствии немногих доверенных лиц.
В столице гроб открыли лишь один раз для членов императорской семьи. Мать государя Мария Федоровна, увидев покойного, воскликнула: «Я его хорошо узнаю: это мой сын, мой дорогой Александр!». Но она добавила, что лицо сына сильно похудело. Гроб с покойником неделю стоял в Казанском соборе, затем было совершено погребение в соборе Петропавловской крепости.
Легенда о Федоре Кузьмиче Легенда о том, что на самом деле похоронен был не император Александр I, а какой-то другой человек, получила свое продолжение спустя 11 лет.
Осенью 1836 года в Пермской губернии появился человек, называвший себя Федором Кузьмичом. Он был выше среднего роста, широкоплечий, с голубыми глазами, черты его лица правильные и красивые. По всему чувствовалось благородное происхождение. Он прекрасно знал иностранные языки и отличался благородством осанки и манер. Но, главное, было очень заметно его внешнее сходство с покойным императором. Человек, называвший себя Федором Кузьмичом, даже под угрозой уголовного наказания не открыл своего настоящего имени и происхождения. В результате за бродяжничество его приговорили к 20 ударам плетьми и сослали на поселение в Томскую губернию.
Федор Кузьмич отрицал легенду о своем императорском происхождении, но делал это двусмысленным образом. Федор Кузьмич принял монашество и скоро стал известным по всей Сибири старцем.
Старец Федор Кузьмич
Очевидцы свидетельствуют, что старец проявлял прекрасное знание петербургской придворной жизни и этикета, а также событий конца XVIII – начала XIX столетия, знал всех государственных деятелей того периода, но никогда не говорил об Александре I и убитом императоре Павле I. Старец был хорошо осведомлен о событиях войны 1812 года и подробно рассказывал о пребывании русских войск в Париже.
В конце жизни Федор Кузьмич по просьбе томского купца Семена Хромова переехал жить к нему. В 1859 году Федор Кузьмич серьезно заболел. Тогда Хромов обратился к нему с вопросом: не откроет ли он свое настоящее имя?
– Нет, это не может быть открыто никому, – отвечал старец.
Нечто подобное старец сказал и своему исповеднику:
– Если бы я на исповеди не сказал про себя правды, небо удивилось бы; если бы сказал, кто я, удивилась бы земля.
Утром 20 января 1864 года Хромов в очередной раз пришел проведать тяжело больного Федора Кузьмича. В то время старец жил в келье, построенной специально для него возле дома купца Хромова. Видя, что Федор Кузьмич совсем скоро скончается, Хромов просил благословить его.
– Господь тебя благословит и меня благословит, – ответил старец.
– Объяви хотя имя своего ангела, – попросила жена купца, на что он ответил:
– Это Бог знает.
Вечером Федор Кузьмич скончался в возрасте 87 лет. Перед смертью он успел уничтожить какие-то бумаги, за исключением листка с шифрованными записями и инициалами А. П.
Федор Кузьмич был похоронен на кладбище томского Богородице-Алексеевского мужского монастыря. Его могила сразу стала местом паломничества, где побывали и представители царской фамилии.
Император Николай I
Годы жизни 1796—1855
Годы правления 1825—1855 Отец – Павел I Петрович, император Всероссийский.
Мать – Мария Федоровна, до принятия православия – Софья-Доротея, принцесса Вюртемберг-Штутгартская.
Император Николай I (Николай Павлович Романов) был третьим сыном великокняжеской четы – Павла Петровича и Марии Федоровны. Он родился в Царском Селе 25 июня 1796 года, о чем возвестили колокольный звон и пушечная пальба. Новорожденный мальчик был необыкновенного роста и веса, он кричал басом и обладал отменным здоровьем. А голос взрослого Николая был такой громкий, что человек, на которого он кричал, запросто мог упасть в обморок.
С детства будущего императора окружали солдатики, игрушечные ружья, пушки. В апреле 1799 года на мальчика впервые надели военный мундир. Всего 5 лет было Николаю, когда не стало его отца. Если до этого времени мальчика воспитывали женщины, то после смерти отца их сменили мужчины под руководством генерала Ламздорфа. Николая и его младшего брата Михаила воспитывали жестоко. Мальчиков постоянно одергивали, делали им замечания и даже наказывали.
Николай с детства был нервным, вспыльчивым и упрямым. Он не терпел чужого первенства, часто обижал своих сверстников и ломал их игрушки. Николай никогда не признавал свои промахи и ошибки, не понимал шуток, свое лидерство он всегда утверждал силой.
Николай I
Все братья Николая переняли от отца любовь к военному делу. Но Николай выделялся среди них, испытывая совершенно непреодолимую тягу к военным парадам, разводам и смотрам.
С шести лет Николая начали обучать русскому, французскому языкам и закону божьему, а чуть позже арифметике, артиллерийскому делу, латинскому, греческому, немецкому и английскому языкам, инженерному делу, урокам музыки, фехтованию и верховой езде. Дальнейшее образование Николая и Михаила заключалось в изучении военных дисциплин и точных наук.
В начале 1814 года Николай попал в действующую армию, но Отечественная война 1812 года уже закончилась, и ему не пришлось проявить воинскую доблесть. В те годы никто не мог и подумать, что Николай когда-нибудь может взойти на российский престол. Из претендентов на трон его опережали Константин и дети, которые могли родиться у старших братьев.
В завершение образования Николай совершил поездку по российской провинции и посетил Англию. Летом 1816 года великий князь объехал 10 губерний, занося свои впечатления в специальные журналы. В Англии Николай сумел произвести впечатление при королевском дворе. В это время Александр I принял решение о браке Николая с прусской принцессой Фредерикой-Луизой-Шарлоттой-Вильгельминой. От прусского короля было получено согласие на брак.
С Шарлоттой Николай познакомился в Берлине. 1 июля 1817 года состоялась свадебная церемония. Шарлотта, приняв православие, получила имя Александры Федоровны. Великокняжеская чета поселилась в Аничковом дворце в Петербурге. Александра Федоровна родила Николаю шестерых детей, включая Александра – будущего императора Александра II.
Сразу же после женитьбы император Александр I назначил Николая генерал-инспектором по инженерной части лейб-гвардии саперного батальона.
Неразбериха с престолонаследием После отказа от притязаний на престол другого брата – Константина Павловича, император Александр I написал особый манифест о передаче права наследования Николаю. Но сам Николай не знал о существовании этого манифеста. Поэтому когда Александр I умер, возникла парадоксальная ситуация: Николай с супругой присягнули на верность будущему императору Константину, а Константин – Николаю.
На заседании Государственного совета 27 ноября 1825 года А. Н. Голицын – доверенное лицо покойного Александра I – сообщил о существовании манифеста и письма с отречением Константина от престола. Но Николай убедил Государственный совет не вскрывать конверт и всем присягнуть Константину Павловичу. Вслед за Советом присягнул и Сенат. Уже была выпущена и монета с изображением Константина.
Константиновский рубль
Однако Константин, который в это время находился в Польше, не хотел изменять своего решения. Он привел под присягу Николаю всю Польшу и отправил письма матери и брату, где еще раз совершенно официально отрекся от престола и присягнул брату Николаю как новому императору России.
Великий князь Михаил Павлович увез эти письма в Петербург 26 ноября 1825 года. А в это же время из Петербурга в Варшаву срочно везли пакет с сообщением о уже совершенной присяге Константину Павловичу. Ни один из братьев не хотел признавать себя императором.
Восстание декабристов Тайные общества дворян из высшего сословия существовали в России ко времени вступления Николая I на престол уже более 9 лет. Таких обществ было два – Южное и Северное. Члены этих тайных обществ хотели свергнуть самодержавие, добиться отмены крепостного права и введения в стране конституции.
10 декабря 1825 года Николаю стало известно о готовящемся заговоре членов тайного общества против будущего самодержца (власти давно знали о заговорщиках и более полугода пристально следили за ними).
12 декабря 1825 года Николаю привезли пакет из Таганрога с письмом от генерала Дибича, где он информировал Николая Павловича о зреющем заговоре на юге России. И в этот же день Николай получил предупреждение о возможном покушении на него в Петербурге, если он примет престол.
Вечером того же дня, 12 декабря, из Варшавы привезли письма с подтверждением отречения Константина от престола. Николай понял, что действовать надо без малейшего промедления. Он поручил провести в Петербурге аресты заговорщиков и срочно все приготовить к новой присяге, которая должна была состояться ранним утром 14 декабря 1825 года.
Заговорщики, которых в будущем назовут «декабристами», тем временем лихорадочно готовились к осуществлению переворота. Вечером 12 декабря план действий и обязанности каждого руководителя заговора были тщательно разработаны и утверждены.
Ранним утром 14 декабря Николай собрал полковых командиров и гвардейских генералов и прочел им манифест о своем восшествии на престол. Все генералы и полковые командиры единогласно признали его законным императором, затем присягнувшие отправились в свои части приводить к присяге младших офицеров и солдат.
К 8 часам утра Николаю доложили о совершении церемонии присяги в Сенате и Синоде. Начали поступать сведения о присягнувших полках.
Но не все шло гладко с принятием присяги на верность Николаю I. Первым отказался присягать Московский полк. Почти в полном составе и в полном вооружении этот полк двинулся к Сенатской площади. Николай I, узнав об этом, распорядился подтянуть к площади верные ему войска и окружить восставших. Московский полк построился в каре и ожидал подхода других полков. Вокруг восставших собрался народ, толпа с каждой минутой увеличивалась.
О беспорядках в городе и неповиновении войск было доложено генерал-губернатору Петербурга графу Михаилу Андреевичу Милорадовичу. Он был героем войны 1812 года, отличился в Бородинской битве и имел немало высоких наград за другие сражения. За всю войну граф ни разу не был ранен и шутил по этому поводу: «На меня еще пуля не вылита». Узнав о том, что происходит на Сенатской площади, Милорадович, которого все солдаты хорошо знали, любили и уважали, отправился уговорить мятежников мирно разойтись.
Милорадович понимал, что, возможно, идет на верную смерть, но в своем решении остался непреклонным, а на все возражения отвечал так: «Что это за генерал-губернатор, который не сумеет пролить свою кровь, когда кровь должна быть пролита». С этими словами он вскочил на лошадь и поскакал к мятежникам.
Милорадович обратился к Московскому полку с пламенной речью, призывая их вернуться в казарму и присягнуть новому императору. Но скоро генерал Милорадович был смертельно ранен выстрелом из пистолета, стрелял Петр Каховский.
Вскоре на площадь подошли полки, уже присягнувшие Николаю I, и окружили восставших. Но и к восставшим тоже подтянулись новые силы под командованием офицеров-заговорщиков: рота лейб-гренадеров, Гвардейский морской экипаж. Теперь императорским войскам противостояла мощная сила.
В конце короткого зимнего дня, когда уже стало смеркаться, Николай I послал за артиллерией. Прибывшей на площадь артиллерии был дан приказ произвести залп. Несколько выстрелов картечью поразили множество народа и разрушили строй восставших.
Но войска под предводительством офицеров-декабристов не пожелали сложить оружие и когда заговорили пушки, они ответили ружейной пальбой. Целый час тяжелые орудия обстреливали восставших.
«В промежутках выстрелов можно было слышать, как кровь струилась по мостовой, растопляя снег, потом сама, алея, замерзала», – вспоминал впоследствии декабрист Николай Бестужев. В конце концов, восставшие (у которых не было пушек) были вынуждены обратиться в бегство. Началась паника, люди бежали по набережной, выбегали на лед и проваливались в полыньи.
Восстание было подавлено. Когда все было кончено, восставших стали отлавливать и свозить в Петропавловскую крепость. На Сенатской площади было подобрано восемьдесят трупов, кровь полиция засыпала снегом.
Суду были преданы 121 человек. Среди них было много бесстрашных героев, закаленных в войне 1812 года. Это были в большинстве своем молодые люди. Многим из них не было и двадцати лет, когда они вступали в тайное общество.
Все осужденные были разделены на одиннадцать разрядов. Николай I смягчил вынесенные судом приговоры, хотя это смягчение было довольно незначительным.
Пять человек были поставлены вне разрядов и повешены. Роль Николая I в осуждении на казнь пяти главарей заговора была решающей. Николай I молча согласился со смертным приговором, вынесенным судом, хотя внешне все делалось так, что решение было принято не императором, а судом.
К смертной казни были приговорены:
П. И. Пестель, К. Ф. Рылеев, С. И. Муравьев-Апостол, М. П. Бестужев-Рюмин, П. Г. Каховский. Тела казненных положили в гробы и тайком увезли на остров Голодай, где тайно похоронили. Могила казненных декабристов не найдена до сих пор. В 1939 году на острове Голодай, на месте предполагаемого захоронения, был поставлен обелиск.
Каховский, Муравьев, Бестужев, Рылеев, Пестель
Так начиналось правление Николая I.
Народ и царь едины Новый император имел высокий рост, благородную внешность, и его величественная красота производила на общество благоприятное впечатление.
Император любил беседовать с историком Н. М. Карамзиным. Николай I хотел выглядеть благородным правителем, для чего он благосклонно относился к А. С. Пушкину. Николай I вернул Пушкина из ссылки, пригласил его на аудиенцию и даже предложил стать личным цензором поэта.
Новый император любил проявлять личную смелость и пренебрежение к опасности. Летом 1831 года в Петербурге вспыхнула эпидемия холеры, в городе начались волнения. Прошел слух, что людей заражали специально. На Сенной площади собралась толпа, громившая все подряд. На второй день бунта на площадь приехал сам император Николай I и устыдил собравшихся. Он призвал их обратиться к Богу и просить у Него прощения за совершенные грехи. После его пламенной речи все бывшие на площади пали на колени. По словам очевидцев, после этого народ пришел в восторг и кричал «ура» со слезами на глазах.
Во время царствования Николая I произошла полная централизация государственной власти. Изменился статус личной канцелярии императора, которая разрасталась, ее отделения становились настоящими министерствами, находившимися под руководством императора.
25 июня 1826 года был подписан указ о создании корпуса жандармов во главе с шефом жандармов А. X. Бенкендорфом, затем было образовано III отделение Императорской канцелярии, которое выполняло функции тайной полиции и следило за нравственно-политической обстановкой в государстве.
Государственный аппарат подвергся при Николае I военизации, превратившись со временем в полностью военное управление. Во всех губерниях к концу царствования императора находились военные губернаторы. Николай I очень хотел, чтобы вся государственная система действовала по-военному четко и быстро.
Император проводил за работой до 18 часов в сутки, он лично вникал во все дела и даже в самые мелкие проблемы, которые происходили в государстве.
Николай I признавал крепостное право злом, но считал, что «прикасаться к нему теперь было бы делом еще более гибельным».
Начиная с 1840-х годов в России заговорили об особом пути ее развития, руководствуясь девизом «Народ и царь едины». Разномыслие в обществе всячески искоренялось. К концу царствования Николая I цензурный гнет был уже предельным.
Все западное в обществе отрицалось, отвергалось и осуждалось. Влияние Запада на Россию император называл «гибельным». И в правление Николая I между Россией и Западом пролегла глубокая пропасть.
Внешняя политика в царствование Николая Павловича определялась поначалу стремлением обеспечить России выход к Черному морю. В 1820-е годы в глубь Закавказья двинулась персидская армия, вооруженная англичанами. Конфликт между Россией и Персией был спровоцирован Англией.
Военные действия в Закавказье продолжались до 1828 года, когда русские войска подошли к Тегерану. Дипломат А. С. Грибоедов подготовил текст мирного договора, который был подписан 10 февраля 1828 года, так называемый Туркманчайский договор. Согласно договору территория Восточной Армении с этого момента стала принадлежать России.
Война с Турцией Успешное завершение войны с Персией дало Николаю I уверенность в легкой и быстрой победе в следующей войне – с Турцией 1828—1829 годов. Но военные действия затянулись, правда, к концу лета 1829 года русская армия вела наступление и оказалась недалеко от Константинополя. Однако, чтобы избежать разрыва отношений России с Австрией, Англией и Францией, Николай I принял решение прекратить наступление. 2 сентября 1829 года в Адрианополе был подписан мирный договор. Россия получила все побережье Кавказа, расширила территории Молдавии, Сербии и Валахии.
Успехом внешней политики Николая I стал подписанный им договор с Турцией в 1833 году, по которому страны становились союзниками. Но в Европе к Николаю I относились очень сдержанно. Император так и не нашел понимания у европейских политиков, и в конце его царствования Россия оказалась практически в полной изоляции от европейских государств.
В 1853 году войной против России вместе с Турцией выступили Англия и Франция. Эта война получила название Крымской. По сути она была продолжением Русско-турецкой войны 1828—1829 годов.
П. С. Нахимов
Поводом для войны послужил религиозный конфликт между православными и католиками, которые не могли решить, кому должны принадлежать ключи от христианских святынь в Вифлееме и Иерусалиме. Турецкий султан отдал предпочтение католическим священникам. Тогда Россия прекратила дипломатические отношения с Турцией и в июле 1853 года вторглась на территории Молдавии и Валахии. Ответом Турции было объявление России войны.
Самым ярким событием начала войны была победа русской эскадры из 8 кораблей под началом П. С. Нахимова над турецкой эскадрой из 14 кораблей. Это сражение получило название Синопского, по названию бухты, где были потоплены турецкие корабли.
Наиболее тяжелой страницей в истории Крымской войны была 349-дневная оборона Севастополя, закончившаяся сдачей города 8 сентября 1855 года. Русская армия тогда терпела поражение за поражением. Однако императору не пришлось заключать постыдный мир с неприятелем. Николай I простудился и умер от гриппа 18 февраля 1855 года. Существует неподтвержденная фактами версия, что император не вынес позора поражения в Крымской войне и во время болезни принял яд.
Николай I при жизни в бытовых мелочах подражал Наполеону, спал на походной железной кровати, укрывшись военным плащом. Умирая, он лежал на той же железной кровати с солдатским тюфяком. Перед смертью Николай попросил, чтобы его облачили в мундир, прощаясь со старшим внуком (будущим царем Александром III), промолвил: «Учись умирать».
Как и другие российские императоры, Николай I был похоронен в Петропавловском соборе в Санкт-Петербурге.
Император Александр II – Освободитель
Годы жизни 1818—1881
Годы правления 1855—1881 Отец – Николай I Павлович, император Всероссийский.
Мать – принцесса прусская Фредерика-Луиза-Шарлотта-Вильгельмина, в православии Александра Федоровна.
Будущий император Александр II Николаевич родился 17 апреля 1818 года в Москве. При крещении он получил орден Андрея Первозванного и до совершеннолетия ему был пожалован воинский чин.
Воспитателем цесаревича был боевой офицер капитан Карл Карлович Мердер. Образованием наследника престола занимался Василий Андреевич Жуковский. Александр получил разносторонние знания по истории, русскому языку, географии, философии, математике, геологии и другим наукам. С детства он изучал иностранные языки и читал и писал по-французски, по-английски, по-немецки и по-польски. Кроме того, наследника обучали токарному и слесарному делу.
Александр рос любознательным мальчиком. Ему нравились занятия фехтованием, гимнастикой, рисованием, музыкой. Он увлекался спортом и охотой.
Александр II
Александр вместе с родителями посещал церковные службы, участвовал в проведении православных праздников. Недопустимым для цесаревича считалось праздное времяпрепровождение.
В день своего 16-летия, 17 апреля 1834 года, Александр принес клятву наследника престола в Георгиевском зале Зимнего дворца и в большой дворцовой церкви. В этот же день финский исследователь Норденшильд открыл на Урале ценный минерал, который может изменять цвет, и назвал его александритом.
Путешествия Завершением образования наследника престола стали его поездки по России и за границу. Путешествие продолжалось с 1 мая по 12 декабря 1837 года. За время путешествия Александр написал отцу 35 писем. В этих письмах много впечатлений и размышлений об истории России, о том, что составляло ее славу, и о том, что требовало преобразований. Познакомившись с русским народом, увидев землю Российскую собственными глазами, Александр был воодушевлен и преисполнен желания посвятить служению родине всю свою жизнь. Этому путешествию своего воспитанника Жуковский дал емкое название – «венчание с Россией».
Затем была поездка Александра в Европу, со 2 мая 1838 года по 23 июня 1839 года. Он побывал в Швеции, Дании, Пруссии, Баварии, Австрии, Голландии, Англии, почти во всех европейских государствах. Программа путешествия была очень интересной и насыщенной. За время поездки Александр получил множество званий и наград. Он был с почестями принят при всех европейских дворах и в Дармштадте познакомился со своей будущей женой.
Бракосочетание Александр был приглашен на прием к наследному принцу Баденского герцогства, и здесь увидел сестру принца, 15-летнюю принцессу Марию, в которую сразу же влюбился. 4 апреля 1840 года состоялась их помолвка. Мария прибыла в Петербург в сентябре того же года и приняла православие, назвавшись Марией Александровной. Бракосочетание Александра и Марии состоялось 16 апреля 1841 года.
Первые годы семейной жизни прошли для супругов счастливо. Цесаревна любила мужа и старательно исполняла обязанности жены, а потом и матери. Еще до восшествия Александра на престол в семье появилось шестеро детей: две дочери и четыре сына. Два сына родились после воцарения.
На время своего отсутствия в столице император Николай I вменял сыну в обязанность заниматься решением дел Комитета министров и Государственного совета. Со временем он поручал Александру все более важные государственные дела, где особое место занимал крестьянский вопрос.

«Свадебный рубль». Монета выпущена к свадьбе великого князя Александра Николаевича и Марии Александровны в 1841 году
В 1849 году великокняжескую чету поразило глубокое горе – умерла их старшая дочь Лина. В том же году умер от холеры дядя цесаревича, Михаил Павлович, и многие его обязанности перешли к Александру – он занял пост начальника военных учебных заведений. Николай I был очень доволен успехами сына на поприще государственной службы и часто объявлял Александру благодарность.
Александру исполнилось 36 лет. Он был прекрасным семьянином и отцом большого семейства, имел достаточное представление об управлении государством и был вполне готов к восшествию на престол. Александр тяжело пережил смерть отца и даже не позволял в первые годы своего правления называть себя государем, для него государем был только отец.
Отмена крепостного права 26 августа 1856 года состоялась церемония коронации нового российского императора. После продолжительных торжеств Александр II приступил к решению важных государственных дел. Он начал с крестьянского вопроса.
20 ноября 1857 года была опубликована первая правительственная программа подготовки отмены крепостного права. Александр II всячески старался ускорить этот процесс. Три с половиной года император решительно продвигался к поставленной цели, к «Положениям 19 февраля 1861 года». Подписав этот исторический документ, Александр Николаевич испытал чувство глубокого удовлетворения и осознания выполненного долга перед Россией.
Он не принимал во внимание недовольство многих крестьян условиями реформы: высокими повинностями, выкупными платежами и уменьшением наделов, считая, что правительство сделало все возможное для освобождения крестьян. Об этом он говорил, выступая перед крестьянами в Полтаве: «Исполняйте, чего требуют закон и Положение. Трудитесь и работайте. Будьте послушны властям и помещикам».
Но вводить Конституцию Александр II боялся, он считал, что российский народ еще не созрел для подобных преобразований.
Главным направлением деятельности государя после отмены крепостного права было продолжение либеральных реформ. Среди них достаточно назвать лишь несколько: гласность государственного бюджета, отмена телесных наказаний, земская реформа, новый университетский устав.
После падения Севастополя Александр II понял, что надо заканчивать Крымскую войну. Он принял решение о прекращении Россией военных действий.
Но Александр II так и не смог понять, что в России необходимо изменять все сферы жизни.
Покушения на императора Террористы из организации «Народная воля» много лет вели настоящую охоту за императором – рыли подкоп для взрыва мостовой, закладывали взрывчатку на рельсы перед поездом. Покушаясь на жизнь царя, народовольцы ухитрились устроить взрыв в Зимнем дворце, где жил российский самодержец.
4 апреля 1866 года на императора было совершено первое покушение. В него стрелял террорист Д. Каракозов, произошло покушение у ворот Летнего сада. Террорист был казнен. Правительство начало борьбу с появившимся в России революционным движением.
Во время визита императора во Францию для налаживания отношений с Наполеоном III 6 июня 1867 года в Александра II стрелял поляк А. И. Березовский, но пули не задели российского императора.
Середина 1860-х годов была омрачена для Александра II многими печальными событиями. В мае 1865 года внезапно умер его 22-летний сын, наследник престола – Николай Александрович. Это тяжелое событие вызвало ухудшение здоровья императрицы. Но в том же году начался любовный роман Александра с юной княжной Екатериной Михайловной Долгорукой, которой исполнилось всего 18 лет. Этот роман продолжался до самой смерти императора.
В апреле 1877 года Александр II издал манифест о начале войны с Турцией. Император принимал личное участие в военных действиях. Он стойко переносил все тяготы походного быта и покинул фронт только тогда, когда убедился в благоприятном для России исходе войны.
Княгиня Юрьевская (Е. М. Долгорукая)
Война оказалась победоносной, но очень истощила государственный бюджет. А заключение Сан-Стефанского мира и последующие решения Берлинского конгресса делали бессмысленными многие человеческие жертвы этой войны. Это было полное дипломатическое поражение России.
В мае 1880 года умерла императрица Мария Александровна. Через 40 дней после ее кончины Александр II тайно вступил в брак с княжной Долгорукой. У них к тому времени было уже две дочери, а сын умер в младенчестве.
Александр II издал указ, сохранявшийся в тайне, согласно которому Екатерина Долгорукая получала титул княгини Юрьевской, и их дети были объявлены законными детьми. Однако этот брак Александра II вызвал осуждение всей царской семьи и приближенных.
Убийство Александра II В феврале 1881 года премьер-министр Лорис-Меликов доложил царю, что по сведениям полиции исполнительный комитет «Народной воли» готовит очередное покушение на него, однако план этого покушения раскрыть не удается. Организаторами покушения были А. Желябов и С. Перовская.
Утром 1 марта Лорис-Меликов снова предупредил Александра II об опасности. Он попросил царя не ездить в этот день на парад в манеже, который проводился по воскресеньям. Но царь его не послушал.
На обратном пути, когда экипаж с эскортом следовал по набережной Невы, под карету царя народоволец Рысаков бросил бомбу. Карета была повреждена, осколками ранило несколько человек из конвоя, но Александр II не пострадал.
Кучер просил царя не выходить из кареты и обещал, что и в поврежденном экипаже он довезет императора до дворца. Но император все-таки покинул карету.
Террорист Рысаков, который бросил бомбу под карету, был схвачен. Царь, пошатываясь, подошел к нему, посмотрел на него и спросил:
– Ты бросил бомбу?
– Да, я.
– Кто такой?
– Мещанин Глазов, – ответил Рысаков.
Оглушенный взрывом Александр II помолчал и после паузы негромко сказал:
– Хорош.
Но едва царь двинулся дальше, к нему приблизился другой террорист – Гриневицкий, стоявший на набережной со свертком, в котором была спрятана бомба, и он бросил бомбу на мостовую между собой и царем.
Второй взрыв прозвучал сильнее первого. Александр II и его убийца, оба смертельно раненные, сидели почти рядом на снегу, опираясь руками о землю, спиной о решетку канала.
Все окружающие страшно растерялись. Некоторое время к царю даже никто не подходил, чтобы помочь. Подбежавшие к императору перенесли его в сани. Кто-то предложил внести царя в первый же дом. Александр II услышал это и прошептал:
– Во дворец… Там умереть…
Одежда на императоре была сожжена или сорвана взрывом. Правая нога его была оторвана, левая раздроблена и почти отделилась от туловища. Лицо и голова тоже были изранены.
Александр II скончался в тот же день от потери крови. Княгиня Юрьевская остригла и положила в гроб императора к его рукам свои чудесные волосы. Вскоре она вместе с детьми покинула Россию и прожила долгие годы в Ницце.
Александр II был похоронен в Петропавловском соборе в Санкт-Петербурге.
Император Александр III – Миротворец
Годы жизни 1845—1894
Годы правления – 1881—1894 Отец – Александр II Николаевич, император Всероссийский.
Мать – Максимилиана-Вильгельмина-Августа-Софья-Мария принцесса Гессен-Дармштадтская, в православии Мария Александровна.
Император Александр III Александрович родился 26 февраля 1845 года в Санкт-Петербурге. Он был вторым сыном Александра II, и никто не предполагал, что ему предстоит править страной. Александра Александровича ждала военная карьера.
Его воспитателями стали генерал-адъютанты граф Н. В. Зиновьев и граф Б. А. Перовский. Оба они были противниками западного влияния на воспитанника. Александр охотно занимался военным делом, которое преподавал ему профессор Военной академии М. И. Драгомиров. Царевич, так же как его отец и дед, очень любил смотры и парады войск. Он не отличался успехами в изучении наук, но прекрасно мог командовать парадом и разводом полков.
Большое влияние на воспитание Александра Александровича оказал профессор Московского университета К. П. Победоносцев, симпатизировавший своему ученику. Ученик и учитель со временем сблизились и подружились. Их роднила неприязнь к преобразованиям в стране, которые проводил Александр II. Они оба критически относились ко всем переменам в жизни государства. Победоносцев постоянно внушал ученику, что для России нет иной формы управления государством, кроме самодержавия, что главная опора власти – это православная церковь. Александр полностью был согласен с Победоносцевым, который стал для взрослого Александра Александровича практически личным секретарем.
Александр и его старший брат Николай с детства дружили. Смерть Николая Александровича от чахотки в 1865 году стала тяжелым ударом для брата. В траурные дни он проводил много времени с невестой наследника престола, принцессой Дании – Дагмарой. Горе их сблизило, и не прошло и года, как состоялось обручение Дагмары и Александра.
Приняв православие, принцесса получила имя Марии Федоровны, Александр называл ее своей «принцессой Минни». Мария Федоровна была образованной женщиной, она быстро освоила русский язык, изучила традиции и обычаи России. Церемония их бракосочетания состоялась в 1866 году.
26 февраля 1881 года Александр Александрович Романов отметил свое 36-летие, а 2 марта он получил атрибуты царской власти.
Вступив на престол в 1881 году, Александр III понял, какое тяжелое наследство он получил. После гибели Александра II по стране распространились прокламации народовольцев «К обществу», призывавшие народ к продолжению борьбы против самодержавия.
Александр III
Власть на это ответила проведением арестов среди петербургских участников организации «Народная воля». В конце марта 1881 года состоялся суд над народовольцами. Софья Перовская, Андрей Желябов, Геся Гельфан, Николай Кибальчич, Тимофей Михайлов и Николай Рысаков были приговорены судом к смертной казни. 1 апреля того же года заговорщиков казнили. Отсрочку получила Геся Гельфан, так как была беременна. Несколько месяцев спустя она умерла в тюремной больнице при родах.
Коронация Коронация Александра III состоялась в мае 1883 года. Церемония должна была продемонстрировать единство царя с народом и показать всенародную поддержку самодержавия. Торжества по случаю коронации были грандиозными.
В одной из газет было написано: «Когда появлялся царь перед народом, являлось и солнце во всем облике своих лучей, скрывался царь из глаз народа, небо покрывалось облаками и шел дождь. Когда выстрелы орудий известили о свершении таинства, облака мгновенно разошлись».
Александр был здоровым мужчиной в полном расцвете сил. Светловолосый, с длинной окладистой бородой, он выглядел как человек из народа. Коронация завершилась раздачей милостей и подарков. Людям простили недоимки и штрафы, но ожидаемой амнистии политических заключенных не произошло.
Александр III был вынужден постоянно предпринимать меры предосторожности. На ночь он запирал все двери покоев и регулярно осматривал комнаты.
Слухи о грозящей императору опасности распространял и Н. М. Баранов – петербургский градоначальник. Он рассказывал о несуществующих подкопах, обнаруженных им минах, о заговорах и готовящихся покушениях. Александр III постоянно чувствовал опасность и стал очень мнительным.
Состояние напряжения, в котором пребывал император, стоило жизни офицеру дворцовой стражи. Государь, не задумываясь, выстрелил в него, увидев заведенную за спину руку и представив, что там оружие. Офицер же лишь спрятал зажженную папиросу.
Резиденцией Александра III была Гатчина. Император находился там большую часть своего времени. В поездках его сопровождала охрана, плотным кольцом окружавшая карету.
Гатчинский дворец, похожий на средневековую крепость со сторожевыми башнями, рвами, потайными ходами и подземельем, стал символом правления Александра III, который хотел найти опору в прошлом, сохранить его и спрятаться в нем от реальной жизни.
Главным помощником императора оставался К. П. Победоносцев. Вся информация поступала к императору именно от него. К нему обращались с просьбами и записками различного содержания, с проектами и планами, чтобы донести их до государя. Победоносцев стал для императора незаменимым человеком.
Александр III был очень набожным человеком. Он находил в вере поддержку и опору в самые сложные моменты своей жизни. Он признавал божественное происхождение самодержавной власти, и любое покушение на ее основы расценивал как кощунственный богоборческий акт.
Своей прямой обязанностью Александр III считал исполнение всех церковных обрядов. Он очень любил духовную музыку и наслаждался церковными песнопениями, жертвовал большие средства на восстановление древних храмов и строительство новых.
Реформы От Александра III в обществе ждали продолжения реформ, но в первые же дни своего правления, отменив идею конституционности государства, император начал проводить политику, направленную на усиление самодержавия. Он не хотел допустить ослабления власти и нарушения существующего в стране порядка.
В первые же дни царствования императору Александру III стали ежедневно поступать сотни писем с угрозами и доносами.
Среди этих писем было и обращение Исполнительного комитета «Народной воли». Оно содержало требование созыва Народного собрания для решения важнейших вопросов о пути развития страны. Правительство также должно было разрешить свободу слова и печати. Требовали народовольцы и освобождения всех политических заключенных.
Но Александр III главной задачей своего правления считал укрепление самодержавия. Он посвятил себя решению этой задачи и устранял все, что могло бы нарушить незыблемость императорской власти.
Атрибуты самодержавия Александра III
Александр III сделал ставку на дворянство и проводил политику для поддержки этого класса.
В день коронации императором был издан указ о возмещении выкупных платежей помещикам. Далее была признана руководящая роль дворян на местах. С этой же целью в 1885 году был учрежден Дворянский банк, где дворяне могли получить долгосрочные кредиты.
Реформы Александра III в крестьянском вопросе можно назвать контрреформами. Государь всячески препятствовал появлению у крестьян частной собственности.
Был издан ряд законов, отражающих политику правительства в крестьянском вопросе. Закон 1886 года препятствовал переделам земли в крестьянских семьях. Законом 1893 года был запрещен залог земли, а продажа была возможна лишь в собственность общине. Но неурожай и голод 1891—1893 годов показали, что сельское хозяйство в стране приходит в упадок.
Контрреформы коснулись и системы высшего образования. Реформа 1884 года предусматривала ликвидацию автономии университетов, их руководство уже не избиралось преподавателями, а назначалось министром просвещения. Для студентов и преподавателей вводился государственный экзамен, и важнейшим критерием оценки человека являлась его благонадежность.
Государь постоянно вмешивался в судебные решения, корректировал приговоры, требовал полного единомыслия в печати. Император стал правителем, обладающим неограниченной властью.
Миротворец Лишь во внешней политике консерватизм российского монарха сыграл положительную роль. Александр III за время своего царствования не дал втянуть Россию ни в один международный конфликт. За время его правления Россия не вела ни одной войны.
Император в международных вопросах всегда действовал осторожно, продумывая все выгоды и возможные осложнения в решаемых вопросах. Он отказался от вмешательства в дела Болгарии, не дал согласия на вступление России в Тройственный союз, заключил в 1891 году союз с Францией. Своими действиями на международной арене Александр III заслужил прозвище Миротворец.
Александр был трудолюбив и усидчив. Он рано вставал и ложился далеко за полночь. Его увлечениями были рыбалка и охота. Он с удовольствием смотрел домашние концерты и спектакли. Все в царской семье были заядлыми театралами и часто по несколько раз смотрели полюбившиеся спектакли.
17 октября 1888 года недалеко от Харькова потерпел крушение царский поезд. Большинство вагонов были разрушены, была повреждена и крыша вагона, где находилась царская семья. Все семейство осталось целым и невредимым благодаря тому, что богатырски сложенный император своими руками поддерживал крышу.
До конца своих дней император и его наследник отмечали эту дату, считая сохранение царствующей династии проявлением Божьей милости.
Самым верным и преданным другом Александра III все годы его правления была его супруга – Мария Федоровна. Она была его спутницей во всех поездках и путешествиях. Вместе они посещали различные заведения и занимались благотворительностью. Мария Федоровна была в курсе всех дел супруга на государственном поприще. Супруги счастливо прожили вместе 28 лет и имели шестерых детей.
В октябре 1894 года император находился в Ливадии на лечении. Несмотря на то что Александр III походил на могучего богатыря, он не отличался большим здоровьем. После перенесенной простуды у него произошло осложнение на почки. Незадолго до смерти император благословил цесаревича Николая на престол и одновременно на его брак с немецкой принцессой.
Александр Александрович Романов скончался 20 октября 1894 года, не дожив до 50-летия несколько месяцев. Народ прощался с императором на всем пути следования траурной процессии из Крыма в Петербург. Церемония похорон Александра III была торжественной и пышной. Погребение императора состоялось в царской усыпальнице Петропавловского собора.
Николай II – Последний император России
Годы жизни 1868—1918
Годы правления 1894—1917 Отец Николая II – Александр III, император Всероссийский.
Мать – супруга Александра III, императрица Мария Федоровна.
Последний российский император Николай II – Николай Александрович Романов – родился 6 мая 1868 года в Царском Селе.
По православным святцам в этот день церковь вспоминала святого Иова Многострадального. И как у святого Иова, так и у Николая II вторая половина жизни была очень тяжелой и многострадальной.
Рождение Ники, как звали Николая домашние, было отмечено в Петербурге 101 орудийным залпом. При крестинах, которые состоялись 20 мая, Николаю были пожалованы высшие награды России.
Мать Николая – Мария Федоровна – с самого раннего возраста прививала детям религиозность, хорошие манеры, учтивость и скромность. Она никогда не позволяла Николаю забывать о том, что ему предстоит стать императором огромной страны.
Мальчик очень хорошо усвоил уроки своей матери. Николай был скромным, тактичным и воспитанным юношей. Все родственники очень любили его и называли не иначе как «милый Ники».
Николая воспитывали в соответствии с традициями, сложившимися в царской семье. Наставником цесаревича был назначен генерал Г. Г. Данилович. Для обучения и воспитания Николая была составлена специальная программа, включавшая в себя 8-летний общеобразовательный курс и 5 лет высшего образования. Николай изучал зоологию, ботанику, анатомию, физиологию, минералогию. Преподавание русского языка, литературы, истории и иностранных языков велось по расширенной программе. Высшее образование включало изучение военного дела, права и политэкономии. Кроме всего перечисленного, будущему императору преподавали музыку, фехтование и рисование.
Николай II
Цесаревичу приходилось очень много заниматься, чтобы успеть усвоить заданный преподавателями материал. Педагогами Николая были известные в России люди. Все преподаватели отмечали аккуратность, усидчивость и хорошую память воспитанника. Николаю стоило раз прочитать, услышать или увидеть что-либо, как он уже этого не забывал. Он в совершенстве владел французским, английским и немецким языками. Но больше всего наследнику престола нравилась литература и история. Самым любимым чтением для него была русская литература: Гоголь, Достоевский, Пушкин, Лермонтов, Чехов.
У цесаревича имелась большая тяга к военному делу. Николай с охотой присутствовал на смотрах и парадах. Он постоянно участвовал в лагерных сборах и маневрах, неукоснительно соблюдая воинский устав.
Военная карьера цесаревича началась в 5-летнем возрасте, к 1880 году Николай получил звание подпоручика. 2 марта 1881 года он был назначен атаманом казачьих войск.
В 1884 году 16-летний цесаревич присягнул «на верность Престолу и Отечеству».
К регулярной военной службе цесаревич приступил в июле 1887 года в Преображенском полку в звании штабс-капитана и в мае 1891 года получил звание полковника. Этот чин стал последним в его военной карьере. Став императором, Николай II считал, что не имеет права сам себе присваивать высшие воинские звания.
В 1890—1891 годах Николай вместе с братом Георгием совершил поездку по Азии. При посещении Японии фанатик-террорист бросился на Николая с саблей в руках. Николай успел увернуться, сабля лишь слегка задела его голову. Японцы принесли многочисленные извинения сыну русского царя, а из России Николаю пришел приказ немедленно возвращаться.
Светская жизнь Николая была наполнена балами и всевозможными развлечениями. Будущий император любил бывать в театре и увлекся юной балериной Матильдой Кшесинской. Этот роман продолжался почти три года.
Но женился Николай не на балерине Кшесинской, а на немецкой принцессе, принявшей православную веру и русское имя Александра Федоровна.
Урожденная немецкая принцесса Алиса Гессенская (Александра Федоровна Романова) стала единственной подлинной любовью Николая Александровича.
Императрица Александра Федоровна
14 ноября 1894 года в Зимнем дворце состоялась свадебная церемония, соединившая узами брака Николая Александровича и Александру Федоровну.
Николай и Александра прожили вместе почти 25 лет, и все эти годы у них были нежные и трогательные отношения. Николай Александрович и Александра Федоровна оставались неразлучны до самой смерти, вместе они и погибли.
Восшествие на престол Николай II взошел на престол на 27-м году жизни. Вместе с российской короной он принял огромную страну, раздираемую противоречиями и конфликтами.
26 мая 1896 года в Москве, в Успенском соборе, состоялась коронация Николая Александровича. В процессе коронации, когда Николай шел к алтарю, с его плеча соскользнула и упала на пол тяжелая цепь ордена Святого Андрея Первозванного. Присутствующие в храме восприняли это как дурной знак.
Спустя 4 дня, когда продолжались торжества по случаю коронации нового императора, тысячи москвичей собрались на Ходынском поле, чтобы получить на память эмалированные кружки с изображением императорского герба. В толпе возникла страшная давка, а затем паника. Во время давки 1389 человек погибли и тысячи были ранены.
Впоследствии семьям всех пострадавших из денег императорской фамилии были выплачены значительные суммы. Однако запланированный праздничный бал, несмотря на трагедию на Ходынском поле, все же состоялся вечером того же дня. Из-за этого многие люди стали называть нового царя жестоким и даже бессердечным.
Коронационная кружка
После восшествия на престол Николай II ничего не менял в отлаженном механизме государственного устройства, хотя он понимал, что в управлении государством срочно нужны изменения.
В 1904 году Николай II решил объявить войну Японии. Он рассчитывал быстро одержать победу над японцами и этим всколыхнуть чувство патриотизма россиян. Но решение объявить войну стало серьезнейшей ошибкой Николая II. Русские войска понесли ряд поражений и были вынуждены оставить Порт-Артур. Затем в Цусимском проливе русский флот понес тяжелейшие потери.
В итоге Россия потерпела позорное поражение в Русско-японской войне. Согласно мирному договору, подписанному в Портсмуте, к Японии отошли Порт-Артур, Дальний и Южный Сахалин.
Во время ведения Русско-японской войны в семье императора произошло долгожданное событие – наконец-то родился мальчик, наследник престола. До этого у Александры Федоровны рождались только девочки, и их было уже четверо, и вот 12 августа 1904 года появился на свет цесаревич Алексей – наследник престола.
В честь этого события был дан салют из 300 орудийных залпов. Но вскоре после рождения Алексея врачи определили, что наследник престола неизлечимо болен гемофилией (у цесаревича не свертывалась кровь, мальчик мог от малейшего пореза, даже царапины, истечь кровью и погибнуть).
После поражения в Русско-японской войне по России прокатились волны протеста. Все громче звучали требования о свержении в России монархии, и недовольство царем нарастало в стране с каждым днем.
«Кровавое воскресенье» и первая русская революция В Петербурге 9 января 1905 года тысячи людей пришли к Зимнему дворцу, чтобы передать царю свои жалобы на тяжелую жизнь. Люди несли портреты императора, держали в руках государственные флаги, иконы, кресты.
Впереди процессии шел священник Георгий Гапон. Со временем было доказано, что мирное шествие к царю было настоящей провокацией.
«Поп Гапон» вел двойную игру и был обманщиком. Угождая властям, он уверял их, что запланированное шествие народа отменено. А сам тем временем говорил рабочим заводов, что хороший царь ничего не знает о народных несчастьях и уговаривал всех, кто может, идти в воскресенье ко дворцу.
Николая II в это время не было в Петербурге, императорская семья отдыхала в Царском Селе. И мирную демонстрацию, возглавляемую Гапоном, войска безжалостно расстреляли. Погибли старики, женщины, дети, вместе с ними была убита в народе вера в единство царя и народа. В то «Кровавое воскресенье» сотни человек были ранены и 130 убиты.
Николай был потрясен случившимся, в своем дневнике он записал: «Тяжелый день!
В Петербурге произошли серьезные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять в разных местах города, было много убитых и раненых. Господи, как больно и тяжело!».
После событий «Кровавого воскресенья» уже ничто не могло успокоить общественное недовольство царской властью. На страницах газет и журналов появились статьи с резкой критикой в адрес царского правительства. Волнения и митинги в высших учебных заведениях, на заводах и фабриках все нарастали. Главным требованием революционно настроенных людей было незамедлительное проведение реформ.
Участились беспорядки в деревнях, где грабили и жгли помещичьи усадьбы. Начинались волнения и в армии. В июне 1905 года произошел бунт на броненосце «Потемкин», продолжавшийся 12 дней (матросы отказались подчиняться командованию броненосца). Оказалось, что и армия теперь не была надежной опорой монаршей власти.
Осенью 1905 года Россию потрясла единая политическая стачка, ставившая перед правительством экономические и политические требования. И Николай II 17 октября 1905 года издал манифест «Об усовершенствовании государственного порядка», в котором обещал народу основы гражданских свобод и разрешал всем слоям населения участвовать в выборах в Государственную Думу.
Возникновение Государственной Думы В середине декабря 1905 года в Москве произошли столкновения рабочих с властями, которые переросли в настоящие уличные бои, где стреляли с обеих сторон.
В разгар московских сражений был издан закон о выборах в Государственную Думу. Нужно было избрать 524 депутата. На первом же заседании Думы депутаты потребовали амнистии для всех политических заключенных, проведения земельной реформы и демократических свобод в обществе. Но Николай II испугался за свою власть и 9 июля 1905 года распустил эту Думу.
Вторая Государственная Дума начала работу 20 февраля 1907 года, но она оказалась еще более революционной. 3 июня 1907 года и эта Дума была распущена. Правительство без участия Думы приняло новый закон, изменивший порядок выборов в Государственную Думу. Этот день явился окончанием Первой русской революции.
В третьей Государственной Думе преимущества получили люди из высших сословий. Дума начала работать 3 ноября 1907 года и поддерживала правительство. Но и эта Дума вызывала большое раздражение Николая II потому, что вмешивалась в его решения.
«Друг» семьи – Григорий Распутин В 1905 году произошла встреча царской четы с крестьянином из Сибири Григорием Распутиным. Распутин обладал удивительными целительскими способностями и природной интуицией. Он поразил императрицу Александру Федоровну и Николая II тем, что мог останавливать кровь у наследника престола – цесаревича Алексея, страдающего гемофилией. И много раз Григорий спасал жизнь мальчика, когда врачи оказывались бессильны. Императрица считала, что Распутина царской семье послал Бог.
Распутин очень часто бывал в царском доме, царя с царицей он запросто называл папа и мама. А императрица в своих письмах называла его «наш Друг».
Григорий Распутин
В правительстве и в народе поползли слухи, что Распутин околдовал царицу и государя, на которых он имел большое влияние. Многие высокопоставленные люди просили царя удалить Распутина из Петербурга. Но этот простой мужик был единственной надеждой царской семьи – от чудесной силы Распутина зависела жизнь цесаревича Алексея, и Николай II не мог с ним расстаться. А Григорий Распутин, живя в Петербурге, много пьянствовал, развратничал и, пользуясь близостью к царю, запросто назначал и снимал министров царского правительства.
Первая мировая война В Сараево сербским террористом был убит наследный принц австро-венгерского престола, и 15 июля 1914 года Австро-Венгрия объявила войну Сербии. Россия встала на защиту маленького славянского государства, и 19 июля России объявила войну Германия. Этот день вошел в историю как начало Первой мировой войны.
За короткий срок в военные действия были втянуты 38 стран. У этой войны не было конкретных целей, и русские солдаты не могли понять, за что они воюют. Но Николай II считал, что не имеет права бросить Сербию на растерзание врагам.
С конца апреля 1915 года военная удача отвернулась от России – русская армия оставила Польшу. Война обнажила все старые и новые проблемы государства. У Николая II не было поддержки в высших кругах общества, многие его не любили и презирали за военные неудачи. Тогда император решил сам возглавить действующую армию. Ставка русского командования находилась в Могилеве, где Николай II проводил много времени.
В обществе тем временем появились слухи о многих германских шпионах, действующих в России. Главными предателями России газеты называли супругу императора, Александру Федоровну, и приближенного к царской семье Григория Распутина.
В ночь на 17 декабря 1916 года в Петрограде в Юсуповском дворце был убит Распутин. Эта новость стала радостной для многих россиян, веривших, что от Распутина исходили все беды государства.
Отречение от престола Затяжная война продолжалась. В конце 1916 года численность действующей армии достигла 13 миллионов человек, которые мерзли, голодали и умирали неизвестно зачем, и не понятно за что. Разговоры о предателях России и шпионах вызывали гнев и возмущение солдат. В армии и внутри страны недовольство царским режимом дошло до предела.
В начале 1917 года в Петрограде начались волнения, вызванные перебоями с поставками продовольствия в столицу. Толпы вооруженных солдат грабили склады и магазины. Власти в столице находились в растерянности и ничего не предпринимали, чтобы прекратить погромы и бунт.
Николай II узнал об этом 27 февраля 1917 года в Могилеве, где он тогда находился. Поезд императора срочно отправился в столицу. Но пока Николай II добирался до Петрограда, императорская власть в столице фактически прекратила свое существование. В Петрограде было сформировано Временное правительство, куда вошли давние недоброжелатели царя: А. Ф. Керенский, А. И. Гучков и П. Н. Милюков.
1 марта улицы столицы были заполнены народом. Возле Таврического дворца, где заседала Дума, шел митинг. Из депутатов Думы выделился Петроградский совет рабочих и крестьянских депутатов, который принял решение вечером 1 марта поехать к императору, чтобы уговорить его отречься от престола.
Царский поезд вечером 1 марта подъехал к Пскову. Там императора встретил генерал Н. В. Рузский. Он рассказал обо всем, что произошло в столице. После долгих раздумий, телефонных разговоров и обмена телеграммами со своими генералами к 3 часам утра 2 марта 1917 года Николай II принял решение об отречении от престола.
В своем дневнике он тогда записал: «Нужно мое отречение. Рузский передал этот разговор в Ставку, а Алексеев – всем Главнокомандующим фронтов. К двум с половиной часам пришли ответы от всех. Суть та, что во имя спасения России и удержания армии на фронте в спокойствии нужно решиться на этот шаг. Я согласился… Кругом измена, и трусость, и обман!».
Отречение от престола было подписано на пути в Петроград, на маленькой станции Дно близ Пскова, в вагоне царского поезда. Николай попросил тогда своего врача сказать правду: может ли цесаревич Алексей когда-нибудь вылечиться от врожденной болезни крови, на что доктор отрицательно покачал головой.
– Уж если Бог так решил, я не расстанусь со своим бедным ребенком, – сказал император.
Николай написал отречение от престола в пользу своего брата Михаила Александровича: «Во имя горячо любимой Родины призываем всех верных сынов Отечества к исполнению своего святого долга перед Ним повиновением Царю в тяжелую минуту всенародных испытаний и помочь Ему вместе с представителями народа вывести Государство Российское на путь победы, благоденствия и славы. Да поможет Господь Бог России».
Но Михаилу Александровичу не пришлось царствовать. Революционный Совет Петрограда решил вообще отказаться от монархии в России, и великий князь Михаил Александрович тоже вынужден был отречься от престола.
8 марта 1917 года бывший российский император, теперь просто полковник Романов, снова отправился в Могилев. Так закончилась более чем 300-летняя история династии Романовых.
Убийство царской семьи В день, когда император отрекся от престола, его семья была взята под арест. Александре Федоровне сказали, что это делается в интересах их безопасности, чтобы революционно настроенный народ не причинил вреда жене и детям бывшего царя. Временное правительство пообещало выслать царскую семью за границу.
Отрекшегося Николая в Могилеве арестовали и привезли в Царское Село, где он находился вместе с семьей во дворце под охраной. Временное правительство решило отправить императорскую семью в далекий сибирский город Тобольск. Царскую семью увезли подальше от Петрограда для того, чтобы пресечь саму мысль о попытке восстановления царской власти.
Дом в Тобольске, в котором содержалась царская семья, был обнесен высоким забором. Внутри и снаружи дома стояли часовые, по ночам вокруг дома ходили несколько дозоров. В дом никто из посторонних не допускался, наружу пропускали только прислугу за продуктами. Корреспонденция Романовых просматривалась, деньги отбирали, они находились у коменданта отряда охраны, который оплачивал все счета находящихся под стражей. Эта тобольская ссылка длилась восемь месяцев.
В октябре 1917 года пало Временное правительство. После Октябрьской революции 1917 года условия жизни царской семьи резко ухудшились. Царскую семью перевели в Екатеринбург. Там Романовых поселили в доме инженера Ипатьева.
Сначала в Екатеринбург привезли Николая II с супругой и дочерью Марией, остальные дети прибыли на Урал через месяц. Режим содержания в Ипатьевском доме был крайне суровый. На завтрак царской семье подавали чай с черным хлебом. В обед и ужин кормили одним и тем же блюдом. Ложек на всех не хватало, так что члены царской семьи ели по очереди. На прогулку Романовым давали всего 15—20 минут, во время прогулок сад был оцеплен солдатами.
Большевистское правительство сначала решило, что над царской семьей будет устроен показательный суд. Однако большевики опасались потерпеть поражение в этом процессе, так как народные симпатии к бывшему царю были еще сильны. Из обвиняемого бывший император мог легко стать обвинителем новой власти, а этого большевики не хотели допустить.
Вскоре в печати стали распускать ложные слухи об убийстве или побеге Николая II – таким образом большевистское правительство готовило общественное мнение к последующим событиям.
12 июля 1918 года было созвано собрание областного Совета рабочих депутатов Екатеринбурга, на котором был заслушан доклад об отношении центральной власти к расстрелу Романовых. Уралисполком решил, что суда над царем (как это было намечено в Москве) организовать не удастся. Белая армия подступала к Екатеринбургу, падение города можно было ждать через три дня.
И Уралисполком постановил семью Романовых расстрелять. Как было позднее установлено историками, Уралисполком принял это решение по собственной инициативе, но с одобрения центральных советских властей (в том числе В. И. Ленина и Я. М. Свердлова).
16 июля 1918 года ночью семью Романовых подняли с постелей и сказали, что всю семью, вместе с прислугой, срочно перевозят в другое место. Всем заключенным в доме Ипатьева приказали спуститься в подвальное помещение.
Ответственным за расстрел являлся комендант «Дома особого назначения» большевик Яков Юровский. Он скороговоркой произнес слова о том, что «белые» хотят освободить бывшего императора, поэтому Совет рабочих и солдатских депутатов постановил расстрелять всех и таким образом покончить с династией Романовых.
– Что, что? – переспросил Николай Александрович.
В ответ раздалась беспорядочная пальба расстрельной команды, ворвавшейся в подвал.
Так закончил свой земной путь последний российский император и его семья. Николай Александрович и императрица погибли почти сразу. Детей и слуг палачам пришлось добивать выстрелами в упор. Когда тела выносили из подвала и грузили в машину, оказалось, что царевны еще живы. Но стрелять на улице не решились и закололи девушек штыками. На момент смерти царевне Ольге было 23 года, Татьяне – 21 год, Марии – 19 лет, Анастасии – 17. Цесаревич Алексей достиг своего 14-летия.
Трагическую участь императорской семьи добровольно разделили: врач Е. С. Боткин, повар И. М. Харитонов, лакей по фамилии Трупп и комнатная девушка А. С. Демидова.
Тела расстрелянных решили уничтожить без следа, поэтому их сначала отвезли и сбросили в шахту. А чтобы невозможно было узнать, чья это могила по количеству трупов, тела царевича Алексея и великой княжны Анастасии сожгли на костре, их пепел закопали, и на этом месте снова развели костер.
Но сброшенные в шахту трупы все же просматривались. Тогда их подняли на поверхность и повезли дальше. На болотистом участке дороги машина забуксовала. Уже наступал рассвет, убийцы торопились. Тут же в болотистой низине, на дороге была вырыта яма, в нее положили тела убитых и облили серной кислотой, чтобы нельзя было опознать, а сверху положили старые железнодорожные шпалы. Затем машиной укатали этот участок дороги.
В день расстрела царской семьи 17 июля 1918 года из Уралсовета в Москву Свердлову была направлена телеграмма, в которой говорилось о расстреле «бывшего царя Николая Романова, виновного в бесчисленных кровавых насилиях над русским народом, а семья эвакуирована в надежное место».
Однако вечером 17 июля в 21 час 15 минут из Екатеринбурга в Москву была отправлена зашифрованная телеграмма: «Секретно. Совнарком. Горбунову. Сообщите Свердлову, что всю семью постигла та же участь, что и ее главу. Официально семья погибнет при эвакуации. Белобородов. Председатель Уралсовета».
После расстрела царской семьи большевистские газеты лживо описывали роскошные похороны бывшего императора в присутствии духовенства и «делегатов от народной армии, казачества и чехословаков».
Сегодня на месте расстрела царской семьи (там, где находился Ипатьевский дом), выстроен большой православный храм. Русская православная церковь причислила Николая II, его жену и детей к лику святых мучеников.
Найденные в 1990-х годах останки Николая II и царской семьи были захоронены в усыпальнице Дома Романовых – в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга в июле 1998 года. Однако подлинность этих останков многими оспаривалась, в том числе Русской православной церковью.
Конец Дома Романовых В первые месяцы после Октябрьской революции новым правительством был разработан план по дальнейшему уничтожению всех представителей Дома Романовых. Расстрел царской семьи был лишь частью этого плана.
Примерно за месяц до расстрела в Екатеринбурге был убит отрекшийся от престола Михаил Александрович Романов, который жил в Перми. 12 июня 1918 года его вывезли в лес и без суда и следствия расстреляли вместе с его секретарем. По свидетельству очевидцев, тела убитых сожгли в заводской сталеплавильной печи. Местные газеты на другой день напечатали сообщение, что Михаил Романов якобы сбежал за границу.
Летом того же года в городе Алапаевске содержались под стражей родная сестра императрицы – Елизавета Федоровна Романова.
Елизавета Федоровна – старшая сестра русской императрицы Александры Федоровны – была вторым ребенком в семье герцога Гессен-Дармштадтского Людвига IV и принцессы Алисы, дочери королевы английской Виктории. В двадцать лет принцесса Елизавета стала невестой, а затем женой великого князя Сергея Александровича – пятого сына императора Александра II.
 Елизавета Федоровна
В 1891 году Сергей Александрович был назначен московским генерал-губернатором. Москвичи знали великую княгиню как добрую защитницу сирых и убогих, больных и бедных. Она ездила в больницы, богадельни, приюты, где многим помогала, облегчала страдания и раздавала всевозможную помощь.
4 февраля 1905 года Сергей Александрович был убит бомбой, брошенной террористом Иваном Каляевым.
После кончины мужа Елизавета Федоровна распустила свой двор, разделила состояние на три части: в государственную казну, наследникам мужа и большую часть оставила на благотворительные нужды.
Из денег, предназначенных на благотворительные цели, великая княгиня выстроила в Москве, на улице Большая Ордынка, церковь и помещения для приюта. В феврале 1909 года была открыта Марфо-Мариинская обитель милосердия, которая оказывала большую помощь московским беднякам, больным, и бездомным.
22 апреля 1910 года великая княгиня постриглась в монахини и посвятила свою жизнь помощи простым людям.
В апреле 1918 года Елизавету Федоровну арестовали и вывезли из Москвы в Пермь.
С ней поехали две монахини обители – Варвара Яковлева и Екатерина Янышева.
Последние месяцы жизни великая княгиня провела в заключении в школе на окраине города Алапаевска вместе с великим князем Сергеем Михайловичем (младшим сыном великого князя Михаила Николаевича, брата императора Александра II), его секретарем – Федором Михайловичем Ремезом, тремя братьями – Иоанном, Константином и Игорем (сыновьями великого князя Константина Константиновича) и князем Владимиром Палеем (сыном великого князя Павла Александровича).
В ночь с 17 на 18 июля 1918 года в городе Алапаевске конная группа рабочих усадила содержавшихся под стражей пленников в экипажи. Их всех вывезли в лес к старой шахте.
Сергей Михайлович сопротивлялся и его расстреляли. Всех остальных живыми бросили в шахту. Когда сталкивали в шахту Елизавету Федоровну, она повторяла вслух молитву: «Господи, прости им, ибо не ведают, что творят».
Елизавета Федоровна упала на выступ в шахте на глубине 15 метров. Рядом с ней оказался Иоанн Константинович. Великая княгиня и здесь старалась облегчать страдания другим, хотя сама получила многочисленные переломы и сильнейшие ушибы головы.
Убийцы возвращались к шахте несколько раз, чтобы добить свои жертвы. Они кидали в шахту бревна, гранаты и горящую серу. Сброшенные в шахту умирали от ран и жажды в долгих мучениях.
Когда Белая армия заняла Алапаевск и началось расследование убийства великих князей, рядом с Елизаветой Федоровной нашли тело Иоанна Константиновича с перевязанной головой – перевязку сделала Елизавета Федоровна.
Останки убитых были перевезены в Китай. Через всю Сибирь три недели вез тела в китайский город Харбин некий монах. По прибытии в Харбин тела совершенно разложились, только тело великой княгини оказалось нетленным.
Тела причисленных Русской православной церковью к лику святых Елизаветы Федоровны и ее келейницы Варвары (отказавшейся покинуть великую княгиню и тем самым спасти себе жизнь) ныне покоятся в Иерусалиме, в так называемой Русской Гефсимании, в склепе, который находится под церковью Святой Марии Магдалины.
Последними жертвами плана по уничтожению представителей Дома Романовых стали великие князья Николай Михайлович, Павел Александрович, Георгий Михайлович и Дмитрий Константинович. Их расстреляли 27 января 1919 года в Петрограде, в Петропавловской крепости.
Но род Романовых не прекратился окончательно. Сегодня в различных странах мира проживают многочисленные потомки великих князей Романовых.
Главой Российского Императорского Дома является великая княгиня Мария Владимировна Романова, а глава Объединения потомков Дома Романовых – великий князь Николай Романов.

Загадочный старец Федор Кузьмич (к вчерашней сенсации): sergeytsvetkov

Осенью 1836 года полиция города Красноуфимска Пермской губернии задержала подозрительного старика. Барские манеры проезжего явным образом не соответствовали его крестьянской одежде. В полицейском участке странник показал, что зовут его Федором Кузьмичем, паспорта у него нет, родства своего он не помнит, а странствует потому, что решил божий мир посмотреть. За бродяжничество дали ему 20 ударов плетьми и по этапу отправили на поселение в Сибирь.
Федор Кузьмич осел в Томской губернии, в деревне Зерцалы, где построил себе избушку и жил, уча крестьянских детей грамоте. Бродяг, родства не помнящих, в Сибири перебывало видимо-невидимо. Но этот был особенный. Вскоре заметили, что он прекрасно осведомлен о придворной жизни, любит рассказывать о войне 1812 года и заграничных походах русской армии, но никогда не упоминает императора Александра I и его отца Павла. Будучи весьма религиозным человеком, он, однако же, никогда не причащался, и однажды сказал местному священнику: «Мне к причастию нельзя — я ведь отпет уже». Отставной солдат Оленьев, увидев как-то Федора Кузьмича на улице, поначалу оторопел, а потом бросился к нему с криком: «Это же царь наш, батюшка Александр Павлович!» — и отдал честь по-военному.
Потом нашлись другие свидетели, которые якобы видели у Федора Кузьмича подлинный документ о бракосочетании государя с императрицей Елизаветой Алексеевной или находили у него сходство с царем в манере вести беседу — разговаривая, он держал руки на бедрах, закладывал их за пояс или клал одну руку на грудь — любимые привычки Александра I.
За 11 лет до появления загадочного старца, в далеком Таганроге, внезапно и в еще молодых летах умер император Александр I. Один очевидец записал ходившие в его время «новые правдивые и ложные слухи», коих оказалось 51, и в том числе такие: «10-й слух: государь жив, уехал на легкой шлюпке в море… 32-й слух гласит, что однажды, когда государь в Таганроге приехал в строившийся для Елизаветы Алексеевны дворец,— караульный солдат предупредил его: «Не извольте входить на оное крыльцо. Вас там убьют из пистолета». Государь оказал: — Хочешь ли ты, солдат, за меня умереть? Ты будешь похоронен, как меня должно, и род твой будет награжден. То солдат на оное согласился» и т. д. Видимо, из всех этих фантазий и сложилась легенда: царь Александр I, вступивший на престол после насильственной смерти отца, отрекся от земного величия и ушел, в самом низком звании, замаливать грехи власти.
Наружность Фёдора Кузьмича современники описывают в следующих чертах: рост выше среднего, плечи широкие, высокая грудь, глаза голубые, ласковые, лицо чистое и замечательно белое; вообще черты чрезвычайно правильные и симпатичные. Характер добрый и мягкий, по временам, однако, старец проявлял легкие признаки вспыльчивости, впрочем умело сдерживаемой. Одевался он скромно и очень опрятно: в грубую холщевую рубаху, подпоясанную веревочкой, и такие же порты. На ногах коты и шерстяные чулки. Вся одежда была безупречно чистой.
В 1852 году томский купец Семён Феофанович Хромов познакомился с Фёдором Кузьмичем и стал заезжать к нему для беседы. Впоследствии Хромов уговорил его переехать на жительство сначала на свою заимку под Томском, а потом построил ему келью в своем городском саду. Здесь загадочный старец прожил до своей смерти, окруженный в семье хозяина настоящим культом. Отшельника посещали простецы-крестьяне, купцы, чиновники, представители духовенства.

Келья старца Феодора Кузьмича на заимке купца С. Ф. Хромова
Став при жизни живой легендой, Федор Кузьмич умер 20 января 1864 года и был похоронен на кладбище Томского Алексеевского монастыря. Перед смертью он сказал, что загадка его личности когда-нибудь разъяснится. Однако его тайна до сих пор продолжает будоражить умы.

На смертном одре
Незадолго до своей смерти Федор Кузьмич указал Хромову на мешочек, висящий над кроватью, и примолвил: «В нём моя тайна». После кончины старца мешочек был вскрыт, в нём обнаружились две записки — узкие бумажные ленты, исписанные с обеих сторон.

Подлинные записки считаются исчезнувшими при неизвестных обстоятельствах в 1909 году. Сохранились лишь их фотокопии, причём не очень хорошего качества.
Первая записка:
— текст на лицевой стороне: ВИДИШИЛИ НАКАКОЕ ВАС БЕЗСЛОВЕСИЕ СЧАСТИЕ СЛОВО ИЗНЕСЕ
— текст на оборотной стороне: НО ЕГДА УБО А МОЛЧАТ П НЕВОЗВЕЩАЮТ
Вторая записка:
— текст на лицевой стороне:
1 2 3 4
о в а зн
i Дк ео амвр А КРЫЮТ СТРУФИАН
с з Д я

— текст на оборотной стороне:
ВО ВО
1837 г. МАР.26 В ВОЛ
43 пар

Все попытки расшифровать записки старцы были безуспешны.
По инициативе великого князя Николая Михайловича надпись, сделанная старцем, была передана четырем опытным графологам. Их вердикт гласил: почерк не принадлежит императору Александру.
В своем исследовании «Легенда о кончине императора Александра 1-го» великий князь Николай Михайлович говорит, что историк В.К. Шильдер (автор четырехтомной биографии Александра I) в разговорах с ним доказывал, будто «освободитель Европы» провел вторую половину своей жизни, питаясь милостыней в убогой сибирской келье, что его вели с бубновым тузом по Владимирке и что царственную спину полосовала плеть палача…
Если бы фантастические догадки и народные предания могли быть основаны на положительных данных и перенесены на реальную почву, то установленная этим путем действительность оставила бы за собой самые смелые поэтические вымыслы… В этом новом образе, созданном народным творчеством, император Александр Павлович, этот «сфинкс, не разгаданный до гроба», без сомнения, представился бы самым трагическим лицом русской истории, и его тернистый жизненный путь устлали бы небывалым загробным апофеозом, осененным лучами святости.
В. К. Шильдер. «Александр I»
Великий князь Николай Михайлович подробно изучил все доступные источники о старце. Его исследование разрушает красивую легенду. Смерть Александра I в Таганроге не могла быть симуляцией, и в царской усыпальнице в Петропавловском соборе покоится прах не солдата и не адъютанта, а подлинного царя. Разыскивая среди представителей аристократии кандидата на роль Федора Кузьмича, Николай Михайлович допускал отдалённую возможность принадлежности таинственного отшельника к царской крови. По его словам, это мог быть сын императора Павла Петровича от его связи с вдовой князя Чарторижского, урожденной Ушаковой.
Рассказы о таинственном сибирском старце привлекли внимание и Л.Н. Толстого. Когда великий князь Николай Михайлович прислал Толстому оттиск своего исследования, Лев Николаевич ответил ему: «Пускай исторически доказана невозможность соединения личности Александра и Кузьмича, легенда остается во всей своей красоте и истинности. — Я начал было писать на эту тему, но едва ли не только кончу, но едва ли удосужусь продолжать… А очень жалею. Прелестный образ». Неоконченная повесть Л. Н. Толстого «Посмертные записки старца Федора Кузьмича» впервые была опубликована в 1912 году.

В 1984 году Фёдор Кузьмич был канонизирован Русской православной церковью как праведный Феодор Томский в составе Собора Сибирских святых. Память праведного Феодора Томского совершается (по юлианскому календарю): 10 июня (общецерковное празднование в составе Собора Сибирских святых), 20 января и 22 июня (местные празднования в Томской епархии).
_________________________________________________________________________
Рад сообщить, что моя книга «Последняя война Российской империи» (30 авт. л.) выйдет осенью этого года.
Заказать свой экземпляр с автографом и подарком от автора можно уже прямо сейчас по адресу:
http://planeta.ru/campaigns/15556 (там же см. информацию о книге)
или обратившись непосредственно ко мне (контакты в профиле).
Заказав книгу, вы получите её почтовой пересылкой (оплата за счет получателя). Возможен самовывоз в Москве при личной встрече.
Есть также вариант с электронной версией.
Если появились вопросы, пишите — отвечу.
Буду благодарен за перепост.

Таежный император: кем на самом деле был старец Федор Кузьмич – Москва 24, 11.08.2015

Фото: ronsslav.com
В самом конце июля графологи практически нашли ответ на вопрос, кем был старец Федор Кузьмич – экспертиза показала, что его почерк идентичен почерку императора Александра I. Обозреватель m24.ru Алексей Байков напоминает, откуда взялась загадка старца и как ее пытались решить раньше.
Жизнь монархов всегда была окутана завесой тайны, непроницаемой для обычных людей. Связано это с тем, что в тот момент, когда сама монархия оформлялась как институт, царь, как правило, совмещал функции предводителя войска и верховного жреца. В дальнейшем жречество частично отделилось от царства и превратилось в сакральную легитимацию власти.
Обратной стороной этого становятся народные легенды, приписывающие монархам чудесные свойства, вечную жизнь и способность творить чудеса. Каждому уважающему себя немцу известно, что император Священной Римской империи Фридрих I Барбаросса не умер на пути в Палестину, а спит в горной пещере и борода его продолжает расти, оплетая трон. И когда для Германии настанут по-настоящему тяжелые времена, то он выйдет и всем покажет.
Последний византийский базилевс Константин XI Палеолог не погиб при штурме Константинополя, а тоже где-то спит и проснется в тот день, когда придет пора грекам вернуть себе Второй Рим. Все императоры из самой древней на Земле династии – японской – после смерти в обязательном порядке становятся божествами и продолжают охранять священную землю Ямато.
Российская власть, точно так же общавшаяся со своими подданными из божественного облака, породила множество подобных легенд. Некоторых князей и царей и вовсе причислили к лику святых, другие чудесным образом воскресали, избегнув рук убийц и самой смерти. По числу самозванцев всех мастей Россия уверенно обогнала Европу и Византию.
Одних только спасшихся Петров III было примерно 40 штук, включая Емельяна Пугачева. И, честно говоря, история о старце Федоре Кузьмиче, под личиной которого якобы скрывался покинувший трон и державу Александр I, на этом фоне не выглядит чем-то особо выдающимся. Просто на днях она самым неожиданным образом пережила новое рождение.
У стен Кремля открыт памятник императору Александру I
Для начала расскажем саму легенду. Итак, 4 сентября 1836 года, то есть спустя примерно 11 лет после смерти Александра I, в Пермской губернии жандармы задержали странного старика, ехавшего на телеге непонятно куда и зачем. При нем не было обнаружено никаких документов, зато на спине имелись отметины от кнута, а в телегу был запряжен белый конь, какого вряд ли мог позволить себе простой крестьянин.
На допросе старик назвал себя Федором Кузьмичом Кузьминым, на вопросы о происхождении отвечал, что своих родных он не помнит. Поскольку формально никаких преступлений кроме бродяжничества ему вменить не удалось, его приговорили к 20 ударам кнутом и ссылке в Сибирь на вечное поселение. На суде Федор Кузьмич заявил, что он неграмотен (отметим этот факт!) и вместо него под приговором подписался мещанин Григорий Шпынев.
Приговор этот не сохранился, но в Государственном архиве Томской области, в фонде местной экспедиции о ссыльных, действительно имеется дело на некоего Федора Кузьмича Кузьмина.В нем есть словесное описание его примет: рост 2 аршина, 6 и 3/4 вершков (1,72 м), глаза серые, волосы светло-русые с проседью, кругловатый подбородок, на спине – следы от побоев кнутом. Рост Александра был 1,78 м, но сделаем скидку на возраст.
Александр I
По прибытии старца определили в работы на винокуренный завод в Боготольской волости. Там он провел следующие пять лет, исполняя обязанности мелкого подсобного рабочего. После окончания срока, и установленного ссыльным запрета на свободное перемещение в пределах губернии, Федор Кузьмич принялся, собственно говоря, «старчествовать». То есть стал ездить по окрестным селам, учить детей (!) и беседовать со всеми желающими о вере и Священном Писании.
Плату за свои труды он брал только едой, наотрез отказываясь от денег. Так он постепенно приобрел себе в глазах местного населения репутацию божьего человека, у которого спросить благословения и попросить совета не грех.
Первым его опознал ссыльный казак по фамилии Березин, видимо, ранее служивший в составе Его Императорского Величества Конвоя. Как-то он зашел в гости к покровителю старца казаку Семену Сидорову, застал там Федора Кузьмича и сразу же увидел в нем Александра – сложение, рост, цвет глаз, привычка держать полусогнутую руку на груди.
Старец Федор Кузьмич
Придя в себя, Березин рассказал о своих подозрениях всей станице Белореченской. Вторым старца узнал священник отец Иоанн Александровский, сосланный в Сибирь из Петербурга и неоднократно видевший там императора. Когда количество слухов и чудесных опознаний перевалило за некую критическую черту, Федор Кузьмич покинул Сидорова и уехал из Белореченской навсегда.
Несколько лет спустя он обосновался в селе Краснореченском, где ему построил келью местный крестьянин Иван Латышев. Туда же к нему порой наезжали престранные гости, к примеру, епископ Иркутский Афанасий, с которым «неграмотный» старец вел беседы на французском языке. Или гусарский офицер из Петербурга с супругой – по мнению видевших его, один в один похожий на Николая I.
Окрестным крестьянам и казакам Федор Кузьмич часто рассказывал различные истории, в основном о войне 1812 года, причем с такими подробностями, которые мог знать только человек, близкий к императору либо к ставке командующего или сам воевавший в чине никак не ниже бригадного генерала. Одна из них дошла до нас в более или менее подробном виде – о том, как во время поклонения мощам Сергия Радонежского загадочный голос подсказал Александру I «дать полную волю Кутузову». И тогда «как Фараон погряз в Чермном (Красном) море, так и французы [погрязнут] на Березовой реке (Березине)».
Домик Федора Кузьмича
Еще один момент узнавания случился, когда старец молился в боковой комнате, а за стеной кто-то вслух читал книгу, где пересказывались переговоры между Александром I и Наполеоном. Во время очередной реплики российского императора в исполнении неизвестного писателя, старец вышел, буркнул что-то вроде «никогда я ему такого не говорил» и ушел обратно. Это был, между прочим, единственный случай, когда Федор Кузьмич в открытую признал себя Александром.
Под конец жизни старец перебрался в Томск, где поселился во флигеле особняка купца Семена Хромова. Когда он уже лежал на смертном одре, новый покровитель решился все же спросить напрямую: «Есть молва, что ты, батюшка, не кто иной, как Александр Благословенный. Правда ли это?» В ответ Федор Кузьмич заплакал, стал креститься и ответил: «Чудны дела твои, Господи. Нет тайны, которая бы не открылась». На следующий день, 20 января 1864 года, он умер.
Федор Кузьмич на смертном одре (рисунок неизвестного художника, 22 января 1864 года)
Последняя из загадок Федора Кузьмича касается судьбы его тела, или, как принято говорить в церковном обиходе, мощей. В 1903 году местными почитателями легенды было подано прошение о строительстве часовни на месте предполагаемого погребения старца. Когда начали копать яму под фундамент, то был обнаружен запечатанный каменный склеп, внутри которого лежал гроб с нетленным телом. В 1936 году на месте этой часовни была устроена выгребная яма. В 1984 году, когда Федор Кузьмич был уже официально канонизирован, местные семинаристы под руководством археолога Людмилы Чиндиной провели там раскопки и обнаружили гроб без крышки, в котором лежал почти полный скелет без черепа. Именно эта находка в настоящий момент и считается мощами Федора Кузьмича, кому в действительности принадлежат останки – неизвестно.
Впрочем, история с мощами противоречит документу, также лежащему в основе одной из версий легенды – так называемой записке Врангеля, озаглавленной «Вся правда о Федоре Кузьмиче». В ней известный искусствовед Врангель излагает историю, рассказанную ему сыном известного психиатра Ивана Балинского – Игнатием.
История, в свою очередь, представляет собой запись предсмертного откровения швейцара психиатрической клиники у Литейного моста, некоего Егора Лаврентьева, переведенного на эту должность по личному указанию императора Александра II. До клиники он служил в гарнизоне Петропавловской крепости, исполняя обязанности служки при соборе, где в том числе ухаживал за могилами царской усыпальницы.
Памятник Федору Кузьмичу на месте его кельи в поселке Хромовка
Однажды ночью в 1864 году его вместе с тремя остальными приписанными к собору солдатами подняли по тревоге и приказали построиться у ворот крепости. Там они увидели Александра II в парадной форме в сопровождении министра двора графа Адлерберга. Спустя некоторое время к собору подъехал траурный катафалк, с которого сняли гроб. В нем лежал длиннобородый старец в простой одежде. Гроб торжественно внесли в Петропавловский собор, вскрыли могилу Александра I – она, разумеется, оказалась пустой – и с почетом опустили туда тело старца. Граф Адлерберг обещал щедро наградить солдат, но потребовал, чтобы все случившееся оставалось в тайне. А через несколько дней всю бригаду служек разослали по разным местам, наградив богатыми денежными подарками.
Проблема лишь в том, что даже эту версию невозможно проверить, поскольку могилу Александра запрещали вскрывать даже при советской власти, и де-факто она считается разграбленной то ли в 1918, то ли в 1921 году, когда в дворянских захоронениях искали ценности для помощи голодающим Поволжья.
В наши дни почему-то стало принято безоглядно доверять экспертам. Если некое утверждение снабжено ссылкой на мнение экспертов – оно автоматически становится верным. Мы крайне редко задаемся простыми вопросами: в какой именно области работают эксперты? Каковы их реальные достижения? И на основании каких материалов они делали свои выводы? Недавно некие «эксперты-графологи» сообщили СМИ о том, что они провели сравнительное исследование рукописей старца Федора и императора Александра I и убедились в том, что перед ними почерк одного и того же человека. История полуторавековой давности вновь обрела плоть и кровь.
И вот тут самое время остановиться. Дело в том, что никаких «рукописей старца Федора Кузмича» не существует в природе. Вернее, существуют два клочка бумаги, исписанные с обеих сторон, на одном из которых выписка из Евангелия, прочие записи зашифрованы:
фото: ruposters.ru
По одной версии там написано: «Видишь ли, на какое молчание вас облекло ваше счастье и ваше слово». По другой: «Но когда Александры молчат, Павлы не возвещают». И, наконец, в книге «Легенда о кончине императора Александра I в Сибири в образе старца Федора Кузьмича» за авторством великого князя Николая Михайловича давался третий и совсем уж экзотический вариант: «Се Зевс Николай Павлович, без совести сославший Александра, от чего аз нынче так страдающь брату вероломно вопию… »
Для начала мы не можем с абсолютной точностью утверждать, что эти записки сделаны рукой самого Федора Кузмича. Как? А вот так. Старец до конца жизни таскал с собою какой-то мешочек, когда он умер, в нем нашли эти бумажки. Никто и никогда не видел, чтобы старец их писал. То есть перед нами образец почерка, приписываемый Федору Кузмичу.
Еще существует конверт с надписью «Милостивому Государю Симиону Феофановичу Хромову. От Федора Кузьмича», насчет которого у историков есть аналогичные сомнения: сам ли старец его надписал или кого-то об этом попросил и не старался ли он при этом изменить свой почерк.
Во-вторых, «эксперты-графологи» этих бумажек в руках не держали и в глаза не видели. Дело в том, что оригиналы записок Федора Кузьмича были загадочным образом утрачены в 1909 году, а для потомства остались их фотокопии, сделанные в начале XX века. Местный монастырь потом печатал их на открытках и продавал всем желающим. Даем маленькую такую поправочку на разрешающую способность фототехники того времени. Ну и разумеется, историки уже давно убедились в том, что история о загадочной утрате оригинала зачастую прикрывает вброс криво сделанной фальшивки, как это было, например, с «Велесовой книгой».
То же самое, кстати, касается и портрета Федора Кузьмича, который СМИ еще с тех пор полюбили печатать рядом с портретом Александра. При этом нигде не говорится, что портрет был написан уже после смерти старца одним из апологетов легенды и с оглядкой на императора, отсюда и явное сходство.
В-третьих, если эти записки все же были сделаны рукой Федора Кузмича, то писал он их, находясь на пороге между пожилым возрастом и старостью. С годами почерк у человека меняется. Цитируя самих же экспертов: «Обычно почерк стабилизируется к 25 годам и находится в этом состоянии без существенных изменений до пожилого возраста (60 лет). К этому времени начинают появляться изменения почерка. В старческом возрасте (74 года и выше) происходит деградация письменно-двигательного навыка».
И, наконец, в-четвертых: хороший каллиграфический почерк вообще трудно различим, в нем очень сложно выделить какие-либо характерные особенности. Александр, которого с младых ногтей наставляли в чистописании, всю жизнь писал как по прописи, Федор Кузьмич, судя по этим бумажкам, тоже. Однако эта общая черта не облегчает идентификацию, а наоборот, усложняет ее. Мало ли у кого почерк красивый.
Впрочем, вряд ли кто-то вообще проводил хоть какую-то экспертизу. Журналисты стали разматывать клубок с этого конца и обнаружили, что «открытие» было сделано в рамках программы развития туризма в регионе, что по телефонам так называемого Русского графологического общества никто не отвечает, и что «эксперт-графолог» Светлана Семенова никаких опубликованных работ и иных заслуг в данной области не имеет.
Церковь Казанской иконы Богородицы и часовня Федора Кузьмича (Богородице-Алексеевский монастырь, Томск)
Кстати, Семенова была далеко не первой, кто при взгляде на записки Федора Кузьмича сказал, что они написаны рукой покойного императора. Первым был адвокат Кони, но надо понимать, что в те времена почерковедение все еще находилось в зачаточном состоянии и что наш великий юрист просто узнал почерк, а не проводил с ним каких-либо исследований. Кроме того, в 1906 году по заказу великого князя Николая Михайловича была проведена уже полноценная экспертиза конверта, которая дала отрицательный результат. То есть как минимум одна из записей, приписываемых Федору Кузьмичу, совершенно точно сделана не рукою Александра I.

Подведем итоги

«Праведное житие» Федора Томского, равно как и истории о том, как кто-то узнал в нем покойного императора, в основном записаны на основе устных рассказов очевидцев, а также их знакомых и близких родственников. То есть мы имеем дело с типичным случаем распространения народной молвы. Недаром же в среде историков и работников уголовного розыска возникла поговорка: «Врет, как очевидец».
Но зато все эти свидетельства объединяет одна внешне малозначимая черта: везде, когда житийными источниками приводится прямая речь старца, он употребляет обращения, характерные для уроженцев тогдашней Украины или южнорусских губерний: «паннушки», «панок» и т.д. Воспитанный в Петербурге, Александр так говорить не мог.
Действительно, Александр неоднократно говорил окружающим о своем желании втайне оставить престол. Проблема в том, что он вообще много чего говорил, например, о том, что он республиканец по духу. Кончил же он, как известно, ужесточением цензуры, запретом масонских лож и военными поселениями.
То же самое касается и ухода с престола: заранее заготовленный манифест о переходе права наследования от Константина к Николаю так и пролежал в раке московского Успенского собора, и умирающий император о нем так и не вспомнил. Это привело к периоду междуцарствия, когда сам Николай публично присягнул императору Константину, был отпечатан константиновский рубль, а в книжных магазинах Петербурга были выставлены литографические портреты нового государя. В конечном счете эти же обстоятельства стали причиной скоропалительного выступления декабристов, во время которого солдаты шли на Сенатскую с кличем: «Да здравствует Константин и его жена Конституция!»
То есть Александр, имевший, по отзывам современников, богатырское здоровье, заболев в Таганроге, вовсе не собирался там умирать и уж тем более исчезать в неизвестном направлении.
Сделанная недавно «графологическая экспертиза» нужна была в основном для привлечения внимания СМИ к Томску и тайне старца. Те, кто ее проводил, судя по всему, не являлись специалистами в области почерковедения, имели дело не с оригиналами рукописей, а с их фотокопиями, к тому же до сих пор не установлено, писал ли Федор Кузьмич свои записки лично или просто хранил их, или они вообще являются позднейшей подделкой.
Загадочные истории с телом Александра, как-то: похороны в закрытом гробу, изменения лица, сомнения Марии Федоровны и так далее – объясняются довольно просто: при бальзамировании была допущена ошибка, тело везли из Таганрога в Петербург почти два месяца, и то, что в итоге доехало, уже крайне мало напоминало Александра при жизни.
Именно на это и намекает письмо Петра Волконского статс-секретарю Марии Федоровны Вилламову, в котором он предлагает не открывать гроб с царским телом в Петербурге, так как «от здешнего сырого воздуха… черты покойного совсем изменились».

Читать «Легенда о смерти Александра I» — Бунин П. — Страница 6 — ЛитМир

— Хочешь за меня быть изрубленным?
— Я не хочу ни того, ни другого, — ответил солдат.
Тогда Государь стал убеждать солдата умереть за него, обещая ему, что он будет похоронен, как царь, и что род его будет награжден.
Солдат после некоторого раздумья согласился. Надел одежду Государя, а его спустил на веревке в окно.
Через некоторое время явились убийцы. Увидев солдата, они приняли его за Государя и убили, а
Александр остался жив и скрывается под другим именем.
Есть другая вариация этого рассказа.
В Таганроге строился дворец для Елизаветы Алексеевны, рассказывает это предание. Государь захотел посмотреть дворец, подъехал к нему с заднего крыльца и хотел войти. Около крыльца стоял часовой. Увидев Государя, он его остановил и сказал:
— Ваше Императорское Величество, не извольте туда идти, там вас убьют.
Государь остановился, задумался, потом сказал солдату:
— Хочешь ли ты, солдат, умереть за меня? Тебе будут оказаны царские почести и твой род будет награжден. Солдат согласился.
Государь надел солдатский мундир и стал на часы, а солдат надел царский, набросил на плечи шинель, закрыл ею лицо и пошел во дворец. Когда солдат вошел в первую комнату, раздался выстрел из револьвера. Пуля пролетела мимо. Солдат повернулся и бросился бежать. Но вслед ему раздался другой выстрел, которым солдат был убит. Его схватили и потащили во внутренние комнаты, думая, что убитый — император Александр. От государыни убийство скрыли, сказали, что Государь сильно заболел и умер.
Между тем, пока все это происходило, Александр стоял на часах и ждал, что будет с солдатом. Когда он услыхал выстрелы, то бросил ружье и скрылся.
Таков второй рассказ на эту тему.
Так в народном сознании отразилась неожиданная смерть императора Александра.
ЛЕГЕНДА
о старце Федоре Кузьмиче
В 1860 году один знакомый князя Голицына, зайдя к нему в гости, показал ему фотографию.
— Вот посмотрите, — сказал он ему, — не найдете ли сходство с кем-нибудь вам известным?
На фотографии был изображен высокого вида, совершенно седой старец в простой крестьянской белой рубахе, опоясанный веревкой. Старец стоит среди крестьянской хижины. Лицо прекрасное, кроткое, величественное, черты благородные.
— Нет, — ответил князь, — ни с кем не нахожу сходства.
— Я вас, может быть, удивлю вопросом, — продолжал знакомый князя, — но всмотритесь хорошенько, не находите ли вы сходства… с покойным императором Александром Павловичем?
Тогда Голицын стал внимательно вглядываться в фотографию и, действительно, нашел некоторое сходство и в чертах лица, и в росте. Но было непонятно, почему Государь в бороде и в таком странном одеянии.
Знакомый рассказывал, что это портрет появившегося в западной Сибири старца, которого народная молва считает за Александра I-го, отрекшегося от престола и скрывавшегося в Сибири, и рассказал его биографию.
I
Не помнящий родства
Как-то однажды, в осенний день, — это было в 1836 году — к одной из кузниц, расположенных на окраине города Красноуфимска, подъехал человек лет 60-ти; он был совершенно седой, в черном деревенском кафтане, в личных сапогах — имел вид зажиточного крестьянина. Ему нужно было перековать лошадь. Совершенно недеревенское лицо путника, манера держаться, плавная речь — сразу обратили на себя внимание кузнеца и нескольких обывателей, остановившихся посмотреть на красивую лошадь и на необыкновенного всадника.
На вопрос, кто он и откуда едет, путник ответил, что он крестьянин, зовут его Федор Кузьмич. На остальные вопросы давал ответы неопределенные или совсем не отвечал.
Его ответы показались неправдоподобными, и кто-то из слушавших беседу обывателей сообщил о странном путнике полиции.
Старец был арестован. Он не протестовал, когда его арестовали, спокойно пошел в полицию и давал свои показания. Он опять назвал себя Федором Кузьмичем, сказал, что он крестьянин и что лошадь, на которой он приехал, принадлежит ему. На более подробные вопросы о своем происхождении ответил, что он бродяга, не помнящий родства.
Началось формальное следствие. Старцу было объявлено, что за бродяжество ему грозит наказание плетьми и ссылка в Сибирь. Производившие расследование из бесед со старцем убедились, что перед ними не бродяга, а человек глубоко интеллигентный, из высшего общества, сознательно скрывающий свое звание. Несмотря на настойчивые уговоры раскрыть, кто он, старец по-прежнему утверждал, что он бродяга, не помнящий родства.
Федор Кузьмич был предан суду.
Достоинство, с которым держался старец на суде, интеллигентность и мягкость его натуры расположили к нему даже судей. Но ввиду того, что, несмотря на уговоры, он упорно отказывался открыть свое имя, суд приговорил его к двадцати ударам плетьми и к ссылке на поселение.
Старец спокойно выслушал приговор и также спокойно лег под плети. И, может быть, те, кто приводил приговор в исполнение, в первый раз почувствовали стыд от того, что они делают, ибо так было много человеческого достоинства в этом «не помнящем родства бродяге» и такой чудовищной казалась производившаяся над ним расправа.
Местом жительства Федору Кузьмичу была назначена деревня Зерцалы Тобольской губернии, близ г. Ачинска.
Вместе с партией арестантов с этапа на этап по ужасным сибирским дорогам следовал старец к месту своего назначения.
Он не затерялся в толпе. Высокая статная фигура, совершенно седые волосы и борода, голубые, ясные, приветливые глаза, живая, задушевная речь и какая-то проникновенная мягкость и теплота его голоса, его движений — все обращало на него внимание. Было странно видеть его в толпе арестантов; так, казалось, он далек от этого лязга цепей, от этих бритых голов, от грубой ругани, которая висела в воздухе… Арестанты сначала косо посматривали на этого странного человека, сторонились его, но потом привыкли и полюбили.
И нельзя было не полюбить. Ласковый, внимательный, он был всегда там, где видел горе и страдания. Ухаживал за больными, со всяким делился всем, что имел. К нему шли за советами, и он утешал ласковым словом и ободрял падавших духом. Разбирал ссоры и обиды и примирял враждовавших.
На этапах, где приходилось ночевать, около него всегда собирался кружок, чтобы послушать его беседы.
В сумерках вечера, когда все засыпало, при едва мерцающем свете фонарей, освещавших камеру, собирались где-нибудь в углу почитатели старца. Он простым и понятным языком толковал им священное писание или рассказывал об отечественной войне, участником которой, очевидно, был, ибо передавал события с большими подробностями. Его слушатели, затаив дыхание, ловили каждое слово — так незаметно проходил вечер. Когда старец дошел до места ссылки, то за ним уже шла молва, как о человеке святой жизни.
Старца поместили в казенный краснореченский винокуренный завод, расположенный в двух верстах от села Краснореченска. Необыкновенная личность Федора Кузьмича скоро обратила на себя внимание. Он и здесь старался быть на народе и помочь каждому, чем мог. Рабочие завода сильно его полюбили. Смотритель относился к нему с величайшим уважением и освободил его от принудительных работ.
Так жил он здесь тихо и незаметно около пяти лет. Добрый, немного вспыльчивый, но скорее флегматичный, он как-то совсем отрешился от себя. Его мысль целиком была направлена на заботу о людях, об их жизни. Все, кто сталкивался со старцем, любили его, и за то добро, которое он делал, желали хоть немного скрасить его жизнь.
Однажды, заметив, что Федор Кузьмич утомился от жизни на людях и хотел бы уединиться, один из почитателей старца казак Семен Николаевич Сидоров, житель Белоярской станицы пришел к нему и сказал:
— Тяжело тебе тут, Федор Кузьмич! Все люди да люди, и отдохнуть негде. Поселился бы ты у меня. Я тебе построю отдельную келью, и будешь ты жить спокойно.
Федору Кузьмичу понравилась мысль Сидорова; давно он мечтал об этом и дал согласие.

13

ИСТОРИЯ ОТЕЧЕСТВА
ЛЕГЕНДА О ЦАРЕ АЛЕКСАНДРЕ БЛАГОСЛОВЕННОМ
И СТАРЦЕ ФЕДОРЕ КУЗЬМИЧЕ

(Продолжение. Начало в № 385)
Плащ императора

Умер ли царь Александр Благословенный в Таганроге в 1825 году, или скрылся под видом старца Федора Кузьмича и окончил свои дни в Сибири?
Спустя некоторое время после мнимой или действительной кончины
царя Александра Первого в Таганроге ему возвели памятник. Бронзовая фигура императора была задрапирована плащом, из-под которого виднелся генеральский мундир.
Что-то было в характере государя, заставившее руку скульптора накинуть
простой плащ на его эполеты. И на вопрос – мог ли царь все бросить и уйти – почти два века из тысяч уст прямо и косвенно звучит ответ:
– Да, несомненно, это было вполне в его духе.
В последние годы жизни его
все чаще видели стоящим на коленях. Царь молился, на колени, на стояние перед Господом все больше переносился центр тяжести государя, и стоит ли удивляться легенде, что однажды душа его и вся судьба перевернулись – император стал нищим странником.
Как-то раз Вяземский обронил об Александре Первом: «Сфинкс, не разгаданный до гроба». Добавим, что и после гроба. Но кто только не брался отгадывать!
По следам Федора Кузьмича
Жизнь св.Федора Томского более или менее хорошо прослеживается с середины 30-х годов ХIX века. О том, что он делал прежде, имеется несколько весьма смутных
намеков.
Есть версия, что после своей мнимой смерти государь отправился в Саровскую пустынь, где окормлялся преподобным Серафимом под именем послушника Федора. Сохранился рассказ, как император Николай Первый не поленился однажды
проскакать сотни верст до Сарова, чтобы повидаться с братом.
Так это или нет – трудно утверждать. В пользу этой версии можно сказать лишь то, что первые упоминания о Федоре Кузьмиче появляются через какое-то время после смерти
св.Серафима. Некоторые изречения старца выдавали его знакомство с преподобным.
* * *
Существует также удивительный рассказ о том, как Федор Кузьмич в 35-градусный мороз ходил босой по Красноярску. Потом исчез
на глазах толпы, причем все почувствовали, что потеряли что-то близкое и дорогое. Там же, в Красноярске, один богатый господин якобы опознал в нем царя Александра и заплакал.
Увы, это мало согласуется с известной нам частью
биографии старца. Он не любил привлекать к себе внимания.
* * *
Поэтому попробуем лучше начать с официальных документов. Первое свидетельство о Федоре Кузьмиче датируется 4 сентября 1836 года. Старец ехал на
лошади, запряженной в телегу через Кленовскую волость Красноуфимского уезда Пермской губернии. Ехал в неизвестном направлении. Документов при нем не нашли, зато на спине обнаружены были следы ударов кнутом или плетью.
10 сентября
дело бродяги было разобрано в суде. Старик имел величественную наружность, приятное обхождение и манеры. Это очень расположило к нему судей, однако все просьбы открыться, сообщить, какого он звания, были тщетны. В результате бродяга был присужден к 20
ударам плетей. Хотели отдать его в солдаты, но по возрасту он был к этому непригоден. Тогда решено было выслать старика в Сибирь.
И здесь вот что любопытно. Старец приговором остался доволен, но, сославшись на неграмотность,
доверил расписаться за себя мещанину Григорию Шпыневу.
Между тем нам доподлинно известно, что Федор Кузьмич был не просто грамотен, но хорошо образован. И всю жизнь опасался, что образец его почерка попадет к властям.
* * *
Не только красноуфимцы дивились манерам Федора Кузьмича. Он был единственным человеком во всей партии заключенных, отправленных в Сибирь, кто не был закован к кандалы. На ночлегах ему отводили особое
помещение.
Офицеры, солдаты и сотни каторжников полюбили старика, как отца. Он заботился о слабых и больных, для всякого находил теплое слово. Здесь важно подчеркнуть, что почитание старца началось задолго до появления легенды о
его царственном происхождении.
В Томск арестанты прибыли 26 марта 1837 года. К тому времени относится рассказ об одной томской горожанке. Она страстно хотела увидеть царя, и вот однажды ей приснился сон. Некий человек говорит ей:
«Выйди завтра на Воскресенскую гору, и твое желание исполнится». Женщина вышла и увидела, как приближается арестантская партия. Осунувшиеся, угрюмые, несчастные лица проплывали перед ее глазами…
В Сибири
Первые пять лет
своей ссылки Федор Кузьмич прожил в селе Зерцалы близ Томска. Заметив желание старца удалиться от людей, казак Семен Сидоров построил ему келью-избушку в станице Белоярской.
Это внимание к старцу весьма любопытно. «Нужно обладать
редкими качествами и иметь за собой блестящее прошлое, чтобы возбудить в Сибири всеобщее внимание и уважение», – признает исследователь Г.Василич.
Между тем Федор Кузмьмич, не прилагая к этому никаких видимых усилий, достигает
того положения, которого не могли добиться сотни опальных вельмож, генералов, архимандритов, живущих в тех местах. Чем это объяснить?
Доходило до смешного. Е.Монахов в очерке «Кто он?» (1906 г.) доказывал, что в томском
Богородице-Алексиевском монастыре он видел железные башмаки Федора Кузьмича, весом в семь килограммов, сильно стертые на пятках.
Однако настоятель монастыря о.Иона решительно это опроверг. На самом деле башмаки принадлежали некому
юродивому Константину.
Все, что известно о жизни старца со слов очевидцев, говорит о том, что претерпевая немало лишений, никогда не искал он страданий специально. Одна почитательница принесла Федору Кузьмичу пирог с нельмой и
выразила сомнение, станет ли он его кушать.
– Отчего же не буду, – спросил старец, – я вовсе не такой постник, за кого ты принимаешь меня.
Следует заметить, что он не любил жирной и вкусной пищи. Питался
обычно сухарями, вымоченными в воде. Но при этом он ни от чего не отказывался, даже от мяса, хотя ел понемногу – скорее, для вида. На праздники его заваливали дарами – пирогами, шаньгами. Он охотно принимал их, а потом раздавал нищим и странникам.
Денег никогда не принимал и не имел.
Доказывая, что старец пытался создать свой культ, Василич не сумел найти ни одного доказательства.
Самое удивительное как раз в том и состоит, что на протяжении всей жизни
Федор Кузьмич вел себя предельно естественно. Никто не видел, как он молился, но после смерти обнаружилось, что колени старца представляют собой сплошные мозоли.
Он строго постился, но не требовал, чтобы и другие следовали его
примеру. Ходил по селениям и учил детей грамоте, но поучать, лезть с советами ни к детям, ни ко взрослым не пытался. Быть может, поэтому к нему шли за советами отовсюду, шли тысячами. Пропала ли корова, или заболел кто – отправлялись к старцу.
Огромного роста, большой силы, голубоглазый старик в белой полотняной рубахе не воспринимался как юродивый и не вызывал жалости. Поднимал на вилы целую копну сена и легко ворочал бревнами. Это был добрый и умный богатырь, искупающий
старые грехи. Все, что нам известно о нем, оставляет светлое чувство. Даже покаяние у Федора Кузьмича было какое-то раннехристианское, радостное. Все понимали, что он птица высокого полета, спрашивали, не тяготит ли его нынешняя жизнь, полная
лишений.
Старец улыбался в ответ и говорил примерно следующее:
– Почему вы думаете, что мое нынешнее положение хуже прежнего? Я сейчас свободен, независим, покоен. Прежде нужно было заботиться о том, чтобы не
вызывать зависти, скорбеть о том, что друзья меня обманывают, и о многом другом. Теперь же мне нечего терять, кроме того, что всегда останется при мне – кроме слова Бога моего и любви к Спасителю и ближним. Вы не понимаете, какое счастье в этой свободе
духа.
* * *
Епископ Парфений Томский одно время полагал, что старец находится в прелести, но потом ему явился во сне св.Иннокентий Иркутский и приобщил его вместе с Федором Кузьмичом из одной чаши. На этом
конфликт был исчерпан.
Рассказывают, что брат известного алтайского миссионера архимандрита Макария, сильно ополчившийся на Федора Кузьмича, после беседы с ним раскаялся и со слезами говорил о старце как о великом святом
человеке.
Причина, по которой старец вызывал сомнения у духовенства, заключалась в том, что никто не видел, как он причащается. Однако, когда выяснилось, что старец принимает Святые Дары в Красноярске у духовника, отношение к нему
стало меняться к лучшему, пока не переросло в уважение.
Кроме епископа Томского Парфения, старца навещали владыки Афанасий Иркутский и Иннокентий Иркутский.
Начало легенды
Но продолжим описание скитаний старца по Томской губернии. В начале ХХ века в доме казака Сидорова, давшего приют Федору Кузьмичу, можно было увидеть
рядом на стене литографированный портрет царя Александра Благословенного и большую карточку Федора Кузьмича с надписью на обороте:
«Великий раб Божий старец Феодор Козьмич, скончался 20 января в Томске, в келье при доме купца
Хромова. Тело его погребено в Томском Алексиевском монастыре. Здесь же был из бродяг, пришел в Сибирь в 1837 году в 43-й партии».
И хотя сходство царя и старца было несомненным, никаких комментариев к этому на карточках не было.
Именно из-за этого сходства старец и покинул Сидорова. Однажды в гости к Сидорову зашел другой казак – Березин, который долго служил в Петербурге. Увидев Федора Кузьмича, он ахнул и опознал в нем покойного государя. Старец молча ушел в свою келью.
Еще один казак – Антон Черкашин – вспоминал в начале ХХ века, что императора Александра опознал в старце также и местный священник о.Иоанн Александровский. Он за какую-то провинность был выслан в Белоярскую из Петербурга. Священник
неоднократно и открыто заявлял, что не мог ошибиться, так как видел императора много раз.
Все это заставило Федора Кузьмича жить в своей келье почти безвылазно. Наконец он решился покинуть станицу Белоярскую.
Многие зажиточные крестьяне стали его звать к себе, но старец выбрал избушку беднейшего крестьянина Ивана Малых. Тот только что окончил срок каторжных работ, жил с большой семьей, в кругу которой старец провел зиму. Затем ему из старого овечьего хлева
крестьяне соорудили новую келью. Здесь Федор Кузьмич прожил десять лет.
В 1907 году 70-летняя крестьянка Мария Петровна Меньшикова из села Зерцалы вспоминала о старце, что каждую субботу Федор Кузьмич выходил за околицу, встречая
там очередную партию арестантов, и щедро наделял их милостыней.
* * *
В 1849 году старец перебрался в келью, построенную для него крестьянином Иваном Латышевым близ села Краснореченского, рядом с пасекой. Об
этом периоде сохранилось воспоминание, как Федора Кузьмича навещал архиерей – Афанасий Иркутский. Что удивило местных жителей: разговаривали они на иностранном языке – скорее всего, на французском. На этом языке старец разговаривал и с другими знатными
посетителями.
* * *
Истории узнавания в старце императора многочисленны, но часто недоказуемы. Поэтому обратимся к фактам, пусть и косвенно, но подтверждающим, что старец и император Александр, возможно, были
одним и тем же лицом.
На протяжении всей жизни Федор Кузьмич держал при себе иконку св. Александра Невского, чрезвычайно ею дорожил. В день Александра Невского старец бывал, по многим свидетельствам, очень весел, рассказывал, как
отмечался некогда этот день в Петербурге, позволял себе покушать более обычного.
И, наконец, покидая село Зерцалы, старец оставил в здешней часовне образ Печерской Божией Матери, Евангелие и раскрашенный вензель на бумажном листе,
изображающий букву «А», с короной над ней и летающим голубком вместо горизонтальной перемычки в букве. Этот вензель можно было видеть в зерцаловской церкви еще накануне революции.
Исходя из этого, можно со всей ответственностью
утверждать, что Федор Кузьмич в прежней своей жизни именовался Александром. А вот что означала корона над буквой – это пусть каждый судит сам.
* * *
Особую страницу в истории Федора Кузьмича занимали его
рассказы о последних десятилетиях русской истории, которую он знал едва ли не досконально. Рассказывая о войне 1812 года, сообщал такие подробности, что его знакомые из образованных ссыльных, священники, казаки, солдаты не переставали удивляться.
Вспоминал об Аракчееве, Суворове, Кутузове. О Кутузове старец обронил, что царь Александр этому полководцу завидовал. И рассказал, как вышло, что Кутузов был назначен главнокомандующим в Отечественную войну:

Когда французы подходили к Москве, император Александр припал к мощам Сергия Радонежского и долго со слезами молился этому угоднику. В это время он услышал, как внутренний голос сказал ему: «Иди, Александр, дай полную волю Кутузову, да поможет Бог
изгнать из Москвы французов».
Когда пришло известие о смерти Николая Первого, Федор Кузьмич отслужил панихиду и долго, истово, со слезами молился.
Купец Симеон Хромов рассказывал также, как однажды в
присутствии старца рабочие запели песню «Ездил Белый русский Царь», в которой рассказывалось о победоносном шествии Александра Благословенного на Париж.
Федор Кузьмич слушал, слушал, потом заплакал и сказал:
– Друзья, прошу вас больше не петь этой песни.
Прозорливость старца
В селе Зерцалы поселился один
бродяга. Раз он пошел познакомиться с Федором Кузьмичом, зная, что тот жалеет разбойников. Однако в этот раз все сложилось иначе.
– Уходи, уходи, – услышал он вдруг слова Федора Кузьмича, – у тебя руки в крови, свой грех другому
отдал.
Убийца, говорят, побледнел как полотно, а через несколько дней ушел в Томск и повинился властям в убийстве десяти человек. Он действительно смог перед тем избежать каторги, поменявшись именем с одним ссыльным.
* * *
Купец Нацвалов поднял с земли потерянные кем-то монеты.
– Зачем ты взял медные деньги? Они положены были не для тебя, – укорил его при встрече Федор Кузьмич.
* * *
Один иерей прилюдно назвал Федора Кузьмича безбожником за то, что тот уклонялся ходить к нему на причастие. В тот же день священник слег. Врач, прибывший из Ачинска, признал его положение безнадежным.
Тогда
семейство этого священника обратилось к Федору Кузьмичу с просьбой простить своего ретивого главу.
Старец осмотрел больного и строго сказал, что не нужно поносить тех, кто никому не делает зла, и надо воздерживаться от вынесения
приговора над людьми. Затем сказал, что больной скоро поправится. Так и вышло.
* * *
Купец Хромов, благодетель Федора Кузьмича, как-то тяжело задумался, что ему делать после смерти старца, как его хоронить без
документов?
Однажды Федор Кузьмич вдруг заговорил:
– Панок… если ты сомневаешься во мне, то выбрось меня на улицу, и пусть там тело мое съедят псы.
Хромов разрыдался и более о
документах старца не беспокоился.
* * *
Любимица старца, его ученица Саша, вспоминала, как старец обещал ей:
– Ты непременно выйдешь замуж за какого-нибудь офицера.
И верно, в одном из паломничеств, совершаемых по благословению старца, Саша приглянулась хорошему, глубоко верующему человеку – майору Федорову – и стала его женой.
Однажды, еще в пору девичества, Саша сказала старцу, что ей очень
хотелось бы увидеть царя, имея в виду Николая Первого. Старец задумался и отправил ее в Почаевский монастырь, наказав там найти некую добрую графиню-паломницу.
В обители девушке указали на графиню Остен-Сакен, у которой Саша
прогостила после этого несколько месяцев в Кременчуге. Здесь сбылась ее мечта – она не просто увидела царя, но и познакомилась с ним. Николай Павлович был с девушкой очень ласков, забросал ее вопросами о крестьянской жизни.
Но что
самое интересное – вернувшись, Саша безо всякой задней мысли сказала старцу:
– Батюшка Федор Кузьмич, как вы на императора Александра похожи!
Старец изменился в лице, нахмурился и спросил, кто научил ее это
сказать. Девушка испугалась. Ответила, что никто ее не учил, просто она видела портрет царя Александра у Остен-Сакенов. И мало того, что покойный государь лицом со старцем схож, но и руку так же любил держать.
Федор Кузьмич встал
и вышел в соседнюю комнату. Саша при этом заметила, как он отирает рукавом слезы.
Этот рассказ был записан М.Ф. Мельницким непосредственно со слов Александры Никифоровны Федоровой.
Кончина Федора Кузьмича
Последние годы Федор Кузьмич жил в доме купца Семена Феофантьевича Хромова, который то богател, то разорялся, одно время даже владел золотыми приисками.
– Охота тебе заниматься этим промыслом, – заметил ему старец при первой встрече, – и без него Бог питает тебя.
Потом строго наказал не обирать рабочих, пока будет владеть приисками, и не развивать добычу золота.
Человек Хромов был, впрочем, хороший, и старец в конце концов согласился переехать к нему.
Перед смертью Федор Кузьмич немного погостил у своего первого благодетеля казака Семена Сидорова. На обратном пути до самого Томска перед
повозкой двигались два ослепительно белых столба. Старец не глядел на дорогу, но когда дочка Хромова Аня обратила на столбы внимание Федора Кузьмича, тот промолвил тихо:
– О, Пречистый Боже, благодарю.
В
последние свои дни старец страдал, но терпел, стараясь никого не беспокоить. Это было для него очень характерно.
Когда прибыл его исповедовать о.Рафаил из Алексиевского монастыря, то и на смертном одре Федор Кузьмич наотрез
отказался раскрыть свою тайну.
– Это Бог знает, – тихо проговорил Федор Кузьмич в ответ на предложение назвать имя своего ангела, для помина души.
Имена родителей он также назвать отказался, сказав лишь, что
Святая Церковь за них молится.
Симеон Хромов рассказывал, что ему больше посчастливилось. Упав на колени, он спросил у старца, не Алекандр ли Благословенный тот?
Федор Кузьмич будто бы ответил:
– Чудны дела твои, Господи… нет тайны, которая не откроется.
Было ли то на самом деле, или Хромов себя в этом убедил, остается неясным.
Умер Федор Кузьмич, сложив пальцы для крестного
знамения. В момент его кончины многие увидели, как из дома Семена Хромова трижды поднялись громадные языки пламени. Пожарные, увидев зарево, долго искали место пожара, но так и не нашли.
Архимандрит Иона вспоминал в начале ХХ
века, что после смерти старца в его бумагах нашли свидетельство о бракосочетании Великого Князя Александра Павловича с принцессой Баден-Дурлахской Луизой-Марией-Августой.
Это подтвердила томская жительница О.М.Балахнина. Она
вспоминала, как зашла в келью старца и застала там Семена Феофантьевича Хромова, разбирающего бумаги Федора Кузьмича. Он, очевидно, все еще надеялся найти его документы. Увидев Балахнину, Хромов показал ей один из листов, грустно и торжественно
заметив:
– Старца называют бродягою, а вот у него имеется бумага о бракосочетании Александра Павловича.
Это был толстый лист синеватого цвета, где часть слов была отпечатана типографским способом, а часть
написана от руки. Внизу листа находилась белая печать с изображением церкви. Все найденные бумаги Хромов отвез в Петербург, где след их затерялся.
Похоронили старца, как он и завещал, в томском Алексиевском монастыре. Над могилой
был поставлен крест, выкрашенный белой краской, с надписью: «Здесь погребено тело Великого Благословенного старца Феодора Козьмича, скончавшегося 20 января 1864 года».
Слова: «Великого Благословенного» власти велели скрыть. Но со
временем белая краска слиняла, и надпись вновь себя обнаружила.
Утрата и обретение мощей
На месте кельи
старца после его смерти забил родник. Семен Хромов основал там Феодоровский мужской монастырь, позднее вошедший в состав томского Богородице-Алексиевского монастыря (он изображен на литографии внизу).
Царь Николай Второй приезжал сюда, хотел на месте кельи начать возведение каменной церкви и детского приюта. Благословение на строительство было
получено от отца Иоанна Кронштадтского. Однако война и революция помешали осуществлению этого проекта.
Успели, однако, построить часовню на могиле старца. Возведение ее благословил в 1903 году настоятель Богородице-Алексиевского
монастыря архимандрит Иона. Пожертвования собирали в Томске и близлежащих селах – отказа ни от кого не было. А когда начали рыть фундамент под часовню, частично вскрылась могила старца. Как засвидетельствовано настоятелем монастыря в присутствии
подрядчика И.П. Леднева и архитектора В.Ф.Оржешко, мощи старца остались нетленны…
После начала смуты могилу старца разорили. В 1923 году многие горожане стали свидетелями явлений старца в Томске.
Прославление Федора Кузьмича состоялось в 1984 году по благословению Святейшего Патриарха Пимена. Тогда было установлено празднование в честь Собора сибирских святых, в число которых включили, конечно, и старца Федора – небесного покровителя Томска.
Самое позднее, в начале 90-х годов начались поиски мощей старца. В них приняли участие даже лозоходцы, не вполне понятно, зачем. Потому что нашли косточки Федора Кузьмича там, где им и положено было быть – на месте часовни,
построенной в его память. Там какие-то местные студенты устроили уборную.
Когда семинаристы стали доставать из зловонной ямы мощи, прибежали представители комитета по защите памятников, заявили, что мэрия, разрешив раскопки,
превысила свои полномочия. Семинаристы под эти безумные выкрики продолжали работать.
Кости омыли и сложили в специальный сосуд, который был помещен в храме монастыря. Увы, главы старца найти так и не удалось. Местные краеведы
рассказывают, что в середине 60-х годов в одной из московских газет прошла публикация, что череп старца был изъят из могилы и отправлен в Москву. С какой целью? Установить, был ли старец императором Александром Первым?
К какому
выводу пришли ученые и куда они дели главу Федора Кузьмича, неизвестно. А день 5 июля, когда томские христиане обрели мощи старца, стал еще одним православным праздником.
В канун его недавно случилось одно чудо. Заговорили
колокола на звоннице Алексиевского монастыря. Как рассказывает настоятель обители о.Силуан, монахи, мечтая о собственной колокольне, обратились с молитвами к св.Федору Томскому. Вскоре нашелся человек, который взял на себя все расходы.
Верю ли я?
Верю ли я, как автор этой публикации, в то, что Александр Благословенный и старец Федор Кузьмич могли
быть одним и тем же лицом? И да, и нет.
Спросим, например, куда запропастилось свидетельство о браке царя Александра, найденное Хромовым, и почему власти не нашли его прежде при обысках старца? Есть еще несколько таких
вопросов.
Очевидно, по какой-то причине Господь не благословил нам окончательно раскрыть тайну старца Федора. Ни подтвердить ее, ни опровергнуть, несмотря на самые энергичные попытки.
Вот один пример.
Противник легенды о Федоре Кузьмиче Г.Василич много страниц посвятил сбору доказательств, что Александр Благословенный был душевнобольным человеком, и его болезненная религиозность тому порукой.
Далее Василич пришел к выводу, что
и Федор Кузьмич тоже был плох головой. И привел поразительный аргумент. Старец на единственном своем портрете, сделанном каким-то любителем, стоит, заткнув левую руку за пояс, а правую прижав к груди. Вот что пишет об этом Василич:
«Ни у кого не хватило духу видеть в этом своеобразном способе держаться признака болезненного состояния, по всей вероятности, душевной болезни… так как подобная поза нередко у больных принимается и усваивается благодаря известным
бредовым идеям, обыкновенно тщательно скрываемым».
Судьба столь откровенно посмеялась над бедным Василичем? Сам того не заметив, он сделал для легенды о Федоре Кузьмиче больше, чем иной из ее пропагандистов… Ведь та же самая
привычка – держать правую руку на груди, а левую за поясом – была и у императора Александра.
Утверждая, что царь Александр и Федор Кузьмич были двумя разными сумасшедшими, Василич переусердствовал и доказал, что они имели
идентичные «бредовые идеи». Что весьма странно, если учесть, что один из этих «безумцев» был первым и последним русским монархом, который посетил Берлин и Париж во главе своей армии, а другой – святым странником без роду и племени.
* * *
Или вот другой пример. Великий князь Николай Михайлович передал конверт с надписью, сделанной старцем, четырем опытным графологам. Они заявили, что почерк не принадлежит императору Александру.
Казалось
бы все – вот он момент истины. Ничего подобного.
За полвека почерк государя мог радикально измениться. Он мог изменить его намеренно. Но даже не это главное. Вслед за конвертом в.к.Николаю Михайловичу было предложено показать
специалистам записку старца, именуемую «тайной Федора Кузьмича» (датированную 1837 годом).
Она была найдена в келье подвижника сразу после его смерти купцом Семеном Хромовым. Сходство почерка Федора Кузьмича и царя Александра
настолько бросалось в глаза очевидно, что Николай Михайлович объявил эту запись поддельной.
Но откуда сибирский купец мог взять образец почерка императора? Почему он не подделал надпись на конверте, адресованном ему лично? Нет,
версия с фальсификацией не выдерживает никакой критики. Стоит добавить, что Хромов пользовался репутацией честного, неподкупного человека.
* * *
Противники легенды терпели поражение всякий раз, когда им
казалось, что они нашли некие доказательства.
Словно ангел опрокидывал пальчиком их построения. И словно тот же ангел стоит на страже тайны кончины императора Александра. Вновь и вновь исследователи оказываются на распутье.

Эпилог
Быть может, отчаявшись в возможностях науки, нам следует взглянуть на тайну императора Александра с
другой стороны – религиозной?
Вспомним метания государя между Богом и либеральными опытами, коммунистическими опытами. Через все это пришлось пройти и нашей стране. И есть ощущение связи между судьбой Александра Благословенного и
судьбами России.
Если он действительно сумел перерасти все свои заблуждения и стать святым, то и у нас появляется надежда.
Над этой связью задумывался еще философ Владимир Соловьев. В своей повести о грядущем
антихристе он написал о том, что вождем православных перед кончиной мира станет некий старец Иоанн. Далее Соловьев пишет, что «некоторые уверяли, что это воскрес Федор Кузьмич, т.е. император Александр Первый, родившийся около трех веков до того».
Вслед за этим Владимир Сергеевич дает портрет старца Иоанна, совпадающий с портретом Федора Кузьмича. Удивительно, что из всех русских святых Соловьев выбрал именно его в качестве возможного предводителя православных во времена
антихриста.
* * *
А отчего бы и нет? Два века без малого мы питаемся легендой о государе, который взлетал над царствами земными, но презрел свою власть и после смерти не умер. Сам ли он продолжал нести крест
своего покаяния, или его подхватил безвестный подданный – в этом ли суть? Вспомним святую Ксению, надевшую одежды мужа и принявшую его имя. Была ли она самозванкой?
Тот тихий свет, который исходит от жития святого Федора, говорит
сам за себя.
Мы стоим над пустой гробницей царя Александра Благословенного, победителя галлов, как некогда стояли первые христиане перед опустевшим гробом Сына Божьего.
Мы в недоумении, растерянности, но
радостное предчувствие поднимается из глубины сердца. Святой Федор Томский, моли Бога о нас.
В.МАМАЕВ.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *