Легенда о ломоносове

Содержание

Правда и легенды о М.В. Ломоносове — Летопись жизни и творчества М.В. Ломоносова

М.В. Ломоносов был натурой увлекающейся, порой — пылкой; вполне авторитетные источники указывают на примеры несдержанности с его стороны в отношении равных, о «продерзостях» и «неучтивых поступках». История его пребывания в Германии сохранила свидетельства «беспорядочности» его тамошней жизни. Известны скандальные эпизоды уже петербургской его бытности… «…Схватя болван, на чём парики вешают, и почал всех бить и слуге своему приказал бить всех до смерти…» — объявляет его «жертва», украсив свой рассказ душераздирающими подробностями об этом «коммунальном» столкновении с «рукоприкладством» и «до полусмерти побитием», которое обернулся для М.В. Ломоносова следствием и непродолжительным заключением… Обо всём этом сохранились не только анекдоты, но и свидетельские показания. Но, как говорится, «что дозволено Юпитеру…».
В своих суждениях и оценках он прям — не прибегает к эвфемизмам и «сглаживанию углов», когда пишет о кознях и непотребных инсинуациях своих недоброжелателей: «…Таубертовой комнатной собачки — Румовского. Тауберт, как только увидит на улице собачку, которая лает на меня, тотчас готов эту бестию повесить себе на шею и целовать её под хвост. И проделывает это до тех пор, пока не минует надобность в её лае; тогда он швырнёт её в грязь и натравливает на неё других собак» (письмо Л. Эйлеру; 21 февраля 1765).
Как водится, «устное творчество» наделило его биографию не имевшими в действительности места, совершенно невероятными эпизодами. Отчасти это связывают с неточностями и «недостаточностью» «Записок» Якоба Штелина, содержащих много эпизодов из жизни М.В. Ломоносова, которые тот сам рассказывал, и которые известны были по многолетним общениям с ним, по наблюдению внешней стороны его жизни. Одни усматривают в них, этих воспоминаниях, злонамеренность, якобы ненавидевшего его Я. Штелина. Но как можно согласовать эти утверждения с той тщательностью, которую проявил Я. Штелин в деле сохранения сведений о наследии М.В. Ломоносова — только из его записок сейчас можно узнать о множестве мозаик, которые нигде более не упоминаются? И как понимать поддержку, оказанную М.В. Ломоносову Я.Штелином в борьбе с желанием Г. Ф. Миллера отделить в гимназии при Академии дворянских детей от простолюдинов, когда учёные в знак протеста вместе покинули собрание? Неужто неприязнью руководствовался Я. Штелин, когда, находясь на дипломатической службе за границей, он издал «Краткий российский летописец» М.В. Ломоносова, самим тем отданный ещё до появления в печати на русском для перевода сыну Якоба, Петру Штелину, и ободрял его при возникавших трудностях? В марте 1764 года он пишет Я. Штелину: «Друг, я вижу, что я должен умереть… Жалею только о том, что не мог я совершить всего того, что предпринял я для пользы отечества, для приращения наук и для славы Академии…».
Другие же, напротив, видят в записках Я. Штелина бесценные сведения о малоизвестных или вовсе уже недоступных обстоятельствах жизни М.В. Ломоносова. П.С. Билярский пишет, предлагая воздержаться от упрёков в адрес Я. Штелина за его хронологические неточности: «Не надобно забывать, что Штелин в своих записках имел в виду анекдотическую сторону жизни Ломоносова, которая без того могла бы погибнуть для потомства; академическая же деятельность Ломоносова застрахована от забвения академическими архивами, на которые Штелин и ссылается в своих записках. Издатели сочинений Ломоносова, повторив в предисловии рассказы Штелина, повторили и ссылку на академические архивы, но не сочли нужным сколько нибудь воспользоваться ими для пополнения биографии Ломоносова». Подобного мнения придерживается и Н.А. Любимов.

Исполняется 300 лет со дня рождения великого ученого — Мифы о Ломоносове — — Центральная профсоюзная газета «Солидарность» — Темы — Исполняется 300 лет со дня рождения великого ученого — Мифы о Ломоносове —

Исполняется 300 лет со дня рождения великого ученого

Имя Михаила ЛОМОНОСОВА постоянно используется в идеологических целях: в царской России его пытались показать государственником, в большевистской — выходцем из простого народа, чуть ли не борцом против режима. Да и в современной России его возносят: вот к 300-летию со дня рождения выделили деньги на празднества, сформировали организационный комитет, утвердили план мероприятий…
Несмотря на то, что Михаил Васильевич Ломоносов является русским Леонардо да Винчи и мы все со школы знаем, что это был выдающийся ученый, для большинства он не столько человек, сколько миф. Родился в бедной семье и тянулся к знаниям, в лаптях за рыбным обозом убежал в Москву… Что из этого соответствует реальности? Так что пока чиновники «осваивают бюджет» на 300-летие Ломоносова, мы развенчаем наиболее популярные мифы об ученом. Помогает «Солидарности» в этом доцент исторического факультета МГУ, доктор исторических наук Дмитрий Володихин.
МИФ 1. ПРОИСХОДИЛ ИЗ НИЩЕЙ СЕМЬИ
Ничего подобного. Семья его не была бедняцкой, тем более не была нищей. Михаил Ломоносов родился 8(19) ноября 1711 года в селе Денисовке Холмогорского уезда Архангельской губернии, в крестьянской, довольно зажиточной семье.
Его отец Василий Дорофеевич был известным в Поморье человеком, владельцем рыболовецкой артели из нескольких судов и преуспевающим купцом. Он был одним из самых образованных людей тех мест, поскольку некогда учился в Москве на священника. Известно, что у него была большая библиотека. Мать Михаила Ломоносова, Елена Ивановна, была дочерью дьякона. Именно она научила читать сына еще в юном возрасте и привила ему любовь в книге. Так что, отправляясь в Москву в 1730 году, Миша Ломоносов вовсе не был неучем. Он уже имел максимально возможное в тех местах образование, которое и позволило ему поступить в Славяно-греко-латинскую академию — первое высшее учебное заведение в Москве.
Историк Владимир Ламанский в биографическом очерке о Ломоносове пишет, что его личность можно понять, только составив представление о том, что он был выходцем из той части русского народа, которая никогда не испытывала гнета ига и не знала рабства. «Здесь обретались потомки новгородцев, не знавшие крепостного права… Им неведома была барщина, бремя государственных обложений, они избывали деньгами, развивая товарное хозяйство, торговлю и ремесла. Поморы владели навигацией, ходили в Ледовитый океан, к Груманту, к Новой Земле. На Мурмане — промысловые становища, лов вели огромными сетями, охотились, варили соль, смолу, добывали слюду. Здесь богатая традиция художественного рукоделия. При отсутствии школ, поморы учили грамоте друг друга, переписывали и бережно хранили рукописные книги».
Что касается версии, будто он сбежал учиться и шел в лаптях всю дорогу до Москвы за рыбным обозом, то, во-первых, рыбный обоз, похоже, принадлежал его отцу, а во-вторых, он ушел с ведома родителя. Один из местных крестьян поручился даже во взносе за него податей, но, по-видимому, отец отпустил его лишь на короткое время, поэтому он потом и числился «в бегах». Правда, по другим источникам, он все-таки сбежал, но лишь потому, что его хотели женить (чему Миша совершенно не обрадовался). Ну и в любом случае побег не был «в лаптях».
— Как человек зажиточный, я думаю, что он шел за обозом в сапогах, — улыбается Дмитрий Володихин.
МИФ 2. БЫЛ СЫНОМ ПЕТРА ВЕЛИКОГО
Нет никаких исторических источников, подтверждающих, что Михаил Васильевич был сыном Петра I. Это вымысел, который опирается только на то, что якобы ему многое в жизни давалось легко, что он высоко поднимался, и на всякий скандал вокруг него смотрел достаточно спокойно, не опасаясь. Но это неправда. Не существует источников, которые подтверждают, что ему все в жизни давалось легко. Он очень-очень много учился. Сначала в Славяно-греко-латинской академии, затем несколько лет в Германии. Слушал курсы известных профессоров, работал с крупными специалистами.
В письме Ивану Шувалову (10 мая 1753 года) Ломоносов вспоминает обстоятельства своей жизни того времени и рассказывает о страстной тяге своей к учебе:
«Высочайшая щедрота несравненныя монархини нашея, которую я вашим отеческим предстательством имею, может ли меня отвести от любления и от усердия к наукам, когда меня крайняя бедность, которую я для наук терпел добровольно, отвратить не умела… Обучаясь в Спасских школах, имел я со всех сторон отвращающие от наук пресильные стремления, которые в тогдашние лета почти непреодоленную силу имели. …Несказанная бедность: имея один алтын в день жалования, нельзя было иметь на пропитание в день больше как на денежку хлеба и на денежку квасу. Таким образом жил я пять лет и наук не оставил. С одной стороны, пишут, что, зная моего отца достатки, хорошие тамошние люди дочерей своих за меня выдадут, которые и в мою там бытность предлагали; с другой стороны, школьники, малые ребята, кричат и перстами указывают: смотри-де, какой болван лет в двадцать пришел латыни учиться!»
— Его достаточно твердое положение в высших слоях русского общества во многом объясняется покровительством Шувалова, фаворита императрицы Елизаветы Петровны. Собственно Шувалов повлиял на то, что исполнилась мечта Ломоносова — был учрежден университет в Москве. Шувалов вставал на сторону Ломоносова, когда у того были столкновения с Синодом, — поясняет историк.
— Почему Шувалов ему покровительствовал?
— Он был расположен к наукам, искусствам. А Ломоносов, при том, что был выдающийся ученый и для своего времени очень хороший поэт, демонстрировал лояльность к власти и время от времени писал хвалебные оды, посвященные императрице.
Например, им была написана «Ода на день восшествия на Всероссийский престол Ее Величества Государыни Императрицы Елисаветы Петровны 1747 года».
Что касается науки, то в середине 18 века в России европейская наука только-только начинала свою историю, делала свои первые шаги. И каждый русский ученый имел особую ценность и должен был вкалывать за пятерых. Но Михаил Васильевич вкалывал за два научных института и за один гуманитарный. Он по главной своей специализации был химик, но у него есть работы в области физики, астрономии, значительные труды в области истории, причем несмотря на то, что эти труды по объему были не очень большими, тем не менее ученому мужу 18 века в России только они одни могли бы составить имя. У него есть заслуги и в области возрождения художественной мозаики, в области фарфорового производства. Кроме того, до наших дней дошло немало его остроумных, интересных стихотворений.
МИФ 3. СТАРООБРЯДЕЦ
— Информация о том, что Ломоносов жизнь провел в старообрядчестве и так от него до самой смерти не отошел, тоже миф. В детские, отроческие годы он принадлежал к одному из старообрядческий согласий и, возможно, даже проходил обучение в одном из скитов на реке Выг. Однако впоследствии он отзывался о старообрядцах как о суеверах, и похоронен в Петербурге на православном кладбище, по православному обряду. Он был полностью православный человек. И, конечно же, в зрелом возрасте он был прихожанином Русской православной церкви, — развенчивает очередной миф историк Дмитрий Володихин.
Сближение Ломоносова со старообрядцами возникло из его тяги к знанию, к ревниво оберегаемым книгам, которые, казалось, скрывают «неисчислимую премудрость». Но его постигло жестокое разочарование. Ломоносов скоро убедился, что все эти «сокровенные книги» не таят в себе ничего, что могло бы действительно ответить на волнующие его вопросы, что весь спор, все мученичество и ожесточение вызваны нелепым и слепым упорством из-за буквы и обрядовых мелочей, превращенных гонимыми и преследуемыми людьми в символ их «вечного спасения». Ломоносов, как Иван-царевич в сказке, пошел к старообрядцам за «живой водой», а нашел у них только темное мудрствование и закоренелую нетерпимость ко всякому движению мысли. Старообрядцы, по их собственным словам, ненавидели «мудрых философов, рассуждающих лица небесе и земли, и звезд хвосты аршином измеряющих». А юному Ломоносову как раз хотелось измерять хвосты комет и разгадать тайну северного сияния.
По натуре своей Михаил Васильевич был человеком неистовым, иногда доходившим до буйства, энергия хлестала из него. Он был невероятно несдержанным и в то же время невероятно творчески плодовитым. Со своими неприятелями был чрезвычайно суров и стремился к столкновению, любил хорошую драку. К своим друзьям относился с большой милостью и щедростью, старался покровительствовать талантливым людям, многим помог вырасти на ученой ниве.
Рассказывают, что однажды трое матросов решили напасть на одинокого путника, хорошенько его поколотить и ограбить. На их несчастье им попался Ломоносов. Он их хорошенько поколотил и ограбил. Причем сделал это принципиально, чтобы преподать урок. Он сам был все-таки по рождению из среды «морских людей» и знал, что распоясавшийся матрос на суше — настоящее бедствие. Поэтому решил проучить.
Характер у ученого был жесткий, неуживчивый, очень требовательный к другим людям, — наверное, можно сказать, что он соответствовал характеру эпохи. Ему довольно тяжело жилось. Он должен был работать очень много, как ни один ныне живущий ученый или литератор. Поэтому он очень сердился, когда ему мешали работать, он этого не терпел. Энергия Ломоносова приносила русской науке колоссальные плоды. Это и новые научные учреждения, и целые направления в науке, и большие открытия, и лаборатории, которые занимались практической деятельностью. Как сказали бы в 19 веке, этот человек был грюндер, то есть основатель. Он мог основывать новые организации, воспитывать учеников, мог воздействовать на будущее науки на много поколений вперед. И поэтому то, что в России Ломоносову поставлено множество памятников, есть Ломоносовские премии, конференции, ему посвящено огромное количество литературы — это не переоценка его личности.
— На мой взгляд, сегодня все еще происходит определенная недооценка Ломоносова. Эта фигура настолько огромная, можно сказать титаническая, что сейчас еще многого не хватает, чтобы вполне представить его масштаб, — добавляет Володихин.
МИФ 4. БОГОБОРЕЦ
Еще один миф — что он был еретиком, богоборцем, что он церкви противостоял и принадлежал к ней только формально — тоже не соответствует истине. Да, он написал более чем скабрезное стихотворение «Гимн бороде». Для того чтобы понять, насколько оно сочетается с христианским благочестием, достаточно лишь процитировать повторяющееся четверостишие-рефрен этого гимна:
Борода предорогая!
Жаль, что ты не крещена
И что тела часть срамная
Тем тебе предпочтена.
Поскольку в авторстве Ломоносова почти ни у кого не было сомнения, то он был вызван на заседание Синода. Ломоносов, явившись на собрание иерархов, ко всеобщему изумлению и не вздумал отпираться. Вот как об этом «свидании» сообщает официальное донесение Синода:
«По случаю бывшего с профессором Академии наук Михаилом Ломоносовым свидания и разговора о таковом во вся непотребном сочинении, от синодальных членов рассуждаемо было, что оной пашквиль, как из слогу признавательно, не от простого, а от какого-нибудь школьного человека, а чють и не от него ль самого произошел, и что таковому сочинителю, ежели в чювство не придет и не раскается, надлежит как казни Божией, так и церковной клятвы ожидать. То услыша, означенной Ломоносов исперва начал оной пашквиль шпински защищать, а потом, сверх всякого чаяния, сам себя тому пашквильному сочинению автором оказал, ибо в глаза пред синодальными членами таковые ругательства и укоризны на всех духовных за бороды их произносил, каковых от доброго и сущего христианина надеяться отнюдь не можно».
Члены святейшего Синода были ошеломлены таким поведением. Всполошившийся Синод подал 6 марта 1757 года «всеподданнейший доклад», в котором были подробно изложены все поступки Ломоносова. Ссылаясь на петровский Военный артикул, Синод просит Елизавету Петровну повелеть высочайшим указом «таковые соблазнительные и ругательные пашквили истребить и публично сжечь» под виселицей рукою палача, а «означенного Ломоносова для надлежащего в том увещания и исправления в Синод отослать», то есть выдать духовным властям, что могло в то время означать длительное знакомство с Соловками, куда отправляли и не за такие «кощунства». Но проходил месяц за месяцем, а с Ломоносовым ничего не случалось. Наконец стало известно, что Елизавета не утвердила доклад Синода и оставила все дело без последствий. Наиболее прогрессивные люди того времени с торжеством отметили, что наука и просвещение завоевали уже прочные позиции и их не так-то просто одолеть.
— Но вместе с тем Ломоносов был и верным сыном Церкви. Есть у него стихи, обращенные к святому Димитрию Ростовскому, великому церковному просветителю, есть у него прекрасные стихи и статьи, где он хвалит Творца за его премудрость, где он обращается к Церкви как к матери. Можно сказать, что этот человек был не ложно верующим, он был настоящим христианином, — поясняет Володихин. — То, что он время от времени подпускал шпильки в адрес Церкви, объясняется полученным в Германии опытом религиозного вольнодумства, который сохранялся у него всю жизнь. Ему казалось, что он может что-то своим умом в церковных обычаях поправить. Однако богоборцем и антицерковным человеком он не был никогда.
* * *
— Почему все эти мифы появились?
— Всякая большая фигура тянет за собой целый шлейф анекдотов, мифов, — отвечает Дмитрий Володихин. — А Ломоносов мыслился современникам как очень большая фигура. Сколько анекдотов о Петре Великом, Иване Грозном! Ломоносов встал в один ряд с государями в своей значимости. А что касается документов, то середина 18 века — эпоха, документированная неплохо, но я совершенно уверен, что в архивах еще лежат документы, которые помогут уточнить биографию Ломоносова. В советское время старались в истории России поднимать те фигуры, которые имели демократическое происхождение, — крестьянское, казачье, рабочее, которые проявляли оппозиционность к власти. Эти моменты сильно преувеличивали, утрировали для того, чтобы сделать фигуру из прошлого более лояльной к настоящему, к советской России. Это происходило и с Ломоносовым. Но многие анекдоты о нем родились еще в 18 веке.
Юлия РЫЖЕНКОВА
ФАКТ
1 ноября 1761 года по случаю дня рождения И.И. Шувалова Ломоносов прислал ему неожиданный подарок — письмо «О размножении и сохранении Российского народа». После выхода журнальной публикации этого письма цензору «угрожали удалением от должности», цензурование журнала, где это было опубликовано, передали в другие руки. Распространение данной брошюры также было запрещено Министерством народного просвещения. Полностью этот труд был напечатан лишь в 1871 году, через 110 лет после его написания.
Ломоносов доказывает, что для увеличения количества рождающихся («для обильнейшего плодородия родящих») необходимо:
1. Устранить браки между лицами несоответствующих лет;
2. Отменить «насильное» супружество, брак по принуждению;
3. Отменить закон, запрещающий жениться более трех раз;
4. Отменить пострижение молодых овдовевших священников и дьяконов в монахи, а мирянам запретить принятие монашества до 45 — 50 лет.
Для сохранения рожденных необходимо:
5. Учредить «богадельные домы» для приема внебрачных детей;
6. Бороться с болезнями новорожденных;
7. Устранить вредный обычай крестить младенцев в холодной воде;
8. Бороться с невоздержанностью русского народа и всеми мерами содействовать более разумному образу жизни, не отзывающемуся вредно на здоровье;
9. Бороться с болезнями путем организации надлежащей медицинской помощи;
10. Бороться, по возможности, с причинами смерти от моровой язвы, пожара, потопления, замерзания и т. д.
Ломоносов доказывал, что Великий пост у нас приходится «в самое нездоровое время года, что здесь не принята в соображение жестокая природа Севера». Он говорит о совершенном отсутствии по русским деревням врачей, «от чего смертность особенно увеличивается», о «частых и великих пожарах», о «драках в народе, разбоях, пьянстве», о притеснениях раскольников, о рекрутчине, от которой русские люди бегут за границу. Трактат показывает, как хорошо знал Ломоносов русскую жизнь.
«А»-СПРАВКА
Научные достижения Ломоносова

Создана молекулярно-кинетическая теория тепла.
Заложены основы физической химии.
Разработана технология изготовления цветных стекол.
Обнаружена атмосфера у Венеры.
Сконструировано и построено несколько принципиально новых оптических приборов, создана русская школа научной и прикладной оптики.
Сформированы основы теории электричества.
Впервые получена ртуть в твердом состоянии (в соавторстве с Иосифом Брауном).
Разработан летательный аппарат вертикального взлета — первый прототип вертолета.
Написаны пособия по риторике, которые стали первыми общедоступными руководствами по красноречию.
Написана «Российская грамматика» — основы и нормы русского языка, где Ломоносов разработал понятия о частях речи, правописание и произношение того или иного слова.
Осуществлена силлабо-тоническая реформа — способ организации стихотворения, при котором ударные и безударные слоги чередуются в определенном порядке, неизменном для всех строк стихотворения (совместно с Василием Тредиаковским).
Создан классический русский четырехстопный ямб, «тяжелый» полноударный и облегченный пропусками ударений.
Создан жанр русской торжественной (обращенной к правителям) и философской оды.
Впервые в России разработана педагогическая теория, методологической основой которой явилось разграничение науки и религии.

Ломоносов М.В.

Михаил Васильевич Ломоносов (1711-1765) считается первым в России ученым-естествоиспытателем действительно мирового уровня. Он занимался физикой и химией, писал энциклопедию, был замечательным практиком и теоретиком. Ломоносов являлся астрономом, географом, металлургом, геологом и поэтом. Ученый разработал проект Московского университета, настояв на его открытии.
Деятельность Ломоносова была столь универсальной, что трудно определить его главное направление. Имя знаменитого ученого постоянно использовалось в целях пропаганды. В царской России его превозносили, как государственника, а в Советском Союзе делали упор на народное происхождение гения, намекая на скрытую борьбу с режимом.
И сегодня память Ломоносова чтится, связанные с ним юбилеи бурно отмечаются. Ученого называют русским Леонардо да Винчи, но образ давно уже стал больше легендой, чем реальной историей. Многое из того, что мы знаем о нем, как оказалось, не совсем правда. Мифы о Ломоносове постепенно выявляются через 300 лет после его рождения.
Ломоносов происходил из нищей семьи. Семья ученая даже бедной не считалась, не то что нищей. Появился на свет Михаил Ломоносов 8 ноября 1711 года в селе Денисовка Холмогорского уезда Архангельской области. И хотя его родители не были знатного сословия, достаток в доме имелся. Отец, Василий Дорофеевич, был известен в Поморье, как владелец рыболовецкой артели. Занимался он и торговлей. В этой местности Василий Ломоносов был одним из самых образованных людей, у него была своя небольшая библиотека и опыт учебы в Москве. Мать Ломоносова являлась дочкой дьяка. Именно она научила сына читать еще в детстве, привив ему любовь к книгам. Отправившись покорять Москву, Михаил вовсе не был необразованным. У него были уже некие познания, максимально возможные для той среды. Это и позволило Ломоносову поступить в Славяно-греко-латинскую академию. Окружение Ломоносовых представляло собой поморов, потомков новгородцев. Они не знали крепостного права, барщины. Тут были богатые традиции торговли, ремесел, рукоделия.
Ломоносов в лаптях дошел до Москвы. Очередной миф о Ломоносове гласит, что он за рыбным обозом в одних лаптях дошел до Москвы ради учебы там. Но обоз этот, по всей видимости, принадлежал отцу Михаила. Отец отпустил сына на короткое время, сопровождать груз. А тот пустился «в бега». Говорят, что сбежал Ломоносов еще и потому, что его хотели женить, чего он никак не желал. Да и не в лаптях был этот молодой человек из обеспеченной семьи, у него явно имелись свои сапоги.
Ломоносов был сыном царя Петра. Такой слух появился еще при жизни самого ученого. Многим казалось немыслимым, чтобы крестьянин поступил в московскую академию, обучаясь вместе с детьми священников и дворян. Да и дальнейшая блистательная карьера Ломоносова у завистников вызывала вопросы. Факты были притянуты «за уши». В свое время Петр в качестве простого плотника работал на Баженовской верфи, неподалеку от Куроострова. Правда, создатели мифа игнорируют тот факт, что за девять месяцев до рождения Ломоносова царь Петр находился далеко от этих мест. Он физически никак не мог поучаствовать в зачатии. Доводом в пользу родства становится буйный нрав ученого, который часто сравнивают с «отцовским». Ломоносов не старался быть дипломатичным, он прямо высказывал свои мысли, доказывая практикой правоту. Скандалы он игнорировал, словно бы не опасаясь последствий. История гласит, что у гениев науки вполне могут быть заурядные родители. Это доказывают примеры Ньютона, Фарадея, Ландау, Фейнмана. Да и кто сказал, что все в жизни Ломоносову давалось легко? Он действительно много учился, сперва в Славяно-греко-латинской академии, затем в Германии. Ломоносов вспоминал, что ради учебы он жил в крайней бедности, над его возрастом смеялись.
Ломоносов был помором. Впервые назвал Ломоносова помором русский историк В.Ламанский. Дальнейшие его коллеги лишь растиражировали этот миф. Однако ни в одной из биографий ученого, написанных до работы Ламанского 1863 года, не было упоминаний о таком происхождении Михаила Васильевича. Любивший его Шувалов ничего не говорил об этом в «Оде на смерть Ломоносова», просветитель и книгоиздатель Н.Новиков также не считал ученого помором. Да и в рассказах земляков Ломоносова, записанных М.Муравьевым, нет ничего, что выдавало бы такое происхождение. Не существует каких-либо исторических документов, в которых сам ученый называл себя помором. На своем допросе в Синоде в 1734 году Ломоносов рассказывал, что его отец — крестьянин Василий Дорофеев, но ничего при этом не говорил о поморах. В те времена поморами называли жителей совсем других территорий — западного Беломорья. А обитатели восточного Беломоморья стали называть себя поморами лишь с XIX века.
Ломоносов не был крепостным. Видный марксист Георгий Плеханов говорил, что архангельский мужик смог стать великим деятелем еще и потому, что был поморцем, не знавшим «крепостного ошейника». Но такое утверждение мало согласуется с довольно известным фактом. Чтобы уйти в Москву, Ломоносов выправил себе паспорт. А когда срок действия документа истек, он стал числиться беглым. Если воспринимать крепостное право, как повсеместный государственный режим, ограничивающий передвижение населения с целью сбора налогов, то крепостное право на Русском Севере все же присутствовало. Желая выехать в Москву, Ломоносов получил паспорт. В XVII-XIX веках такой документ давали стремящимся уехать из места своего проживания. По возвращении паспорт возвращался. Документ Ломоносова действовал до середины 1731 года, обратно молодой человек не вернулся. И вплоть до получения дворянского титула в 1747 году Ломоносов считался беглым крестьянином, проживая с просроченным документом. 16 лет односельчане платили за него пошлину полтора рубля в год (немалые для крестьян деньги), тогда как тот общался с императрицей, был вхож во дворцы, являлся академиком.
Ломоносов был плохим мужем и отцом. Главной женщиной в жизни ученого была жена. Юная Елизавета Цильх являлась дочерью немецкого пивовара. Она познакомилась с Михаилом Ломоносовым, когда тот обучался в Марбургском университете. Когда 19-летняя женщина родила дочь, отца ребенка уже не было в стране. Он просил супругу дождаться вызова от него в Россию. Но запрос так и не пришел. Действительно ли бросил Ломоносов женщину с дочкой? У истории этой есть продолжение. Через два года Елизавета, ни будучи официально ни женой, ни вдовой, сама разыскала Ломоносова через посольство и приехала к нему в Россию. Новость о появлении у ученого семьи многих шокировала. Его все считали холостяком. Но Ломоносов вовсе не пытался уйти от ответственности. В те годы русский студент не мог по русским законам жениться на немке, на это нужно было разрешение Академии наук. Его Ломоносов так и не получил, вот почему он не мог вступить в брак. Свадьбу сыграли в Германии по местным законам. Да и дальнейшая семейная жизнь ученого доказывает если и не любовь к своей семье, то во всяком случае большое уважение. 20 лет брака Ломоносов с Елизаветой Андреевной прожили в «единодушии». Никакого распутства за ним замечено не было. Умер Михаил Васильевич на руках своих близких. А жена его пережила мужа всего на полтора года.
Ломоносов был страстным алхимиком. Вернувшись на Родину в 1741 году, Ломоносов принялся за эксперименты в области химии. Материалов о той деятельности сохранилось мало, такая таинственность позволила появиться мифу о занятиях алхимией. Намекает на это и стихотворение Сумарокова, в котором звучит намек на это — добыча золота из молока. Даже если Ломоносов и был знаком с алхимией, эти знания требовались для главного занятия в его жизни — для химии. В итоге ученый не только смог опровергнуть основные постулаты ятрохимии и алхимии, но и создать фундамент для физической химии. На основе пристрастия Ломоносова к алхимии была создана увлекательная история, согласно которой всю свою жизнь ученый пытался расшифровать таинственный свиток с текстами мудрецов Гипербореи. Достался раритет этот ему от отца, а тому от колдунов-шаманов. Письмена загадочным образом напоминали записи средневековых алхимиков, а в текстах Ломоносов обнаружил химические формулы. Якобы некогда Ломоносов показал свои свитки Христиану Вольфу, профессору из Марбургского университета. Тот увидел в письменах рецепты философского камня и посоветовал молодому ученому не тратить время на столь сложные поиски. Но разве пытливый ум мог сделать это? Любители беллетристики объясняют открытие ученым твердой ртути именно поисками философского камня. Согласно легендам, незадолго до смерти Ломоносов сжег все свои записи и бумаги. Но эта версия к науке и истории отношения уже не имеет, ей место в художественной литературе.
Ломоносов был старообрядцем. В детстве Ломоносов принадлежал к одному из согласий старообрядцев, вероятно, что он даже обучался в ските. Но затем ученый негативно отзывался об этом течении, считая его суеверным. Да и похоронен Ломоносов на православном кладбище, по православному обряду. В зрелом возрасте он был обычным прихожанином традиционной церкви. Ломоносова с его тягой к знаниям интересовали оберегаемые старообрядцами книги, хранящие вековую мудрость. Однако юноша быстро понял, что там нет ничего интересного для него, ответов на волнующие вопросы. Весь принцип старообрядчества, мученичество и ожесточение базировались на нелепом упорстве и обрядовых мелочах. Старообрядцы открыто ненавидели ученых, постигающих мир. А именно таковым и хотел стать Ломоносов.
Ломоносов боролся с церковью. Есть мнение, что ученый был еретиком, богоборцем, а к церкви относился только формально. Доказательством мифу служит довольно оскорбительное стихотворение «Гимн бороде». В этом скандальном творении нет ничего от христианского благочестия. Ни у кого не было сомнения в авторстве. Ломоносова даже вызвали на заседание Синода. Там он и не думал отпираться от своей дерзости. Это возмутило членов Синода. Он просил императрицу Елизавету истребить публично пасквиль, а самого наглеца отдать духовным властям на перевоспитание. По сути это грозило ссылкой на Соловки. Но дело осталось без последствий, и Елизавета доклад не утвердила. Самые прогрессивные умы отметили, что наука и просвещение завоевывают в обществе крепкие позиции. Но не стоит считать ученого таким уж врагом церкви. Были у него стихи, посвященные великому церковному просветителю Димитрию Ростовскому. Во многих произведениях Ломоносов хвалит Бога за мудрость, а к Церкви он обращается, как к матери. Есть все основания полагать, что он не был ложно верующим, а являлся истинным христианином. А периодические выпады в сторону церкви можно объяснить опытом религиозного вольнодумства, приобретенным в Германии. Ученому казалось, что он может скорректировать поведение церкви за счет своего интеллекта. Но антицерковное поведение и богоборчество Ломоносову уж точно присущи не были.
Ломоносов открыл атмосферу Венеры. Для начала отметим, что на Западе это открытие приписывают немецкому астроному Шретеру и его английскому коллеге Гершелю. Но свои наблюдения они проводили через 30 лет после Ломоносова. С учетом размеров планеты для полноценного наблюдения за ней нужен был телескоп с апертурой в 200-250 мм, которого у русского ученого просто не было. Сам Ломоносов писал, что увидел некий «пупырь». Это позже истолковалось, как «световой ободок». На рисунках ученого видно, что лучи света, проходя через более плотную среду, преломились. Это он и понял из наблюдений. Но и речи нет о том, что Ломоносову удалось увидеть святящийся ободок планеты. Возможно, он догадывался о существовании атмосферы у других планет, но явно об этом не писал.
Ломоносов вел борьбу с иностранцами. Этот миф появился в середине XIX века, когда в России западники схлестнулись со славянофилами. Сам Ломоносов обучался в Германии, глубокое влияние немецкой культуры осталось с ним на всю жизнь. Почти все профессора Академии наук, с которыми сотрудничал ученый, были иностранцами, немцами в основном. Да и его жена была немкой. И что с того, что среди врагов Ломоносова в России было немало иностранцев? Ведь его немногочисленные друзья тоже русскими не были. Иностранные профессора приезжали для работы в Петербурге всего на несколько лет, не особенно желая отрываться от своих исследований. А для Ломоносова важной целью было просвещение России, такой поверхностный подход временщиков его сердил. Но ненависти именно к иностранцам он не испытывал, а если кого и ругал, то не за происхождение, а за поведение.
Ломоносов основал Московский университет. Университет на самом деле был основан Иваном Ивановичем Шуваловым. Этот друг и ученик Ломоносова был еще и видным меценатом. Но в Советском Союзе вельможа и фаворит императрицы не мог быть объектом поклонения и почитания, вот почему всячески возвеличивалась роль Ломоносова в создании учебного заведения. По сути же его роль ограничилась написанием проекта устава и учебных планов. Куда больше сил ученый отдал Петербургскому Академическому университету, став его ректором в 1760 году.
Ломоносов открыл одновременно с Лавуазье закон сохранения массы. Этот миф также появился в советскую эпоху. Вообще, теоретический принцип сохранения массы известен еще с глубокой древности. В 1756 году Ломоносов начал прокаливать металлы в закрытых сосудах, а потом их взвешивать. Антуан Лавуазье приступил к подобному опыту только в 1772 году, сжигая в закрытом сосуде фосфор. Оба опыта демонстрировали закон сохранения массы вещества конкретно в этом случае, но не доказывали универсальность правила. Да и сам русский ученый из-за своих взглядов на вес и горение опыту особого значения не придал. Перед смертью Ломоносов не внес наблюдения даже в список своих главных открытий. И хотя в отечественных учебниках закон получил название Ломоносова-Лавуазье, все же именно француз позже подтвердил его и доказал универсальность опытами.
Ломоносов пытался быть независимым от власти. Известно, что ученый ценил свою независимость и личное достоинство, при этом он был яростным государственником. Ломоносов считал, что просвещение в стране можно насадить только с помощью мощной власти государства. Некоторые поступки ученого для интеллигентов XIX-XX веков выглядят просто немыслимыми. Например, в 1748 году просветитель принял участие в обыске у историка Миллера, которого заподозрили в недозволенной переписке с французским астрономом Делилем. Оказалось, что тот высылал копии секретных географических карт в Париж. Ломоносов не видел в своем шаге ничего плохого, ведь он защищал интересы государства.

Интересные факты о Ломоносове

Этот параграф может показаться вам не таким интересным, так как здесь рассказывается о некоторых научных достижениях ученого.
Однако ниже мы приведем интересные факты про Ломоносова и увлекательные истории из его жизни.
Собственноручная запись Ломоносова в лабораторном журнале
Хорошо известно, что многие открытия Михайло Васильевича Ломоносова на столетия опережали свое время. Так, например, он первый высказал теорию строения материи, которая предвосхитила открытие атомов и молекул.
В своих работах в 1740-ых годах он утверждает, что все вещества состоят из корпускул — молекул, которые, в свою очередь, являются «собраниями» элементов — атомов.
Именно Ломоносов заложил основы физической химии, которая объясняет химические явления на основе законов физики.
Занимаясь теориями света и цвета, он доподлинно стал основателем науки о стекле. В 1748 он создал Химическую лабораторию и провел в ней свыше 4 тысяч (!) опытов. Результатом этого стало появление в промышленности цветных стекол и изделий из него.
Интересным и поистине удивительным является тот факт, что Ломоносов самостоятельно изобрел более десяти совершенно новых и уникальных оптических приборов, став одним из самых выдающихся мировых опто-механиков своего времени.
Используя эти приборы, ученый открыл тот факт, что у планеты Венеры есть своя собственная атмосфера, что было доказано гораздо позже.
В начале 1750-х годов Ломоносов вместе со своим другом Г. В. Рихманом изучает электричество вообще, и загадку молнии в частности. В ходе экспериментов он снова изобретает различные приборы для проведения научных опытов.
В процессе одного исследования Рихман был убит молнией, что стало причиной травли Ломоносова в Академии наук со стороны его многочисленных недругов.
Из рукописей Ломоносова
Еще один интересный факт о Ломоносове, как о человеке, далеко опередившем свое время, сообщает нам выдающийся геолог В. В. Докучаев, который в 1901 году написал по поводу теории происхождения чернозёмов следующее:
«На днях проф. Вернадский получил поручение от Московского университета разобрать сочинения Ломоносова, и я с удивлением узнал от проф. Вернадского, что Ломоносов давно уже изложил в своих сочинениях ту теорию, за защиту которой я получил докторскую степень, и изложил, надо признаться, шире и более обобщающим образом».

Немного о характере Ломоносова

Справедливости ради надо сказать, что нрав у Михаила Васильевича был достаточно крутым. В эмоциональном запале он мог прибегнуть к рукоприкладству и силой убедить оппонента в собственной правоте.
В этом он был очень похож на гениального художника Караваджо.
Кстати говоря, Михаил Ломоносов был чрезвычайно физически силен, что является крайней редкостью для ученых мужей. Обладая высоким ростом и могучим телосложением, он внушал страх потенциальным обидчикам.

Интересные истории из жизни Ломоносова

А теперь приведем несколько интересных историй из биографии нашего великого ученого.

Разбойники

Известен случай, как однажды вечером на Ломоносова, находящегося на Васильевском острове, напали три матроса.
Однако сын рыболова, вспомнив свои корни, как разъяренный лев атаковал первого нападающего. Не ожидая такого поворота событий, два других бросились убегать.
Схватив за одежду поваленного на землю матроса, Михайло потребовал сказать ему имена удравших хулиганов. Тот все выложил и признался, что они с друзьями хотели его ограбить.
— Каналья! – закричал Ломоносов, — так я же тебя и ограблю!
И, сняв с хулигана одежду, он отнес ее домой в качестве трофея.

Две телеги

Эта история не имеет достоверных источников, но сама по себе довольно забавна.
Говорят, что когда Ломоносов написал оду в честь годовщины восшествия на престол императрицы Елизаветы Петровны, последняя была столь восхищена ею, что велела наградить гениального поэта 2 тысячами рублей.
Однако крупных денег на тот момент в казне не оказалось, и чиновники распорядились выдать указанную сумму медными деньгами.
Таким образом, к Ломоносову домой привезли литературную премию в виде двух телег с деньгами.

Вещий сон

Однажды, возвращаясь из Германии на корабле, Михаил Ломоносов во сне увидел небольшой остров в океане, на котором в детстве он бывал со своим отцом.
Во сне ему привиделся разбитый корабль и сам отец. Прибыв в Петербург, он срочно отправился на родину в Холмогоры. Там его брат сообщил, что отец, вместе с другими рыбаками, отправился в море на ловлю, и вот уже 4 месяца от них нет никаких известий.
Обеспокоенный Михаил Васильевич указал брату точные координаты показанного во сне острова, и попросил безотлагательно отправиться туда.
Добравшись до указанного места, рыбаки нашли обозначенный остров, на котором обнаружили тела пропавших односельчан, в числе которых действительно был Василий Ломоносов.

Интересные факты из жизни Ломоносова

Как мы уже говорили, у Ломоносова был очень крутой нрав. В 1743 его взяли под стражу, и он 8 месяцев провел в тюрьме «за дерзкое поведение при академических распрях».
Находясь в Германии, он женился на дочери протестантского пастора. Вернувшись в Россию, он тщательно это скрывал, так как мог получить серьезные проблемы от представителей Православной церкви. Два года он вообще не общался с женой, от которой у него уже были дети, однако доблестная немка нашла его через запрос в российское посольство. Как ни в чем не бывало, Ломоносов признался, что это действительно его жена, и устроил ее переезд в Петербург.
Направляясь из Европы домой, в Россию, Ломоносов обманным путем был завербован в прусскую армию. Рекрутов прельстила могучая фигура русского «путешественника». Однако через несколько недель он сумел бежать, применив на практике природный ум и недюжинную свою силу. За ним была погоня (в случае поимки, его могли убить за дезертирство), но ему удалось скрыться.
Интересен факт, что в прошлое время особенно активно обсуждалась версия о том, будто Ломоносов приходится внебрачным сыном Петра I. Однако никаких внятных подтверждений этому нет.
Проект Московского университета принадлежит Михаилу Ломоносову.
Интересен факт, что памятуя свое прошлое, в 1756 году Ломоносов отстаивает права низшего русского сословия на образование в гимназии и университете.
Независимо от Леонардо да Винчи (чьи работы были найдены гораздо позже), Михаил Ломоносов изобрел первый прототип вертолёта.
Михаил Васильевич был великолепным художником, используя в творчестве технику мозаичного набора.
Умер гений земли русской 4 апреля 1765 г. от воспаления лёгких в собственном доме на реке Мойке. Ему было всего 53 года.

Гений, сектант и дебошир? Мифы и правда о Михаиле Ломоносове | наука | ОБЩЕСТВО | АиФ Санкт-Петербург

Богатое научное и литературное наследие, оставленное Михаилом Васильевичем, а также внешний вид – полноватое добродушное лицо, украшенное буклями парика – придают образу гения шлейф истинного благообразия. Он производит впечатление человека спокойного и рассудительного, не подверженного страстям.
На самом деле ученый обладал поистине взрывоопасным нравом. Причем не считался ни с кем. Так, когда он обучался в Германии, на него в Россию пришла жалоба от его учителя по горному делу: «Поручил я Ломоносову работу, какую обыкновенно и сам исполнял, но он мне дважды наотрез ответил: «Не хочу!». Далее он страшно шумел, колотил изо всей силы в стену, кричал из окна, ругался…»

От радио до парашюта. 10 изобретений, прославивших петербургскую науку
Не менее несдержанным был он и со своими учеными коллегами. Весной 1743 года Ломоносов устроил пьяный дебош в Петербурге, в стенах академии. Показал кукиш секретарю академии Христиану Винсгейму, бранил других профессоров. В отчете записано: «..поносил профессоров отборной руганью, называл их ворами и такими словами, что и писать стыдно, и делал против них руками знаки самым подлым и бесстыдным образом…». Тогда хулигана посадили на полгода под стражу, а потом на год срезали ему жалованье вполовину.
Зато Михаил Васильевич мог постоять за себя! Однажды вечером на Васильевском острове на ученого напали три матроса. Но Ломоносов не растерялся и пустил в ход кулаки. Два незадачливых злоумышленника бежали с позором, а третьего профессор поймал и стал пытать, зачем троица к нему полезла. Услышав, что матросы хотели просто ограбить его, Ломоносов закричал: «Каналья, так я же тебя и ограблю!». После этого он отобрал одежду бедолаги и принес ее в качестве трофея домой.

Миф 5. Старообрядец или богоборец?

По данным историка Дмитрия Володихина, то, что Ломоносов был старообрядцем и религиозным фанатиком, — выдумка. По данным исследователя, в детстве Михаил принадлежал к одному из старообрядческих согласий и, возможно, даже проходил обучение в одном из скитов на реке Выг. Однако впоследствии ученый отзывался о старообрядцах как о суеверах.
Не соответствует действительности и противоположное утверждение, что Ломоносов был не просто атеистом, а ярым еретиком и богоборцем.

Ломоносова заслуженно считают выдающимся ученым. Фото: АиФ
В частности, из-за своего «Гимна бороде», написанного в 1757 году и содержащего смелые высказывания в адрес церкви. Духовенство так было оскорблено произведением, что даже пожаловалось Елизавете. Правда, безуспешно – императрица проигнорировала жалобу.
Но вместе с тем Ломоносов был верующим православным, в зрелом возрасте активно посещал церковь и похоронен на православном кладбище, по православному обряду.

Вредная легенда о Ломоносове-2. Сын императора | newsvo.ru — новости Вологодской области

Начало: http://newsvo.ru/blogovo/98662
Темой Ломоносова я занялся в 2006 году, когда нашел сведения, что мать Ломоносова, Елена Сивкова, родом из Вологды.
А еще – он сын императора Петра I.
Удивительное дело — эта версия весьма последовательно объясняет многие странности и загадки из жизни «архангельского мужика».
Род Сивковых в Вологде прослеживается, по крайней мере, до начала XVII века. В Государственном Архиве Вологодской области хранится копия Порядной записи от 22 октября 1633 года. В ней вологодский лодейный мастер Афанасий Галактионов сын по прозвищу Мельник обязуется подготовить к спуску на воду лодью, принадлежащую Гавриилу Нестерову сыну Сивку.
Крестьянин Никольской (Владычной) слободы, принадлежавшей Вологодскому архиерейскому дому, Гавриил по прозвищу Сивок был дедом Ивана Сивкова, отца Елены. Это для некоторых ныне живущих в Вологде представителей весьма многочисленной фамилии Сивковых — не секрет. Так же из поколения в поколение передается предание, что настоящий отец Михаила Ломоносова — царь Петр I.
В Заречье, во Владычной слободе, примерно в районе нынешнего Красного пешеходного моста, и жил Иван Сивков, дьякон одного из Вологодских храмов, предположительно — церкви Николы во Владычной Слободе.
Около 1700 года Иван Сивков овдовел, оставшись со старшим сыном, имя которого ныне неизвестно, и тремя дочерьми, Ульяной, Марией и Еленой. Младшая, Елена, была любимицей семьи. Бойкая и сообразительная, она обучилась грамоте; по семейной легенде, первые буквы ей показал вологодский архиепископ Гавриил. Так же грамоте ее учил Алексей Макаров, сын подьячего Вологодской воеводской канцелярии, впоследствии — секретарь Петра I.
Позднее писали: «Еще от матери Ломоносов научился читать и получил охоту к чтению».
Ульяна вышла замуж и уехала с мужем, священником, в дальний приход, сын, начавший службу и женившийся, остался в родительском доме, а Иван Сивков с дочерьми Марией и Еленой по протекции сына уехал в Архангельск, где епископ Афанасий поставил его дьяконом в Николаевский Матигорский приход, невдалеке от Холмогор.
В 1702 году, когда Петр I в последний раз приезжал в Архангельск, Иван Сивков уже обжился, обрабатывал землю и по образу жизни мало чем отличался от окрестных черносошных крестьян. Примерно в 1707 году Иван Сивков умер. Елена осталась одна — Мария к тому времени вышла замуж за сына местного крестьянина — Корельского.
… В 1932 году далекий потомок Марии, Василий Корельский, имел возможность ознакомиться со старинным документом, где прочитал, что «Михайло Ломоносов есть плод царя Петра I. В извоз была предусмотрительно взята добротной красоты и статности Елена Ивановна Сивакова (так в тексте) — сирота. Сводничество произведено Двинским земским старостой Лукой Леонтьевичем Ломоносовым через Федота Баженина, входившего в деловые сношения с царем».
По версии Василия Корелина, опубликованной в еженедельнике «Советский рыбак» и архангельской газете «Правда Севера», это была акция староверов, которые рассчитывали иметь на царя Петра влияние, после того, как Елена родит от него ребенка.
Встреча Петра I с Федором Бажениным состоялась в начале 1711 года в Усть-Тосно, в 30 верстах от Петербурга, где царь отдыхал около недели. Красавица Елена, несомненно, запала в душу Петру; не стоит забывать, к тому же, что секретарем у него был Алексей Васильевич Макаров, знавший Елену с детства.
Как бы то ни было, судьба родившегося сына не оставила Петра равнодушным… Первую жену, Евдокию, Петр не любил, так же не любил и сына от нее, Алексея, и никогда не воспитывал. И детей от второго брака он никогда не ласкал, не разговаривал с ними, ничему не учил. Что уж говорить о незаконнорожденных… Общее число известных бастардов Петра (от немецкого bastard — внебрачный ребенок владетельной особы) достигает, по крайней мере, 100 человек. Называется и цифра в двести потомков мужского пола.
Профессор Окунь на своей лекции по этому поводу как-то сказал: « Всех, конечно, никогда не учтем, но за несколько сотен наука ручаться может».
Всех своих детей, до сих пор не сосчитанную безотцовщину, Петр никогда не признавал, никогда никому из них не помогал. Он неоднократно высказывался об этом — Если наследничек способен хоть к чему-то – сам пробьется, и помогать ему не нужно.
Но было, было что-то в девочке из Владычной слободы особое…Незадолго до смерти Петр рассказал о своем сыне главе Синода Феофану Прокоповичу: «Обучи, владыка, его в московских школах и приобщи его к сану священника или государственного служащего, на что он будет способен».
Подлинной записи о рождении Михаила Ломоносова в церковных книгах не сохранилось. Не найдено и записи о браке Василия Ломоносова и Елены, хотя сохранились записи о двух других его браках. И сохранился отзыв о Василии Дорофеевиче Степана Кочина: « А собою был простосовестен и к сиротам податлив, а с соседьми обходителен, только грамоте не учен».
В 1722 году по повелению сверху Миша Ломоносов был отправлен для обучению грамоте в школу на Выг. С ним в школу отправили двоюродного брата, сына Марии, Петра Корельского.
Во время пребывания в школе Елена от побоев мужа скончалась.(По версии Василия Корельского.)
В 1730 году Михайлу Ломоносова втайне от мачехи, Ирины Семеновой, отправили в Сийский монастырь, что бы по зимнику доставить в Москву.
Слово Василию Корельскому: « В нашем роду говорили, что Семену Корельскому из Матигор, который шел старшим в извозе (обозе – П.Ш.) Николо-Корельского монастыря на Москву, служба архиерейского дома вручила паспорт на имя М.В. Ломоносова. Более того, было дано повеление, что на его подводе поедет и сам Михайла. Семен должен взять его в Сийском монастыре и доставить в Москву, где его встретят и определят на учебу».
В начале февраля 1731 года настоятель Заиконоспасского монастыря в Москве Герман Копцевич зачислил Михайлу в школу при монастыре с содержанием за счет монастыря. Это могло быть сделано только по особому повелению главы Синода Феофана Прокоповича. Копцевича, повысив в сане, перевели подальше от Москвы и Петербурга — так обеспечивали тайну.
Синод вскоре переехал в Петербург, и тогда же Ломоносова в числе 12 человек направили в Петербургскую академию. В 1736 году, умирая, глава Синода призвал дочь Петра Елизавету и поведал ей тайну Ломоносова.
Ну, а дальше вы сами все знаете:
« Как архангельский мужик
По своей и Божьей воле,
Стал разумен и велик».
Несомненное внешнее сходство. Ломоносов был высокого роста, узкокостный, румяный, с тонкими ногами, маленькими ступнями и миниатюрными и изящными кистями рук. Именно так выглядел и Петр I. Несомненно и сходство характера и поведения, о чем могли судить те, по чьим бокам погуляла палка скорого на расправу Ломоносова.
Так же сходство можно усмотреть и между императрицей Елизаветой I и Ломоносовым.


Можно, конечно, придерживаться официальной версии – дескать, крестьянский сын, Ломоносов, был уж такой талантливый, такой одаренный, что преодолел все сословные преграды и бюрократические препоны.
Вот только самых талантливых самородков и близко не пускали к царской семье, потому что — семья!
А Михайло Ломоносов ОПАСНО приблизился.
1740 год, когда он бегает по Германии и Голландии, скрываясь от агентов императрицы Анны Иоановны.
И именно осенью 1740 г. его «отец» Василий Ломоносов совершает непонятный, казалось бы, поступок: он продает свой дом, пахотную землю и другое движимое и недвижимое имущество и на своем корабле уходит якобы на промысел.
И вскоре якобы гибнет в море. То ли утонул, то ли погиб после крушения корабля на необитаемом острове… Но — перед продажей дома и другого своего имущества Василий Дорофеевич отправил восьмилетнюю дочь в деревню Матигоры к деду Маши Ломоносовой Семену Корельскому. А не похоже ли, что это Михаил позаботился о человеке, который его вырастил, и предупредил об опасности? От той самой опасности, от которой он сам бегал.
Корабль, на котором ушел в неизвестность Василий Ломоносов, немаленький, как раз годится, чтобы с комфортом дойти до сытой и спокойной страны Европы.

А теперь смотрим, когда Ломоносова вернули из Германии?
В июле 1741 года.
А что вскоре случилось?

Случился дворцовый переворот, в результате которого на трон уселась его единокровная сестрица, Елизавета Петровна. Родилась будущая императрица России до вступления её родителей в церковный брак, поэтому считалась незаконнорожденной.
Ночью 25 ноября 1741 года вместе с Шуваловым, Воронцовым, и Лестоком, Елизавета Петровна пришла в казармы Преображенского полка. Она обратилась к солдатам и офицерам с речью: «Вы знаете, чья я дочь, ступайте за мной!».
ЭТОТ аспект деятельности Ломоносова как-то не рассматривался, только стоит задуматься — в Германии Ломоносов немалые деньги потратил на уроки фехтования, а тут как раз готовится заварушка, в которой каждая шпага на счету…
И после воцарения Елизаветы Михаилу, что называется, ПОПЕРЛО. Не забыла императрица в заботах первых месяцев царствования своего единокровного брата. С 1 января 1742 года Ломоносов был произведен в адъюннкты Академии по физическому классу с содержанием 360 рублей в год.Это были большие деньги.
В ту пору пуд масла коровьего стоил — 1 р.70 коп.
Пуд меду – 1. р.90 коп.
Яйца куриные – 20 коп. за сотню.
Огурцы — 11 коп. за сотню.
25 июля Елизавета подписала Сенатский Указ о производстве Михайлы Ломоносова в профессоры Академии. Это тоже свидетельствовало об участии Елизаветы в судьбе Ломоносова. 1 марта 1753 года по указу императрицы Ломоносову были присвоены права дворянства. В Копорском уезде ему отвели 9000 десятин земли и 212 душ крепостных крестьян. Под строительство дома «крестьянского» сына было выделено ШЕСТЬ участков. На Мойке его дом стоял в одном ряду с усадьбами князей Щербатова, Путятина, Тараканова, но был гораздо больше их.
Вот так выглядела усадьба крестьянского сына.

Ну, и другие приятности, о которых подробнее — в главе «Ломоносов — ученый».
Для сравнения — внебрачные дети сановников вовсе не редкость. Сотни бастардов, достигших высокого положения, известны в нашей истории, начиная с киевского князя Владимира, сына ключницы Малуши. Внебрачный сын императрицы Екатерины II и Орлова — Бобринский, поэт Василий Жуковский – сын помещика Афанасия Бунина и пленной турчанки Сальхи, ставший наставником будущего императора Александра II.

Даже само происхождение императрицы Екатерины II весьма интересно в этом плане. Официально София Фредерика Августа Ангальт-Цербская родилась в браке принцессы Гольштейн Готторпской Иоганны Елизаветы и принца Христиана-Августа. Но на самом деле ее отцом был секретарь российского посла во Франции Иван Бецкой, в свою очередь – внебрачный сын князя Ивана Трубецкого.
Императрица Екатерина Алексеевна почитала и любила Бецкого как родного отца.
И, в довершение, сын Екатерины, император Павел, был сыном графа Сергея Салтыкова.

Сами Романовы относились к тому, что Павел I не был сыном Петра III, с большим юмором. Есть мемуарная запись о том, как император Александр III, очень страдавший от того, что в Романовых после многочисленных браков с германскими княжнами практически не осталось русской крови, узнав об этом, перекрестился и громко воскрикнул: «Слава богу, мы русские!»
Так что внебрачные дети сановников в нашей истории вовсе не редкость, и Михайло Ломоносов совсем не исключение.
Был еще один человек, которого считали сыном императора Петра — фельмаршал Румянцев.

Несомненно сходство единокровных братьев. И Ломоносов, и Румянцев были людьми высокого роста, но узкокостными, с тонкими ногами, маленькими ступнями и миниатюрными кистями рук. Оба были полнощекими; румяными и обладали тем типом лица, который в России именуется «бабьим». И тот, кто видел восковую статую Петра I в Эрмитаже, согласится, что такие же черты свойственны и внешнему облику царя Петра, хотя некоторая женственность черт, характерная для Ломоносова и Румянцева, в меньшей степени присуща императору.
Можно сказать, что Петр Румянцев стал фельдмаршалом благодаря тому, что его отец был генералом. Но если присмотреться, то этоПетя сделал Сашку Румянцева, денщика Петра I, генералом. Когда понадобилось срочно выдать замуж брюхатую Марию Матвееву, любовницу императора, то тут и сгодился денщик. Подарком на свадьбу от императора было звание бригадира. О детских годах Петра Румянцева на удивление мало сведений. Сам он о своем детстве написал, но после его смерти записки эти были тщательно изъяты и уничтожены.
О карьере
Летом 1739 года русский посланник в Берлине барон Бракель получил царский указ, в котором говорилось: «… снисходя к просьбе генерала Румянцева, сын его отправляется дворянином посольства к Вам, дабы Вы его при себе содержали и как в своей канцелярии для письма употребляли, так и в прочем ему случаи показывали, что бы он в языках и других потребных науках от добрых мастеров поставлен был и искусства достигнуть мог».
Жалованье же 14-летнему недорослю положено небывалое: 400 рублей в год! Напомним: Ломоносов, будучи сотрудником Академии, получал 360 рублей в год.
«На поступки его иметь особливое крепкое смотрение»
Поведение молодого Румянцева в Берлине один в один напоминает поведение Ломоносова во время учебы в германских университетах.
Так же, как Ломоносов, его единокровный брат не хотел служить, делал долги, закладывал вещи, платье. А однажды он вообще исчез из своей квартиры, и русское посольство разыскивало его по всему Берлину. Оказалось, что он завербовался в один из полков прусской армии, (как и брат Михаил!) и послу пришлось здорово постараться, чтобы вытащить его с прусской службы. На упреки Бракеля юноша заявил, что он будет нарочно вести себя так, чтобы его отправили назад в Россию.
Бракель пожаловался в Петербург.
И тут происходит невероятное! Из столицы на имя недоросля приходит приказ-увещевание, подписанный — ни много ни мало — кабинет-министрами! Согласитесь, кабинет-министры, уговаривающие 14-летнего мальчишку не шалить, — явление не частое в практике дипломатической службы.
Внушение подействовало: молодой Румянцев перестал буйствовать, но зато вообще забил на службу, сказавшись больным. Доведенный до отчаяния барон Бракель слезно умолял Румянцева-старшего забрать сына домой. Эти мольбы возымели действие — Александр Иванович решил направить сына по военной стезе.
Похоже, что помещение Петра Румянцева в Кадетский корпус тоже решалось на правительственном уровне.
Сохранился личный приказ императрицы: «Генерала Румянцева сына Петра Румянцева определить в Кадетский корпус и на оного и на поступки его иметь особливое, крепкое смотрение».
В Кадетском корпусе Петр не задержался. О том, что стояло за поспешным решением о присвоении офицерского звания «подпорутчика» Петру Румянцеву. .
Единственным человеком, который находил на него управу, был Румянцев-старший. Папа попросту порол сына, как сидорову козу, и на какое-то время это помогало.
А в шляхетском корпусе без надзора отца Пётр Румянцев продолжал развлекаться, да так, что всего за четыре месяца от его шалостей взвыли самые опытные и стойкие преподаватели, взмолившиеся—?заберите его от нас, ради Бога, пока от учебного заведения хоть что-то осталось.
А в 1741 году ( именно в 1741 году, как и Ломоносов), он вдруг перестает балбесничать и непонятно себя вести. В 1741 году Петра Румянцева произвели в подпоручики и отправили в действующую армию, на русско-шведскую войну. И здесь произошло неожиданное?—?вчерашний хулиган превратился в весьма способного и смелого молодого офицера, отлично проявившего себя под Вильманстрандом и Гельсин­форсом.
16-летний подпоручик делил со своими солдатами тяготы службы, не брезговал есть из солдатского котла, строго следил за тем, чтобы его подчинённые всегда были одеты, обуты и накормлены. За два года войны Пётр Румянцев вырос в чине до капитана и был удостоен высокой чести?—?ему поручили доставить в Петер­бург донесение о заключении Абосского мира, завершившего русско-шведскую войну. И он вручил его лично в руки сестрице.
Так, в 1743 году 18-летний капитан Румянцев, минуя чины секунд-майора, премьер-майора и подполковника, по личному приказу императрицы производится сразу в полковники и назначается командиром Воронежского пехотного полка. Такой взлет для юноши представляется невероятным, если не учитывать родство с императрицей. Тогда же отцу «героя» — Александру Ивановичу Румянцеву — пожаловано графское достоинство.
Сам Петр Александрович далеко не всегда относится к царским милостям с благоговением. Когда в 1745 году Елизавета решила женить его на очень богатой и знатной невесте — Марии Волынской — родители Петра с восторгом принимают предложение императрицы. Петр же попросту проигнорировал желание царицы: он даже не приехал из войск в Петербург. Женился он через три года, женился крайне неудачно, как будто только для того, чтобы продемонстрировать своей царственной сестре собственную волю…
В то же время Петр Румянцев искренне любил и уважал, Елизавету Петровну, и слёзы, пролитые им на похоронах царицы, были, безусловно, искренними.
Полководец Екатерининских времен
В отличие от Ломоносова, Петр Румянцев от императрицы Екатерины старался держаться подальше.
Он не принимал участия в перевороте 1762 года, в результате которого на престол была возведена Екатерина II. По всей видимости, Румянцев никогда не считал Екатерину законной правительницей России. Он и присягнул ей лишь после того, как были получены абсолютно достоверные сведения о том, что Петр III действительно мертв.
Уже этого одного было достаточно для того, чтобы императрица невзлюбила полководца. Темные же слухи о его царственном происхождении могли лишь усилить ее опасения и неприязнь. Но будучи умной правительницей, Екатерина не собиралась отказываться от профессиональных услуг военачальника. Она дважды отвергала прошения Румянцева об отставке и приложила все усилия, чтобы выманить его из Данцига, где он жил как частное лицо, в Петербург.
На ее личные письма, убеждающие его вернуться в Россию, он, возможно, не без оснований опасаясь за свою жизнь, отвечал отрицательно.
Очаровав мать полководца, Екатерина II включила ее в свою игру и достигла-таки успеха: раздражаясь, отвечая откровенной грубостью на увещания матери, Петр Александрович возвращается в Россию. Здесь ждут его трудности службы, недоброжелательство соперников и маскируемые под радушие подозрительность и неприязнь императрицы.
Но ждут и новые победы, новые милости и слава…
Но – он держался подальше от Екатерины.
А вот Ломоносов не остерегся.
Когда в 1762 году на престол взошла Екатерина Великая, она запросто заезжала к крестьянскому сыну на огонек… И сам Михайло Васильевич, не чинясь, заезжал во дворец, и при случае даже как-то надрал уши наследнику престола, будущему императору Павлу.
Похоже, переоценил Михайло любезность императрицы, а возможно, и сболтнул лишнего. Смерть Ломоносова приписывают Екатерине. Дескать, она отравила.
Случилось этот на поминальном обеде по поводу годовщины кончины Елизаветы Первой. На том обеде оба супруга Ломоносовы были отравлены медленно действующим ядом. Вследствие чего оба сильно занемогли, причем одновременно. Михаил Ломоносов даже перестал ходить, а жена его едва ходила.
Целый 1762 г. год вплоть до января 1763-го, Ломоносов не посещал Академию. В 1763 году Екатерина УВОЛИЛА Ломоносова из Академии. Спустя малое время она свой указ отменила, но…Екатерина нашла способ подмешать яд в вино крепко пьющему Ломоносову, и в апреле 1765 года, в возрасте 54 лет, Ломоносов скончался.
На другой день после смерти библиотека и весь архив Ломоносова до последней бумажки были по приказу императрицы опечатаны графом Орловым и перевезены во дворец, где бесследно исчезли.
(Продолжение следует. Далее – Ломоносов – ученый.)

Вредная легенда о Ломоносове | newsvo.ru — новости Вологодской области

Господа, просьба не бросаться тяжёлыми предметами, не кричать — Это всем известно! — а внятно ответить на простой вопрос: Что открыл Ломоносов? (Кроме Московского университета, с которым не все ясно, поскольку к этому сильно приложился Шувалов, добившийся финансирования).

Тут через Вологду будет проходить «Ломоносовский обоз», (хотя официально Ломоносов через Вологду не проходил), вот я и заинтересовался…
Я к слову, давно интересуюсь этой чудовищной многовековой «панамой» — дескать, крестьянский сын уж такой талантливый был, такой одаренный, что преодолел все сословные преграды и бюрократические препоны.
В это можно было бы поверить, если не вспомнить судьбу почти современника, талантливого механика-самоучки Кулибина, сына мелкого торговца-старообрядца. Уж он то был одаренным, несомненно, талантливым изобретателем, и что? Когда он в 1818 году умер, вдова занимала деньги и даже продала настенные часы, чтобы было на что похоронить его…
И крестьянский сын Магницкий, автор знаменитой «Арифметики», многого бы добился, если бы не был племянником архимандрита Нектария?
За Ломоносовым был чудовищный административный ресурс. После появления Михайлы семье Ломоносовых стала поступать помощь казны. Свидетельством тому — постройка Василием Ломоносовым на одной из придвинских верфей «новоманерного» судна — гукор с двумя мачтами, круглой кормой и плоским днищем. Постройка такого судна в то время обходилась около 500 рублей, сумма по тем временам весьма почтенная. Достаточно лишь заметить, что Вологодское пригородное село Ковырино в 1705 году было продано Богдану Засецкому за 800 рублей.
Биографы Ломоносова советских времен неохотно признавали: «Нет оснований предполагать, что он мог обойтись своими средствами». И – никуда не денешься от сохранившихся документов! В описи 1710 года «отец» Михайлы Василий Ломоносов отмечен бедным 30-летним холостяком; по описи 1722 года, через десять лет, Василий превратился в богатейшего человека Архангельского края: у него появилась большая усадьба, рыбные промыслы, пруд для рыбы, и уже упомянутый самый крупный в Архангельске двухмачтовый корабль на 90 тонн.
По официальной версии, Михайло попросту убежал из дому, никого не спросясь, так всегда и считалось. Но, оказывается, на руках он имел паспорт, выданный 9 декабря 1730 года холмогорской воеводской канцелярией, и в волостной книге Курострова сохранилось поручительство за него в уплате подушных денег, в котором говориться, что «Отпущен Михайло Васильевич Ломоносов к Москве и к морю до сентября предбудущего 1731 года, а порукою по нем в платеже подушных денег Иван Банев расписался».
Житель Курострова, Иван Банев, в воеводской канцелярии был лицом известным — в 1728 году он доставлял из Холмогор в Куростров гербовую бумагу, представлял волость, подносил Воеводе и приказным подарки от волости и т.д.
(Кстати, когда Ломоносов уже стал знаменит, его земляки по-прежнему платили за него подушную подать — 1 рубль 20 копеек, поскольку по документам первый русский академик еще числился… крестьянином в бегах!)
И вот крестьянский сын приходит в Славяно-Греко-Латинскую академию… В Московских Спасских школах записался 1731 года января 15 числа. Жалованья в шести нижних школах по 3 копейки на день, а в седьмой 4 копейки на день.
А указом синода от 7 июня 1728 года предписывалось « … помещиковых людей и крестьянских детей, а так же непонятных и злонравных, отрешить и впредь таковых не принимать».
Ну, подумаешь… И Миша называет себя дворянским сыном. Если все так просто – отчего другие крестьянские дети не называли себя дворянами? Учились бы себе, горя не зная… А сколько лет Мише? 19 лет от роду.
А что говорится в указе от 17 октября 1723 года, по которому держать недорослей в школах после 15 лет не велено, «хотя б они и сами желали, дабы под именем той науки от смотров и определения на службу не укрывались».
Ну, Ломоносову указ – «не указ». Через год, как и следовало ожидать, вдруг вскрывается, что Михайло Ломоносов вовсе не дворянский сын. И что – его выпороли, выгнали с позором? Нет, дальше учится, стипендию получает, да жалуется впоследствии, вспоминая, как мала была та стипендия — три копейки в день… Нам сейчас трудно представить, что, собрав эти копейки месяца за три, Миша мог купить корову, да еще у него могло остаться денег на сотню куриных яиц.
В 1734 году предстояла экспедиция в киргиз-кайсацкие степи, в которую предполагалось включить ученого священника.
Ну, интересная же командировка! И Миша решает стать священником и 4 сентября объявляет, что его отец « города Холмогор церкви Введения пресвятыя Богородицы поп Василий Дорофеев», и что он жил всегда при своем отце, « в драгуны, в солдаты и в работу ее императорского величества не записан, в плотниках в высылке не был, от перепищиков написан действительного отца сын и в оклад не положен». (То есть, не принадлежит к податному сословию).
Ломоносов дает подписку, что если в его показаниях что недостоверно, « за то священного чина будет лишен и пострижен и сослан в жестокое подначалие в дальний монастырь»
Но, памятуя, что это заявление недавнего дворянского сына, его показания решают проверить через Камер-коллегию и тогда он, в конце концов, признается во всем: «Учинил с простоты своей и никто, ево, Ломоносова, чтобы сказаться поповичем, не научил».
И что?
И ничего, кроме того, что глава Синода, сам Феофан Прокопович сказал: « Не бойся ничего. Когда бы со звоном в большой московский соборный колокол стали тебя публиковать самозванцем, я твой защитник».
В 1736 году за границу отправляют трех студентов — сына советника Берг-коллегии из Москвы 17 лет, суздальского поповича 16 лет и « Михайло Ломоносов, крестьянский сын, из Архангелогородской губернии, … двадцати двух лет». Годов ему маленько поубавили…
А денег – шибко прибавили! 300 рублей на дорогу, да ещё 400 рублей ежегодно на проживание.
В Германии, в Марбурге, а потом во Фрейберге, Ломоносов какое-то время учится горному делу, не уклоняясь от обычных студенческих развлечений того времени – немецкие студенты считали своим долгом буйствовать и безобразничать. Они шлялись по городу шумными компаниями, врывались в церкви во время похорон и свадеб, делали лихие налеты на купеческие лавки и погреба, били стекла в домах, устраивали кошачьи концерты и по любому поводу драки. Вот Миша самоотверженно включился в студенческую развеселую жизнь, и много в том преуспел.
Потом Ломоносов начинает чудить по-своему. В декабре 1739 года учитель Ломоносова в Германии, во Фрейберге, горный советник Генкель рапортовал в Российскую академию о дерзости своего ученика: «Поручил я Ломоносову работу, какую обыкновенно и сам исполнял (растирать в ступке соли ртути. – А.П.), но он мне дважды наотрез ответил: «Не хочу!» Далее он страшно шумел, колотил изо всей силы в стену, кричал из окна, ругался…»
«Я узнал также, что он уже прежде в разных местах вел себя неприлично, ужасно буянил в своей квартире, колотил людей, участвовал в разных драках в винном погребке, братался со здешними молокососами-школьниками, с самого начала слишком пьянствовал, поддерживал подозрительную переписку с какой-то марбургской девушкой — одним словом, вел себя непристойно…” И всё сошло буйному студенту.
Генкель, следуя указаниям Петербургской академии наук, резко сократил расходы на содержание русских студентов и оповестил всех в городе, чтобы им ничего не давали в долг. Это сильнейшим образом обозлило Михайлу, тем более что в Марбурге дочка его квартирной хозяйки – вдовы Цильх – Елизавета Христина родила Михайле дочь, которой он не мог теперь оказать материальной помощи. Да и на винцо, которое Ломоносов всегда жаловал, не хватало. Вместе с недовольством приземлённой учёбой у Генкеля всё это толкнуло его на следующую дерзость: он самовольно покидает Фрейберг с единственным желанием вернуться в Россию.
Генкель пишет что перед уходом Ломоносов в ярости «изрубил и изорвал на мелкие кусочки изданные мною книги, хотя они составляли его собственность», и при этом так бушевал, что привел «все строение в сотрясение».
Уйти с учебы в то время значило уйти со службы. Даже просьба об увольнении с этой службы каралась каторжными работами, а побег означал неминуемую смертную казнь.
Михаил начинает гулять по Германии, с пробирными весами и гирьками в кармане, рассчитывая по дороге где-нибудь подработать, как горный мастер. По пьянке в кабаке вступает в армию, в королевскую прусскую службу, быстренько дезертирует, и дальше гуляет по городам Германии и Голландии.
Попытка встретиться с российским консулом оказалась неудачной, и Ломоносову ничего не оставалось делать, как возвратиться в дом вдовы Цильх. Было поставлено и условие – брак с её дочерью. Венчание с Елизаветой (он прожил потом с ней всю жизнь) в церкви реформатской общины Марбурга Михаил счёл за вынужденную шалость, скрыл по приезде в Петербург и не любил вспоминать впоследствии.
Но документы свидетельствуют крестьянский сын на этот раз называет себя купеческим сыном:
Запись в церковной книге реформатской церкви города Марбурга гласит: «6 июня 1740 года обвенчаны: Михаил Ломоносов, кандидат медицины, сын архангельского торговца Василия Ломоносова, и Елизавета-Христина Цильх, дочь умершего члена городской думы и церковного старшины Генриха Цильха»
В феврале 1741 года академик Шумахер высылает Ломоносову в Марбург 100 рублей золотом на переезд в Петербург. 8 июня 1741 года Ломоносов как ни в чем не бывало возвращается в Петербург, и сразу получает место в академии. Это только начало…
25 ноября 1741 года в результате переворота Елизавета, дочь Петра, вступает на престол, и в первые же месяцы производит Ломоносова в адъюнкты академии с содержанием 360 рублей в год! Рубль в день!
…В тихий осенний вечер в 1742 году садовник при Академии наук Иоганн Штурм принимал гостей у себя в доме. Вдруг вбегает заплаканная служанка с подбитым глазом и в порванной рубахе, а следом вваливается Михайло Ломоносов, который и навесил служанке фингал, и заявляет, что пирующие здесь немцы злодейски похитили у него плащ — епанчу.
Лекарь Ингерманландского полка Брашке с достоинством заявил, что люди здесь собрались честные, и странно слышать такие обвинения. В ответ адъюнкт академии — ему в зубы! А потом хватает увесистую болванку – подставку для париков, и начинает этой болванкой охаживать всех подряд. Обозвал жену хозяина «курвой» и ей тоже – по морде. От такого обращения беременная супруга садовника выскочила в окошко. И ее отцу, переводчику немецкой камер-конторы Грове – в ухо! И бухгалтеру книжной лавки при академии Прейсеру – бац! Схватились за шпаги, маленько поцарапали друг друга, но крестьянский сын не унимался – порубал шпагой дверь, расколотил зеркало… Прибежали караульные солдаты, караульный велел Ломоносову сдать шпагу, но тот и ему — в зубы!
Пятеро солдат и староста, наконец, скрутили буяна, доставили на съезжую, потерпевшие подали письменные заявления, и …
И — ничего!
Пошел Михаил Васильевич и как следует, похмелился. Подумаешь – немцев побил, делов-то. Гастарбайтеры, понаехали тут…Справедливости ради надо сказать, что пыль он выколачивал и из кафтанов своих коллег, академиков.
Апрель 1743 года: «…поносил профессоров отборной руганью, называл их ворами и такими словами, что и писать стыдно, и делал против них руками знаки самым подлым и бесстыдным образом…»
И опять же, обходилось без особых последствий. Подумаешь, посидел пару недель под арестом… Как раз в это время, когда он находился под арестом, к нему приехала жена со своим братом, которым он выслал деньги на поездку.
Глава академической канцелярии, герр Шумахер, исправно покрывал проказы Ломоносова. Так же был благосклонен к нему и сам ночной император, Иван Иванович Шувалов. Вот такие были они люди — только о том и думали – как бы услужить крестьянскому сыну…
Прошу заметить — я вовсе не имею в виду, что Ломоносов все время только водку пьянствует и бездельничает. Нет, он много и плодотворно работает, а чтоб крестьянскому сыну еще лучше работалось, в 1753 году Елизавета Петровна подарила ему поместье в 9000 десятин, чтобы он там построил стекольный завод, и несколько сот душ крепостных, что бы на этом заводе было кому работать. Ему дают дворянство и отваливают денег на скромный домик; на Мойке его дом стоял в одном ряду с усадьбами князей Щербатова, Путятина, Тараканова. Самый большой дом и самая большая усадьба принадлежали коллежскому советнику и профессору Михайле Васильевичу Ломоносову.
Дом в два этажа, с мезонином, по фасаду 15 окон, (мой читатель, проходя по городу, прикиньте – какие старые дома подходят по размеру). Входа в дом со стороны Мойки не было, лишь рядом с домом большие, запертые наглухо ворота. Замыкают усадьбу два флигеля, в которых жили мозаичные мастера, здесь же разместились погреба, конюшни, поварня. Чуть подальше стояли сараи, и каменный павильон для готовых мозаичных картин, астрономическая обсерватория по последнему слову европейской техники, так что ему было где заметить, что Венера «имеет знатную воздушную атмосферу».
В глубине усадьбы виднелись крытые зеленые аллеи, бассейн, молодой фруктовый сад. Со стороны сада был широкий проезд к дому. Сюда к нему подкатывали золоченые кареты сановников, а когда в 1762 году на престол взошла Екатерина Великая, она запросто заезжала к крестьянскому сыну на огонек… Ну, генеральское звание (статского советника) это само собой. И сам Михайло Васильевич, не чинясь, заезжал во дворец, и при случае даже как-то надрал уши наследнику престола, будущему императору Павлу.
Так что я остаюсь при своем прежнем мнении — больше вреда, чем пользы от расхожей легенды: «…Как архангельский мужик, по своей и Божьей воле стал разумен и велик». Дескать, помогать юным талантам из провинции вовсе не обязательно. Мол, сами придут в Москву с рыбным обозом…
Так же, как Михаил Головин, ближайший ученик Леонида Эйлера, приехавший в Санкт-Петербург из Архангельска. (Точнее – крестьянин села Матигоры близ Курострова), казалось бы – повторение биографии Ломоносова, подтверждающее возможность пробиться в науку самостоятельно, благодаря таланту.
Ну, так вот что пишет о юном Мише Головине Михаил Ломоносов своей сестре Марье Васильевне, матери Головина : «… с самого приезду сделано ему новое французское платье, сошиты рубашки и совсем одет с головы и до ног… Третьего дня послал я его в школы здешней Академии наук, состоящие под моей командою, где сорок человек дворянских детей и разночинцев обучаются и где он жить будет и учиться под добрым смотрением, а по праздникам и воскресным дням будет у меня обедать, ужинать, и ночевать в доме. Учить его приказано от меня латинскому языку, арифметике, чисто и хорошенько писать и танцевать.
Ломоносов озаботился «…нарочито осмотреть, как он в общежитии со школьниками уживается, и с кем живёт в одной камере. Поверь, сестрица, что я об нем стараюсь, как должен доброй дядя и отец крестной. Также и хозяйка моя и дочь его любят и всем довольствуют…»
Пришёл с обозом трески другой куростровец, искусный резчик по кости и перламутру Федот Шубный – и Михайло Ломоносов устраивает его придворным истопником, так как срок паспорта Шубного истекал.
И уже 23 августа 1761 года Иван Иванович Шувалов затребовал в Академию художеств истопника Федота Шубного. Жива была ещё Елизавета… Но умер несомненно талантливый скульптор – в нищете.
Так вот, господа, мой прежний вопрос — поведайте мне, сущеглупому, что открыл великий русский ученый Михайло Ломоносов, кроме университета?

Мифы и правда о Михаиле Ломоносове

5 августа 1745 года Михаил Ломоносов стал первым российским академиком – действительным членом Академии наук, профессором химии.
Михаил Ломоносов считается одним из самых великих русских ученых. Вся его жизнь была связана с наукой, образованием и выдающимися открытиями.Однако вовсе не все, что мы традиционно «знаем» об этом гениальном человеке со школьной скамьи, истинная правда. История самоотверженного безграмотного мальчика из нищей крестьянской семьи, который, рискуя жизнью, босиком добрался до Москвы в поисках знаний и сразил своими талантами профессуру — не более чем легенда.

Миф 1. Ломоносов рос в бедной крестьянской семье
Семейство будущего светила отечественной науки была не то что не нищей, а очень даже зажиточной. Родился Миша в селе Денисовка Холмогорского уезда Архангельской губернии. Отец его, Василий Дорофеевич Ломоносов, владел рыболовецкой артелью из нескольких судов, был человеком в своей вотчине известным и в деле весьма преуспевающим.
Кроме того, получившим неплохое для тех мест образование – в юности он учился в Москве на священника. И супругой его стала дочь дьякона Елена Ивановна, тоже женщина грамотная.
Она и обучила сына азбуке в раннем возрасте – известно, что в доме Ломоносовых была довольно большая библиотека. Позже Миша учился у дьячка местной Дмитровской церкви Сабельникова и к своим 14 годам прекрасно читал и писал.
Поэтому и легенда о том, что Ломоносов был безграмотен, является всего лишь выдумкой.
Миф 2. Бежал из дома – к знаниям, пешком и босиком
На самом деле, не известно, как повернулась бы жизнь Михаила Ломоносова, если бы непростые обстоятельства не заставили его бежать из отчего дома.
Во-первых, у мальчика не сложились отношения с третьей женой отца. Елена Ивановна умерла, когда Мише было 9 лет, появилась другая женщина. Но и она вскоре отошла в мир иной. Очередная мачеха, по свидетельствам историков, отличалась нравом сварливым, 13-летнему подростку крепко от нее доставалось. Больше всего ее раздражала тяга мальчика к знаниям, она отбирала у него книги, попрекая тем, что он занимается ерундой вместо того, чтобы делать что-то полезное. Жизнь в отчем доме сделалась невыносимой.
Последней каплей стало желание отца поскорее выгодно женить Михаила. Нашли и невесту. Становиться в свои 19 лет семьянином Ломоносов никак не желал. Поэтому попросил перенести свадьбу в виду своего «нездоровья» и, улучив момент, бежал в столицу.
Путь до Первопрестольной занял три недели. Его будущий ученый преодолел вовсе не пешком и уж конечно не босиком, а на обозе. А вот данные о том, что скарба он с собой практически не взял – правда. Беглец ушел с одной сумой, в которую положил только сменную одежду и две книги — «Грамматику» и «Арифметику».
Миф 3. Был внебрачным сыном Петра Первого
Такую версию можно прочитать в некоторых исследованиях, претендующих на сенсацию. Якобы царь неоднократно бывал в Архан­гельске, работал на Баженовской верфи, которая располагалась ря­дом с местечком, где и жила семья Ломоносовых.
Кстати, миф о родстве ученого и монарха зародился еще в 18 веке.
Вероятно, он порожден тем, что Ломоносов боготворил императора, писал в его честь стихи и оды, складывал мозаичные портреты Петра Великого. «Ежели человека, Богу подобного по нашему понятию, найти надобно, кроме Петра Великого — не обретаю!», — писал он.
При этом восхождение по карьерной лестнице давалось юному выходцу из провинции довольно легко и многое сходило с рук.
На самом деле нет никаких данных, подтверждающих, что Ломоносов и Петр были связаны – говорит официальная история. Существует множество косвенных данных, свидетельствующих об обратном, — утверждают некоторые альтернативные историки. Вопрос об истинном происхождении Михаила Васильевича до сих пор остается открытым.
Миф 4. Благообразный благородный муж
Богатое научное и литературное наследие, оставленное Михаилом Васильевичем, а также внешний вид – полноватое добродушное лицо, украшенное буклями парика – придают образу гения шлейф истинного благообразия, человека спокойного и рассудительного, не подверженного страстям.
На самом деле ученый обладал поистине взрывоопасным нравом. Причем не считался ни с кем. Так, когда он обучался в Германии, на него в Россию пришла жалоба от его учителя по горному делу: «Поручил я Ломоносову работу, какую обыкновенно и сам исполнял, но он мне дважды наотрез ответил: «Не хочу!». Далее он страшно шумел, колотил изо всей силы в стену, кричал из окна, ругался…»
Не менее несдержанным был он и со своими учеными коллегами. Так, весной 1743 года Ломоносов устроил пьяный дебош в Петербурге, в стенах академии. Показал кукиш секретарю академии Христиану Винсгейму, бранил других профессоров. В отчете записано: «..поносил профессоров отборной руганью, называл их ворами и такими словами, что и писать стыдно, и делал против них руками знаки самым подлым и бесстыдным образом…». Тогда хулигана посадили на полгода под стражу, а потом на год срезали ему жалованье вполовину.
Зато Михаил Васильевич мог постоять за себя! Однажды вечером на Васильевском острове на ученого напали три матроса. Но Ломоносов не растерялся и пустил в ход кулаки. Два незадачливых злоумышленника бежали с позором, а третьего профессор поймал и стал пытать, зачем троица к нему полезла. Услышав, что матросы хотели просто ограбить его, Ломоносов закричал: «Каналья, так я же тебя и ограблю!». После этого он отобрал одежду бедолаги и принес ее в качестве трофея домой.
Миф 5. Старообрядец или богоборец?
По данным историка Дмитрия Володихина, то, что Ломоносов был старообрядцем и религиозным фанатиком, — выдумка. По данным исследователя, в детстве Михаил принадлежал к одному из старообрядческих согласий и, возможно, даже проходил обучение в одном из скитов на реке Выг. Однако впоследствии ученый отзывался о старообрядцах как о суеверах.
Не соответствует действительности и противоположное утверждение, что Ломоносов был не просто атеистом, а ярым еретиком и богоборцем.
В частности, из-за своего «Гимна бороде», написанного в 1757 году и содержащего смелые высказывания в адрес церкви. Духовенство так было оскорблено произведением, что даже пожаловалось Елизавете. Правда, безуспешно – императрица проигнорировала жалобу.
Но вместе с тем Ломоносов был верующим православным, в зрелом возрасте активно посещал церковь и похоронен на православном кладбище, по православному обряду.

Мифы. Мифы советской и русской науки — MSMH Nashdom.us

Неуч Ломоносов, фашист
Циолковский и плагиаторы Черепановы >
Мифы советской и русской науки. Очень советую
почитать, особенно тем, кто не любит сидеть с лапшой на ушах.
Интересно….
Неуч Ломоносов, фашист Циолковский и плагиаторы
Черепановы
Интервью
с Гелием Салахутдиновым Питер Хедрук 17 августа 2011 г.
Мы — русские. Но что
это значит?.. Говорят, основой национального самосознания является
национальная история. Говорят, история является закваской национального духа.
Тогда грош цена такому самосознанию! И такому духу: они суть мыльный пузырь,
поскольку основываются на мифах. На красивой сказке о благородном Александре
Невском, победившем псов-рыцарей… На выдумке о геройски погибших, но не
пропустивших врага к Москве двадцати восьми панфиловцах… На россказнях об
империи, распухшей до невероятия благодаря ведению исключительно
оборонительных и справедливых войн…
И любые попытки
покуситься на миф вызывают у оскорбленного этим покушением народа злобный вой
раненого зверя, жаждущего крови покусителя. Хотя, казалось бы, времена нынче
давно уже вегетарианские. XXI век на дворе, как-никак. Но именно в XXI веке
из Института истории естествознания и техники АН СССР (теперь — РАН) был с
треском уволен научный сотрудник Гелий Салахутдинов — за то, что пытался
расчистить авгиевы конюшни исторической науки от накопившегося в ней
патриотического дерьма.
Беседовать с
Салахутдиновым одно удовольствие!..
* * *
— За что же вас,
человека с таким сугубо научным именем — Гелий, с треском вышибли из истории
науки?
— За то, что я делал
то, что никому не может понравиться — развеивал мифы и разрушал дутые
авторитеты. Сначала мне выговоры объявляли, потом и вовсе уволили. Такие люди
всегда были неудобны. Вот сейчас все зачитываются книжками Суворова. А у нас
в институте еще в семидесятые годы — задолго до Суворова! — один парень
пытался опубликовать цифры, что перед войной в СССР одних только новейших
танков КВ и Т-34, броню которых не прошибала ни одна полевая немецкая пушка,
было выпущено больше, чем всех танков вместе взятых во всем мире. Затюкали
парня!
Его — тогда, а меня —
сейчас. Со времен горбачевской перестройки прошло 20 лет, Сталина с Лениным
давным-давно сокрушили-разоблачили, историческую науку подчистили от
коммунистических догм. Однако, подчистили не всю — история отечественной
науки и техники до сих пор построена на сталинской модели 1946 года, которая
родилась в эпоху борьбы с космополитизмом, «низкопоклонством и раболепием
перед западом». В этом историческом заповеднике по сей день сидят люди,
которые пишут работы про основоположника русской науки Ломоносова,
изобретателя радио Попова, основоположника космонавтики Циолковского. Все это
— сплошные мифы, которые до сих пор втюхивают в школе детям.
— А чем вам Ломоносов
не угодил?
— Тем, что он ничего
не сделал в науке. Вообще! В учебниках пишут, что Ломоносов открыл закон
сохранения массы. Какие для этого основания? А просто Ломоносов в одном
письме своему товарищу как-то написал фразу, что «если в одном месте что-то
прибудет, в другом — убудет». Из нее сталинские соколы сделали вывод, что
Ломоносов открыл закон сохранения массы. Но ведь случайная фраза в письме не
есть формулировка закона! Впервые закон сохранения массы четко сформулировал
и подтвердил опытами Лавуазье. Причем, не в частном письме, а научной работе.
Также пишут, что
Ломоносов разработал молекулярно-кинетическую теорию газов. Не разработал! И
не мог разработать, поскольку очень слабо знал математику. Именно по этой
причине, все его «труды» в области физики и химии были просто беспомощными
фантазиями.
Ломоносову приписывают
создание «основополагающих» работ по горному делу. На самом деле эти «работы»
есть ни что иное, как конспект лекций, записанных им во время учебы в
Германии. В Германии Михайло, кстати, по большей части не учился, а пил да по
бабам бегал. Поэтому и в математике слаб.
Ломоносов — не ученый.
Он администратор, человек, который умел хорошо делать только две вещи — пить
и выбивать деньги на безумные проекты. Например, он организовал псевдонаучную
заморскую экспедицию: ему пришла в голову следующая идея — достичь Индии,
обойдя Америку через Северный Ледовитый океан. Почему-то Ломоносову
втемяшилось в голову, что Ледовитый океан свободен ото льда на широтах
севернее 80 градусов. Глупость очевидная, но влияние Ломоносова при дворе
было так велико, что он легко выбил деньги от Екатерины на две экспедиции.
Обе, естественно, закончились провалом — за Шпицбергеном корабли уткнулись в
тяжелые многолетние льды. Кто оказался виноват? Уж конечно, не Ломоносов, а
командир экспедиции Чичагов, который подвергся жесточайшему разносу в
адмиралтейской коллегии.
— А, вроде, Ломоносов
изобрел мозаику. Ну, на стенках которая.
— Мозаику Ломоносову
привез граф Третьяков из Италии. Ломоносов тут же загорелся идеей освоить
производство мозаики в России. Императрица выделила ему для этого огромный
участок земли, деньги и кучу крепостных. Но Ломоносов умудрился, имея
государственный заказ на мозаику, провалить и это дело!
— Как же он выбился в
«основоположники российской науки»?
— Пиар. Когда
Ломоносов вернулся в Россию, он сказал себе: я — человек низшего сословия,
мне нужны покровители. И начал писать хвалебные оды в честь
высокопоставленных особ. С помощью этого нехитрого приема он заслужил
благосклонность многих власть имущих, в частности, графа Шувалова, который
сам тогда еще пацаном был. Ломоносов пускал покровителям пыль в глаза
околонаучными рассказами. А к старости Михайло совсем оборзел — напивался в
стельку и шел в академию наук устраивать погромы, гонял там народ, бил. На
него жаловались, но все всегда кончалось в пользу хулигана только потому, что
у него были друзья в высших сферах.
— Да, не зря вас
уволили. Вы обрушили такого колосса…
— Моя жертва была не
напрасной. Теперь про Ломоносова многие уже все понимают. Не так давно,
скажем, академик Захаров публично заявил, что Ломоносов — дутая фигура, и
весь его вклад в науку — перевод двух учебников с немецкого языка… Но для
того, чтобы стали возможными подобные заявления, мне пришлось в свое время
пережить выговоры и публичные осуждения научной общественности. Причем, так
странно все происходило… Я прихожу в институте к нашим физикам, спрашиваю:
что сделал в физике Ломоносов? Они говорят: ничего, он, вроде, химией
занимался. Прихожу к химикам, задаю тот же вопрос. Они дают тот же ответ:
ничего он в химии не сделал, иди к физикам. Там я уже был. Прихожу к
геологам, спрашиваю: есть у Ломоносова какие-то работы по геологии? Отвечают:
нету, иди к химикам или к физикам, они знают… После чего я делаю доклад, в
котором заявляю: а Ломоносов-то — ноль в науке! И в отношении меня выносят
осуждающую резолюцию. Причем, выносят те же люди, которые только что
подтверждали, что в их области Ломоносов ничего не сделал!
Я храню этот
замечательный документ: «Мы осуждаем деятельность Г.М. Салахутдинова. Научный
совет не считает обоснованными его заявления, что Циолковский не был ученым,
Ползунов — изобретателем, а Ломоносов — не сделал серьезных научных
открытий».
— Перед словом
«осуждаем» не хватает слова «гневно»… В каком дремучем году вынесено по вам
такое постановление?
— Это было 28 сентября
2000 года! Я же говорю, до сих пор в истории естествознания живы сталинские
установки!
— Так, а что там по
Ползунову?.. Это ведь изобретатель паровой машины, кажется?
— Паровая машина
существовала уже полвека до того, как ею заинтересовался Ползунов. Изучив
зарубежные чертежи, алтайский рабочий Ползунов решил: да что же мы, совсем
уже тюхи-матюхи, да неужто не построим такую же машину, какую англичане
сделали?!. Умные люди ему говорили: это невозможно сделать в России,
поскольку здесь нет необходимых технологий. Но у Ползунова было шесть классов
образования, про технологии он мало чего понимал. Все наши «гении», надо
сказать, были недоучками. Ломоносов отвратительно учился, у Циолковского
четыре класса образования, причем, из них два года он в одном классе
просидел.
Но затея Ползунова
верхам понравилась. Императрица, которой доложили об этом, создала
«самородку» все условия. И Ползунов соорудил плохую копию английской машины.
Не зря ведь ему говорили, что нужных технологий в России нет. Паровая машина
— это не телега, там нужно сопряжение деталей! А Ползунов гордился тем, что у
него между поршнем и стенкой цилиндра «палец не пролезает». Представляете
зазоры? Конечно, такая машина не держала пар! Ползунов чем-то пытался
замазывать эти дыры. А чем замажешь, если поршень должен ходить по цилиндру?
Естественно, его машина больше стояла, чем работала. Ползунов простейших
вещей не понимал — скажем, воду в котел качал прямо из пруда, машина,
естественно, тут же засорялась грязью и илом. В конце концов, неправильно
спроектированный котел дал течь, и машина окончательно вышла из строя.
Это была самая
настоящая авантюра. Ведь паровая машина на Западе появлялась веками, она
росла вслед за технологиями металлообработки. В паровой машине 102
непростых детали,
которые нужно правильно сопрячь. У паровой машины своя довольно сложная
логистика работы. А тут вдруг появляется какой-то безграмотный Ползунов и
заявляет, что он сейчас на коленке все построит.
— Кто у нас там еще
остается? Братья Черепановы, которые паровоз изобрели…
— Братья Черепановы
были в Англии на стажировке, увидели там паровоз и решили начать строить
подобные машины на Урале. Вот и все «изобретательство». А знаменитый академик
Петров, про которого во всех учебниках написано, что он первооткрыватель
электрической дуги, не открывал никакую дугу. Просто незадолго до этого были
изобретены гальванические элементы. И Петров заказал английскому мастеру
Мэджору изготовить множество таких элементов — для опытов. Вот
этот-то англичанин,
изготовив для Петрова кучу элементов, составил из них батарею и обнаружил
явление электрической искры. Петров тут ни при чем. Он просто заказал Мэджору
гальванические элементы и потому был их юридическим владельцем. Именно их, а
не открытия!
Тырить чужие заслуги —
это у наших в крови. Почему, скажем, план электрификации России называют
«ленинским планом ГОЭЛРО»? Этот план был разработан еще при царе тремя
российскими энергетическими компаниями.
— Так, дайте я угадаю…
Попов не изобретал радио?
— Маркони тоже! Радио
появилось в результате длительной эволюции. Первым, кто ввел термин
«беспроволочная телеграфия», был Эдисон. Это случилось в 70-е годы XIX века.
На основе электромагнитной индукции он передавал сигналы со станции на
подходящий поезд и с берега на пароход. Дальность передачи — 200 метров.
Потом Герц открыл электромагнитные волны. У него был приемник в виде
полукольца и излучающая катушка. Герц был чистым теоретиком, который
практическим применением открытия не заморачивался. Этим озаботился Тесла,
который заявил, что с помощью открытия Герца можно будет передавать сигналы
по всему земному шару и даже в космос, после чего нарисовал принципиальную
схему радио.
Далее англичанин
Брантли вместо неудачного полукольца Герца придумывает другой приемник —
стеклянную трубочку с металлическим порошком, по которому проходит
электрический сигнал. Затем другой англичанин — Лодж собирает радио по схеме
Теслы с приемником Брантли.
Прочитавшие про эти
опыты, Попов и Маркони стали их повторять. Единственное отличие — они
закинули антенну повыше, и увеличили выходную мощность излучающего
устройства. То есть ничего принципиально нового не придумали. Зато Маркони
догадался все это запатентовать и стал зарабатывать на этом деньги. А Попов
запатентовать чужое не догадался. Но после того, как Сталин приказал ввести
День радио, Попова назначили изобретателем радио, кино об этом сняли.
Сразу после войны
появилась книжка Данилевского, который утверждал, что все изобретения мира
сделаны русскими. Крепостной крестьянин Артамонов изобрел велосипед. До
братьев Монгольфье на воздушном шаре полетел Крякутный. Можайский поднялся в
воздух на своем самолете раньше братьев Райт. За эти бредни Данилевский
получил Сталинскую премию. А книга стала настольной книгой историков науки и
техники.
Позже выяснилось, что
рукопись о Крякутном поддельная, никаких документов о полете Можайского нет,
а его самолет даже теоретически взлететь не мог, потому что его двигатель
имел мощность втрое меньшую, чем нужно для полета. По
«велосипедисту» Артамонову
— аналогичная история.
— А Циолковский не
отец космонавтики, надо полагать?
— Даже не мать. Ракеты
были известны с XIII века. В 1800-м году ими впервые на серьезном уровне
начал заниматься английский полковник Уильям Конгрев. Примерно к
этому же времени
относятся первые теоретические работы: в Кембриджском университете было
решено уравнение движения точки переменной массы — по сути, уравнение
движения ракеты. Оно оказалось столь простым, что его решали студенты
кембриджского университета на экзаменах весь XIX век. В России, конечно, про
это не знали, поэтому нет ничего удивительного в том, что Иван Мещерский
решил это уравнение заново и включил в свою диссертацию, которую с успехом
защитил. Прошло еще шесть лет. Циолковский берет это уравнение и публикует в
своей книжке «Исследования мировых пространств с помощью реактивных
приборов». А в 1933 году, когда Советам нужно было праздновать юбилей
великого советского ученого (у нас тоже есть ученые! и не хуже ваших!),
Циолковского назначили автором этого уравнения. И присвоили уравнению его
имя. В самом деле, зачем авторство буржуазному спецу Мещерскому? Тем паче
каким-то английским империалистам?
Между тем технические
работы самого Циолковского полны детских ошибок, а что касается его
философских «трудов». Он же у нас русский космист. Но правильнее будет
назвать его родоначальником русского фашизма. В своих философских работах
Циолковский выстраивает такие картины тоталитарного общества, что просто
страшно становится. Дебилов, сумасшедших, а также негров, индийцев и прочие
«низшие расы» Циолковский предлагал уничтожать, а сверхлюдей выводить
искусственно от лучших производителей. Для этого великий гуманист Константин
Эдуардович считал необходимым собирать наиболее совершенные человеческие
«особи» в специальных домах. Евгенические идеи Циолковского позже пытались
осуществлять немецкие фашисты.
Ну, ладно, допустим,
вывели сверхчеловека. Но ведь люди старятся, то есть «портятся»! Вот как эту
проблему предлагает решить Циолковский в своей работе «Радость без расплаты»:
«Положим, человек или другое смертное животное живет только до тех пор, пока
не начинается уклон к старости и к тяжести жизни. У человека этот период
начинается с 30, 40 или 50 лет, смотря по темпераменту или условиям. Когда
начинается у человека жизненная тяжесть, убьем его безболезненным способом.
Врачи уверяют, что такой способ есть. В самом деле, если устроить машину,
которая в тысячную долю секунды или еще скорее (это теоретически возможно)
раскрашивает человека на малейшие кусочки, то как это разрушение может
ощущать человек? Оно не должно сопровождаться мукой, так как не может
отразиться на нервах по своей кратковременности. Выгоднее, чем добиваться
чрезмерного долголетия, сделать кончину человека безболезненнее. Это и
возможнее».
А если кто-то не
захочет умирать или окажется не столь совершенным, как хотелось нашему
старичку? Пожалуйста, вот рецепт Циолковского: «Эгоистические стремления
можно уничтожать погашением родов с нежелательными свойствами, через
ограничение права производить потомство».
— Тогда вся Европа
была беременна тоталитарными, коммуно-фашистскими идеями… Меня другое
занимает — почему Россия всегда отставала в науке?

Административно-командная система не способствует развитию ни экономики, ни
науки. Все свои научные проблемы наши ученые привыкли решать при помощи
власти. Мы помним, как императрица поддерживала бредовые научные теории
Ломоносова, как гнобили генетику-кибернетику и превозносили лысенковщину при
Сталине.
Знаете, как видится
наша наука наблюдателям из-за рубежа? Профессор Леглер пишет: «В советской
науке очень часто возникали локальные идеологии, предназначенные либо для
захвата власти, либо для сохранения власти определенных лиц и групп в научном
сообществе. Так, например, в течении десятков лет советская геология и
мировая геология существовали на противоположных теоретических позициях.
Западное научное сообщество придерживалось основополагающей научной теории
известной, как тектоника литосферных плит. Советские геологи, примерно равные
западным по численности, эту теорию полностью отрицали. Сейчас тектоника
литосферных плит признана и в России. В истории советской науки
противостояние советской и мировой научных школ систематически повторялось.
Психология, гуманитарные и экономические науки всегда находились в состоянии
противостояния. В серьезном противостоянии находились даже физики и
математики. Кроме широких научных направлений, таких, как биология в целом,
охватывающих тысячи ученых и десятки научных учреждений, существовали
бесчисленные противостояния и в более узких областях. И во всех без
исключения случаях советская наука в течении времени признавала свою
неправоту. Лидеры противостояния с советской стороны обычно занимали
руководящие посты в научном сообществе. Поэтому участие в противостоянии было
обязательным для всех членов научного сообщества. Нарушители подвергались
наказания, вплоть до изгнания из сообщества. Преодоление совершалось по
“принципу обхода” — научная оппозиция обращалась за помощью к силам внешним
по отношению к научному сообществу — заграничному общественному мнению, к
прессе или государственной власти. Под видом науки в Советском Союзе
существовала грандиозная система ее имитации. Советская наука в лучшем случае
может следовать за мировой наукой, повторяя ее достижения с
некоторым отставанием.
В худшем случае она превращается в локальную идеологию, противостоящую
мировой науке и не способную выполнять традиционные функции науки».
Или вы думаете, что,
отставая по качеству автомобилей и пылесосов, СССР мог по каким-то
таинственным причинам держаться ноздря в ноздрю с развитым миром в области
науки? Нет таких таинственных причин. Если административная система
неэффективна в экономике, отчего же она будет эффективна в науке? Академия
наук и наука в России до сих пор построены по сталинским лекалам.
Наше тотальное
отставание прекрасно видно по числу нобелевских премий. Поголовье ученых в
СССР было такое же, как в США, но при этом у нас всего 10 нобелевских премий
против 160 в США. В крохотной Австрии — 10 нобелевских лауреатов. В Швейцарии
— 12. В Голландии — 14. В Швеции — два десятка. Во Франции, Германии и
Великобритании — примерно по 60 штук.
— Может, нас
специально обижали, премий не давали? Холодная война…
— Есть такая точка
зрения. Есть и обратная — многие считают, что некоторым достойным западным
ученым нобелевской премий не дали, чтобы дать ее хоть кому-то в СССР.
Заигрывали с атомной державой. Цивилизовывали ее таким образом. И та, и
другая точки зрения — политика. Будем придерживаться фактов, а они таковы: у
нас — позорно малое число нобелевских лауреатов.
— Если все так плохо,
каким же образом мы первыми вышли в космос?
— Чисто случайно.
Откуда у СССР появилась жидкостная ракета? Трофейная «Фау-2». Мы стали
заниматься ее совершенствованием, потому что нужно было чем-то стрелять по
Америке: самолеты не доставали. А США поначалу ракетами не занимались вообще
— их стратегические бомбардировщики с военных баз, раскиданных вдоль наших
границ, дотягивались до любого участка нашей территории. США впервые начали
разрабатывать баллистические ракеты в 1954 году, когда появилась водородная
бомба, которая была меньше и легче атомной. Так что они нам дали фору в 8
лет.
Да и то мы запустили
свой спутник первыми только потому, что американское правительство решило,
что пулять болванку на орбиту нет смысла. Еще в 1946 году они пришли к
выводу, что спутник можно запустить в течении пяти лет после постановки такой
задачи. Даже просчитали надежность пусков — получалось, что при тогдашнем
уровне технологий из 11 запусков 9 окончатся неудачей, а две ракеты выведут
два спутника на орбиты. Проект обошелся бы Америке в 55 миллионов долларов.
Им показалось это все слишком дорогим и бессмысленным мероприятием.
Больше того! В 1954
году Вернер фон Браун заявил: если вы мне дадите отмашку, я запущу ракету в
космос. Ему отказали. В 1956 году Браун снова попросил разрешения запустить
спутник через 90 дней. Ему опять отказали. И только после того, как СССР
запустил свою железную болванку на орбиту, а потом собаку Лайку, Брауну
наконец дали денег. И ровно через 90 дней он запустил первый американский
спутник. А если бы разрешили сразу, запустил бы его на три года раньше
советского.
— А человечка в космос
тоже мы первые пульнули.
— Да, первого
человека, первую женщину. Нам было первое время легче из-за той самой
восьмилетней форы. Американцы поначалу действительно отставали в гонке. Но
потом легко выиграли у нас космическое соревнование. Они делают хороший
космический корабль «Джемини», а у нас на «Союзах» — авария за аварией. Они
на Луну летят, а у нас опять авария за аварией. Но главное, это соревнование
двух держав было абсолютно бессмысленным! Не зря ведь Нильс Бор сказал, что
«пилотируемая космонавтика — это несомненное торжество интеллекта, но
печальная ошибка здравого смысла». Она не нужна! Нет такой задачи в космосе,
которую бы не смогли выполнить автоматы. Определяющая тенденция, закон
развития техносферы — вытеснение ручного труда машинным, человека —
автоматикой. Зачем рисковать и запускать человека в космос, если можно
запустить автоматы, которым не нужен воздух для дыхания, питание, тренажеры и
прочее.
— А как же вековая
мечта о покорении Марса? Столько книг написано, фильмов снято! «Марсианские
хроники», у Шварценеггера голова взрывается…
— Хотите на Марс
слетать? Полет на Марс обойдется примерно в 100 миллиардов долларов. Что это
значит для России, например? А просто взять весь наш стабилизационный фонд и
отправить на Марс. Флажок там воткнуть… Почему чья-то глупая мечта должна
осуществляться за счет всех налогоплательщиков?
Академик Мишин —
правая рука Королева — криком кричал, что нельзя строить «Буран», ибо
крылатые космические аппараты бесперспективны. Его не слушали. Между тем,
«Буран» действительно бесполезен. Нет, с точки зрения инженерной это был
шедевр, конечно. Но с точки зрения экономики… Во-первых, крылья спускаемого
аппарата создают лишнее сопротивление при старте. Во-вторых, всю эту махину
просто не к чему приспособить. Представьте себе, наш челнок может спустить с
орбиты 20 тонн полезной нагрузки. Отличный показатель! Но где их взять, эти
тонны? Что вы с орбиты возить собираетесь? Причем, в плане экономики «Буран»
даже хуже американского «Шаттла». Американский «Шаттл» выводится на орбиту с
помощью двух дешевых твердотопливных ускорителей, а чтобы вывести на орбиту
наш «Буран», нужно сжечь такую дорогостоящую жидкостную ракету, как
«Энергия», на которой можно слетать на Луну. Зачем весь этот гигантизм?
Пора, наконец,
сбросить с плеч груз прошлых ошибок и мифов, мешающих двигаться вперед. Нужно
избавиться от последних островков тоталитарного прошлого и внедрять такие
принципы организации экономики и науки, которые существуют на западе. В
Америке, скажем, наука делается университетами. Для прикладной науки — гранты
и экономическая самостоятельность. А для науки фундаментальной —
государственная поддержка, которая станет только мощнее, если ее не распылять
по многочислегнным и никому не нужным НИИ, в которых держат оборону местные
научные кланы, которые давно уже никакого отношения к науке не имеют.
Из книги Александра
Никонова «Бей первым! (Главная загадка второй мировой)»

МИФЫ О ЛОМОНОСОВЕ

АРХАНГЕЛЬСКАЯ ОБЛАСТЬ
| Имидж России
Имя Михаила ЛОМОНОСОВА постоянно используется в идеологических целях: в царской России его пытались показать государственником, в большевистской — выходцем из простого народа, чуть ли не борцом против режима. Да и в современной России его возносят: вот к 300-летию со дня рождения выделили деньги на празднества, сформировали организационный комитет, утвердили план мероприятий…
Несмотря на то, что Михаил Васильевич Ломоносов является русским Леонардо да Винчи и мы все со школы знаем, что это был выдающийся ученый, для большинства он не столько человек, сколько миф. Родился в бедной семье и тянулся к знаниям, в лаптях за рыбным обозом убежал в Москву… Что из этого соответствует реальности? Так что пока чиновники «осваивают бюджет» на 300-летие Ломоносова, мы развенчаем наиболее популярные мифы об ученом. Помогает «Солидарности» в этом доцент исторического факультета МГУ, доктор исторических наук Дмитрий Володихин.
МИФ 1. ПРОИСХОДИЛ ИЗ НИЩЕЙ СЕМЬИ
Ничего подобного. Семья его не была бедняцкой, тем более не была нищей. Михаил Ломоносов родился 8(19) ноября 1711 года в селе Денисовке Холмогорского уезда Архангельской губернии, в крестьянской, довольно зажиточной семье.
Его отец Василий Дорофеевич был известным в Поморье человеком, владельцем рыболовецкой артели из нескольких судов и преуспевающим купцом. Он был одним из самых образованных людей тех мест, поскольку некогда учился в Москве на священника. Известно, что у него была большая библиотека. Мать Михаила Ломоносова, Елена Ивановна, была дочерью дьякона. Именно она научила читать сына еще в юном возрасте и привила ему любовь в книге. Так что, отправляясь в Москву в 1730 году, Миша Ломоносов вовсе не был неучем. Он уже имел максимально возможное в тех местах образование, которое и позволило ему поступить в Славяно-греко-латинскую академию — первое высшее учебное заведение в Москве.
Историк Владимир Ламанский в биографическом очерке о Ломоносове пишет, что его личность можно понять, только составив представление о том, что он был выходцем из той части русского народа, которая никогда не испытывала гнета ига и не знала рабства. «Здесь обретались потомки новгородцев, не знавшие крепостного права… Им неведома была барщина, бремя государственных обложений, они избывали деньгами, развивая товарное хозяйство, торговлю и ремесла. Поморы владели навигацией, ходили в Ледовитый океан, к Груманту, к Новой Земле. На Мурмане — промысловые становища, лов вели огромными сетями, охотились, варили соль, смолу, добывали слюду. Здесь богатая традиция художественного рукоделия. При отсутствии школ, поморы учили грамоте друг друга, переписывали и бережно хранили рукописные книги».
Что касается версии, будто он сбежал учиться и шел в лаптях всю дорогу до Москвы за рыбным обозом, то, во-первых, рыбный обоз, похоже, принадлежал его отцу, а во-вторых, он ушел с ведома родителя. Один из местных крестьян поручился даже во взносе за него податей, но, по-видимому, отец отпустил его лишь на короткое время, поэтому он потом и числился «в бегах». Правда, по другим источникам, он все-таки сбежал, но лишь потому, что его хотели женить (чему Миша совершенно не обрадовался). Ну и в любом случае побег не был «в лаптях».
— Как человек зажиточный, я думаю, что он шел за обозом в сапогах, — улыбается Дмитрий Володихин.
МИФ 2. БЫЛ СЫНОМ ПЕТРА ВЕЛИКОГО
Нет никаких исторических источников, подтверждающих, что Михаил Васильевич был сыном Петра I. Это вымысел, который опирается только на то, что якобы ему многое в жизни давалось легко, что он высоко поднимался, и на всякий скандал вокруг него смотрел достаточно спокойно, не опасаясь. Но это неправда. Не существует источников, которые подтверждают, что ему все в жизни давалось легко. Он очень-очень много учился. Сначала в Славяно-греко-латинской академии, затем несколько лет в Германии. Слушал курсы известных профессоров, работал с крупными специалистами.
В письме Ивану Шувалову (10 мая 1753 года) Ломоносов вспоминает обстоятельства своей жизни того времени и рассказывает о страстной тяге своей к учебе:
«Высочайшая щедрота несравненныя монархини нашея, которую я вашим отеческим предстательством имею, может ли меня отвести от любления и от усердия к наукам, когда меня крайняя бедность, которую я для наук терпел добровольно, отвратить не умела… Обучаясь в Спасских школах, имел я со всех сторон отвращающие от наук пресильные стремления, которые в тогдашние лета почти непреодоленную силу имели. …Несказанная бедность: имея один алтын в день жалования, нельзя было иметь на пропитание в день больше как на денежку хлеба и на денежку квасу. Таким образом жил я пять лет и наук не оставил. С одной стороны, пишут, что, зная моего отца достатки, хорошие тамошние люди дочерей своих за меня выдадут, которые и в мою там бытность предлагали; с другой стороны, школьники, малые ребята, кричат и перстами указывают: смотри-де, какой болван лет в двадцать пришел латыни учиться!»
— Его достаточно твердое положение в высших слоях русского общества во многом объясняется покровительством Шувалова, фаворита императрицы Елизаветы Петровны. Собственно Шувалов повлиял на то, что исполнилась мечта Ломоносова — был учрежден университет в Москве. Шувалов вставал на сторону Ломоносова, когда у того были столкновения с Синодом, — поясняет историк.
— Почему Шувалов ему покровительствовал?
— Он был расположен к наукам, искусствам. А Ломоносов, при том, что был выдающийся ученый и для своего времени очень хороший поэт, демонстрировал лояльность к власти и время от времени писал хвалебные оды, посвященные императрице.
Например, им была написана «Ода на день восшествия на Всероссийский престол Ее Величества Государыни Императрицы Елисаветы Петровны 1747 года».
Что касается науки, то в середине 18 века в России европейская наука только-только начинала свою историю, делала свои первые шаги. И каждый русский ученый имел особую ценность и должен был вкалывать за пятерых. Но Михаил Васильевич вкалывал за два научных института и за один гуманитарный. Он по главной своей специализации был химик, но у него есть работы в области физики, астрономии, значительные труды в области истории, причем несмотря на то, что эти труды по объему были не очень большими, тем не менее ученому мужу 18 века в России только они одни могли бы составить имя. У него есть заслуги и в области возрождения художественной мозаики, в области фарфорового производства. Кроме того, до наших дней дошло немало его остроумных, интересных стихотворений.
МИФ 3. СТАРООБРЯДЕЦ
— Информация о том, что Ломоносов жизнь провел в старообрядчестве и так от него до самой смерти не отошел, тоже миф. В детские, отроческие годы он принадлежал к одному из старообрядческий согласий и, возможно, даже проходил обучение в одном из скитов на реке Выг. Однако впоследствии он отзывался о старообрядцах как о суеверах, и похоронен в Петербурге на православном кладбище, по православному обряду. Он был полностью православный человек. И, конечно же, в зрелом возрасте он был прихожанином Русской православной церкви, — развенчивает очередной миф историк Дмитрий Володихин.
Сближение Ломоносова со старообрядцами возникло из его тяги к знанию, к ревниво оберегаемым книгам, которые, казалось, скрывают «неисчислимую премудрость». Но его постигло жестокое разочарование. Ломоносов скоро убедился, что все эти «сокровенные книги» не таят в себе ничего, что могло бы действительно ответить на волнующие его вопросы, что весь спор, все мученичество и ожесточение вызваны нелепым и слепым упорством из-за буквы и обрядовых мелочей, превращенных гонимыми и преследуемыми людьми в символ их «вечного спасения». Ломоносов, как Иван-царевич в сказке, пошел к старообрядцам за «живой водой», а нашел у них только темное мудрствование и закоренелую нетерпимость ко всякому движению мысли. Старообрядцы, по их собственным словам, ненавидели «мудрых философов, рассуждающих лица небесе и земли, и звезд хвосты аршином измеряющих». А юному Ломоносову как раз хотелось измерять хвосты комет и разгадать тайну северного сияния.
По натуре своей Михаил Васильевич был человеком неистовым, иногда доходившим до буйства, энергия хлестала из него. Он был невероятно несдержанным и в то же время невероятно творчески плодовитым. Со своими неприятелями был чрезвычайно суров и стремился к столкновению, любил хорошую драку. К своим друзьям относился с большой милостью и щедростью, старался покровительствовать талантливым людям, многим помог вырасти на ученой ниве.
Рассказывают, что однажды трое матросов решили напасть на одинокого путника, хорошенько его поколотить и ограбить. На их несчастье им попался Ломоносов. Он их хорошенько поколотил и ограбил. Причем сделал это принципиально, чтобы преподать урок. Он сам был все-таки по рождению из среды «морских людей» и знал, что распоясавшийся матрос на суше — настоящее бедствие. Поэтому решил проучить.
Характер у ученого был жесткий, неуживчивый, очень требовательный к другим людям, — наверное, можно сказать, что он соответствовал характеру эпохи. Ему довольно тяжело жилось. Он должен был работать очень много, как ни один ныне живущий ученый или литератор. Поэтому он очень сердился, когда ему мешали работать, он этого не терпел. Энергия Ломоносова приносила русской науке колоссальные плоды. Это и новые научные учреждения, и целые направления в науке, и большие открытия, и лаборатории, которые занимались практической деятельностью. Как сказали бы в 19 веке, этот человек был грюндер, то есть основатель. Он мог основывать новые организации, воспитывать учеников, мог воздействовать на будущее науки на много поколений вперед. И поэтому то, что в России Ломоносову поставлено множество памятников, есть Ломоносовские премии, конференции, ему посвящено огромное количество литературы — это не переоценка его личности.
— На мой взгляд, сегодня все еще происходит определенная недооценка Ломоносова. Эта фигура настолько огромная, можно сказать титаническая, что сейчас еще многого не хватает, чтобы вполне представить его масштаб, — добавляет Володихин.
МИФ 4. БОГОБОРЕЦ
Еще один миф — что он был еретиком, богоборцем, что он церкви противостоял и принадлежал к ней только формально — тоже не соответствует истине. Да, он написал более чем скабрезное стихотворение «Гимн бороде». Для того чтобы понять, насколько оно сочетается с христианским благочестием, достаточно лишь процитировать повторяющееся четверостишие-рефрен этого гимна:
Борода предорогая!
Жаль, что ты не крещена
И что тела часть срамная
Тем тебе предпочтена.
Поскольку в авторстве Ломоносова почти ни у кого не было сомнения, то он был вызван на заседание Синода. Ломоносов, явившись на собрание иерархов, ко всеобщему изумлению и не вздумал отпираться. Вот как об этом «свидании» сообщает официальное донесение Синода:
«По случаю бывшего с профессором Академии наук Михаилом Ломоносовым свидания и разговора о таковом во вся непотребном сочинении, от синодальных членов рассуждаемо было, что оной пашквиль, как из слогу признавательно, не от простого, а от какого-нибудь школьного человека, а чють и не от него ль самого произошел, и что таковому сочинителю, ежели в чювство не придет и не раскается, надлежит как казни Божией, так и церковной клятвы ожидать. То услыша, означенной Ломоносов исперва начал оной пашквиль шпински защищать, а потом, сверх всякого чаяния, сам себя тому пашквильному сочинению автором оказал, ибо в глаза пред синодальными членами таковые ругательства и укоризны на всех духовных за бороды их произносил, каковых от доброго и сущего христианина надеяться отнюдь не можно».
Члены святейшего Синода были ошеломлены таким поведением. Всполошившийся Синод подал 6 марта 1757 года «всеподданнейший доклад», в котором были подробно изложены все поступки Ломоносова. Ссылаясь на петровский Военный артикул, Синод просит Елизавету Петровну повелеть высочайшим указом «таковые соблазнительные и ругательные пашквили истребить и публично сжечь» под виселицей рукою палача, а «означенного Ломоносова для надлежащего в том увещания и исправления в Синод отослать», то есть выдать духовным властям, что могло в то время означать длительное знакомство с Соловками, куда отправляли и не за такие «кощунства». Но проходил месяц за месяцем, а с Ломоносовым ничего не случалось. Наконец стало известно, что Елизавета не утвердила доклад Синода и оставила все дело без последствий. Наиболее прогрессивные люди того времени с торжеством отметили, что наука и просвещение завоевали уже прочные позиции и их не так-то просто одолеть.
— Но вместе с тем Ломоносов был и верным сыном Церкви. Есть у него стихи, обращенные к святому Димитрию Ростовскому, великому церковному просветителю, есть у него прекрасные стихи и статьи, где он хвалит Творца за его премудрость, где он обращается к Церкви как к матери. Можно сказать, что этот человек был не ложно верующим, он был настоящим христианином, — поясняет Володихин. — То, что он время от времени подпускал шпильки в адрес Церкви, объясняется полученным в Германии опытом религиозного вольнодумства, который сохранялся у него всю жизнь. Ему казалось, что он может что-то своим умом в церковных обычаях поправить. Однако богоборцем и антицерковным человеком он не был никогда.
* * *
— Почему все эти мифы появились?
— Всякая большая фигура тянет за собой целый шлейф анекдотов, мифов, — отвечает Дмитрий Володихин. — А Ломоносов мыслился современникам как очень большая фигура. Сколько анекдотов о Петре Великом, Иване Грозном! Ломоносов встал в один ряд с государями в своей значимости. А что касается документов, то середина 18 века — эпоха, документированная неплохо, но я совершенно уверен, что в архивах еще лежат документы, которые помогут уточнить биографию Ломоносова. В советское время старались в истории России поднимать те фигуры, которые имели демократическое происхождение, — крестьянское, казачье, рабочее, которые проявляли оппозиционность к власти. Эти моменты сильно преувеличивали, утрировали для того, чтобы сделать фигуру из прошлого более лояльной к настоящему, к советской России. Это происходило и с Ломоносовым. Но многие анекдоты о нем родились еще в 18 веке.
Юлия РЫЖЕНКОВА
ФАКТ
1 ноября 1761 года по случаю дня рождения И.И. Шувалова Ломоносов прислал ему неожиданный подарок — письмо «О размножении и сохранении Российского народа». После выхода журнальной публикации этого письма цензору «угрожали удалением от должности», цензурование журнала, где это было опубликовано, передали в другие руки. Распространение данной брошюры также было запрещено Министерством народного просвещения. Полностью этот труд был напечатан лишь в 1871 году, через 110 лет после его написания.
Ломоносов доказывает, что для увеличения количества рождающихся («для обильнейшего плодородия родящих») необходимо:
1. Устранить браки между лицами несоответствующих лет;
2. Отменить «насильное» супружество, брак по принуждению;
3. Отменить закон, запрещающий жениться более трех раз;
4. Отменить пострижение молодых овдовевших священников и дьяконов в монахи, а мирянам запретить принятие монашества до 45 — 50 лет.
Для сохранения рожденных необходимо:
5. Учредить «богадельные домы» для приема внебрачных детей;
6. Бороться с болезнями новорожденных;
7. Устранить вредный обычай крестить младенцев в холодной воде;
8. Бороться с невоздержанностью русского народа и всеми мерами содействовать более разумному образу жизни, не отзывающемуся вредно на здоровье;
9. Бороться с болезнями путем организации надлежащей медицинской помощи;
10. Бороться, по возможности, с причинами смерти от моровой язвы, пожара, потопления, замерзания и т. д.
Ломоносов доказывал, что Великий пост у нас приходится «в самое нездоровое время года, что здесь не принята в соображение жестокая природа Севера». Он говорит о совершенном отсутствии по русским деревням врачей, «от чего смертность особенно увеличивается», о «частых и великих пожарах», о «драках в народе, разбоях, пьянстве», о притеснениях раскольников, о рекрутчине, от которой русские люди бегут за границу. Трактат показывает, как хорошо знал Ломоносов русскую жизнь.
«А»-СПРАВКА
Научные достижения Ломоносова

Создана молекулярно-кинетическая теория тепла.
Заложены основы физической химии.
Разработана технология изготовления цветных стекол.
Обнаружена атмосфера у Венеры.
Сконструировано и построено несколько принципиально новых оптических приборов, создана русская школа научной и прикладной оптики.
Сформированы основы теории электричества.
Впервые получена ртуть в твердом состоянии (в соавторстве с Иосифом Брауном).
Разработан летательный аппарат вертикального взлета — первый прототип вертолета.
Написаны пособия по риторике, которые стали первыми общедоступными руководствами по красноречию.
Написана «Российская грамматика» — основы и нормы русского языка, где Ломоносов разработал понятия о частях речи, правописание и произношение того или иного слова.
Осуществлена силлабо-тоническая реформа — способ организации стихотворения, при котором ударные и безударные слоги чередуются в определенном порядке, неизменном для всех строк стихотворения (совместно с Василием Тредиаковским).
Создан классический русский четырехстопный ямб, «тяжелый» полноударный и облегченный пропусками ударений.
Создан жанр русской торжественной (обращенной к правителям) и философской оды.
Впервые в России разработана педагогическая теория, методологической основой которой явилось разграничение науки и религии.
Солидарность//17.11.2011
Великого русского ученого лишили «императорских корней»
МК//17.11.2011
Нет, не только Пушкин – «это наше всё». Ломоносов тоже вполне достоин подобного «глобального титула». 19 ноября отмечается 300-летие великого русского ученого. В преддверии этого юбилеяв Выставочном зале Федеральных архивов открыли выставку «М. В. Ломоносов и его эпоха», на которой представлено немало уникальных документов из фондов Российского государственного архива древних актов, нескольких других архивов и музеев.

Михаил Ломоносов: Семушин Дмитрий: «Поморство» Ломоносова — миф

«Поморство» Ломоносова — миф
Источник: https: //regnum.ru/news/1521011.html
14 апреля 2012, — REGNUM
В прошлом году ИА REGNUM опубликовало цикл наших статей, посвященных «поморскому вопросу» на Русском Севере. В этих публикациях мы коснулись, в частности, создаваемой профессурой Поморского университета (нынешнего САФУ) в Архангельске исторической концепции о поморской этничности М. В. Ломоносова. Мы писали тогда: «Полной научной безответственностью или глупостью является именование «помором» Михаила Васильевича Ломоносова, происходившего, как известно, из семьи крестьян Куростровской волости под Холмогорами, которые только по случаю и редко занимались дальними для них морскими промыслами… «Поморскость» М. В. Ломоносова — это красивый исторический миф. И, если раньше в советские времена это была романтическая легенда о юных годах великого ученого, то в современных условиях поморского этностроительства в Архангельске миф обретает новое смысловое наполнение — о «нерусскости» М. В. Ломоносова».
Означенный вывод вызвал интерес у наших читателей и потребовал сразу же дополнительных подробных разъяснений, которые мы сейчас и сделаем. В этой публикации мы специально прибегаем к широкому цитированию с той надеждой, что наш будущий оппонент, появись он, прибегнет к подобному же добросовестному доказательному приему.
Начнем с того, что сам М. В. Ломоносов сообщил о своем происхождении на допросе 4 сентября 1734 г. в канцелярии московского синодального правления: «Рождением-де он, Михайло Архангелогородской губернии Двинского уезда дворцовой Куростровской деревни крестьянина Василия Дорофеева сын, и тот-де его отец и поныне в той деревне обретается с прочими крестьяны и положен в подушный оклад».[1] Отметим в связи с этим показанием, что исторических документов, в которых М. В. Ломоносов именовал себя или иных своих родственников «поморами» не существует. Он — крестьянин по сословному состоянию и двинянин по местному региональному определению. Локализация «двинянин», т. е. житель Двинского уезда, согласуется с определением «двинские жители» («двинской народ»), используемым младшим современником М. В. Ломоносова местным историком архангелогородцем Василием Васильевичем Крестининым (1729-1795).[2]
В Государственном архиве Архангельской области сохранились документы со сведениями об отце М. В. Ломоносова Василии Дорофеевиче, его дяде — Луке Леонтьевиче. В них они опять же именуются «крестьянами Куроостровской волости», «двинянами», «холмогорцами», но никак не «поморами».[3] Также не именовала «поморами» самого М. В. Ломоносова и встречавшихся с ним его земляков, приходивших из Архангельска на кораблях в Санкт-Петербург, жившая у него племянница Матрена Евсеевна Головина (в замужестве Лопаткина). Воспоминания её были записаны в 1828 г. Павлом Петровичем Свиньиным в Архангельске.[4]
Если мы обратимся к первым биографиям М. В. Ломоносова второй половины ХVIII в, составленным сразу же после его смерти, последовавшей 4 апреля 1765 г., то обнаружим, что определения «помор» применительно к великому русскому ученому, его отцу или другим родственникам в них не существует.
Так, граф Андрей Петрович Шувалов (1743-1789), боготворивший ученого, летом 1765 г. написал в Париже «Оду на смерть господина Ломоносова, члена Академии наук в Санкт-Петербурге». В предисловии к ней в короткой биографии ученого он отметил, что «господин Ломоносов родился в Архангельске от родителей, занимавшихся торговлей, но не особенно зажиточных».[5]
Спустя несколько лет в 1772 г. знаменитый русский просветитель и книгоиздатель Николай Иванович Новиков (1744-1818) издал «Опыт исторического словаря о российских писателях», в котором отдельной статьей была дана биография М. В. Ломоносова. О происхождении ученого Н. И. Новиков написал: «Ломоносов Михайло Васильевич… родился в Колмогорах в 1711 г. от промышленника рыбных ловель».[6]
В 1770-1771 гг. поездку по Архангелогородской губернии совершил поэт и писатель Михаил Никитич Муравьев (1757-1807). От земляков М. В. Ломоносова он записал несколько историй о нем. Вот что, в частности, М. Н. Муравьев узнал о происхождении первого русского ученого: «Против Холмогор примечания достойна волость Керостров, место рождения Ломоносова. В одной из сельских хижин образовался сей сияющий дух… Уже успел он начальствовать судном отца своего, ходившего на промыслы к Шпицбергену… Как! В хижине земледельца, в состоянии посвященном ежедневному труду, далеко от всех способов просвещения, от искусств, от общества — родится разум, обогащенный всеми дарованиями…». [7]
В эти же годы, в 1771-1772 гг., путешествие по Русскому Северу предприняли академик Иван Иванович Лепехин (1740-1802) и его помощник, будущий академик, Николай Яковлевич Озерецковский (1750-1827). Книга IV путешествия И. И. Лепехина, посвященная описанию Архангелогородской губернии, увидела свет только в 1805 г. после смерти ее автора. В означенном издании опубликовано свидетельство о юных годах М. В. Ломоносова куростровского дьячка Василия Варфоломеева. Путешественники получили его 9 июля 1788 г. от Степана Матвеевича Негодяева-Кочнева. В нем, в частности, мы можем прочесть следующее: «Михайло Васильевич Ломоносов родился в 1709 году Архангелогородской губернии Двинского уезда Куростровской волости от черносошного крестьянина Василья Ломоносова, почему в первой переписи бывшей 722 году и написан в Куростровскую волость в крестьянство. Отец его промысел имел на море на Мурманском берегу и в других приморских местах для лову рыбы, трески и палтосины на своих судах, из коих одно время имел немалой величины гуккор с корабельною оснасткою».[8]
В 1783 г. академиком Якобом (Яковом Яковлевичем) Штелином (1709-1785) по просьбе Академии наук были составлены «Черты и анекдоты для биографии Ломоносова». В них Я. Штелин писал: «Ломоносов родился на острове, лежащем на Северной Двине, недалеко от Холмогор в Куростровской волости, в 1711г…. отец его рыбак».[9]
Известный германский историк Август Людвиг Шлецер (1735-1809), работавший одно время в российской Академии Наук, вспоминал позднее: «Михаил Васильевич Ломоносов родился в 1711 г. в Холмогорах, которые теперь деревня на острове Двины, а до построения Архангельска были главным пунктом тамошнего конца света. Сын рыбака, с которым он в юности занимался рыбной ловлей…».[10]
Значимым этапом в изучении биографии М. В. Ломоносова стало издание в 1784 г. в составе его «Полного собрания сочинений» т. н. «Академической биографии». Эту биографию под названием «Жизнь покойного Михайла Васильевича Ломоносова» составил член Российской академии наук и профессор Московского университета Михаил Иванович Веревкин. О происхождении М. В. Ломоносова в «Академической биографии» говорится следующее: «Михайло Васильевич Ломоносов родился 1711 года в Двинском уезде в Куростровской волости в деревне Денисовской, на Болоте тоже, на острову, лежащем недалеко от Холмогор. Отец его государственный крестьянин Василий Дорофеев сын, житель сей волости, промыслом рыбак. Начал брать его от десяти до шестнадцатилетнего возраста с собою каждое лето и каждую осень на рыбные ловли в Белое и Северное море».[11]
Упоминавшийся уже историк архангелогородец В. В. Крестинин в своей работе «Исторический опыт о сельском старинном домостроительстве двинского народа в севере» (1785) так писал о близких родственниках М. В. Ломоносова: «Ровдогорские соцкие обыкновенно состояли под начальством земскаго старосты околопосадныя Холмогорския трети: по чему Иван Негодяев был, во время последния своея службы, под ведомством земскаго старосты Луки Ломоносова, родом Куростровца. Василей Ломоносов, куростровской крестьянин, отец статскаго советника и члена разных Академий Михаила Васильевича Ломоносова, был сему земскому старосте Луке родной племянник».[12]
В «Слове о Ломоносове» из заключительной части «Путешествия из Петербурга в Москву» Александр Николаевич Радищев (1749-1802) так пишет о нашем герое: «сужденный делить время свое между рыбным промыслом и старанием получить мзду своего труда, — разум молодого Ломоносова не мог бы достигнуть той обширности, которую он приобрел».[13]
В 1791 г. родину М. В. Ломоносова Куростров посетил путешествовавший по Северу друг А. Н. Радищева Петр Иванович Челищев (1745-1811). Его путевые заметки были опубликованы только в 1886 г. в книге «Путешествие по Северу России в 1791 году». Осмотрев «лежащее печально» место ломоносовского дома, П. И. Челищев поставил здесь деревянный памятник. М. В. Ломоносова он возвышенным слогом назвал в своих записках «сельским холмогором».[14] В соседних Матигорах заметил он: «Здесь живет состоящий в подушном окладе государственный крестьянин Евсей Федоров Головин, его жена Марья Васильевна, родная сестра Михаила Васильевича Ломоносова, мать профессора Михаила Евсеева Головина».[15] О судьбе последней журнал «Вестник Европы» в 1804 г. сообщил в статье «Николай Исаевич Ахвердов или нечто о потомстве Ломоносова»: «В 1798-м году в марте месяце генерал-майор Ахвердов приехал на губернаторство в Архангельск. Объезжая уезды сей губернии, узнал Марью Васильевну Головину родную сестру Великого Ломоносова, в крестьянском быту живущую». [16] Н. И. Ахвердов сообщил об этом письмом в столицу генерал-прокурору князю Алексею Борисовичу Куракину. Тот доложил об этом государю, и император Павел I указом повелел: «В уважение памяти и полезных познаний знаменитого Санкт-Петербургского Академии Наук профессора, статского советника Ломоносова, Всемилостивейше повелеваем, рожденного от сестры его, Головиной, сына, Архангельской Губернии, Холмогорского уезда, Матигорской волости крестьянина Петра с детьми и с потомством их, исключа из подушного оклада, освободить от рекрутского набора».
Таким образом, показания ранних биографов М. В. Ломоносова о его крестьянском происхождении полностью соответствуют тем сведениям, которые дал о себе сам первый русский ученый. Дополнительно биографы определили, что отец Ломоносова был «рыбак», а сам великий ученый в детские и юношеские годы занимался «рыболовством». Представление о М. В. Ломоносове, как о «сыне рыбака» проникло в русскую классическую литературу первой половины ХIХ в. Вот хорошо известное стихотворение о М. В. Ломоносове Александра Сергеевича Пушкина «Отрок»:
Невод рыбак расстилал по брегу студеного моря;
Мальчик отцу помогал. Отрок, оставь рыбака!
Мрежи иные тебя ожидают, иные заботы:
Будешь умы уловлять, будешь помощник цapям.
А вот не менее красивый стих о М. В. Ломоносове из черновиков Александра Сергеевича Грибоедова:
Пред кем святая Русь благоговеет,
Он отроком, безвестен и презрен,
Сын рыбаря, чудовищ земноводных
Ловитвой жил: в пучинах ледяных,
Душой алкая стран и дел иных,
Изнемогал в усилиях бесплодных! [17]
Тогда же Николай Михайлович Карамзин (1766-1826) писал о Ломоносове: «Рожденный под хладным небом северной России, с пламенным воображением, сын бедного рыбака, сделался отцом российского красноречия и вдохновенного стихотворства… Гений его советовался только сам с собой».[18]
Зачинатель русского славянофильства Константин Сергеевич Аксаков в опубликованной в 1846 г. работе «Ломоносов в истории русской литературы и русского языка» писал о великом русском ученом: «Судьба и призвание нашли его рыбаком на берегах Ледовитого моря, и оттуда, послышав призыв и кинув верное, спешил он, влекомый жаждою знания, на подвиг ему соразмерный, великий, согласный с любовью, желанием души его, но представлявшийся ему еще тогда в неясном, неверном, сомнительном свете».[19]
А вот что говорил в 1855 г. в торжественной речи по случаю столетия основания Московского университета русский историк и общественный деятель Михаил Петрович Погодин: «Кому могло впасть в ум, кто мог когда-нибудь вообразить, чтоб продолжать дело Петрово в области самой высокой, преобразовать родной язык и посадить европейскую науку на русской почве, предоставлено было судьбой простому крестьянину, который родился в курной избе, там, там далеко в стране снегов и метелей у края обитаемой земли на берегах Белого моря; который до семнадцатилетнего возраста занимался постоянно одною рыбною ловлею, увлекся на несколько времени в недра злейшего раскола и был почти сговорен уже с невестою из соседней деревни… И семнадцатилетний рыбак среди приготовлений к своей свадьбе решился бежать из отеческого дома, достичь Москвы во что бы то ни стало и предаться там учению».[20]
Итак, М. В. Ломоносов и в первой половине ХIХ в. остается в биографической литературе о нем по происхождению «крестьянином» и «сыном рыбака», а по своим занятиям в юные годы «рыбаком». Как можно объяснить факт отсутствия определения «помор» применительно к М. В. Ломоносову при его жизни и в его посмертных биографиях? Дело в том, что в местной региональной традиции с первой половины ХVI в. «поморцами» (поморами) звали население западного Беломорья, жителей проживавших в т. н. «поморских волостях» по берегам Поморскому (Шуя, Сума, Кемь), Корельскому (Кереть, Порья-губа) и, частично, Терскому (Кандалакша, Умба) берегу. Из документов XVI в. известно, что тогда нынешний Онежский берег звался Поморьем.[21] Что касается населения восточного сектора Беломорья, то в ХVIII в. и ранее в местном употреблении оно «поморами» не называлось и не определяло само себя таковыми. В этом отношении его нельзя смешивать с пришедшим в формирующуюся науку из центрального указного делопроизводства понятием «поморские жители» (вариант: «поморские люди»).[22]
Книжные «поморские люди» не имели связи с самоидентификацией населения Архангелогородской губернии. Сам М. В. Ломоносов в местном определении был «двинянином», «холмогорцем». «Поморцами» в это время были жители совсем других районов Белого моря. Существование в ХVI-ХVIII вв. двух зон в Беломорье — западной и восточной — связано с особенностями колонизации региона по двум транспортным коридорам — двинскому и онежскому. Поморская самоидентификация, но не этническая идентичность (!) ранее всего развилась не в восточном Беломорье, входившим в Двинскую землю, а у жителей побережья северо-западного Беломорья. Термин «поморец» (помор) впервые появился здесь, в среде населения, освоившего океанский промысел на западном побережье Мурмана на Коле.[23]
Возникает тогда законный вопрос: кто, когда и зaчем сделал из Михаила Васильевича Ломоносова «помора» (вариант «Великого Помора»)? Исследование биографической литературы легко позволяет решить этот вопрос. Биографом, который впервые сделал из М. В. Ломоносова «помора», был великий русский историк Владимир Иванович Ламанский (1833-1914). К столетию смерти великого ученого в 1863 г. он издал его биографию.[24] В ней впервые в биографической литературе М. В. Ломоносов назван «помором». Отметим ряд условий, повлиявших на подобный поворот в «ломоносоведении». В. И. Ламанский с начала 60-х гг. ХIХ в. занимался историей Российской академии наук. Он никогда не был специалистом по истории Русского Севера. Но при этом В. И. Ламанский был чрезвычайно талантливым и плодовитым историком. Последнее обстоятельство стало залогом того, что биография В. И. Ламанского повлияла на все последующее биографическое «ломоносоведение». Положения ее стали воспроизводиться следующими поколениями историков как сами собой разумеющиеся истины. Сфера научных интересов В. И. Ламанского — зарубежные славяне. Здесь историк исходил из идеи уникальности славянства, породившего в истории человечества якобы самые совершенные общественные институты. Наконец, В. И. Ламанский — панславист, враг всего германского в России и славянском мире. Здесь ему по-человечески был близок М. В. Ломоносов, боровшийся, как известно, с немецким засилием в Российской академии наук.
Второе важное обстоятельство — по своим политическим взглядам В. И. Ламанский был славянофилом, сочувствовавшим идеям общины. И третье, не менее важное обстоятельство: биография М. В. Ломоносова была написана В. И. Ламанским в эпоху начала Великих реформ Александра II, сразу же после отмены крепостного права. Т. е. на творчество В. И. Ламанского в данном конкретном случае повлияла не только идеология славянофильства, но и общественный оптимизм того времени. Тогда казалось — стоит изменить общественную среду, и Россия коренным образом изменится. Поэтому не случайно, что историк попытался опровергнуть тезис о Божественном избранничестве М. В. Ломоносова и указать на значение общественной среды для становления личности великого русского ученого. В этом отношении В. И. Ламанский исходил из положения о якобы особых социальных условиях, сложившихся на Русском Севере, и об уникальном характере поморов с их особой промысловой общиной и общинными отношениями. «Деревенская жизнь Михайлы, его морские плавания, борьба с суровую природою, страшные физические лишения, с которыми неразлучна жизнь поморов, не только развили в Ломоносове необычные физические, но и нравственные силы, закалили его характер, приготовили его к борьбе, подвигам и испытаниям, ожидавшим его на других поприщах», — писал он.[25]
После биографии В. И. Ламанского в «ломоносоведении» общим местом стало повторение «истин» об особом общественном и культурном укладе Русского Севера, как факторе становления личности М. В. Ломоносова. Пишут об этом в «ломоносоведении» и сейчас, правда, при этом не задумываются о том, что если все так было замечательно в этом периферийном крае, то почему тогда его «выдающаяся» общественная (а, на самом деле, чрезвычайно косная) среда дала России одного только М. В. Ломоносова.
Итак, М. В. Ломоносов в биографической литературе стал «помором» спустя 100 лет после своей смерти. В качестве источника для своей концепции «поморства» М. В. Ломоносова В. И. Ламанский использовал две работы: упоминавшееся уже сочинение И. И. Лепехина (1805 г.) и книгу писателя Сергея Васильевича Максимова (1839-1901), в 1856-1857 гг. совершившего путешествие по Русскому Северу.[26] И. И. Лепехин описывал промысловый труд поморов в конце ХVIII в. С. В. Максимов писал о том же самом, но его тексты интересны другим. Они свидетельствуют о том, что в это время прежнее понятие «поморец», как житель «поморских волостей» Белого Моря, начинает пониматься по-новому, шире, как вообще промышленник, занимающийся в Белом и Баренцевом морях рыбным и зверобойным промыслами.
Хотя при этом С. В. Максимов и сделал многозначительную оговорку в своей книге: «Поморским берегом, или собственно Поморьем, на языке туземцев называется западная часть Онежского залива между двумя уездными городами губернии: Онегой и Кемью. Дальние поморы мезенские и терские обыкновенно зовут этот берег Кемским. Мы следуем первоначальному названию этого берега по той причине, что поморцами, поморами называются исключительно обитатели Кемского берега».[27] Справедливость этого утверждения в конце ХIХ в. подтвердил писатель архангелогородец Николай Васильевич Латкин (1832-1904). Вот, что он писал в одном русском энциклопедическом издании: «Поморы — местный термин, ныне ставший всеобщим для промышленников Архангельского, Мезенского, Онежского, Кемского и Кольского уездов Архангельской губ., занимающихся рыбным (преимущественно тресковым), палтусиным, отчасти акульим и нерпичьим промыслами на Мурмане и в северной части Норвегии, в дозволенных нашим промышленникам местах. Слово «поморы» произошло от Поморья (см. Поморский берег), а от Поморья перешло и на их суда, на которых они доставляют продукты своего лова в Архангельск и Петербург «поморские суда», «поморские шхуны».[28]
Что касается участия земляков М. В. Ломоносова куростровцев в промысловой деятельности, то С. В. Максимов отметил: «Василий Дорофеев был мужик зажиточный, и в то время, когда еще велся обычай в Кур-островской волости обряжать дальние покруты за треской и морским зверем на Мурманский берег океана, он был одним из трех хозяев, рисковавших этим делом. Теперь промысел этот оставлен всеми подвинскими жителями, и оставлен давно во имя нового дела — хлебопашества, которым занимаются и жители Кур-острова».[29] Т. е. занятие морскими промыслами было не типичным занятием для крестьян Куроостровской волости — родины М. В. Ломоносова.
Как бы там ни было, но именно В. И. Ламанский утвердил литературную традицию определять М. В. Ломоносова «помором». Известное и столь частое повторяемое в советские времена высказывание Георгия Валентиновича Плеханова (1856-1918): «Архангельский мужик стал разумен и велик не только по своей и божьей воле. Ему чрезвычайно помогло то обстоятельство, что он был именно архангельским мужиком, мужиком-поморцем, не носившим крепостного ошейника»,[30] — выдает знакомство основателя российской социал-демократии не только с известным стихотворением Н. А. Некрасова «Школьник», но и с текстом биографии М. В. Ломоносова, вышедшей из-под пера В. И. Ламанского. В данном случае идея Г. В. Плеханова, увы, не была оригинальна. Итак, «помор», при ближайшем рассмотрении, заместило при имени Ломоносова прежнее «рыбак». Заметим, что две линии — «рыбак» и «помор» — в соединении с «крестьянином» в биографической литературе о М. В. Ломоносове благополучно сосуществовали во второй половины ХIХ в. При этом, однако, очевидное преимущество имела версия «рыбак». В этом нетрудно убедиться, если обратиться к научно-справочной литературе. В энциклопедическом словаре Брокгауза-Эфрона читаем: «Ломоносов родился… от зажиточного крестьянина Василия Дорофеева Ломоносова и дочери дьякона из Матигор Елены Ивановой. У отца Ломоносова была земельная собственность и суда, на которых он занимался рыбной ловлей и совершал далекие морские разъезды с казенной и частной кладью».[31] Вариант: «Он родился… в крестьянской довольно зажиточной семье. Его отец занимался рыбным промыслом».[32] Однако в более позднем энциклопедическом словаре Гранат можно было прочесть: «Родился… в семье достаточного помора-крестьянина».[33] В продолжение темы отметим, что новым в биографической литературе о М. В. Ломоносове с начала ХХ в. стало относящееся к нему определение «Великий Помор» (вариант «Гениальный Помор»). Появилось оно в биографической литературе к 200-ой годовщине рождения М. В. Ломоносова и, что любопытно, вначале в дешевых копеечных книжках для семейного чтения и для назидания народа. Использованное в заглавии, в самом тексте книжки оно, как само собой разумеющееся, никак не пояснялось.[34] Появление подобной иррациональной категории применительно к М. В. Ломоносову свидетельствует о том, что литература о нем из биографического жанра стала переходить в разряд агиографии. Согласимся, что понятие «Великий Рыбак» применительно к М. В. Ломоносову звучало бы странно и дико, а вот «Великий Помор» — уже возвышенно и романтично.
Что касается советского периода биографического жанра в «ломоносоведении», то отметим решающую роль историка химии профессора Ленинградского Политехнического института Бориса Николаевича Меншуткина (1874-1938) — многолетнего исследователя жизни и деятельности М. В. Ломоносова, — в утверждении в литературе о М. В. Ломоносове применительно к нему понятия «помор».[35] В советское время под «помором» понималось «промышленник» (изначальное «рыбак»). В этом нетрудно убедиться, если проанализировать биографические статьи о М. В. Ломоносове во всех изданиях Большой Советской Энциклопедии: «по происхождению — крестьянин, сын помора» (1-е изд); «Ломоносов родился… в семье крестьянина-помора» (2-е изд); «Ломоносов родился… в семье крестьянина-помора Василия Дорофеевича Ломоносова, занимавшегося морским промыслом на собственных судах» (3-е изд).[36] Но вот в издающейся сейчас Большой Российской Энциклопедии в биографической статье «Ломоносов» мы читаем: «Родился в семье поморского крестьянина».[37] Понятие «поморский крестьянин» в подобной формулировке можно трактовать или в региональном смысле (по месту проживания, сравни «сибирский крестьянин») или в этническом (сравни, «русский крестьянин»). Подобный поворот свидетельствует об очередном изменении понятия «помор».
В связи с этим обратим внимание на деятельность Ломоносовского центра Северного Арктического Федерального университета в утверждении на новом этапе «ломоносоведения» представлений о «поморстве» как иной этнической самоидентификации М. В. Ломоносова. В Архангельске уже без малого скоро четверть века фальсификацией начального этапа биографии великого русского ученого занимается директор этого центра профессор Татьяна Сергеевна Буторина.[38] По совместительству она еще является и вице-президентом Ломоносовского фонда. Проф. Т. С. Буторина исходит из положения, что в прошлые времена Русский Север населяли «поморы» и современное население Архангельской области является потомками этих самых «поморов». Проф. Т. С. Буторина утверждает: «Михайло Ломоносов стал ярким и характерным представителем русского субэтноса, населявшего Поморье, которое исторически являлось посредником между Западом и центром Руси. Положение крестьян на Севере в значительной мере было аналогично положению крестьян в Норвегии. Норвежский крестьянин, как и поморский, никогда не был крепостным. Именно это обстоятельство объясняет наличие специфических образовательных традиций и своеобразного характера у скандинавов и поморов… Отец Ломоносова по характеру был типичным помором: настойчивым, трудолюбивым, смелым, предприимчивым, справедливым, отважным, человеком широкой натуры».[39]
Отметим несколько моментов в этом тексте проф. Т. С. Буториной. Во-первых, мы обратились лично к Татьяне Сергеевне, чтобы она назвала нам хотя бы один исторический источник, в котором М. В. Ломоносов назвал бы себя «помором» или его назвали бы таковым. Разумеется, проф. Т. С. Буторина не смогла этого сделать. Поэтому совсем неуместными и фантастическими являются подобные утверждения «ломоносоведа», а фактически фальсификатора истории Русского Севера Т. С. Буториной: «М. В. Ломоносов гордился своим поморским происхождением»; «Михаил Васильевич Ломоносов по-мужски, по-поморски оберегал покой своей семьи»; «Михаил Васильевич, следуя поморским традициям, никогда не показывал открыто своих чувств к Елизавете Андреевне». Последний факт в «научном труде» Т. С. Буториной вообще из области беллетристики и женского романа.
Во-вторых, обратим внимание на странное утверждение профессора из Архангельска об отсутствии крепостного права на Русском Севере. Отметим, что проф. Т. С. Буторина всю жизнь «занимается» М. В. Ломоносовым. Она, как кажется, должна знать о нем все до мельчайших подробностей. Как в таком случае с подобным утверждением Т. С. Буториной согласуется известный факт из биографии великого ученого, что для поездки в Москву он оформлял паспорт, и что потом по истечении срока действия этого паспорта М. В. Ломоносов числился в беглых? Так выясняется, что проф. Т. С. Буторина не знает, что такое крепостное право. Поэтому повторим еще раз, что крепостное право — это на самом деле вовсе не «вотчинный режим» управления крестьянством, т. е. помещики (поместная система возникла до крепостного права), а особый универсальный и всеобщий государственный режим стеснения передвижения податного населения для исправного сбора налогов в казну. Поэтому крепостное право на Русском Севере все-таки было. Наверняка, Т. С. Буторина знакома с работой нашего лучшего биографа жизни и деятельности М. В. Ломоносова Александра Антоновича Морозова (1906-1992) «Родина Ломоносова».[40] В ней при желании можно найти множество фактов о реалиях крепостного режима на Русском Севере при жизни М. В. Ломоносова.
И, в-третьих, совсем неуместным выглядит утверждение проф. Т. С. Буториной об общности социально-экономической жизни Русского Севера с Норвегией. Здесь на творчество ведущего «ломоносоведа» в Архангельске несомненно повлияла норвежская культурная политика Баренц-региона. Это прямой реверанс норвежцам с их грантовой политикой подкупа местных провинциалов. И, действительно, проф. Т. С. Буторина помимо «ломоносоведения» без знания норвежского языка смогла отличиться на ниве скандинавистики.[41]
И, в-четвертых, Т. С. Буторина не пошла так далеко, как проф. В. Н. Булатов, заявивший, что «поморы» — нерусский этнос. Она осторожна и берет на тон ниже. В ее концепции М. В. Ломоносов — «помор», но русский. Как бы там ни было, но концепция «русских поморов», населявших Русский Север от Белоозера до Урала также лoжна. При изучении источников становится очевидно, что М. В. Ломоносов не был ни «помором», ни тем более «русским помором».
Отметим, что своим псевдонаучным творчеством проф. Т. С. Буторина дает нам многочисленные примеры явления, которому мы в свое время дали название «поморская истерия». Тут можно привести весьма характерные для поморского квази-национализма разбросанные по различным трудам высказывания проф. Т. С. Буториной: «поморы — это мирные пираты сердитого океана»; «Поморы своими физическими и умственными качествами далеко превосходили жителей средней части России»; «Поморье было богато замечательными женщинами, славящимися тонкими, миловидными чертами. Однако они не уступали мужчинам ни в силе, ни в ловкости, ни в трудолюбии… Женщина-поморка была очень чистоплотной, до щепетильности»; «Поморская культура, маргинальная относительно русской культуры центральных областей России, боролась за сохранение своей этнокультурной самоидентификации»; «Для поморских игр характерны простота, общедоступность, широкая распространенность среди других народов. Поморским народным играм свойственна гармоничность сочетания самобытного национального начала с общечеловеческим». Про поморов проф. Т. С. Буторина пишет: «Своеобразный психический склад личности, неодинаково развитый на разных поморских берегах, трудно выразимый в точных научных терминах».[42] Этот «особый психический склад» — менталитет поморов — проф. Т. С. Буторина выразить не смогла только потому, что его на поверку не существует по той простой причине — идентичности менталитета поморов общерусскому складу ума и психики. Тем не менее, помимо поморских этнических фальсификаций вокруг М. В. Ломоносова проф. Т. С. Буторина является еще и автором в рамках, созданной ей т. н. «педагогической регионологии» лженаучной теории «поморской семьи» и «поморской педагогики». На этом направлении она нанесла бoльший ущерб Русскому Миру и русскому этническому сознанию на Русском Севере, чем идеолог поморского этносепаратизма проф. В. Н. Булатов, по той простой причине, что местной молодежи в университете в Архангельске педагогику с ее лживым «поморским» региональным компонентом преподают на всех гуманитарных факультетах.
Итак, мы рассмотрели проблему «поморства» М. В. Ломоносова на историческую глубину биографического жанра и убедились, что само понятие «помор» изменялось в общественном восприятии на протяжении трех последних столетий. В связи с этим М. В. Ломоносов за время, прошедшее с его смерти, побывал «рыбаком», потом он стал «помором» и даже «Великим Помором». А сейчас из него в Архангельске деморализованная десятилетиями Смуты потерявшая честь и совесть кучка местной интеллигенции пытается сделать «этнического» помора. Историческим курьезом происходящего является попытка сотворить из «рыбаков», по одному изначальному определению, новый «коренной» народ Арктики.
Примечания
[1] Ломоносов М. В. Полн. собр. соч. Т. 10. М., Л. 1957. Т. 10. № 473. С. 322-323.
[2] Крестинин В. В. Труды. Творческая биография. Библиография. Архангельск, 2007. С. 26-27, 121, 127.
[3] Сибирцев И. М. К биографическим сведениям о М. В. Ломоносове (Его жизнь на родине) // Ломоносовский сборник, 1711-1911. СПб., 1911. С. 29-65; Морозов А. А. Родина Ломоносова. Архангельск, 1975. С. 231, 234-235.
[4] Свиньин П. Потомки и современники Ломоносова // Библиотека для чтения. 1834. Т. 2. Отд. 1. С. 213.
[5] Шувалов А. П. Предисловие к «Оде на смерть господина Ломоносова, члена Академии наук в Санкт-Петербурге». В кн: Берков П. Н. Ломоносов и литературная полемика его времени. М., Л., 1936. С. 277.
[6] Новиков Н. Опыт исторического словаря о российских писателях. СПб., 1772. С. 119.
[7] Муравьев М. Н. Сочинения Т. 2. СПб., 1847. С. 325-329.
[8] Путешествия академика Ивана Лепехина. Ч. IV. В 1772 г. СПб.,1805. С. 298.
[9] Штелин Я. Анекдоты. // Москвитянин. 1850. Ч. 1. Отд. III. С. 1-14.
[10] Общественная и частная жизнь Августа Людвига Шлецера, им самим описанная. Пер. В. Кеневича // Сборник Отделения русусского языка и словестности Императорской Академии Наук. СПб., 1875. Т. 13. С. 198.
[11] Веревкин М. И. Жизнь покойного Михайла Васильевича Ломоносова // Полное собрание сочинений Михайла Васильевича Ломоносова с приобщением жизни сочинителя и с прибавлением многих его нигде еще не напечатанных творений. СПб., 1786. Ч. 1. С. III-XVIII.
[12] Крестинин. В. В. Труды. С. 98.
[13] Радищев А. Н. Путешествие из Петербурга в Москву. М., 1976. С. 215.
[14] Челищев П. И. Путешествие по северу России в 1791 году. М., 2008. С. 145.
[15] Там же. С. 146.
[16] Вестник Европы. 1804. № 10. Ч. 15. С. 312.
[17] Грибоедов А. С. Сочичения в 2-х томах. Т. 1. М., 1971. С. 357.
[18] Карамзин Н. Пантеон российских авторов. Ч. 1. Тетрадь 4. М., 1803.
[19] Аксаков К. С. Ломоносов в истории русской литературы и русского языка // Аксаков К. С., Аксаков И. С. Литературная критика. Сост. А. С. Курилов. М., 1981. С. 125.
[20] Погодин М. П. Воспоминание о Ломоносове, сочиненное академиком М. П. Погодиным, для произнесения в торжественном столетнем собрании Московского университета 12 января 1855 г. // ИОРЯС. 1855. Т. 4. Стб. 70-71.
[21] См. Отпись дьяков Казарина Дубровского и Леонтия Ананьинао приеме дани и оброков с Каргопольского и Турчасовского уездов (1 марта 1559 г.) // Акты социально-экономической истории севера России кон. XV- нач. XVI в. Акты Соловецкого монастыря 1479-1571 гг. Сост. И. З. Либерзон. М., 1988. № 242. С. 155.
[22] Понятие «поморы» ни разу не встречается в творческом наследии М. В. Ломоносова. Понятие «поморские жители» — единственный раз. «По взятии Ермаком Сибирского царства и по многих приращениях на восток Российской державы, произведенных больше приватными поисками нежели государственными силами, где казаки, оставшиеся и размножившиеся после победитела в Сибире, также и поморские жители с Двины и из других мест, что около Белого моря, главное имеют участие…». — Ломоносов М. В. Краткое описание разных путешествий по северным морям и показание возможного проходу Сибирским океаном в восточную Индию // Полн. собр. соч. Т. 6. М., Л., 1952. С. 448. В данном случае М. В. Ломоносов продолжил научную традицию, установленную В. Н. Татищевым. В ХVIII в. этот термин в науке не удержался.
[23] Бернштам Т. А. Поморы. Формирование группы и система хозяйства. Л., 1978. С. 69-72.
[24] Ламанский В. И. Михаил Васильевич Ломоносов. Биографический очерк. Первые четыре главы. СПб., 1863.
[25] Там же. С. 32.
[26] Максимов С. В. Год на Севере. Архангельск, 1984.
[27] Там же. С. 245.
[28] Энциклопедический словарь. Изд. Ф. А. Брокгауз, И. А. Ефрон. Т. 24а. СПб., 1898. Стб. 506.
[29] Там же. С. 571.
[30] Плеханов Г. В. Сочинения. Т. ХХI. М., Л., 1925. С. 141.
[31] Энциклопедический словарь. Изд. Ф. А. Брокгауз, И. А. Ефрон. Т. 17а. СПб., 1896. Стб. 940.
[32] Новый энциклопедичекий словарь. Брокгауз-Эфрон. Т. 24. Пг., 1915. Стб. 854.
[33] Энциклопедический словарь Граната. Изд. 7. Т. 27. М., 1915. Стб. 354.
[34] Круглов А. В. Гениальный Помор. Очерк жизни М. В. Ломоносова. М., 1903 (Библиотека маленького читателя); Добрынин К. И. Великий Помор. Очерк жизни и деятельности М. В. Ломоносова. М., 1910. (Для школьного и семейного чтения).
[35] Меншуткин Б. Н. Михайло Васильевич Ломоносов. Жизнеописание. СПб., 1911; Меншуткин Б. Н. Жизнеописание Михаила Васильевича Ломоносова. 3-е изд. М., Л., 1947.
[36] БСЭ. Т. 37. М., 1938. Стб. 373; БСЭ. 2-е изд. Т. 25. М., 1954. С. 375; БСЭ. 3-е изд. Т. 15. М., 1974. С. 8.
[37] БРЭ. Т. 18. М., 2011. С. 5.
[38] 9 октября 1990 г. проф. Т. С. Буторина защитила докторскую диссертацию «Ломоносовский период в истории русской педагогической мысли ХVIII в.». Она является автором следующих часто сомнительных, с точки зрения науки, «трудов», как: Буторина Т. С. Своеобразие народной педагогики поморцев // Советская педагогика. 1989. № 7. С. 111-116. Буторина Т. С. М. В. Ломоносов и педагогика. Архангельск, 2001. Буторина Т. С. Ломоносовский период в истории русской педагогической мысли XVIII века. Архангельск, Москва, 2005. Буторина Т. С. Педагогическая регионология: Учебное пособие. Архангельск, 2004.
[39] Буторина Т. С. Личная судьба М. В. Ломоносова // К пользе и славе Отечества. Ред. Т. С. Буторина. Архангельск, 2003. С. 174-175.
[40] Морозов А. А. Родина Ломоносова. Архангельск, 1975.
[41] Буторина Т. С. Женское воспитание в норвежской семье XIX века. М., Воронеж, 2006 (в соавторстве с М. А. Калининой).
[42] Буторина Т. С. Педагогическая регионология: Учебное пособие. Архангельск, 2003. С. 34.

Великий без оговорок | Публикации | Вокруг Света

Что сделал Ломоносов-ученый?

Широта научных интересов Ломоносова — вот что поражает в первую очередь. Ни одна важная естественно-научная дискуссия не обходилась без его участия, и он почти всегда принимал правильную сторону. Но иногда проходило более века, прежде чем подтверждалась его правота. До середины XIX столетия преобладало скептическое отношение к этой стороне его деятельности: «архангельского мужика» чтили в первую очередь как поэта. Позднее изыскания химика и историка Бориса Меншуткина и философа-геохимика Владимира Вернадского позволили по достоинству оценить Ломоносова-естествоиспытателя. В советскую эпоху ему стали приписывать открытия, которых он не совершал.
Громовая машина
Под влиянием Бенджамина Франклина Ломоносов создал собственную теорию, объясняющую электрические явления в атмосфере восходящими и нисходящими движениями воздушных масс. Особенно интересовала его природа полярных сияний, которые он с детства наблюдал на Севере. Соратником Ломоносова в этих исследованиях был его друг Георг Вильгельм Рихман. И по человеческому, и по научному складу друзья прекрасно дополняли друг друга. Но гибель Рихмана во время эксперимента с «громовой машиной» (то есть изобретенным Рихманом независимо от Франклина электрометром, первым в мире прибором для электрических измерений) в 1753 году прервала эту совместную работу. Рихман был убит шаровой молнией, и Ломоносов, проводивший аналогичный эксперимент, чудом не погиб.
Абсолютный нуль
В 1744 году Ломоносов первым высказал гипотезу о существовании абсолютного нуля: «должна существовать наибольшая и последняя степень холода, которая должна состоять в полном прекращении вращательного движения частиц». Разумеется, теория Ломоносова, в основе которой лежала идея вращательного движения частиц, отличается от представлений современной науки, и все же по существу мысль была верна.
Природа цвета
Из тех трудов, в которых Ломоносов продвинулся дальше всего, следует выделить изучение природы цвета. Теоретические открытия в этой области (Ломоносов правильно описал механизм образования так называемого «вторичного цвета», то есть того цвета, который видит наш глаз; на этом основана технология цветного телевидения) позволили ему воссоздать забытый всюду, кроме Италии, способ изготовления цветных стекол любых оттенков. Итальянцы держали свою технологию в секрете. Получив с помощью Шувалова государственный кредит и землю для создания фабрики, он в 1754 году наладил промышленное производство цветного стекла и изготовление художественных мозаик по эскизам различных живописцев. Но вскоре после смерти Ломоносова фабрика закрылась, а технология была вновь утеряна.
Барогравиметр
Ломоносов был убежден, что вес предметов в разных точках Земли различен и изменяется в течение суток. Для определения этих колебаний веса он сконструировал «универсальный барометр», во многом предсказывающий конструкцию изобретенных в XX веке гравиметров. Но, хотя сила тяжести на Земле действительно колеблется, эти колебания столь малы, что никакой прибор XVIII века не смог бы их зафиксировать.
Природа нефти
В своих работах по геологии («Первые основания металлургии», «О слоях земных» и др.) Ломоносов попытался дать цельную историю развития земной коры. Он высказал множество новых (и оказавшихся верными) идей: о том, что янтарь — «из дерев истекшая жидкая смола», которой затем проникшие в нее «минеральные соки… дали большую твердость», об органическом происхождении торфа, угля, нефти («каменного масла»), о «нечувствительных землетрясениях» (сдвигах земной коры). Ломоносов даже попытался вычислить возраст творения: по его подсчетам — 400 000 лет (по церковной традиции мир был сотворен за 5508 лет до Рождества Христова).
Россыпь идей
Ломоносов предложил множество других изобретений. В их числе ночезрительная труба (подзорная труба с большим увеличением, позволяющая лучше видеть в темноте), геликоптер (беспилотный вертолетик для измерения температуры воздуха), катадиоптрическая (солнечная) печь. Но все эти инструменты и аппараты изготовлялись в единственном экземпляре или вовсе не были воплощены. В этом была и «вина» самого Ломоносова. Зачастую, высказав смелую научную мысль, он не успевал ее развить и проверить.
Атмосфера Венеры
26 мая 1760 года десятки высококвалифицированных астрономов наблюдали прохождение Венеры через диск Солнца. Но только Ломоносов, который вел наблюдения ради личного интереса, заметил вокруг диска Венеры светящийся ободок и сделал вывод о наличии у этой планеты атмосферы. Когда спустя десятилетия к такому же выводу пришли профессионалы-астрономы, о Ломоносове никто и не вспомнил.

Чем мы обязаны Ломоносову?

Первый русский профессор был крестьянским сыном. Занятия наукой сделали его генералом, помещиком и собеседником цариц. Жизненные успехи и независимое поведение Михайлы Васильевича подняли престиж науки и образования в глазах всего российского общества. Недаром Пушкин говорил о нем, что он «сам был нашим первым университетом». Хотя по объективным и субъективным причинам труды Ломоносова-естествоиспытателя оказали меньшее, чем могли бы, влияние на развитие мировой науки, их роль для России огромна. Он основал первую в России химическую лабораторию, перевел первый учебник физики, подготовил учеников, ставших крупными учеными.
Новым языком
Ломоносов, автор «Российской грамматики» и других филологических трудов, преобразовал русский язык, четко отделив его от церковнославянского и в то же время дозированно и по определенной системе введя в него церковнославянские слова. Он стремился сделать русскую речь пригодной «к выражению идей трудных», в частности, создавая новую научную лексику (в числе изобретенных им слов, например , «кислород»). Ломоносов ввел в учебники русского языка и некоторые грамматические элементы из церковнославянского, в том числе причастные обороты. Говоря, к примеру, «девочка, живущая в Сети», мы пользуемся грамматической конструкцией, внедренной в язык Ломоносовым.
Русским ямбом
Будучи в Германии, под влиянием немецкой поэзии Ломоносов создал классический русский стих, в основе своей неизменный по сей день. Его «Ода на взятие Хотина» (1739) — первое стихотворение, написанное ямбом по-русски. Этим размером написано 80% стихов Пушкина, определившего будущее всей русской поэзии.
Освоением севера
Заветной мечтой Ломоносова было освоение Северного морского пути. Ученый считал, что Северный Ледовитый океан выше 80-го градуса северной широты содержит участки, свободные ото льда. Для проверки этой гипотезы в 1765 году, за месяц до смерти Ломоносова, была отправлена экспедиция под командованием капитана Василия Чичагова. Экспедиция должна была обогнуть с севера Америку, но возле Шпицбергена ее остановили вечные льды. Однако с изобретением ледокола идея «плавания по северным морям» оказалась востребована. Как и другая ломоносовская идея — о заселении новооткрытых земель каторжниками.
Снижением смертности
В конце жизни Ломоносов задумал проект государственных реформ. Написать он успел только проект «О сбережении и размножении народа российского». Это размышление о росте рождаемости и уменьшении смертности сохраняет актуальность и по сей день. Предлагалось, в частности, перенести Великий пост на летнее время, поскольку зимой нет свежих плодов и овощей, а крестьяне и купцы пребывают в праздности, которая «в заговенье и разговенье дает причину к необузданной роскоши». Ломоносов победил в борьбе с крещением младенцев в ледяной воде. Священники ссылались на требник, предписывающий использовать только чистую воду без всякой примеси. Теплоту при подогреве как раз и считали примесью, в результате зимой младенцев окунали в купель с ледяной водой. Как передовой физик, Ломоносов считал, что теплота не является особым веществом, «примешивающимся» к воде. По его мнению, «невеждам-попам толковать физику нет нужды, довольно принудить властию». Что в конце концов и было сделано.
Осознанием роли народа
Ломоносов спорил (не очень корректно по форме) с академиком Миллером, который доказывал скандинавское происхождение первых русских князей. Главным аргументом Ломоносова было отсутствие скандинавского элемента в русском языке. Сейчас археологи доказали присутствие норманнов на Руси. Но идеи Ломоносова и его последователей, антинорманистов, сохраняют значение. Подчеркивая роль коренного населения в создании древнерусского государства, они настаивали на том, что не только правящая элита, но и весь народ действует в истории и определяет ее ход.
Появлением образованного класса
В конечном счете детищем Ломоносова можно считать весь образованный класс русских людей. Михайло Васильевич старался помочь выходцам из простонародья получить образование. При разработке уставов Московского и Петербургского Академического университетов он отстаивал их открытость для всех, кроме крепостных (появление рабов с университетским образованием подорвало бы престиж науки). В качестве ректора Академического университета Ломоносов трогательно заботился о студентах, вникая в детали вплоть до меню столовой. Критикуя устав, предполагающий экономию на питании студентов, Ломоносов писал: «Может быть, сочинитель думал, что Российскому государству будет великая тягость, ежели оно 40 алтын (1 алтын = 3 копейки. — Прим. ред.) в год потеряет для получения ученого россиянина… а не жаль бы 1800 рублей, чтобы иноземца выписать».
Иллюстрация АНАСТАСИИ ПАЛЬЦЕВОЙ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *