Легенда о парту патиме

Парту Патима – символ мужества, свободы, любви к родине

Во второй половине четырнадцатого столетия в Средней Азии появился завоеватель, создавший огромное государство. Тимур известен на Востоке как Тимурленг (Железный хромец), отсюда – европейское Тамерлан. Подчинив себе Среднюю Азию, Тимур в
1385 году предпринял поход в Иран и Азербайджан. С севера одновременно готовила вторжение в Закавказье Золотая орда, предводительствуемая ханом Тохтамышем. Более десяти лет Тимур вел войну против Тохтамыша за господство на Кавказе. Ареной боевых действий стал и Дагестан. В долине Терека в апреле 1395 года Тохтамыш был разбит. Затем Тимур совершил рейд по территориям, принадлежащим народам Руси, Закавказья и Северного Кавказа.
По завершении этого похода, в 1396 году, Тимур с огромным количеством трофеев, добычей вернулся в Дагестан и остановился в крепости Тарки, расположив свою армию в окрестностях этого села. Еще при первом появлении в Стране гор он оставил в Тарках военный гарнизон, который должен был держать наготове провиант для многочисленного войска и корм для лошадей за счет местного населения.
Слава о богатстве Кази-Кумуха – столицы сильного централизованного государства на территории Дагестана, толкнула начальника гарнизона тимуровских войск в Тарках Мубашира на авантюрное решение – до прихода основных сил предпринять вылазку в горы с целью захватить «богатую добычу». Расчет был на то, что отряду Грозы Вселенной не будет оказано достойного сопротивления. Однако навстречу неприятелю вышел казикумухский шамхал вместе с аварскими воинами. В бою шамхал был убит. Захватчики, понеся большие потери, отступили и укрылись в крепости Тарки.
Тимур, узнав о поражении своего отряда, охваченный жаждой мести, решил наказать народ, посмевший не только оказать ему сопротивление, но и развеявший миф о непобедимости его армии. Оставив свой огромный военный обоз в Тарках, Тимур отправился покорять центральную часть горного Дагестана. Карательный поход Тимура сопровождался страшными зверствами. Его основные силы ускоренным движением добрались до области Успуджа (современный Акушинский район) и подвергли эту территорию опустошительному разгрому. Вблизи границ лакских земель в долине, близ селения Цудахар, Тимур расположил войско на отдых. «ЦIу-дахар» в переводе с лакского означает «ЦIу» – огонь, -д-, «ахар» – в данном случае, это воины сословия ахар, действия которых на поле боя нашли у очевидцев сравнение с огнем.
Узнав о намерениях противника, горцы решили выдвинуться ему навстречу. Их тактические действия основывались на опыте прошлых многочисленных сражений, в том числе и с монголами в 1240 году, во главе которых стояли лучшие полководцы Чингисхана – Джебе и Субедей.
Под предводительством избранницы народа – Парту Патимы, проявившей себя на предыдущем этапе как искусный, бесстрашный, великодушный воитель, способный решать сложные тактические задачи, они совершили стремительный марш-бросок и начали сражение. В этой битве наряду с горцами Центрального Дагестана принимали участие и представители других народов горного края.
Объединенные силы дагестанцев противостояли намного превосходящим силам противника. И в помощь им были только храбрость, самоотверженность и воинская доблесть. Эти качества и помогли им одержать великую победу.
Строки героической поэмы, созданной на основе лакского сказания о Парту Патиме, прекрасно передают смысл и значимость ее подвига, в критический момент грандиозного сражения одолевшей в поединках прославленных вражеских богатырей Тугая и Мубашира. «Туда, где противники самые злые, летит она с гордым бесстрашием льва», – говорится в народном сказании.
Враг бежал. Победители преследовали разбитое войско Тамерлана. С тех пор и начался закат славы завоевателя и развал его империи.
В этой выдающейся победе над очень сильным и жестоким противником весомую роль сыграло сословие ахар, возникшее за много столетий до этих исторических событий. Ахары считались военной аристократией и играли чрезвычайно важную роль не только в военной, но и в общественно-политической жизни лакцев. К этому сословию принадлежала и Парту Патима, унаследовавшая от своих славных предков лучшие качества, в том числе качества искусного, бесстрашного, великодушного воина.
Участие девушек в боях с иноземными захватчиками носило не случайный характер, а было давно сложившейся традицией. Подтверждается это и в известном сказании, где Парту Патима говорит: «Все девушки наши, все наши подруги, как я, надевают стальные кольчуги».
Сравнительно малочисленный народ лаков почти всегда противостоял намного превосходящим силам противника, и, чтобы не допустить врага к родным очагам, не подвергнуться унижению, а то и уничтожению, в оборонительных боях против агрессоров участвовали и отважные горянки.
В боях они соблюдали дисциплину, сражались самоотверженно, действовали в строгом боевом порядке, следуя приказам своих военачальников, используя веками накопленный своим народом военный опыт. Немалую роль в возникновении и развитии этих традиций у лакцев с древних времен сыграло их соседство с амазонками – ловкими наездницами и опытными воительницами, создавшими на территории Малой Азии свое государство со столицей Харум. Традиции амазонок, подсказанные жизнью, сохранялись в Дагестане вплоть до окончательного утверждения ислама. И только в самых высокогорных районах даже до сравнительно недавнего времени (в историческом измерении) действовал такой закон: общество отдавало женщинам-наставницам (их в народе называли «амазу») своих девочек с целью воспитать в них те качества, которые были необходимы для истинных хранительниц домашнего очага и защитниц Отечества.
Что означает слово «парту»? У лакцев есть словосочетание «пар, партIий бур», переводится оно как «что-либо вспыхивает, сверкает». В сокращенном варианте оно выглядит как «парти», т.е. блистательная, молниеносная (здесь есть связь с тем, что лаки в языческие времена поклонялись солнцу, грому, огню, молнии). «Парти», «парту» стало своего рода приставкой к имени Патимат.
Родилась героиня в высокогорном селении Ахар в
1376 году. Она была высокой, стройной, с отличными физическими данными, умной девушкой, немногословной в речах и необыкновенно рассудительной.
В юго-восточной части Лакии, близ селения Ахар, есть места, связанные с ее именем, «Парту-валу» (местность), «Парту Патимал рат» (ущелье), есть в окрестностях также гора, остроконечная вершина которой названа весной 1996 года пиком Победы в честь знаменательной даты 600-летия подвига Парту Патимы и ее соратников – освобождения Родины от иноземных захватчиков. Её прах покоится на кладбище родного села Ахар.
Из истории села Ахар: на карте современного Ирана можно увидеть город Ахар и реку с этим же названием. Здесь прослеживается связь с тем, что государство лаков, возникшее первоначально на севере Мессопотамии, в союзе с мидийскими племенами, обитавшими на востоке страны, халдеями и вавилонянами нанесло в VII веке до н.э. сокрушительный удар по мощной ассирийской державе, много лет притеснявшей соседние народы. В этом сражении отличились воины сословия «ахар», составившие основу кавалерийской гвардии объединенных сил. В их честь мидяне – соратники по борьбе против общего врага – построили на территории вновь созданного ими царства город и дали ему название Ахар. У древних лаков дух огня именовался «ахар».
Аналогичные сословия существовали и в других развитых странах Востока. Например, в Иране – «азат», а также сословие, впоследствии преобразовавшееся в одну из малых народностей парфянского царства Ахал, создавшее совместно с небольшим племенем теке знаменитую ахалтекинскую породу лошадей. Хорошо вооруженные воины, сидящие верхом на специально обученных сильных лошадях, были авангардной силой в армиях многих государств мира.
Поэтому возникновение у лаков такого сословия, как ахар (военная аристократия), обязанного своим происхождением всадническому культу, закономерно.
Имея глубокие, крепкие корни в развитии устных народных произведений на различную тематику, лакцы в средние века создали, несомненно, лучшее свое произведение – «Сказание о Парту Патиме». Оно в определенной степени отражает значительные исторические процессы того времени и прежде всего борьбу, начатую горцами за государственную независимость, на которую вдохновляла воинскими подвигами славная дочь Страны гор Парту Патима. В этом заключается «основной источник его воздействующей силы». В течение многих веков дела и поступки Парту Патимы рассказывались искусными сказителями и передавались из поколения в поколение главным образом посредством своеобразного речетативного исполнения. С высоты главных вершин эпического произведения о Парту Патиме хорошо просматривается мысль о том, что не идея войны и завоеваний, а идея мира, свободы, любви к родному краю и к своим народным героям двигали народом-создателем.

Народы Дагестана :: Статья «Парту Патима — символ свободы, чести, любви к родине»

«Парти», «парту» стало своего рода приставкой к имени Патима. Родилась героиня в высокогорном селении Ахар в 1376 году. Она была высокой, стройной, с отличными физическими данными, умной девушкой, немногословной в речах и необыкновенно рассудительной. В юго-восточной части Лакии, близ селения Ахар, есть места, связанные с ее именем: «Парту-валу» (местность), «Парту Патималрат» (ущелье-речка), есть в окрестностях также гора, остроконечная вершина которой названа весной 1996 года пиком Победы в честь знаменательной даты — 600-летия подвига Парту Патимы и ее соратников за освобождение Родины от иноземных захватчиков. Она похоронена на кладбище родного села Ахар. У дороги, ведущей в селение Ахар (Лакский район), в нише стоит своего рода памятник – традиционный мусульманский белый камень с соответствующими надписями на арабском языке, посвященный подвигу Парту Патимы и ее соратников в 1396 г. Кстати, слова «Ахар» и «Парту» имеют одинаковое смысловое значение и восходят к бытовавшему у лаков со времен их проживания на территории древней Месопотамии культу огня. Парту в переводе с лакского означает блистательная, молниеносная. Очевидцы нашли именно такое сравнение ее действиям на поле брани.

Парту Патима – народная героиня Дагестана — Волков бояться, в лес не удаляться, а если удалился — сам рычи!!!


В памяти народа навсегда остаются наиболее значимые исторические события и их действующие лица. Парту Патима! Подвиг ее до сих пор не забыт нашими современниками, хотя с той поры минуло почти 600 лет. Вспомним события 1396 года: выступление народных масс против одного из самых жестоких средневековых завоевателей — Тамерлана возглавила Парту Патима — славная дочь лакского народа. Благодарный народ в сказаниях и песнях через века донес ее героический, достойный подражания образ.
И, может быть, в ее честь так часто дагестанцы называют своих дочерей — Патима.В истоpии Дагестана есть немало славных имен, многое сделавших для утвеpждения идеалов свободы, возглавивших освободительное движение наших наpодов пpотив иноземных захватчиков. Сpеди них особое место занимает наpодная геpоиня Паpту Патима.
О ней в Дагестане сложено немало легенд, песен и пpеданий.Во втоpой половине 14 века в Сpедней Азии появился новый завоеватель, создавший огpомное госудаpство, -Тимуp, известный на Востоке как Тимуpленг, «железный хpомец»(отсюда евpопейское Тамеpлан) . Подчинив себе Сpеднюю Азию, Тимуp в 1385 году пpедпpинял поход в Иpан в Азеpбайджан. Его сопеpником за господство на Кавказе стал хан Тохтамыш пpедводитель Золотой Оpды. В апpеле 1395 года в долине pеки Теpек, в pешающем сpажении Тохтамыш был pазбит. Затем Тимуp совеpшил каpательный, гpабительский pейд вглубь Руси по теppитоpии, подчиненной Золотой Оpде.
В 1396 году он веpнулся и напpавил все свои силы на покоpение гоpного Дагестана.В авангаpде наpодно-освободительного движения пpотив иноземных завоевателей стояла славная дочь Стpаны гоp — Паpту Патима.Лакское сказание о Паpту Патиме, созданное на основе pеально пpоисшедших истоpических событий пеpедает смысл и значимость ее подвига, в кpитический момент гpандиозного сpажения одолевшей в конных поединках лучших вpажеских богатыpей — Тугая и Мубашиpа.
В дальнейшем пpодолжавшей вдохновлять личным пpимеpом своих соpатников на победу. «Туда, где пpотивники самые злые, летит она с гоpдым бесстpашием льва» — говоpится в сказании.Вpаг бежал. В этой выдающейся победе над сильным, жестоким и коваpным пpотивником весомую pоль сыгpало сословие Ахаp. Оно имело славную многовековую истоpию и считалось военной аpистокpатией, игpавшей важную pоль не только в военной, но и в общественно-политической жизни лаков.К этому сословию пpинадлежала и Паpту Патима. Паpту в пеpеводе с лакского означает блистательная,молниеносная.
Паpту Патима была высокой, стpойной, кpасивой, с отличными физическими данными умной девушкой, в pечах была немногословна и необыкновенно pассудительна. Патима — Патимат до сих поp остается в Дагестане самым pаспpостpанненым именем. Hе это ли одна из высших фоpм пpизнательности наpода геpоине? Воссозданный обpаз наpодной геpоини Дагестана — Паpту Патимы стал символом, олицетвоpяющим возpождение и популяpизацию истоpико-культуpного наследия Стpаны гоp. Ее можно по пpаву считать не только национальной гоpдостью дагестанцев, но и в целом наpодов Кавказа.

Лакский сайт — Lakku-bilayat.ru | Лакку-билаят.рф — Лакцы, История, культура и традиции, творчество лакского народа, духовные ценности, мудрость времен, истории жизни, народная кулинария — Дагестан — ПАРТУ ПАТИМА

Джигиты над кладбищем копья метали,
Мечи поднимали, точили клинки,
И звон раздавался железа и стали,
И сабли сверкали, и ярко блистали
Кольчуги, и панцири, и щишаки.
Кинжалы, коснувшись кольчуг, изгибались
Мечи о щиты ударялись, звеня.
Дрожа, на дыбы скакуны поднимались.
Из панцирей сыпались искры огня.
Парту Патима проходила с кувшином,
Увидела юношей и утренний час.
«Привет недостойна сказать я мужчинам,
Хотя недостойна -приветствую вас!
Зачем вам кинжал — вы идете в сраженье?
Зачем вам кольчуги — вы ждете врагов?
Зачем столько сабель, мечей, шишаков?
К походу готовите вы снаряженье?»
-«Парту Патима, ты привет наш прими,
Да жизнь твоей матери будет отрадной!
Кувшин поскорее с плеча ты сними,
И нас напои ты водою прохладной!»
— «Могу я на землю кувшин опустить,
Могу вас прохладной водой угостить,
Но дайте мне саблю кривую сначала,
Чтоб я вам уменье свое показала».
Джигиты услышали эти слова,
Один посмотрел на другого сперва,
Пришли в удивленье джигиты селенья,
Никто не скрывал своего удивленья.
Заставив плясать под собой скакуна,
Тут выступил юноша статный и ловкий.
Настала внезапно вокруг тишина.
У девушки горской спросил он издевкой:
«Ужель, Патима, говоришь ты всерьез
Зачем же джигитов смешишь ты до слез?
Мужчину сразишь ты кинжалом своим?
Коня ты пронзишь ли копьем боевым?
Ты женское слово сравнишь ли с мужским?»
— «Напрасно меня ты вопросами колешь,
Сосед мой, сидящий в седле молодец,
Не думай, спесивый, что ты — удалец,
Смеясь надо мной: «Ты девица всего лишь!»
Вручи мне коня боевого, седок,
Испробовать дай мне дамасский клинок,
Позволь, чтоб на голову шлем я надела,
Прикрыла кольчугой железною тело.
Мой конь будет быстрым конем храбреца,
Клинок будет острым клинком удальца,
Украсится шлемом бойца голова,
Кольчуга сравнится с кольчугою льва!
Тогда-то, в седле горделиво сидящий,
Покажешь мне, всадник ли ты настоящий,
Гогда-то, воитель в кольчуге и шлеме,
Покажешь отвагу свою перед всеми!»
Сказав, Патима возвратилась домой.
Взволнованы юноши, слов не находят,
А время проходит, а время уходит,
Примчался, как молния, всадник лихой.
Одет был наездник в броню и забрало,
На сабле египетской солнце играло,
Скакал, точно ветер, скакун вороной,
Сверкал, точно месяц, шишак золотой.
«Привет вам, джигиты, что славой покрыты,
Теперь я могу ли приветствовать вас?
Быть может. Гордиться не будут джигиты,
Спесивые речи не скажут сейчас?»
— «Родителя славного дочь молодая,
Как воин ты встречена будешь людьми!
Обидною прежнюю речь не считая,
Парту Патима, ты привет наш прими!»
Парту Патима не сказала ни слова,
Отвага сияла в глазах у нее.
Дамасскую сталь обнажила сурово
И, лихо гарцуя, метнула копье.
«Парту Патима, умоляем, скажи нам:
Мы видели, как ты ходила с кувшином,
Трудилась во время страды полевой,
Но где научилась ты подвигам львиным,
Владеть научилась ты саблей кривой?»
И тут Патима не сказала ни слова,
Клинок убрала, натянув удила,
И, спрыгнув проворно с коня вороного,
К джигиту, что задал вопрос, подошла.
«Давай поиграем, себя позабавим,
Давай испытаем, остер ли клинок.
На небо взлететь скакунов мы заставим,
Попробуем солнца отрезать кусок!»
Тут юноша вышел плечистый и статный,
Он поднял свой щит необъятный, булатный,
Могучею грудью он часто дышал,
Могучею дланью он саблю держал.
Глаза его вспыхнули искрой живою,
Сверкая улыбкой, сидел он в седле,
А лошадь с опущенною головою
Чертила копытами след по земле.
Подобные нартам, закованы в брони,
Сошлись два героя, сошлись для борьбы.
Могучим горам уподобились кони,
Когда они встали, дрожа, на дыбы.
«Теперь, — Патима говорит, — мой черед!»
Египетской саблей своей замахнулась,
Ударилась сабля о щит, изогнулась,
По сабле джигита без промаха бьет,
И сабля противника в землю воткнулась.
Красавец джигит побелел от стыда,
Он черные очи потупил тогда,
Он саблю кривую, свой стан наклоня,
Пытался поднять, не слезая с коня.
Но, свесясь с коня, порешила сама
Подать ему саблю Парту Патима.
Внезапно упал ее шлем на поляну,
Рассыпались черные косы по стану.
«Возьми свою саблю», — она говорит,
И шлем подает ей красавец джигит.
Наездница рядом была, недалеко,
А юноша, свой проклиная удел,
На землю сошел и на камень присел,
Поник головою, страдая жестоко,
Сгорая от срама, вздыхая глубоко.
«Прости меня, девушка, я виноват,
Прости меня, был я гордыней объят.
Теперь я увидел, кто истинный воин,
Кто славой героя гордиться достоин!»
— «Соседский джигит, умоляю тебя,
Себя ты не мучай, о прошлом скорбя.
Бывает и так, — ты поверь мне, как другу,
Что волка лягает осел с перепугу».
Вернулась домой Патима дорогая,
А мать в это время на крыше сидела,
Трясла она сито, зерно очищая,
И кур отгоняла она то и дело.
«Ой, стыдно мне, люди! Скажи Бога ради,
Зачем ты в мужском щеголяешь наряде?
Найдется ли девушка, чтоб для потехи
Убитого брата надела доспехи?»
— «Ой, мать, не стыдись ты одежды моей,
Ой, милая мать, не стыдись ты людей!
Все девушки наши, все наши подруги,
Как я, надевают стальные кольчуги!»
Соседку отправил джигит к Патиме,
Слова по листку расплескали чернила.
Но все, что написано было в письме,
Соседка тотчас наизусть заучила.
«Сказать не решаясь, но счастья желая,
К тебе, Патима, с порученьем пришла я.
Он молод, он строен, отважен, пригож,
Средь юношей равных ему не найдешь».
— «Скажи мне, соседка, о ком твоя речь?
Скажи мне, чье сердце могла я привлечь?»
— «Веду об Ахмеде я, доченька, речь,
Чье сердце смогла ты любовью зажечь.
Его ты обрадуй, приди, оживи,
Он гибнет, несчастный, от страстной любви,
Он бредит тобой наяву и во сне,
Он тонет в пучине, сгорает в огне.
О ярко пылающий утренний свет,
Тебе принесла я сердечный привет!
Джигит умирает, приди к изголовью,
Больного своей исцелишь ты любовью!»
Полдневное солнце стояло высоко,
Гонец на дороге нежданно возник.
С тревогой он прибыл в Кумух издалека,
Как знамя, его развевался башлык.
Покрыт был скакун его белою пеной,
И потом, и пылью покрыт был гонец.
Принес он известье: с грозою военной
Тимур наступает, железный хромец.
Торопится время, торопится время!
Глашатаи подняли горное племя.
С тревогой во все полетели концы
По маленьким лакским аулам гонцы.
Герои на битву собрались в Кумухе.
Глядели им вслед старики и старухи.
Невесты и жены подарки несли
Защитникам смелым отцовской земли.
В доспехах военных, в кольчуге и шлеме,
Парту Патима появилась пред всеми.
Она прилетела быстрее огня,
Плясать под собой заставляя коня.
«Привет вам, джигиты, идущие биться,
Чтоб землю отцов защищать от врагов!»
— «Привет и тебе, наша смелая львица,
Геройством ты всех превзошла смельчаков!»
За соколом реет орлиная стая,
За девушкой-воином скачет отряд.
Скакун под ней пляшет, гордится, считая,
Что вслед ему с завистью кони глядят.
Торопится время, — в дорогу, в дорогу!
Вдали показалась враждебная рать.
Гонцы понеслись, поднимая тревогу,
Глашатаи стали полки собирать.
С известьем оомаленьком горском отряде
К хромому Тимуру примчался гонец.
Надменно в ответ улыбнулся хромец
Презрение было в Тимуровом взгляде.
Но вестника выслушал он до конца
И выпучил узкие, острые глазки.
Рукою сжимая клинок свой дамасский,
Властитель ответил на слово гонца:
— «Вселенная клич мой услышала бранный
Пленял я царей, завоевывал страны,
Но вижу впервые отряд пред собой,
За девушкой-воином скачущий в бой!»
Две рати столкнулись, порядки остроив,
Как будто упала на гору скала.
Усеялся дол головами героев,
Горячая кровь по земле потекла.
Клинки о щиты ударяться устали,
Друг с другом противники драться устали,
Устали скакать скакуны боевые —
Монгольское войско смутилось впервые.
Тимур не запомнил подобных боев!
Он двинул в сраженье отборное войско,
Но ринулись горцы с отвагой геройской,
Как смелые соколы на воробьев.
Сомкнули ряды и монголы, и горцы,
Решили: пусть встретятся единоборцы.
Монголы послали Тугая на сечу.
Ахмеда, лакский юноша, вышел навстречу.
Был крепче Тугай, размахнулся с плеча,
Рассек он Ахмеда ударом меча.
Летит Патимат на врага удалого,
Подняв на дыбы скакуна вороного.
Сгибался клинок, ударяясь о бронь,
Не так ли под ветром сгибается колос?
О том, как с противником дева боролась,
Рассказывал пляшущий, скачущий конь.
Тугай замахнулся, но сабле Тугая
Ответила девушки сабля кривая.
Еще один взмах, и еще один взмах
И пал перед ней обезглавленный враг.
Монголы другого направили в схватку,
Крича: «Отомсти, отомсти за Тугая!
Он младший твой брат, — полети же, вонзая
Орлиные когти свои в куропатку!»
На всадника прянула горная львица.
Подпрыгнул скакун, закусив удила,
И вот уже кровь супостата струится,
И падает он с дорогого седла.
«Ура!» оглашает овраги и долы
И громом на горской гремит стороне,
И стонут монголы, трясутся монголы,
Завидев Парту Патиму на коне.
Вкруг шлема обвив свои косы густые,
По локоть свои засучив рукава,
Туда, где противники самые злые,
Летит она с гордым бесстрашием льва.
Направо взмахнет — и врага обезглавит
Налево взмахнет — коня рассечет.
«Ура!» закричит — и джигитов направит
«Ура!» закричит — и помчатся вперед.
А время проходит, а время уходит,
Монгольское полчище хлынуло вспять
Своих седоков скакуны не находят,
Спасается бегством Тимурова рать.
Сказали Тимуру, царю полумира,
Что войско бежало верхом и пешком.
Осыпал он бранью стрелков и вазира,
Сказал ему гневным своим языком:
— «Коль хочешь ты жить средь моих приближенных,
В тени моей горя не знать впереди,
Веди свое войско, и пеших и конных,
И девушку эту ко мне приведи!»
А девушка двигалась в облаке пыли,
Героями горскими окружена.
Как звезды джигиты ее обступили,
Сияла Парту Патима как луна.
— «Друзья мои, мертвых бойцов соберите,
Погибших в бою за родные края.
Вы тело Ахмеда сюда принесите,
Любимого буду оплакивать я».
Отважная львица рыдать не умела,
Когда же Ахмеда друзья принесли,
Упала, рыдая, на мертвое тело,
И жаркие слезы текли и текли.
— «Домой понесу — труден путь наш далекий,
А здесь схороню — я услышу упреки.
Но как схоронить мне, — подайте совет
Любимое сердце, очей моих свет?»
Ахмеда единственный брат ей ответил:
«Как хочешь, ты можешь его хоронить.
О, если б сумел я судьбу изменить,
О, если б я гибель в сражении встретил,
Чтоб львиное сердце твое сохранить!»
— «Мы честно сражались, дороги открыты,
Вернемся на наши луга и поля.
В родные аулы вернемся, джигиты,
Отныне возвысилась наша земля!»
Герои пошли, завершив свое дело,
И ночь погрузила отряд в темноту,
И горсточка горцев тогда поредела,
Как в старости зубы редеют во рту.

В истории Дагестана, Кавказа есть немало славных имен, многое сделавших для утверждения идеалов свободы, возглавивших борьбу народов горного края против иноземных захватчиков. Среди них особое место занимает народная героиня Парту Патима. О ней в Стране гop сложено немало легенд, песен и преданий.
Во второй половине четырнадцатого столетия в Средней Азии появился завоеватель, создавший огромное государство. Тимур известен на Востоке как Тимурленг (Железный хромец), отсюда – европейское Тамерлан. Подчинив себе Среднюю Азию, Тимур в
1385 году предпринял поход в Иран и Азербайджан. С севера одновременно готовила вторжение в Закавказье Золотая орда, предводительствуемая ханом Тохтамышем. Более десяти лет Тимур вел войну против Тохтамыша за господство на Кавказе. Ареной боевых действий стал и Дагестан. В долине Терека в апреле 1395 года Тохтамыш был разбит. Затем Тимур совершил рейд по территориям, принадлежащим народам Руси, Закавказья и Северного Кавказа.
По завершении этого похода, в 1396 году, Тимур с огромным количеством трофеев, добычей вернулся в Дагестан и остановился в крепости Тарки, расположив свою армию в окрестностях этого села. Еще при первом появлении в Стране гор он оставил в Тарках военный гарнизон, который должен был держать наготове провиант для многочисленного войска и корм для лошадей за счет местного населения.
Слава о богатстве Кази-Кумуха – столицы сильного централизованного государства на территории Дагестана, толкнула начальника гарнизона тимуровских войск в Тарках Мубашира на авантюрное решение – до прихода основных сил предпринять вылазку в горы с целью захватить «богатую добычу». Расчет был на то, что отряду Грозы Вселенной не будет оказано достойного сопротивления. Однако навстречу неприятелю вышел казикумухский шамхал вместе с аварскими воинами. В бою шамхал был убит. Захватчики, понеся большие потери, отступили и укрылись в крепости Тарки.
Тимур, узнав о поражении своего отряда, охваченный жаждой мести, решил наказать народ, посмевший не только оказать ему сопротивление, но и развеявший миф о непобедимости его армии. Оставив свой огромный военный обоз в Тарках, Тимур отправился покорять центральную часть горного Дагестана. Карательный поход Тимура сопровождался страшными зверствами. Его основные силы ускоренным движением добрались до области Успуджа (современный Акушинский район) и подвергли эту территорию опустошительному разгрому. Вблизи границ лакских земель в долине, близ селения Цудахар, Тимур расположил войско на отдых. «ЦIу-дахар» в переводе с лакского означает «ЦIу» – огонь, -д-, «ахар» – в данном случае, это воины сословия ахар, действия которых на поле боя нашли у очевидцев сравнение с огнем.
Узнав о намерениях противника, горцы решили выдвинуться ему навстречу. Их тактические действия основывались на опыте прошлых многочисленных сражений, в том числе и с монголами в 1240 году, во главе которых стояли лучшие полководцы Чингисхана – Джебе и Субедей.
Под предводительством избранницы народа – Парту Патимы, проявившей себя на предыдущем этапе как искусный, бесстрашный, великодушный воитель, способный решать сложные тактические задачи, они совершили стремительный марш-бросок и начали сражение. В этой битве наряду с горцами Центрального Дагестана принимали участие и представители других народов горного края.
Объединенные силы дагестанцев противостояли намного превосходящим силам противника. И в помощь им были только храбрость, самоотверженность и воинская доблесть. Эти качества и помогли им одержать великую победу.
Строки героической поэмы, созданной на основе лакского сказания о Парту Патиме, прекрасно передают смысл и значимость ее подвига, в критический момент грандиозного сражения одолевшей в поединках прославленных вражеских богатырей Тугая и Мубашира. «Туда, где противники самые злые, летит она с гордым бесстрашием льва», – говорится в народном сказании.
Враг бежал. Победители преследовали разбитое войско Тамерлана. С тех пор и начался закат славы завоевателя и развал его империи.
В этой выдающейся победе над очень сильным и жестоким противником весомую роль сыграло сословие ахар, возникшее за много столетий до этих исторических событий. Ахары считались военной аристократией и играли чрезвычайно важную роль не только в военной, но и в общественно-политической жизни лакцев. К этому сословию принадлежала и Парту Патима, унаследовавшая от своих славных предков лучшие качества, в том числе качества искусного, бесстрашного, великодушного воина.
Участие девушек в боях с иноземными захватчиками носило не случайный характер, а было давно сложившейся традицией. Подтверждается это и в известном сказании, где Парту Патима говорит: «Все девушки наши, все наши подруги, как я, надевают стальные кольчуги».
Сравнительно малочисленный народ лаков почти всегда противостоял намного превосходящим силам противника, и, чтобы не допустить врага к родным очагам, не подвергнуться унижению, а то и уничтожению, в оборонительных боях против агрессоров участвовали и отважные горянки.
В боях они соблюдали дисциплину, сражались самоотверженно, действовали в строгом боевом порядке, следуя приказам своих военачальников, используя веками накопленный своим народом военный опыт. Немалую роль в возникновении и развитии этих традиций у лакцев с древних времен сыграло их соседство с амазонками – ловкими наездницами и опытными воительницами, создавшими на территории Малой Азии свое государство со столицей Харум. Традиции амазонок, подсказанные жизнью, сохранялись в Дагестане вплоть до окончательного утверждения ислама. И только в самых высокогорных районах даже до сравнительно недавнего времени (в историческом измерении) действовал такой закон: общество отдавало женщинам-наставницам (их в народе называли «амазу») своих девочек с целью воспитать в них те качества, которые были необходимы для истинных хранительниц домашнего очага и защитниц Отечества.
Что означает слово «парту»? У лакцев есть словосочетание «пар, партIий бур», переводится оно как «что-либо вспыхивает, сверкает». В сокращенном варианте оно выглядит как «парти», т.е. блистательная, молниеносная (здесь есть связь с тем, что лаки в языческие времена поклонялись солнцу, грому, огню, молнии). «Парти», «парту» стало своего рода приставкой к имени Патимат.
Родилась героиня в высокогорном селении Ахар в
1376 году. Она была высокой, стройной, с отличными физическими данными, умной девушкой, немногословной в речах и необыкновенно рассудительной.
В юго-восточной части Лакии, близ селения Ахар, есть места, связанные с ее именем, «Парту-валу» (местность), «Парту Патимал рат» (ущелье), есть в окрестностях также гора, остроконечная вершина которой названа весной 1996 года пиком Победы в честь знаменательной даты 600-летия подвига Парту Патимы и ее соратников – освобождения Родины от иноземных захватчиков. Её прах покоится на кладбище родного села Ахар.
Из истории села Ахар: на карте современного Ирана можно увидеть город Ахар и реку с этим же названием. Здесь прослеживается связь с тем, что государство лаков, возникшее первоначально на севере Мессопотамии, в союзе с мидийскими племенами, обитавшими на востоке страны, халдеями и вавилонянами нанесло в VII веке до н.э. сокрушительный удар по мощной ассирийской державе, много лет притеснявшей соседние народы. В этом сражении отличились воины сословия «ахар», составившие основу кавалерийской гвардии объединенных сил. В их честь мидяне – соратники по борьбе против общего врага – построили на территории вновь созданного ими царства город и дали ему название Ахар. У древних лаков дух огня именовался «ахар».
Аналогичные сословия существовали и в других развитых странах Востока. Например, в Иране – «азат», а также сословие, впоследствии преобразовавшееся в одну из малых народностей парфянского царства Ахал, создавшее совместно с небольшим племенем теке знаменитую ахалтекинскую породу лошадей. Хорошо вооруженные воины, сидящие верхом на специально обученных сильных лошадях, были авангардной силой в армиях многих государств мира.
Поэтому возникновение у лаков такого сословия, как ахар (военная аристократия), обязанного своим происхождением всадническому культу, закономерно.
Имея глубокие, крепкие корни в развитии устных народных произведений на различную тематику, лакцы в средние века создали, несомненно, лучшее свое произведение – «Сказание о Парту Патиме». Оно в определенной степени отражает значительные исторические процессы того времени и прежде всего борьбу, начатую горцами за государственную независимость, на которую вдохновляла воинскими подвигами славная дочь Страны гор Парту Патима. В этом заключается «основной источник его воздействующей силы». В течение многих веков дела и поступки Парту Патимы рассказывались искусными сказителями и передавались из поколения в поколение главным образом посредством своеобразного речетативного исполнения. С высоты главных вершин эпического произведения о Парту Патиме хорошо просматривается мысль о том, что не идея войны и завоеваний, а идея мира, свободы, любви к родному краю и к своим народным героям двигали народом-создателем.

Официальный лакский сайт Лакку-билаят.рф — ПАРТУ ПАТИМА

Джигиты над кладбищем копья метали,
Мечи поднимали, точили клинки,
И звон раздавался железа и стали,
И сабли сверкали, и ярко блистали
Кольчуги, и панцири, и щишаки.
Кинжалы, коснувшись кольчуг, изгибались
Мечи о щиты ударялись, звеня.
Дрожа, на дыбы скакуны поднимались.
Из панцирей сыпались искры огня.
Парту Патима проходила с кувшином,
Увидела юношей и утренний час.
«Привет недостойна сказать я мужчинам,
Хотя недостойна -приветствую вас!
Зачем вам кинжал — вы идете в сраженье?
Зачем вам кольчуги — вы ждете врагов?
Зачем столько сабель, мечей, шишаков?
К походу готовите вы снаряженье?»
-«Парту Патима, ты привет наш прими,
Да жизнь твоей матери будет отрадной!
Кувшин поскорее с плеча ты сними,
И нас напои ты водою прохладной!»
— «Могу я на землю кувшин опустить,
Могу вас прохладной водой угостить,
Но дайте мне саблю кривую сначала,
Чтоб я вам уменье свое показала».
Джигиты услышали эти слова,
Один посмотрел на другого сперва,
Пришли в удивленье джигиты селенья,
Никто не скрывал своего удивленья.
Заставив плясать под собой скакуна,
Тут выступил юноша статный и ловкий.
Настала внезапно вокруг тишина.
У девушки горской спросил он издевкой:
«Ужель, Патима, говоришь ты всерьез
Зачем же джигитов смешишь ты до слез?
Мужчину сразишь ты кинжалом своим?
Коня ты пронзишь ли копьем боевым?
Ты женское слово сравнишь ли с мужским?»
— «Напрасно меня ты вопросами колешь,
Сосед мой, сидящий в седле молодец,
Не думай, спесивый, что ты — удалец,
Смеясь надо мной: «Ты девица всего лишь!»
Вручи мне коня боевого, седок,
Испробовать дай мне дамасский клинок,
Позволь, чтоб на голову шлем я надела,
Прикрыла кольчугой железною тело.
Мой конь будет быстрым конем храбреца,
Клинок будет острым клинком удальца,
Украсится шлемом бойца голова,
Кольчуга сравнится с кольчугою льва!
Тогда-то, в седле горделиво сидящий,
Покажешь мне, всадник ли ты настоящий,
Гогда-то, воитель в кольчуге и шлеме,
Покажешь отвагу свою перед всеми!»
Сказав, Патима возвратилась домой.
Взволнованы юноши, слов не находят,
А время проходит, а время уходит,
Примчался, как молния, всадник лихой.
Одет был наездник в броню и забрало,
На сабле египетской солнце играло,
Скакал, точно ветер, скакун вороной,
Сверкал, точно месяц, шишак золотой.
«Привет вам, джигиты, что славой покрыты,
Теперь я могу ли приветствовать вас?
Быть может. Гордиться не будут джигиты,
Спесивые речи не скажут сейчас?»
— «Родителя славного дочь молодая,
Как воин ты встречена будешь людьми!
Обидною прежнюю речь не считая,
Парту Патима, ты привет наш прими!»
Парту Патима не сказала ни слова,
Отвага сияла в глазах у нее.
Дамасскую сталь обнажила сурово
И, лихо гарцуя, метнула копье.
«Парту Патима, умоляем, скажи нам:
Мы видели, как ты ходила с кувшином,
Трудилась во время страды полевой,
Но где научилась ты подвигам львиным,
Владеть научилась ты саблей кривой?»
И тут Патима не сказала ни слова,
Клинок убрала, натянув удила,
И, спрыгнув проворно с коня вороного,
К джигиту, что задал вопрос, подошла.
«Давай поиграем, себя позабавим,
Давай испытаем, остер ли клинок.
На небо взлететь скакунов мы заставим,
Попробуем солнца отрезать кусок!»
Тут юноша вышел плечистый и статный,
Он поднял свой щит необъятный, булатный,
Могучею грудью он часто дышал,
Могучею дланью он саблю держал.
Глаза его вспыхнули искрой живою,
Сверкая улыбкой, сидел он в седле,
А лошадь с опущенною головою
Чертила копытами след по земле.
Подобные нартам, закованы в брони,
Сошлись два героя, сошлись для борьбы.
Могучим горам уподобились кони,
Когда они встали, дрожа, на дыбы.
«Теперь, — Патима говорит, — мой черед!»
Египетской саблей своей замахнулась,
Ударилась сабля о щит, изогнулась,
По сабле джигита без промаха бьет,
И сабля противника в землю воткнулась.
Красавец джигит побелел от стыда,
Он черные очи потупил тогда,
Он саблю кривую, свой стан наклоня,
Пытался поднять, не слезая с коня.
Но, свесясь с коня, порешила сама
Подать ему саблю Парту Патима.
Внезапно упал ее шлем на поляну,
Рассыпались черные косы по стану.
«Возьми свою саблю», — она говорит,
И шлем подает ей красавец джигит.
Наездница рядом была, недалеко,
А юноша, свой проклиная удел,
На землю сошел и на камень присел,
Поник головою, страдая жестоко,
Сгорая от срама, вздыхая глубоко.
«Прости меня, девушка, я виноват,
Прости меня, был я гордыней объят.
Теперь я увидел, кто истинный воин,
Кто славой героя гордиться достоин!»
— «Соседский джигит, умоляю тебя,
Себя ты не мучай, о прошлом скорбя.
Бывает и так, — ты поверь мне, как другу,
Что волка лягает осел с перепугу».
Вернулась домой Патима дорогая,
А мать в это время на крыше сидела,
Трясла она сито, зерно очищая,
И кур отгоняла она то и дело.
«Ой, стыдно мне, люди! Скажи Бога ради,
Зачем ты в мужском щеголяешь наряде?
Найдется ли девушка, чтоб для потехи
Убитого брата надела доспехи?»
— «Ой, мать, не стыдись ты одежды моей,
Ой, милая мать, не стыдись ты людей!
Все девушки наши, все наши подруги,
Как я, надевают стальные кольчуги!»
Соседку отправил джигит к Патиме,
Слова по листку расплескали чернила.
Но все, что написано было в письме,
Соседка тотчас наизусть заучила.
«Сказать не решаясь, но счастья желая,
К тебе, Патима, с порученьем пришла я.
Он молод, он строен, отважен, пригож,
Средь юношей равных ему не найдешь».
— «Скажи мне, соседка, о ком твоя речь?
Скажи мне, чье сердце могла я привлечь?»
— «Веду об Ахмеде я, доченька, речь,
Чье сердце смогла ты любовью зажечь.
Его ты обрадуй, приди, оживи,
Он гибнет, несчастный, от страстной любви,
Он бредит тобой наяву и во сне,
Он тонет в пучине, сгорает в огне.
О ярко пылающий утренний свет,
Тебе принесла я сердечный привет!
Джигит умирает, приди к изголовью,
Больного своей исцелишь ты любовью!»
Полдневное солнце стояло высоко,
Гонец на дороге нежданно возник.
С тревогой он прибыл в Кумух издалека,
Как знамя, его развевался башлык.
Покрыт был скакун его белою пеной,
И потом, и пылью покрыт был гонец.
Принес он известье: с грозою военной
Тимур наступает, железный хромец.
Торопится время, торопится время!
Глашатаи подняли горное племя.
С тревогой во все полетели концы
По маленьким лакским аулам гонцы.
Герои на битву собрались в Кумухе.
Глядели им вслед старики и старухи.
Невесты и жены подарки несли
Защитникам смелым отцовской земли.
В доспехах военных, в кольчуге и шлеме,
Парту Патима появилась пред всеми.
Она прилетела быстрее огня,
Плясать под собой заставляя коня.
«Привет вам, джигиты, идущие биться,
Чтоб землю отцов защищать от врагов!»
— «Привет и тебе, наша смелая львица,
Геройством ты всех превзошла смельчаков!»
За соколом реет орлиная стая,
За девушкой-воином скачет отряд.
Скакун под ней пляшет, гордится, считая,
Что вслед ему с завистью кони глядят.
Торопится время, — в дорогу, в дорогу!
Вдали показалась враждебная рать.
Гонцы понеслись, поднимая тревогу,
Глашатаи стали полки собирать.
С известьем оомаленьком горском отряде
К хромому Тимуру примчался гонец.
Надменно в ответ улыбнулся хромец
Презрение было в Тимуровом взгляде.
Но вестника выслушал он до конца
И выпучил узкие, острые глазки.
Рукою сжимая клинок свой дамасский,
Властитель ответил на слово гонца:
— «Вселенная клич мой услышала бранный
Пленял я царей, завоевывал страны,
Но вижу впервые отряд пред собой,
За девушкой-воином скачущий в бой!»
Две рати столкнулись, порядки остроив,
Как будто упала на гору скала.
Усеялся дол головами героев,
Горячая кровь по земле потекла.
Клинки о щиты ударяться устали,
Друг с другом противники драться устали,
Устали скакать скакуны боевые —
Монгольское войско смутилось впервые.
Тимур не запомнил подобных боев!
Он двинул в сраженье отборное войско,
Но ринулись горцы с отвагой геройской,
Как смелые соколы на воробьев.
Сомкнули ряды и монголы, и горцы,
Решили: пусть встретятся единоборцы.
Монголы послали Тугая на сечу.
Ахмеда, лакский юноша, вышел навстречу.
Был крепче Тугай, размахнулся с плеча,
Рассек он Ахмеда ударом меча.
Летит Патимат на врага удалого,
Подняв на дыбы скакуна вороного.
Сгибался клинок, ударяясь о бронь,
Не так ли под ветром сгибается колос?
О том, как с противником дева боролась,
Рассказывал пляшущий, скачущий конь.
Тугай замахнулся, но сабле Тугая
Ответила девушки сабля кривая.
Еще один взмах, и еще один взмах
И пал перед ней обезглавленный враг.
Монголы другого направили в схватку,
Крича: «Отомсти, отомсти за Тугая!
Он младший твой брат, — полети же, вонзая
Орлиные когти свои в куропатку!»
На всадника прянула горная львица.
Подпрыгнул скакун, закусив удила,
И вот уже кровь супостата струится,
И падает он с дорогого седла.
«Ура!» оглашает овраги и долы
И громом на горской гремит стороне,
И стонут монголы, трясутся монголы,
Завидев Парту Патиму на коне.
Вкруг шлема обвив свои косы густые,
По локоть свои засучив рукава,
Туда, где противники самые злые,
Летит она с гордым бесстрашием льва.
Направо взмахнет — и врага обезглавит
Налево взмахнет — коня рассечет.
«Ура!» закричит — и джигитов направит
«Ура!» закричит — и помчатся вперед.
А время проходит, а время уходит,
Монгольское полчище хлынуло вспять
Своих седоков скакуны не находят,
Спасается бегством Тимурова рать.
Сказали Тимуру, царю полумира,
Что войско бежало верхом и пешком.
Осыпал он бранью стрелков и вазира,
Сказал ему гневным своим языком:
— «Коль хочешь ты жить средь моих приближенных,
В тени моей горя не знать впереди,
Веди свое войско, и пеших и конных,
И девушку эту ко мне приведи!»
А девушка двигалась в облаке пыли,
Героями горскими окружена.
Как звезды джигиты ее обступили,
Сияла Парту Патима как луна.
— «Друзья мои, мертвых бойцов соберите,
Погибших в бою за родные края.
Вы тело Ахмеда сюда принесите,
Любимого буду оплакивать я».
Отважная львица рыдать не умела,
Когда же Ахмеда друзья принесли,
Упала, рыдая, на мертвое тело,
И жаркие слезы текли и текли.
— «Домой понесу — труден путь наш далекий,
А здесь схороню — я услышу упреки.
Но как схоронить мне, — подайте совет
Любимое сердце, очей моих свет?»
Ахмеда единственный брат ей ответил:
«Как хочешь, ты можешь его хоронить.
О, если б сумел я судьбу изменить,
О, если б я гибель в сражении встретил,
Чтоб львиное сердце твое сохранить!»
— «Мы честно сражались, дороги открыты,
Вернемся на наши луга и поля.
В родные аулы вернемся, джигиты,
Отныне возвысилась наша земля!»
Герои пошли, завершив свое дело,
И ночь погрузила отряд в темноту,
И горсточка горцев тогда поредела,
Как в старости зубы редеют во рту.

Парту Патима — историческая личность | Dagpravda.ru

Фонд был основан в 1994 г. Магомедом Цахаевым, общественным деятелем, который и стал его руководителем. А заниматься исследованиями малоизученного исторического периода, связанного с образом Парту Патимы и развернувшимися в связи с ее именем событиями, он начал гораздо раньше, в 1989 г. Интерес к этой исторической личности был вызван тем, что эта девушка возглавила борьбу дагестанцев против «Грозы Вселенной» Тамерлана, именуемого на Востоке как Тимурленг «железный хромец», отсюда — европейское «Тамерлан».
Основываясь на устном народном произведении — лакском народном сказании о Парту Патиме, сопоставляя уже известные исторические факты с возникающими в ходе проводимых исследований доводами и аргументами, М.Цахаев пришел к выводу, что Парту Патима и описанные в сказании исторические события 2-й половины 14 в. действительно имели место.
Он также пришел к выводу о необходимости популяризации и увековечения образа этой девушки с целью воспитания подрастающего поколения молодежи в духе лучших дагестанских традиций. Такого рода деятельность очень важна, особенно в наше время. Образ Парту Патимы должен стать для наших современников и будущих поколений путеводной звездой в их стремлении к совершенству. Создание Республиканского благотворительного общественного фонда им. народной героини Дагестана Парту Патимы стало закономерным и примечательным фактором, призванным целенаправленно вести вышеназванную деятельность.
Оглядываясь на 15 прошедших лет, очевидно, что важнейшие первоочередные задачи главным образом осуществлены. Об этом свидетельствует и ряд публикаций научного характера в газетах, журналах, посвященных воссозданию и популяризации образа Парту Патимы и неизвестным ранее эпизодам исторических действий 2-й половины 14 в. и более раннего периода; созданный телевизионный фильм «Историко-культурное наследие Дагестана – Парту Патима», цикл живописных картин. Вышли в свет иллюстрированные плакаты на русском, английском и других языках с описанием подвига Парту Патимы и ее соратников, календари с ее изображением и соответствующими текстами, распространяемые в учебных заведениях, а также в города страны и за рубеж. Фондом поддерживается переписка с историческим центром им. Жанны Д’ Арк в г. Орлеане (Франция). Функционирует пятый год и Международный благотворительный фонд им. героини Кавказа Парту Патимы.
Предстоит воплотиться в жизнь и другим проектам, это издание книги «Парту Патима», создание памятника – бронзовой конной статуи народной героини Парту Патиме в Махачкале, съемки одноименного художественного фильма. «В сценарии фильма описаны выдающиеся исторические события, значимые для мировой истории, планирую предложить идею его съемок кинокомпаниям Голливуда», — говорит Магомед Цахаев. Он уверен, у кинопроекта большое будущее, надо правильно донести и раскрыть его смысловое значение и содержание.
А в случае создания фильма и выхода его на экраны по всему миру позволит выдвинуть Дагестан в разряд стран, имеющих выдающуюся историю и феноменальных исторических личностей.
В преддверии знаменательной даты в 2011 году – 615-летия подвига Парту Патимы и ее соратников – освобождение родины от иноземных завоевателей – намечаются организация и проведение соответствующих торжеств, в основе которых будут лежать культурно-спортивные зрелищные мероприятия. В том числе при участии еще одной общественной организации –
Республиканского культурно-спортивного клуба «Дагестан» – будет организован конный туристический поход по местам боевой славы, связанных с событиями 1396 г., также клубом объявлен конкурс среди девушек «Парту Патима-2009», цель которого — способствование всестороннему развитию дагестанской молодежи: нравственному, эстетическому, патриотическому, интернациональному и физическому воспитанию.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *